Broken Wings

12 лет спустя

      «Человечество всегда стремилось к лучшему. Человечество всегда стремилось к совершенству. Человечеству хотелось спокойной и мирной жизни без хлопот. Ситфо — город Мечты, город Будущего — это сочетание современной архитектуры, новейших технологий градостроения, компьютерной техники. Именно здесь самые высококвалифицированные врачи и современные медицинские аппараты, которые помогает вылечить смертельные болезни. Самая наилучшая охранная система. Днём это город семейного отдыха, шопинга и массовых культурных мероприятий, а ночью — динамичная, яркая и по-своему страстно-романтичная жизнь. Сюда стремится попасть каждый, именно здесь можно встретить человека разной национальности и расы. Город Ситфо стал, как отдельное государство, где можно «жить» спокойно, не задумываясь и не беспокоясь о будущем», — пишется в газетах и новостных лентах интернета.       Всем живётся хорошо там. Много людей теперь в остальных городах, даже отдельных странах, ссорятся из-за одного Ситфо, который вообще никто не видел изнутри и никогда не бывал, а тот, кто уезжает туда, не возвращается обратно. Никогда. — Ситфо рассчитан максимум на 1 миллион проживающих. Пожалуйста, мирные жители, оглянитесь вокруг. Мы всё делаем для вас и вашей жизни. Мы посадили всех разбойников, некоторым дали шанс исправиться, каждому бездомному подарили квартиру, скоро улучшится медицина и в остальных городах, — объяснялись вышестоящие чины перед народом. Народ успокаивался, но на некоторое время. Между тем кукловоды каждый раз выходили на люди и неизменно говорили об экспериментах, об открытиях нового, но в конце указывали на факты, что и другие города развиваются и совсем скоро будут подобны городу Ситфо. Вешая рассказывая таким образом лапши новости на уши людям, они жили в сказочной иллюзии и начали восхвалять президентов, министров и государственных служащих. Но всегда есть и другие люди, у которых всё равно есть своё мнение на этот счёт.

