Жизнь на скорость

Лилиан спешит к двери, взволнованная от неожиданного визита гостей. Массивная дубовая дверь, вокруг которой образовалось огромное множество опилок, нелепо лежит на полу. Девушка осторожно проходит сквозь проём, чтобы не поранить стопы. — Здравствуйте, Чарльз! — картинно закатив глаза, воскликнула Лили. Она опёрлась о перила лестницы и задумчиво посмотрела на американца. Он вошёл в дом, нервно потирая костяшки пальцев. Его взгляд мгновенно нашёл Лили, от чего он вспыхнул, побагровел. Мужчина подбежал к девушке и схватил её за руку, прижимая к своей груди. — С вами всё в порядке? Как ваша голова? Ничего не болит? — замельтешил он, держа девушку за плечи. Голубые глаза Лили испуганно посмотрели на Чарльза. Он общался с её врачом и узнал о проблемах со здоровьем? — Как вас угораздило сломать мою дверь? — воскликнула Лилиан, отталкивая от себя мужчину. Он оглядел обстановку в доме, затем снова перевёл взгляд на девушку, что стояла в легком жёлтом платье, совершенно босая, посреди огромной орды древесных опилок и осколков. — Вы пораните ноги! — Чарльз приобнял девушку за талию и лёгким движением подхватил её на руки, не оставив возможности стоять на ногах. Он активно игнорировал все её вопросы и эмоциональные возгласы. — Отпустите немедленно! — закричала девушка, ударяя мужчину по рукам со всей силы. На Чарльза это не подействовало, он поспешил в зал, где пару минут назад Лилиан принимала Гарри Стайлса в качестве гостя. Чарльз уверенно забежал в зал и положил девушку на диван. Она резво вскочила, желая возразить, но Кох снова вернул её на место. Он взволнованно оглядывал девицу, боясь, что с ней приключилось неладное. — Вы больна! Вас сбила машина! — заверещал он, удивляясь, как она вообще стоит на ногах. Глаза Лилиан в мгновение распахнулись, длинные ресницы, что обрамляют глаза, чуть ли не достигли бровей. Она в ужасе посмотрела на Чарльза, пока тот мельтешил перед ней, поднося то воду, то пластыри. — Успокойтесь, ей богу! — вскричала Лилиан, вставая с дивана. Она толкнула Чарльза, усаживая его на место, где пару мгновений назад сидела сама. Затем она приземлилась в кресло, что стояло напротив, и перекинув ногу на ногу, стала выжидающе смотреть на мужчину. Она жаждала объяснений, чтобы он наконец пояснил ей, зачем явился сюда. — Итак, что же должно было приключиться с вами, чтобы вам в голову взбрело, что меня сбила машина?! — еле сдерживая истерику, прошипела Лилиан. Девушку переполняла ярость, ведь Чарльз не только выломал старинную входную дверь, но и вломился в дом с доводом, что её сбила машина! Что он с Гарри Стайлсом придумал? — Мне позвонил один уважаемый мистер и сообщил об этом, — уверенно заверил Чарльз, срываясь с места, чтобы снова подскочить к девушке. Но она жестом показала ему соблюдать спокойствие. — И вы, такой умный и образованный человек, разумеется, поверили ему! — воскликнула Лилиан, злобно поглядывая на мужчину. — Честно говоря, — начал Чарльз, замечая, что, кажется, девушка действительно в порядке, и его просто облапошили, — мужчина не представился, лишь сообщил, что ему нужны координаты вашей резиденции, чтобы отвести вас домой. — Вы дали какому-то чужаку мой адрес? А если бы это был какой-нибудь маньяк? — Лилиан, прошу вас, не умаляйте моей безопасности, — ухмыльнулся мужчина, удобно развалившись на диване. — Люди, не приближённые ко мне, просто не знают, куда звонить. Не думаете ли вы, что номер моего менеджера публикуется в газете? — Что