«Опасный» рейс.

Раздаётся писк телефона, и Вудс сразу отвечает. — Привет, Лекса. — Да. Костия, — отвечает та спокойным голосом и поглядывает на стюардессу. Кларк уходит, ей тут больше делать нечего. Нужно опять приводить себя в порядок. — Когда ты заберёшь свои вещи? — рыжая хочет причинить боль Вудс, но пилот уже получила по заслугам, и больнее ей никто уже не сможет сделать. — Не знаю. — Если ты не заберешь их через двадцать минут, я их отправлю в благотворительный фонд от твоего имени. — Я не успею за двадцать минут. Я сейчас взлетаю, — брюнетка отвечает на автомате, как робот. Ей всё равно на всё. — Ты всегда взлетаешь, как тебе не позвонишь. Я уже всё собрала. —Тогда выкинь. Не звони мне по поводу всякой фигни! Я не хочу с тобой ссориться, но такие звонки меня раздражают! Ты то должна понимать, что мне пофиг на мои шмотки! — Тебя бесят даже неодушевленные предметы. — Чего? Ну ладно, пофиг. В таком случае перестань мне звонить! Костия сбрасывает, ибо Вудс слышит короткие гудки. Главный пилот возвращается в кабину, усаживаясь на своё место, защелкивая ремни... — Привет, Лекс. — Девушка кивает Блейку. — Я подготовил всё. Опять кивок головы. Шатену это совсем не нравится, слишком странное поведение. — Осталось только связаться с диспетчером. — Свяжись, — по тону могло показаться «отвяжись», что тоже вполне вероятно. — Лекс, ты чего? Ты выиграла, теперь радуйся. — Девушка не реагировала, хотя в другое время радовалась бы, ну или порвала бы парня на кусочки. — Да, кстати, когда прислать к тебе О? Пытался растормошить главного пилота, но та ни в какую. Как парень понял, что та победитель? Ну, по тем бессильным и жгучим слезам стюардессы сложно было не догадаться. — Мне не нужна твоя сестра. Оставь себе. — Что? — прифигел парень. Может, у неё температура? — Точнее ты же победитель — это твой приз. Ни в коем случае парень не предлагал свою сестру: ему нужно было узнать всё о странном поведении девушки. Потому что это грозилось плохим исходом. Эмоции пилотов отражаются на полёте. Им так в вузе вдолбили в голову. Поэтому Лекса всегда спокойная, а он так и не может стать главным пилотом, ибо его съедят эмоции и он погубит всех. А в случае согласия тот отмажется детской поговоркой «первое слово дороже второго». — Скорее всего проиграла. Парень почесал затылок, ничего не понимая. — Лекс, я запутался... — Мне нравится, Кларк. Больше всего, больше всех. Мне никто не нужен кроме неё. Мне и своя жизнь не нужна, — шепчет та. Блейк открыл рот от удивления. И это — Лекса Вудс? Его второй пилот? Девушку точно подменили... — А кто-то рассказал ей про спор раньше меня... Скорее всего Рэйвен, — заключила брюнетка. — Прости, Лекс... Это был я... Я был так зол на тебя, боялся за Октавию... — Вудс приподняла свой прожигающий взгляд на второго пилота. Вытащила из кармана пиджака ножик-бабочку, ловко, мастерски раскрыла его лезвие и резко провела по шеё Блейка. Кровь хлынула водопадом, заливая не только самого парня, но и её лицо. Её зрачки помутнели от красной жидкости, ибо она не закрывала глаза. А смотрела, как тот задыхается, пытается руками перекрыть глубокую рану. Зрачки Беллами закатываются, и он падает вперёд на боковую панель замертво. Каких-то несколько секунд мучений... — Лекс... Лекс... — зовёт шатен босса и слегка толкает её в плечо. Девушка вырывается из своего подсознания и переводит свой взгляд на лобовое стекло, но ничего перед собой не видит. — Виновата я. Мне не нужно было соглашаться на спор, — спокойно отвечает она, справляясь со своей второй половиной, которая желает смерти Блейку. — Свяжись с диспетчером. Напоминает она, зная, что в её кармане нет никакого ножика. Нельсон подняла трубку коммуникатора: сегодня она могла позволить себе проводить сама, а не включать диктофон. Всё же это последний полёт с её ребятами. — Дамы и господа, мы приветствуем вас на борту авиакомпании «OCEAN AIR LINES», выполняя рейс семь-пять-ноль-ноль, по маршруту Ванкувер — Токио. Сейчас бортпроводники продемонстрируют вам спасательное оборудование нашего самолёта. — всё, как обычно, бортпроводники кривлялись, кроме блондинки. Но именно сегодня шатенку это не беспокоило, она даже ностальгически улыбнулась. — Мы просим вас застегнуть ремни безопасности, как только командир воздушного судна включит соответствующее световое табло. Проходы оборудованы дополнительным освещением. Аварийные выходы расположены впереди, сзади и над крыльями нашего самолета. Нельсон глядела и не могла оторвать своего взгляда от попки главной бортпроводницы, которая ловко накручивала и выпячивала её во время