***

      Успешный человек не тот, кто купил хорошую квартиру в хорошем городе. Успешный человек не тот, кто имеет большой забитый карман. Успешен тот, кто достиг своих желаний и целей, тот, кто в гармонии с самим собой. Именно так и считает Чон Чонгук. Ему 28 лет. У него есть, кажется, всё. Прекрасные родители, где мать хорошая и гостеприимная хозяйка, где отец примерный семьянин, который готов работать во благо обществу. Не менее прекрасный девятнадцатилетний младший брат, который уже учится в университете искусств. Привлекательный омега, который поддерживает его во всём и отдаёт всю свою любовь. И работа, о которой он всегда мечтал и которая досталась ему так нелегко, отказавшись от подачек родителей. Сначала высшее юридическое образование, работа около трёх лет в следственных органах, специализированный курс, получение лицензии — и всё это для того, чтобы открыть своё детективное агентство. Сейчас он работает как частный детектив и полицейский, крепко связанный с ФСБ. Многого добился? Так-ли это? Нет.       Десять часов вечера, уже давно обычные офисные рабочие закончили свой рабочий день. Чонгук только выходил из здания, где арендовал себе помещение. День выдался тяжёлым. Тяжёлым настолько, что хотелось просто уткнуться в подушку и заснуть. И желательно не проснуться больше. Хорошо, что люди ещё не научились читать чужие мысли, иначе бы Чонгук точно получил от своей омеги по башке. От воспоминаний об омеге альфа улыбнулся, только сильнее захотелось к нему. Отчего, быстрее добравшись до машины, поехал домой, желая позабыть о клиентах, которые могли вынести мозг и высосать душу одним только присутствием своим.       Зайдя в квартиру, Чонгук удивляется. В комнатах не горит свет, нет запаха еды и нету омеги, который бы накинулся сразу с объятьями на альфу. Это была большая редкость. Включив свет и сразу посмотрев на экран телефона, альфа забеспокоился. Нету ни одного оповещения от его тигрёнка, хотя тот всегда звонит или пишет SMS, если задерживается на работе. Но сразу паниковать Чон не собирается, он знает, что в таких ситуациях нужна трезвая голова на плечах. Только зайдя в гостиную и включая свет, Чонгук дёргается, заметив боковым зрением знакомый силуэт — Если я расскажу, что мой альфа, работающий детективом, так испугался, то меня обсмеют.       Чонгук повернул голову и увидел свою омегу, которая сидела на диване, сложив руки крест накрест в области груди. И выглядел он уж очень обидчиво: нижняя губа была слегка поджата, бровки нахмуренные, создавая мимическую морщинку на лобной части. Значит Чон что-то сделал не так или забыл какую-то важную дату. Твою мать, — пропел мысленно альфа, догадываясь, что сейчас может быть скандал. Поэтому до того, как это случается, он подходит к омеге и сразу подсаживается к нему, беря того за руку аккуратно и уже поглаживая по тыльной стороне ладони большим пальцем, — Что-то случилось? , — поинтересовался аккуратно Чон. Но никаких скандалов нет. Вздох, печальный взгляд и ответ: — Ты происходишь. Чонгук, я всё понимаю, но ты не думаешь, что это слишком? , — Чон удивлённо поднял брови, — Ты ведь начал работать частным детективом только для того, чтобы у тебя были свободные дни, найти информацию об убийстве семьи Мин, иногда решая мелкие проблемы своих клиентов. И не ври мне, я не дурак. У тебя из-за этого нет выходных. То на службе, то там. Порой, мне кажется, что у меня нет альфы, а просто какой-то сожитель здесь обитает, — объяснялся Техён и смотрел в глаза альфе, лишь иногда отводя взгляд, подбирая слова, — Ты ко мне вообще ничего не чувствуешь или просто надоел тебе?       