же, по всей видимости, именно там он и опубликован! — воскликнула Лилиан, осознавая, что, кажется, этим самым незнакомцем был Гарри. Она вскочила с кресла, словно ошпаренная, и схватив Чарльза Коха за шиворот хлопковой футболки, потянула на себя, чтобы мужчина встал. Чарльз удивился силе, которой обладала девушка. Лилиан же не медлила и вытолкала Чарльза и врачей на улицу, злобно окидывая каждого взглядом. — Ещё раз попадёшься мне на глаза, очень пожалеешь! — завопила она, обозлённая безрассудным поведением друга. Её до нервной дрожжи в руках раздражало самолюбие и уверенность Чарльза. Да как ему дерзости хватило ворваться к ней в дом, нанести ущерб имуществу, даже не связавшись с ней самой! — Лилиан, прошу! Я ведь из добрых побуждений! — заверещал Чарльз, стоя у косяка отломанной двери. В глазах мужчины читалась мольба и желание избежать конфликта, но Лилиан непокорна, поэтому никакого сострадания в ней нет. Даже доли его. — Убирайтесь, Чарльз с глаз моих долой! — Лилиан повысила свой тонкий голосок, вставая в позу защитника. Она расставила ноги, уперевшись босыми ногами о косяк. — О, Лилиан! Вы так красивы, даже… — И не думайте начинать, Чарльз! — вскричала Лили, указывая мужчине на выход. За долю секунды лицо мужчины побагровело, оно приобрело какой-то сочный оттенок красного, кровяной. Лёгкая футболка чуть помялась от активных действий, а идеальная укладка выбрилась из привычной формы, придавая его образу больше дикости. Когда он отвёл свои бешеные глаза от девушки, Лили с облегчением вздохнула, не ожидая такой реакции от миролюбивого Чарльза Коха. — Со мной никто так не разговаривает. Тем более женщины, Лилиан. — Я ваше единственное исключение, — парировала девушка, разворачиваясь. Она, игнорируя дальнейшие возгласы мужчины, прошла внутрь, скрывая свою белоснежную кожу от жестоких ультрафиолетовых лучей солнца. Чарльз Кох, озлобленный вопиющим поведением девушки, поспешил к воротам, чтобы избежать ещё хоть малейшего столкновения с Лилиан Клерфэ — наглой особой, с завышенной самооценкой и бьющим через край чувством собственного достоинства. Он боялся признаться самому себе, что безответно влюблён в юную красавицу, в эту своенравную девицу. Ему стыдно, Чарльза так доставало чувство жалости, которое он испытывал по отношению к ней. Ему хотелось рискнуть, прижать несчастную девицу к своей мужественной груди и скрыть от всех невзгод, что встречаются ей на пути, но он боялся быть отвергнутым. Гордость и самолюбие мешали ему здраво мыслить, красота и энергетика Лили накрывала его с головой, каждый раз, когда она появлялась в его поле зрения. Когда его менеджер позвонил ему и сообщил, что Лилиан едет к себе в резиденцию, больная и искалеченная, сердце его отбило нервную чечётку, а руки мгновенно заледенели. Разум затуманило самыми страшными мыслями и исходами. Потерять Лилиан сравнимо с апокалипсисом. — Как вы, сэр? — осторожно спросил водитель, когда Чарльз сел в автомобиль молча. — Я влюблён и чертовски страдаю от этого! — вздохнул он, по-детски сложившись калачиком на заднем сидении джипа. Водитель мило улыбнулся, завидев горящие щеки босса и грустную улыбку на его губах. — Зачем вы бегаете за ней? Столько попыток. Вы уверены, что она того стоит? — Эх, ты просто не понимаешь, — Кох поменял позу и теперь, прильнув к холодному стеклу авто, задумчиво уставился на пейзаж, что плыл за окном. — Вы любите её? — Да. — Вы встречаетесь? — Нет, но в моем воображении она играет ключевую роль.