показательного выступления. Она будет скучать по этой картине, как не раз зависала, посматривая на пятую точку Рейес. — В случае разгерметизации нашего салона кислородная маска выпадает из специального отсека, расположенного над вашим креслом. Чтобы включить подачу кислорода: потяните маску на себя, наденьте её, захватив нос и рот; закрепите резинку на затылке; дышите, как обычно. Спасательный жилет находится в специальном мешке под вашим креслом. Сейчас мы покажем вам, как им пользоваться. Наденьте жилет через голову, оберните завязки вокруг талии и завяжите спереди. Повреждение, отключение или уничтожение дымоуловителей запрещено законом. Желаем вам приятного полёта. От всех бортпроводников посыпались воздушные поцелуй, и Анья закатила глаза, добавляя с ухмылкой себе под нос: — Дети. — Сама скажешь? — спросил Белл главного пилота. Не успели они набрать высоту, как на горизонте показались плохие погодные условия. Блейку же иногда казалось, что Лекса руководит погодой. Как и сейчас, девушка злая, угрюмая, печальная, вот и погода изменилась. — Нет, — коротко ответила та, не отрываясь от хмурых облаков. К слову, брюнетка сегодня от всех разговоров в микрофон отказывалась. Ни с диспетчерами не связалась, ни поприветствовала пассажиров. Шатен переживал за подругу. Вот она и месть... Подумал парень, понимая, что такого не хотел. — На радаре небольшой грозовой фронт, нас может немного потрясти, но, в основном, мы пройдём над ним. Если вам что-то понадобится, бортпроводники к вашим услугам. Спасибо, желаем приятного дня. Анья остановилась и посмотрела в потолок самолёта. — Опять Белл. Что-то мне это совсем не нравится... — протянула шатенка: уж очень хорошо она знала своих пилотов. — Ты о чём? О грозе? — спросил любознательный Финн. Рядом стояла Кларк и тоже подслушивала разговор. — Нет. Почему второй пилот второй раз связывается с салоном сам? — А что странного? Может, Лекса вышла в туалет или на поиски новой жертвы. — Услышав слова парня, блондинка, психанув, покинула общество коллег, иначе опять расплачется. — Да нет же. Лекса бы не ушла из кабины, она чувствует плохую погоду ещё на земле. Да и на секс теперь запрет. Странно, что Беллами оповещает пассажиров, а также их и приветствовал. Капитан всегда это делала сама. Коллинз пожал плечами, практически ничего не понимая. — А это что? — произнес тот, когда услышал из туалетной кабинки громкий вокал. Бортпроводники подошли ближе. — Высокий секс! — добавил парень, посмеиваясь. — Да, — посмеялась Нельсон, наблюдая, как трясётся дверь. — А парень-то, похоже, хорош! Рейес стояла рядом: она вообще ходила хвостом за Аньей, чтобы уличить момент, когда та останется одна. Но пока такого не было. Услышав слова главного экс-бортпроводника, Рэй разозлилась, но пока ещё держала себя в руках. Хотя это было последней каплей. Прошла минута, и стоны закончились, Нельсон изобразила угрюмый вид. — А может быть и не очень, — Финн и Анья рассмеялись, и тут терпение младшей шатенки лопнуло. Почему та со всеми была милой, доброй и заботливой — всё, как всегда — а в её сторону даже не смотрела? Схватив за руку, Рэйвен повела коллегу в сторону бортовой кухни, где не было никого. — Рэйвен, почему ты не на своём месте? — удивленно спросила старшая шатенка, не обращая внимания на выходку той. — Потому что я отдала его Мёрфи на время. — Хмм... Сегодня все себя странно ведут. Может быть, магнитные бури, — размышляла вслух Нельсон. — Какие магнитные бури? Что за хрень ты несёшь? — злилась девушка, потому что уже не могла терпеть такое отношение к себе. Она что, девочка на побегушках? Сколько можно ей бегать? — За языком следи! — Нельсон сложила руки у себя на груди. Хотела бы уйти, но была загнана в угол. — А ты следи за тем, как себя ведешь! Хотела уйти по-английски? Не попрощавшись? — А что, мне нужно было уйти по-русски? Со скандалом? Или по-австралийски? Со всеми переспать на прощание? — с сарказмом отвечала та. — Грубо, Ань. Я ничего тебе не сделала, а ты даже поговорить со мной не можешь. — Я вроде как разговариваю и даже не молчу, — спокойно улыбалась та, а Рэй уже трясло всю от ярости. — Надавать бы тебе по голой заднице! — проговорила младшая шатенка и резко приблизилась, чтобы та не успела ответить, беспардонно врываясь в рот напротив и начиная коварно хозяйничать в чужой ротовой полости. Не ожидая ничего такого, Анья растерялась и поэтому пропустила чужой язык в себя. Ну а потом её тоже накрыли чувства и женщина ответила на наглый поцелуй. Спустя минуты три Рэйвен разорвала поцелуй, но прислонилась своим лбом к другому лбу. — Ты ничего