На последние слова альфа тут же отреагировал, он ни в коем случае не хотел, чтобы Техён именно так думал. Это было далеко не так. Придвинувшись ещё ближе к омеге, Чон притянул к себе блондина и обнял, положив одну свою руку к нему на угловатые плечи. — Не смей даже так думать. Не скрою, что мне это дело действительно важно, но ты главнее, — прошептал, думая что в этом случае пойти на компромисс, — Ты прав. Немного перегнул палку насчёт занятости. Я возьму специально выходной на два дня, чтобы мы побыли вместе. Да и как раз нас мои родители приглашали к ним. Съездим в гости завтра вечером, отвлечёмся, а на следующий день сходим в парк, в кинотеатр, в ресторан — куда захочешь. Хорошо, тигрёнок? , — кивок послужил положительным ответом. Данную тему омега больше не хотел обсуждать, знал, что Чон пойдёт на уступку, если с ним нормально поговорить. Техён теперь хотел перейти к главному. Оттого перебрался на колени альфы и по-собственнически уселся на них, одной рукой обвил шею его, а второй медленно начал умело расстёгивать рубашку альфы и сладко промурлыкал на ушко: — Сегодня на ужин у тебя я, — а Чон и не против, два раза повторять не надо. Грубо схватив за ягодицы Кима, он утянул в страстный поцелуй, предвкушая уже бурную ночь и мысленно представляя, где поставит засосы и укусы на мягкой коже. А Киму нравился такой Чонгук, ведь только ему можно смотреть на этого добропорядочного альфу, который в постели превращался в какого-то зверя.       С Техёном Чонгук уже встречается пять лет, а жить вместе решили спустя два года. Несмотря на уже тогда взрослый возраст Техёна, да ещё уже работая моделью, признался он весьма неуклюже. Точнее он пытался признаваться, но все его три попытки были тщетными: то момент кто-то портил, то смущался сильно и не мог нормально, прямо сказать о том, что сердце его принадлежит только Чону. Поэтому альфа, видя все старания омеги и понимая к чему всё время идёт, сам предложил встречаться. Он никогда не забудет, как у Кима глаза от удивления чуть из орбит не вылезли, но удивление заменилось быстро на счастье. Чувствует-ли Чонгук что-то к Киму? Да. Большую благодарность. Он Чону даже нравится, привлекает, а в постели с ним просто растворяется, забывает о всех проблем. Ким Техён уже наполовину завоевал сердце альфы, но это пока секрет, и то, что он завтра собирался покупать коробочку с кольцом — тоже секрет. Это никому знать не обязательно.       Единственное, что не даёт жить альфе — расследование об убийстве семьи Мин. Вся информация скрыта, её невозможно найти. Как будто этого убийства не было, и вообще такая семья даже не существовала. Но Чонгук не терял надежды и до последнего сидел за ноутбуком, проверяя и перепроверяя разные документы, ища материалы, которых просто-напросто не было. Альфа за несколько лет продвинулся на 0,0%, а это просто убивало. Но он никак не мог себе позволить мысль о том, что снова не сдержит обещание. Он не сдавался, а омега его поддерживала.