***

Убедившись, что Чарльз покинул резиденцию, Лилиан поспешила в зал. Гарри уже сидел на мягком белоснежном диване, попивая вино, которое ему по всей видимости налила мисс Миллз. Он закинул ногу на ногу и заинтересовано листал толстую книгу, что лежала на его коленях. — Стендаль? — спросил он, не поднимая глаз на девушку, словно нутром почувствовав, что она вошла. — Ты сам не видишь? — съязвила Лилиан, присаживаясь на кресло, что стояло напротив. Её раздражал Гарри и его поведение, словно он не гость, а хозяин. К слову, он ведь даже не гость! — Какая ты всё-таки злая, — Гарри поднял свои зеленые глаза, внимательно наблюдая за девушкой, что смотрела на него с дикой ненавистью, которую ощущал даже он. — Я чувствую, как ты испепеляешь меня своим взглядом, и мне это не нравится. Ты слышала что-нибудь о гостеприимстве? — Разумеется, я мила со всеми своими гостями, — картинно улыбнулась девушка, сощурив глаза. — Но не с теми, кто вломился без спроса, да ещё и натравил на меня никудышного друга и толпу врачей. Кстати, чинить дверь будешь — ты. Гарри задрал руки вверх, словно сдаётся. — Несмешно нисколечко, — прошипела Лили, вставая со стула. — Убирайся прочь и больше не приходи! Я тебе не рада. — Извини, — неожиданно искренне заговорил мужчина, вставая с дивана. Он поставил бокал на барный столик и, взяв девушку за руку, прошептал: — Больше не буду. Говорю от всей души! — Не трогай меня! — девушка отдёрнула руку, злобно смотря на мужчину. Он же самодовольно улыбнулся и, поправив прическу, вновь заговорил: — Я пришёл, чтобы попросить у тебя помощи, — Лилиан закатила глаза, отходя от Гарри, чтобы убрать книгу, что он читал, на место. Она ходила мимо него так, словно её никак не интересуют его слова, хотя на самом деле она внимательно его слушала. — Меня пригласили на интервью, французское интервью! Прошу тебя, стань моим переводчиком. Лилиан обернулась и удивленно посмотрела на мужчину, медленно расплываясь в улыбке. — Что ещё сделать? Звезду достать? — Прошу тебя! — Лилиан стала удаляться, поспешив прочь из зала. Гарри побежал за ней, умоляя помочь ему. — Однажды я помогу и тебе! Девушка так резко обернулась, что Гарри чуть не врезался в неё. Она возмущена и ни за что не согласится. — К черту мне твоя помощь сдалась! — Помогу тебе оставить резиденцию себе. — Что?! — вскрикнула девушка, удивленно смотря на мужчину. — О чем ты? Гарри недоверчиво посмотрел на девушку. — Не делай вид, будто не знаешь. — Моя резиденция? На продажу? Не смеши меня, — она снова развернулась и устремилась на кухню. — Клянусь богом, вычитал сегодня в газете. — Что именно? — невзначай спросила Лили, прибираясь на кухне. Она взяла стопку фарфоровой посуды компании Зигер и осторожно поставила её на законное место в стеклянный шкаф. — Писали, что у тебя закончились деньги и резиденция выставлена на продажу. — Не может быть, — выдохнула девушка, оперевшись о мраморную столешницу. Голова закружилась, а живот свело от дикой боли. Она захлопала глазами, стараясь прийти в себя. — Я удивлён, что ты не знаешь, — голос мужчины стал в разы тише, он прислонился к косяку двери и внимательно наблюдал за суетившейся девушкой, что еле стояла на ногах от ошеломительной новости. В глубине души, Лилиан знала, что когда-нибудь известия о нехватке денег и нерегулярной уплате за участок просочатся в СМИ, но не раньше, чем она сама узнает о финальном вердикте. Видимо, налоговики, воспользовавшись именитой фамилией, продали конфиденциальную информацию желтой прессе, осознавая, что Лилиан Клерфэ не станет подавать в суд, опять же из-за нехватки денег. — Слушай, я понимаю, что у тебя сейчас мир перевернулся и все дела, — защебетал Гарри, ощущая, как много времени он уже провёл здесь зря. — Помоги мне сегодня вечером с интервью, а я одолжу денег на неопределённый срок, чтобы ты закрыла долг за дом. Внутри Лилиан заполыхало пламя ненависти к британцу, что нагло и так бездумно разглагольствовал о самой ценной вещи в её жизни — резиденции отца. Она и до этого была о нем не высокого мнения, но сейчас мужчина перешёл все возможные границы и пробудил в ней невиданную злость. В Гарри нет сострадания, нет человечности и тактичности. Он напрочь этих качеств лишён. Это и есть его карма. Девушка обернулась лицом к мужчине и, заглянув в его мерзкие болотные глаза, неожиданно громко ответила: — Я согласна. Но платить за мой дом вам необязательно. — Как? — удивился мужчина. — А как же сделка? Что я сделаю взамен? Лилиан проглотила свою злость и выдавила довольную улыбку, стараясь показать, насколько она добродушна. — Как вы и говорили: «Однажды я помогу тебе». Думаю, мы ещё долго будем жить. Гарри довольно улыбнулся и протянул руку, чтобы Лили пожала её. Девушка лукаво вздернула бровками и кивнула в ответ.

