Приёмный сын

       В тот вечер жнецам предстояло поговорить о многом, но этого не случилось. Оба были совершенно растеряны и погружены в себя. Отелло решил остаться у Грелля на ночь, так что они почти молча пошли спать. Алый — на кровать, его сын — на диван. Но разве он ему теперь сын? POV «Кто же мы теперь друг для друга?»        Проснуться утром воскресенья в восемь часов — это, конечно, преступление, но жнецам явно не спалось. Особенно Греллю, он вскочил даже раньше сына. Отелло проснулся от мягкого голоса аловолосого: — Отеллочка! Эй, просыпайся, солнце! Тебе, может, хочется ещё поспать, но я не могу столько ждать! Кроме жалобного воя Грелля, жнец почувствовал запах свежесваренного кофе. Он открыл глаза, голова оказалась невыносимо тяжёлой после беспокойного сна, полного душевных терзаний. Но, наконец, Отелло сел на край дивана и принял из рук отца кружку кофе. Отхлебнул, вздохнул, и начал говорить: — Грелль. Я не знаю, насколько мои чувства могут показаться тебе неправильными и аморальными, но то, что вчера было… Это серьёзно, — с этими словами жнец посмотрел родителю в глаза. — Пожалуйста, отнесись к этому…короче, без глупостей. Грелль после слов сына отобрал и поставил подальше кружку с кофе. После — заключил того в такие крепкие объятия, что у Отелло перехватило дыхание. Толи от неожиданности, толи от накатывающихся слёз. Дрожащим голосом он продолжил: — К-какой бы не был твой ответ, я п-пойму. Но и ты, пожалуйста… — Боже мой, Отеллочка, да ты с ума сошёл! — от алого не укрылся плачущий голос сына, и Грелль начал быстро утирать рукавом ему слезы. — Нашёл из-за чего… — не доворив, жнец снова прижался к Отелло. — Солнце, я тебя тоже очень люблю. А всё, что здесь неправильно — это то, что ты столько времени держал всё в себе! — Грелль резко взял сына за плечи и встряхнул. Смотря на его растерянное и смущенное лицо, алый вновь проникся к Отелло нежностью. Отчасти отцовской, но и было в этом нечто выходящее за рамки родительской любви. Даже и не смея думать, Грелль поцеловал Отелло. Нежно, но настойчиво. Потерянному жнецу не получилось этому препятствовать. Но он совсем не понимал, что ему делать, поэтому полностью поддался алому.       Отодвинувшись от лица Отелло, Греллю повезло наблюдать настолько шокированный взгляд сына. «У него были такие же напуганные, но такие радостные глаза, когда я пришел его усыновить»       В этот миг небольшого замешательства Грелля, Отелло уже сам придвинулся ближе к отцу. Посмотрел на него и тоже задумался: «Его улыбка была такой же доброй, когда он пришёл забрать меня» И они снова слились в поцелуе. Греллю сразу стало понятно, что ему предстоит учить Отелло целоваться. Это было нелепо. Но у них ещё всё впереди.