***

      На следующий день, как и обещал, Чонгук не идёт ни на одну из работ, но предупреждает Техёна, что должен по делам съездить и встретиться с братом, который заболел. Омега и не против, лишь говорит, чтобы Чимина сразу к Намджуну отвёз, чтобы второй осмотрел младшего. Выслушав совет Кима, он целует его мимолётно в губки и выходит из квартиры.       Чонгук, после вчерашней ночи, точно для себя решил, что сделает предложение Киму, поэтому для начала заезжает в ювелирный. С трудом, но при помощи консультанта, купил обручальное кольцо. Чон ещё раз оглядел небольшое колечко, сделанную из розового золота, и положил в бархатную коробочку. Только он вышел из ювелирного и направится к своей машине, как резко останавливается. Всё вокруг словно остановилось. Вдохнув ещё раз полной грудью, он не мог поверить. Это точно он. Это точно его запах. Альфа, пытаясь не потерять, пошёл на едва уловимый, манящий его запах, такой давно забытый-незабытый шлейф ароматов, вдыхая полной грудью всё чаще и чаще. Но из-за большого количества людей, запах начал мешаться, теряться. Чон, как умалишённый, начал искать его по улицам, оглядываться по сторонам, хотя бы знакомые черты. Едва уловимый аромат его привёл в переулок с мусором, но сразу к носу пристал неприятный запах разных отходов, полностью избавив Чонгука от пелены наивной надежды, которая зародилась буквально на пару минут. — Блять, — завыл в отчаянии Чонгук, придя в себя, — Когда же ты, сука, поймёшь, — удар кулаком в стену, — Что его, — удар в стену вторым кулаком, — Уже нет в живых! , — крик. На минуту показалось, что весь город смотрит на альфу, но покосившись на народ, который всё также ходил по своим делам, не обращая внимание на темноватый переулок, где находился один лишь Чон, усмехнулся. Облокотившись спиной об стену, он поднял взгляд на небо, — Какого чёрта? Чёрт, я хочу жить уже по-нормальному. Завести семью, чёрт тебя дери, — будто рыча говорил альфа, злясь то ли на того, кто покинул его 15 лет назад, то ли на себя, храня в себе его глазки с лисьим прищуром, его сладкую улыбку, которая обвораживала, его всего. Чонгук думал, что забудет его со временем, потом надеялся, что если пустит в свою жизнь Техёна, омега излечит сердце альфы, но ни того, ни другого не происходило. Он мог временно забыть о Юнги, но потом всё начиналось по кругу. Альфа где-то глубоко понимал, что сам не хочет отпускать Мина из сердца, не хочет забывать его черты лица, всегда холодные, но дарящие тепло, любимые руки.       От вновь наплывающих воспоминаний перебивает входящий звонок, Чон сразу же посмотрел на телефон. Он никогда так не был благодарен своему младшему брату. Улыбнувшись, он взял трубку и вышел из переулка, извиняясь, что заставил ждать его маленького и больного Чимин-и.       Буквально через пару секунд выходит из этого же переулка миниатюрная фигура во всём чёрном и наблюдает за тем, как альфа растворяется в толпе. Сжав кулачки, он уходит совершенно в другую сторону.