***

Гарри хотел посоветовать Лилиан пойти собираться заранее, но затем одернулся, вспомнив, что девушка очень пунктуальна. Тогда он попрощался с ней и поспешил в отель, чтобы приготовиться к, наверное, одному из самых серьёзных интервью в его карьере. Ему невероятно повезло, что Лилиан Клерфэ великолепно владеет своим родным французским языком и может нашептать ему самые трудные, красивые и удивительные слова! Аудитория снова убедится, что Гарри Стайлс настоящий гений. У Лилиан на Гарри и его судьбоносное интервью, были слегка другие планы, в которые она разумеется, не посвятила его. Когда бронированный джип незаметно подъехал к дому, мисс Миллз окликнула хозяйку и, всучив ей бутылку воды с лимоном, выпустила на улицу. Лили, прикрыв лицо огромной шляпой, быстро залезла на переднее сидение машины и захлопнула дверь, оказавшись в прохладном салоне. Затем, стянув шляпу, чтобы не смущать сидящих её широкими полями, она пристегнулась и лишь потом взглянула на водителя. Им оказался не Гарри, а грузный мужчина высокого роста в чёрном официальном смокинге, на носу у него восседали чёрные солнцезащитные очки, что лишь предавало ему брутальности. — Не хочешь ко мне пересесть? — Гарри неожиданно появился меж двух передних сидений, вопросительно поглядывая на свою «подругу». Лилиан недовольно посмотрела на него, затем отвернулась и, надев солнцезащитные очки, уставилась на дорогу. Гарри пожал плечами и вернулся на место, взяв какую-то книгу. Он надвинул очки с диоптриями и погрузился в чтение. Лили, заметив, что он читает в очках, очень удивилась и даже ухмыльнулась. Кто же знал, что он носит очки? Лилиан ещё пару минут посидела на месте молча, ей было нестерпимо скучно. В салоне царила абсолютная тишина, слышно было лишь перелистывание страниц. Тогда она уголком глаза посмотрела на водителя, что сосредоточено вёл машину и выглядел таким спокойным, что напоминал восковую фигуру. — Вас как зовут? — она стала приставать к нему, чтобы хоть как-то себя развлечь. — Джеймс. — Вы американец? — удивилась девушка, снимая солнцезащитные очки в знак уважения. Джеймс недовольно покосился на девушку. — Да. — Гарри, ты возишь по всему миру своего водителя? — она обернулась и кинула взгляд на мужчину, что задумчиво обводил ручкой строки книги. Он лениво поднял на неё глаза и кивнул. — Это достойно уважения, — улыбнулась девушка, похлопав Джеймса по плечу. Она снова уставилась в окно, пытаясь помолчать ещё хотя бы пять минут, но у неё не вышло, поэтому она снова пристала к водителю с вопросами: — Зачем вы ездите в этих очках? Стекла машины ведь тонированы. Мужчина медленно, как филин, повернулся к ней лицом и снял очки, открывая вид на бесконечный шрам, что проходил вдоль глаза, останавливаясь лишь на веке. Лили улыбнулась, затем выхватила очки из рук Джеймса и положила их себе на колени. Улыбка все это время не сходила с её лица. — Ты что делаешь? — угрюмо забурчал он, пытаясь следить за дорогой. — Ты очень хорош собой, Джеймс! — воскликнула девушка, все улыбаясь. Она искренне смотрела на мужчину своими честными голубыми глазами, что блестели даже без лучей солнца. Джеймс вскинул бровь, недоверчиво покосившись на девчонку. Он чувствовал себя униженным, ведь ему казалось, что она откровенно смеётся над ним прямо в лицо! Мужчина отвернулся от Лилиан и попытался снова сосредоточиться на дороге и выкинуть издевки девушки из головы. — Джеймс, я говорю честно-честно! — снова пристала она, положив руку на твердое плечо водителя. Джеймс даже глазом не повёл, мужчина впервые чувствовал себя настолько униженным. — Да богом клянусь! Не хочешь стать моделью для новой линии духов моей подруги? Джеймс удивленно поднял брови, посмотрев на девушку. Кажется, она снова над ним издевается, но уж больно глазки у неё честные. — Правда? — Конечно! — улыбнулась девушка, попросив его визитку. Джеймс сидел абсолютно счастливый, будто поймал мяч на бейсболе. Гарри же, все время слушая их глупый разговор, наконец решил вмешаться, не понимая, что за договор заключён между ними. Он снова пролез между двух сидений и недовольно покосился на