не видишь, да? Не видишь, что ты мне нужна? — Вам никто не нужен с Лексой. Гнев с новой силой накрыл Рейес и она, схватив за плечи, больно ударила спиной женщину об железные ящики. — При чём тут Лекса? Если я люблю ТЕБЯ! — прорычала главная бортпроводница. Нельсон оцепенела от признания коллеги и не могла вымолвить слова. — Не уходи, прошу тебя. Ты мне нужна здесь, везде, рядом, — спесь сошла, и девушка заговорила мягко, нежно целуя коротко в губы после каждого слова. — Это нереально... — пробубнила ошеломлённая Анья. — Вообще-то я не такой ответ хотела услышать... — Рейес нахмурилась. — Прости... Я тоже тебя люблю, птичка! — Птичка? — Ну да. Ты то здесь, то там, то везде, — улыбнулась Анья. — Пусть я птичка, но теперь я только с тобой. Прости за удар, — пожала плечами младшая. — Всё хорошо, мне нужна была небольшая встряска. Рэйвен хотела ещё что-то добавить, но внезапно самолёт сильно затрясло, и послышался голос главного пилота. — Дамы и господа, а также бортпроводники, займите свои места, похоже, нас ждёт небольшая тряска... — а вот трясёт, как раз, очень сильно. Тролль едет сам по салону самолёта, его ловит Кларк и быстро отвозит на кухню, закрепляя в ячейке. — Но волноваться не стоит. Просим вас оставить ремни пристегнутыми, так что просто расслабьтесь. Мы выйдем из зоны бури через несколько минут и скоро увидим чистое небо. И ещё раз повторяю, оставайтесь на своих местах и пристегните ремни. Рэйвен и Анья сели рядом, в том отсеке, где и находились. Вторая услышала Лексу, и не сказать, что была не рада, та всегда брала ответственность на себя, но всем своим нутром бортпроводница чувствовала, что странности продолжатся. Тряска не прекращалась, люди начали понемногу паниковать: закрывая иллюминаторное окно, браться за руки друг с другом, молиться. Кто-то пытался отвлечься разговором и рассказывал незнакомцу о своей жизни. — Благодарю всех за терпение. Мы продолжим раздавать напитки, когда достигнем чистого неба, — замечая панику, успокаивала Кларк пассажиров через трубку коммуникатора. Блейк сидит и с ужасом наблюдает, как в тёмном лобовом стекле сверкает молния. Сначала разряд в левом, затем в правом окне. — Прости, Лекс, это я виноват в твоей рассеянности... — запаниковал парень. В его голове бегали тараканы с криками: Мы все разобьёмся! — Я в норме. И ты не виноват, — спокойно, но тяжело вздыхает Лекса. Пока не закончится этот полет, ей не перестанут напоминать о совершённом проступке. — Это просто плохие погодные условия. Проверь данные погоды, я хочу знать, когда мы выберемся из шторма. Шатен рассматривает все приборы и выдаёт: — Без изменений. Похоже, шторм нельзя обойти... — Просто отлично! — сарказм Лексы, но сейчас он с нотками печали и гнева. Кларк сидит с Финном в конце самолёта, так как, когда началась тряска, которая до сих продолжалась, они находились в хвосте. Блондинка подняла голову, услышав несколько подряд сигналов от пассажира. Кнопку нажимали много раз. Она выглянула и увидела парня. — Это 25А. — И это твоя очередь, — Коллинз лыбится. Гриффин сдаётся, отстегивает ремень и идёт по салону, но придерживаясь за спинки кресел. — Да, сэр, чем я могу вам помочь? — Пожалуйста, можете попросить пилота не разбить наш самолет? — Кларк сразу вогнали в ступор. Похоже, у кого-то сдали нервы. — Я уверяю вас, что она уже приняла такое решение, — голубоглазая широко улыбалась, хотя и самой было страшновато. — А мы с вами на одном самолёте летим? — не успокаивался тот. — Может, вам принести что-нибудь? — попыталась выйти из ситуации девушка. — Мои лекарства, они в сумке. — Да, конечно. Ваша сумка где-то здесь? — стюардесса держится за спинки кресел и подсматривает наверх на отсеки для ручной клади. — Нет, нет. Они в моём чемодане. — Но сэр, если вы сдали чемодан в аэропорту, то он в багажном отсеке. — Нет, нет. Разве у вас нет доступа, если возникнет экстренная ситуация? — парень перешёл на крик и вообще вёл себя как наркоман при ломке. Но какие бы ни были пассажиры, стюардесса должна всегда культурно общаться и широко улыбаться. — Нет, сэр, мне очень жаль... Я могу вам принести подушку или одеяло. Могу принести воды. — Как я могу расслабиться, если мы разобьёмся с минуты на минуту! — кричал тот, и Анья не выдержала, пробралась по спинкам кресел к шумному пассажиру. И хорошо, потому что у блондинки закончились аргументы, другие пассажиры начинали больше волноваться. — Сэр, пожалуйста не создавайте панику. Вы на борту самолета не одни: здесь есть также и другие пассажиры, бортпроводники, и, поверьте, наш пилот не собирается расставаться со своей жизнью.