***

— Нет. Ты меня совсем не любишь, — сидя в машине брата и дуя щёчки, звонко и обиженно произнёс омега. Чон Чимин — младший брат Чонгука. Этот миловидный парнишка популярен как среди учащихся, так среди и преподавателей университета искусств. Ангельская внешность, ангельский голос, ангельский характер — и это всё про Чимина. Но только не для близких. Домашние всегда знали и знают, что под этим ангельским образом сидит чертёнок, который умело может манипулировать людьми с самого детства, как ему захочется, только на одного человека эта манипуляция никогда не действовала, но тем не менее его доброта и отзывчивость всегда оставалась с ним. — Ты позвонил тогда, когда ещё находился в кабинете и у медсестры, хотя я уже тогда перед тобой извинялся по телефону, — тут омега хотел вставить свои пять копеек, но Чон старший был настойчивее, — А ты вышел только, когда я подъехал. И ещё ждал тебя минут пять. По-моему, я сейчас должен говорить это, — Чонгук прокашлялся, надул щёчки и, отвлекаясь от дороги, посмотрел на младшего, — Ты меня совсем не любишь! , — передразнил Чимина на что получил лёгкий толчок в плечо. — У меня это получается гораздо милее! , — возразил Чимин, альфа же кратко посмеялся с брата и вернул своё внимание к дороге, ловко крутя руль, — Куда мы едем? , — поинтересовался, заметив, что едут они ну никак не на съёмную квартиру омеги. Этот маршрут он хорошо знает. Успел выучить наизусть. При этом внутри тайно надеясь услышать имя человека, которого вечность видеть готов. — К брату Техёна. Он сегодня как раз работает и мало пациентов, уже с ним созванивались. Пусть осмотрит тебя. — Вот как, — как можно равнодушнее ответил младший, повернув голову к окну, понимая, что не может сдерживать улыбку.        Ким Намджун тридцатилетний альфа, который работает в медицинском центре терапевтом. С самого начала молодой врач завоевал хорошую репутацию среди своих пациентов и коллег, делая всё возможное по лечению. Чимин его впервые увидел, когда он гулял с братом, с мамой и Техёном. Тогда старший пришёл за своим младшим братом и уже привлёк внимание своей внешностью и харизмой настоящего альфы. А вторая встреча стала самой опасной и критической точкой невозврата. В 13 лет, став пациентом Кима, он узнал альфу с другой стороны. Понял каким он может быть нежным, внимательным. Если с пациентами он так заботлив, то какое внимание получает его омега? Ловит же он такие проницательные взгляды, ощущает-ли нежное прикосновение этих больших ладоней? И вообще, какого это быть его омегой? Чимину стало очень интересно и каждый раз он искал встречу с Намджуном, каждый раз пытаясь либо заболеть, либо находится там, где бы находился альфа, говоря про совсем неожиданную встречу каждый раз. К сожалению, всегда в каждой истории есть одно и большое «но». — Добрый день, Чонгук, Чимин, — Ким встал сразу, как увидел семейство Чон, и подошёл к старшему, протянув к нему руку. — Доброго, Намджун, — пожал руку Чонгук, — Привёз тебе тут вечно больного, — указывая на Чимина, который встал, как вкопанный. Намджун оглядел его с ног до головы и указал на кушетку, выдав улыбку в ответ. — Присаживайся, сейчас тебя осмотрим, — услышав привычные слова от альфы, Чимин прошёл послушно и сел удобнее. — Не буду мешать, пойду. Чимин, буду ждать тебя в машине, — предупредил Чон и вышёл, оставив двоих в кабинете. После этого и начался осмотр омеги. Чимин послушно дал осмотреть своё горло, послушал лёгкие, сердце, померил температуру. — Что ж, обычная простуда. Можно и не волноваться. Главное не запускать это дело. Если запущу, не буду лечиться, то буду видеть тебя чаще, чаще ощущать твои обжигающие прикосновения к своей коже. — Сейчас выпишу тебе лекарства и можешь быть свободным, — спокойно и тихо говорил альфа своим взбудораживающим голосом, от которого у омеги мурашки бегали по телу. Но так быстро своё посещение к Киму, не намеревался заканчивать. Омежья сущность требовала больше находится с альфой и наслаждаться его запахом чёрного перца, который слегка щекочет нос, с нотками гвоздики. — У меня скоро будет практическая работа. — Вот как. Удачи тебе.       Чимин прикусил нижнюю губу, почувствовав незаинтересованность альфы. — Мне требуется натурщик. Я хотел, чтобы это был ты, — прошептал настолько невозмутимо насколько мог омега, опустив свою голову и смотря только на носы своих кроссовок. Чон слышит как встаёт альфа со стула, как подходит к нему, сделав буквально два шага и смотрит пристально. Чимин этот взгляд ощущает на себе, но свой взгляд прячет, смотря вниз. — Не думаю, что я подхожу на эту роль. Тем более много работы, — как можно мягче отказывается альфа, беря за запястье Чимина и вкладывая в маленькую ладошку список с лекарствами. Омега медленно переводит взгляд на список, вздыхает, кивает, говорит тихое спасибо и выходит из кабинета. И так каждый раз. Чимин хочет к нему, тянется к нему, а альфа будто чувствует это, но отталкивает каждый раз, как только омега хочет ближе стать. Осознавая это на душе становится невыносимо больно, каждый раз себе обещает, что больше такого не будет, но буквально через пару минут сам же думает о встрече, а в момент течки ласкает себя думая только о нём.       Сев в машину брата, Чимин улыбается тому настолько ярко насколько это возможно. — Обычная простуда, — сразу оповещает и смотрит не на брата, а вперёд, комкая листок бумаги в руке. — Хорошо. Сегодня я с Техёном хотели поехать к нашим родителям и тебя заодно взять. Не хочешь? , — выезжая из стоянки, интересуется Чонгук. — Нет. Я всё равно плохо себя чувствую. Лучше отлежусь дома. Маме не говори только, не хочу, чтобы она волновалась, — попросил младший, наблюдая с окна за проезжающими машинами, которые ехали по другой полосе дороги. На просьбу альфа не ответил, зато постоянно косился на омегу, который каждый раз после встречи с Кимом вёл себя тихо и спокойно. Это беспокоило Чонгука. — Что-то произошло? — Отстань. Я просто болен и хочу спать. — Хорошо. Но помни, я всегда готов выслушать и помочь тебе. — Да, знаю.       Чимин знает, что выслушает, но так же знает, что скажет брат. Ведь омега влюбился в того, в кого не следует было влюбляться. Чимин любит не просто альфу, который старше его на 11 лет, он любит женатого альфу.