Лилиан, что активно болтала с Джеймсом обо всем, что только приходило на ум. — Кхм-кхм, — закашлял Гарри, пытаясь привлечь к себе внимание. — Да, Босс? — мгновенно отозвался Джеймс, возвращая руку на руль. — Что за договор? — Никакого договора, сэр. — Джеймс снимется в рекламной кампании парфюмерии, — вмешалась довольная Лилиан. — Ты выбрала его? — рассмеялся Гарри. — Я предложу его кандидатуру, — ухмыльнулась девушка, зная наперёд, что подруга согласится. Гарри закатил глаза, но все же промолчал по этому поводу и вернулся к чтению книги. Лили же тайно ликовала. Когда машина подъехала к зданию, Лилиан уже нашла нового друга в лице водителя Гарри Стайлса. Она отлично провела время и совсем не хотела выходить за автомобиля, но нужно было действовать по плану, который она придумала, поэтому ей пришлось покинуть прохладный салон. Гарри вышел у главного входа, он встретился с папарацци, что терпеливо ждали приезда известного гонщика и с дикой страстью желали сделать фотографию. Он был одет по-обычному: ярко-желтый свитер крупной вязки и узкие чёрные брюки, что отлично подчеркивали худобу ног. Ногти мужчины окрашены прозрачным лаком и аккуратно подстрижены, а волосы пышной копной лежали в непонятном беспорядке. Кудрявые волосы мужчины никогда не позволяли создать идеальную укладку. Лилиан сидела в тонированной машине, пока водитель-телохранитель Джеймс провожал его внутрь. Затем, когда Гарри скрылся за стеклянными дверьми, Джейми вернулся и повёз Лилиан к чёрному входу, чтобы никто не заметил её присутствия.

***

Гарри прошёл в студию, заполненную людьми, и уверенно сел в кожаное кресло, не забыв прежде помахать аудитории. Как только он приземлился на мягкую поверхность, аплодисменты притихли, и интервьюер заговорил. Гарри проверил микро наушник и, услышав голос Лилиан, наконец расслабился — интервью пройдёт на ура! — Здравствуй, Гарри! Рад тебя видеть, — улыбнулся голубоглазый блондин, пожав гостю руку. Гарри улыбнулся ему своей многомиллионной улыбкой, не забыв подмигнуть девушкам, что сидят на первом ряду. Они захлопали ресницами и стали тихонько перешептываться между собой. Гарри, довольный своей привлекательностью, внимательно прислушался к словам интервьюера. — Как давно ты здесь? — спросил он на французском. Мелодичный голос Лилиан раздался в наушнике, она заговорила на французском. Гарри улыбнулся про себя, повторив слова девушки: — Как долго тебя рожала мать? — интервьюер удивленно посмотрел на мужчину. — Примерно столько же. Гарри казалось, что все идёт по плану. Зал залился смехом, а интервьюер выдавил глупую улыбку. Один Стайлс не понимал, что происходит, ведь диалог вёлся на французском, когда он знал исключительно английский. — Это, конечно, очень забавно, — интервьюер достал широкую доску из фанеры, на которой красовалась напечатанная фотография Гарри, Чарльза и Лилиан. Взгляд девушки был прикован к зеленоглазому мужчине, что заметно невооруженным взглядом. Стайлс улыбнулся про себя, почувствовав нечто тёплое внутри. Кажется, эта девушка не только не питает к нему исключительно негативные чувства, но и пытается найти компромисс в их нелёгких, запутанных отношениях, что, несомненно, его безумно радует. Внутренний нигилист в нем медленно оттаивает, словно лёд. Наверное, ключом к сердцу юной Клерфэ является нечто подороже бриллиантовых колье. — Данный вечер прошёл совсем недавно. Как ты чувствуешь себя, став лицом компании часов, Гарри? — интервьюер продолжает допрашивать гостя, выдавливая нелепые, такие «мыльные» улыбки. Стайлс лишь глупо чешет затылок, ожидая, когда тонкий голос Лилиан раздастся в наушнике и он сможет повторить все слово в слово. Но этого не происходит; гонщик начинает нервничать, теребя ремешок от смокинга. И вот наконец он слышит незнакомые, такие неродные французские предложения: — Наверное, было бы гораздо интересней, если бы я рекламировал средство от поноса, но и часы сойдут, — голливудская улыбка Гарри сейчас явно не к месту, но он продолжает корчить из себя великого человека, ответившего на, пожалуй, легчайший вопрос. — Мы поняли, что ты настоящий шутник, Стайлс!