***

Пять часов вечера. Уже в это время темнело на улице, солнце садилось позже обычного, становилось прохладнее, напоминая, что совсем скоро приблизиться зима. Люди в это время уже уходили с работы, укутываясь, как можно теплее. Чонгук, не обращая внимание на проходящий народ, ждёт свою омегу в машине, возле салона, чтобы потом поехать к своей семье. Сам Чон уже был, как говориться, при параде. После того, как отвёз своего брата, молодая пара созвонилась и договорилась, что омега уделит своей внешности немного времени, а альфа может поделать свои дела. Это ≪немного≫ могло растянуться на три-четыре часа, поэтому темноволосый решил сходить в зал, в барбершоп и купить чёрный смокинг и наряду с этим сейчас он всё равно ждёт Кима, крутя маленькую коробочку, где хранится обручальное кольцо. Альфа правда хотел сделать предложение Киму, но произошедшее днём, оставил в нём неприятный осадок. Он не хотел обманывать себя, а уж тем-более омегу, которая верит ему и отдаёт всего себя, но сейчас такое ощущение, что он заставляет себя сделать дальнейший шаг, пытаясь перехитрить всех. Особенно свои чувства. В альфе скопилось за это время полный смак разногласий с самим с собой. Мужчину раздирают изнутри эти противоречия, которые борются между собой. — Да что же это такое? , — прошептал сам себе Чонгук, резко зажав коробочку в своей руке и открыв бардачок, — Извини, Техён, но я не смогу это сделать. Я пока не достоин тебя, чтобы овладеть тобой целиком, — и положил коробок, который находился всё это время в руке в небольшой багажный отсек, заперев потом ту. В эту минуту, как раз вышел Ким, который сразу направился к машине, предварительно помахав Чону, который наблюдал за блондином из лобового стекла. Техён выглядел обворожительно. Он сам по себе был всегда красив, а как пошёл в индустрию красоты и моды, то от его изящности можно было слепнуть. Ни один альфа, бета не могли отвести глаз от омеги, ни один другой омега не мог не мазнуть завидным взглядом на Кима. Его чёткий контур лица, не ярко подкрашенные, но крупные глаза, длинные реснички, округлые формы бёдер, чуть смугловатая кожа, идеально ровная спина и гордая, уверенная походка, так и привлекала каждого, заставляя смотреть вслед. Другой рядом с ним — ничто, серая масса. Сейчас смотря на омегу с другой стороны, альфа не понимал, как так получилось, что раньше не замечал такую неземную омегу. — Эй, что за взгляд? , — поинтересовался Техён, сев в машину, даря Чону обворожительную улыбку. — Я же не могу прямо здесь наброситься на тебя, поэтому приходиться глазами поедать тебя, — и тут же щёлкнул зубами, предварительно облизавшись. Чуть посмеявшись после, потянулся за необходимым ему поцелуем. — Боже, Чонгук, ты как волк — ненасытный, — заметил омега, прикрывая глаза и наклоняясь на встречу к альфе, который утянул сразу в глубокий поцелуй. Ким, не теряя ни секунды, с трепетом ответил. Поцелуй был нежным, Чонгук не пытался хоть как-то причинить сладкую боль, как было всегда заведено у них, он этим поцелуем словно извинялся. И извинялся искренне, но за что — Ким не понимал. Подсознание забило тревогу, начав подкидывать самые худшие доводы. От этих неприятных предположений, рождалось досадное чувство, поэтому Техён поспешил отстранился от любимых губ, — Поехали, твои родители уже наверняка ждут, — коснувшись до кончика носа своего молодого человека, омега более удобно сел на пассажирское сиденье. — Да, ты прав, — согласился тот, не заметив резкое изменения настроения омеги. Он сделал музыку погромче, которая всё время играла в салоне машины, нажал на кнопку зажигания и пара выехала к родителям Чона.

***

      Чон Йонг и Чон Мэй жили в том же особняке, поэтому чтобы добраться до этого места потребовалось минут 40. Но увидев родную улыбку, альфа забыл о трудной и напряжённой дороге, которая сопровождалась от начала пути до конца. Пробки — точно придумал дьявол. Женщина их встретила, как всегда распростёртым объятиями, поцеловав каждого в щёку и скорее позвав за стол. Она была всё такой же: искренней, вежливой и заботливой, бережливо относилась ко всем и всему, а возраст её, казалось бы, наоборот украшал, несмотря на все морщинки, которые начали появляться с годами. — Сынок, Техён, давайте раздевайтесь и за стол, все блюда готовила сама. Я вас уже давно жду, — говорит радостно женщина, дожидаясь, когда молодые люди освободятся от своей верхней одежды, — Ох, как вы оба прекрасно выглядите. Явно подходите друг другу, но Техён, не могу признать, сегодня ты выглядишь лучше Чонгука, — ахнула Мэй, хлопнув в ладоши, уже во всю рассматривая альфу и омегу. — Вы тоже прекрасно выглядите, как всегда, — ответил комплиментом Ким, который смутился от последних слов мисс Чон. — Спасибо, деточка моя, — теперь две омеги стояли с красными щеками от комплиментов взаимных. Они стоят друг друга, — подумал альфа, наблюдая за картиной. — Извините, помешаю вам, но где отец? Он дома? — поинтересовался Чон, влезая в их идиллию. Женщина враз изменилась в лице. — Вчера ночью что-то случилось в Ситфо, поэтому он немедля уехал, — со вздохом дала ответ зрелая омега, — Тот же вопрос и тебе, но только про Чимина. — У него много дел, ведь скоро зима, а там и сессия, — соврал Чонгук матери, которая с грустью отвела взгляд. Но вмиг улыбнулась, вернув взгляд двоим. Чон в сотый раз отметил, что Чимин пошёл в мать — натягивать на себя маски, но решил перевести тему на ненавистный, неизвестно по каким причинам, город, — Ситфо идеальный город же, настолько идеальный, что ФСБ не имеет информацию к нему, но зато военные знают все секретики. Что же там могло случиться? , — хмыкнул альфа. — Уверена, что ничего такого серьёзного, — промолвила, как можно мягче сыну, — Так. Я уже проголодалась, поэтому пойдёмте трапезничать, — пригласила к столу Мэй. Техён взял под руку Чонгука и они прошли на кухню, где обычно ела только семья.       Ужин прошёл спокойно, уютно и по домашнему. Каждый участвовал в разговоре. Никто не заметил, как прошло 3 часа. Они бы так и сидели бы, если не звонок альфе по работе. Стало известно, что их группа будет вовлечена в розыск каких-то преступников, по этому поводу, собственно, собрание с завтрашнего раннего утра. Чонгуку сразу пришлось рассказать двум омегам, иначе бы эти две пары глаз, отражающие взволнованность и тревогу, одного альфу просто сточили. Впоследствии Мэй начала выгонять молодёжь из дома, хотя те порывались помочь омеге убраться со стола, помыть посуду, но женщина была несгибаемой, поэтому пришлось послушаться. — Спасибо. Всё было вкусно, мама. — Поддерживаю. Спасибо большое, госпожа Чон, — Ким и Чон сделали глубокий поклон, благодаря родительницу, в ответ Мэй лишь улыбнулась паре. На этой хорошей ноте, молодые уехали, а женщина пошла в особняк прибраться на кухне.       Несколько часов назад Мэй отпустила всех своих прислуживающих людей, поэтому приходилось делать всё самой на данный момент. Но омеге это было в радость. Стоя в фартуке на кухне и натирая белым полотенцем тарелку с золотым ободком, мягкая улыбка расцвела на её прекрасном лике — ностальгия нахлынула, когда она ещё жила в трёхкомнатной квартире, где она была обычной женой обычного военного и мамой маленького альфы. От счастливых дней прерывает внезапный шорох. — Йонг? , — сразу подумала на своего мужа, который не должен был возвращаться сегодня домой ночевать. Да и привычного щелчка, открывающейся двери не было слышно. К сожалению, никто не ответил. Аккуратно поставив тарелку на стол и отложив тряпку, она пошла в гостиную, а через неё в прихожую. Но никого не обнаружила, дверь по прежнему была закрыта, — Йонг? , — снова позвала супруга, выглянув во двор, но там никого. Ничего не понимая и думая, что показалось, женщина закрыла дверь. Только хотела она вновь запереть дверь и вернуться на кухню, как застыла, не оборачиваясь, почувствовав, что за ней кто-то стоит и смотрит в спину, взглядом жгучим. Сглотнув, тем самым промочив горло, которое стало вмиг сухое, женщина попыталась расслабиться, думая, что это лишь её воображение. Но реальность оказалась жёстче, чем омега могла представить. — Кажется. Больше 10 лет прошло.       От услышанного за её спиной бросило в пот от неверия в происходящие. Женщина не успела осмыслить и о чём-то подумать. Хриплый голос, который был свойственен лишь одному человеку. Мэй не могла поверить. Трясущиеся руки она поднесла к лицу, закрыв рот и постепенно оборачиваясь всем телом. Увидев худощавое и небольшого роста тело, знакомые черты лица, глаза, смотрящие так открыто, как и когда-то, и лёгкую улыбку, голова начала покачиваться из стороны в сторону, а слёзы в свою очередь начали скатываться по щекам. Этот был тот, кого сыном называла. Это был тот самый мальчик, которого она видела в последний раз лет 15 назад. Это был тот, за кого она эти 15 лет молилась. Это был тот, перед кем себя чувствовала виноватой, мысленно называла себя убийцей. — Я так рад вас видеть.       А это её добило. Упав на колени, даже не почувствовав боль от переполняющих эмоций, она разрыдалась, склонив голову перед этой омегой. Она перед ним виновата, не защитили, не уберегла от дьяволов. Мэй не достойна этого взгляда, не достойна этой улыбки, не достойна таких слов, а уж тем-более не достойна этих объятий и утешающих прикосновений по спине, но всё же, через громкие всхлипы, она говорит:

— Прости. Прости меня. Юнги.