Время перед революцией

Когда чего-то ждёшь, не замечаешь, как быстро пролетает время. Обычные скучные и весёлые дни, делящиеся на будни и выходные с праздниками, пролетели так же не заметно, как и год, когда Лелуш с Наналли впервые познакомились с Сузаку. Детство уходило, открывая двери во взрослую жизнь детям, которые слишком рано узнали её правила. Лелуш не успел заметить, как пришло время и ему пришлось надевать школьную форму академии Эшфорд, заранее приготовленную заботливой Саёко. Но сколько бы Милли ни рассказывала про уроки и академию, про дружный коллектив, британец мог признать, что боялся идти в общество. Получится ли у него хорошо общаться с другими? Не сочтут ли его странным? Хоть блондинка и уверяла, что нет, принц всё равно волновался. С фамилией не могло возникнуть никаких проблем. Несколько месяцев назад мистер Эшфорд вызывал его для регистрации, где мальчик написал фамилию «Ламперуж» вместо той, что неоспоримо связывала с Королевской семьёй. - Вам удобно в форме? – Лелуш промолчал, продолжив рассматривать себя в зеркале. - Непривычно, - мальчик никогда не носил ничего подобного. Он привык к обычной, повседневной одежде, но и помнил свой костюм, в котором ходил на уроки во дворце. - Ничего, скоро привыкнете ко всему, - девушка мягко улыбнулась. - Братик, я уверена, тебе очень идёт, - весёлый голосок девочки, сидящей на кровати, ободрил принца. - Спасибо, Наналли. Мне самому не терпится увидеть тебя в школьной форме и знать, что мы учимся рядом, как раньше.

***

После общего собрания, которое показалось Ламперужу ужасно утомительным, учителя разогнали всех по классам. Как ни уговаривала будущая президент своего друга, выдавить хотя бы что-то наподобие улыбки Лелуш не мог, да и не хотел. В классе все шумно разговаривали, знакомились, смеялись, потому никакого дела всем не было до черноволосого мальчика, с задумчивым взглядом смотревшего в окно. Даже Нина, которая хоть его и знала, не подошла. Принц всего несколько раз услышал, как о нём заговорили рядом сидящие девочки, но проигнорировал их слишком громкий разговор. Он привык к наигранно громкому шёпоту, который должен звучать как намёк в кругу детей-аристократов, да и вообще в любом кругу. Знакомиться сам мальчик не хотел. Классный час сильно отличался по громкости звука от перемены. Все слушали, вникали в слова классного руководителя и восхищались множеством кружков, наличием бассейна и конюшен. - Здесь каждый может найти себе увлечение и никто не станет его упрекать, а наоборот, найдутся единомышленники, - говорил учитель, что Ламперужу показалось введениями для начальной школы. Зачем рассказывать о том, что всё равно все увидят и найдут. – Вопросы? Дети начали переговариваться, хихикать. - Учитель! – поднял руку один мальчик с задней парты, и все взгляды тут же устремились на него. – На собрании говорилось, что в эту академию могут поступать как британцы, так и одиннадцатые. Мне просто стало интересно, среди нас есть нумерованные? В классе повисла длинная пауза. Каждый ждал ответа учителя, затаив дыхание. Принц слегка нахмурился. Вопрос явно задан не из простого интереса. Британцы всё выше поднимали себя и опускали японцев, причисляя их к слугам. - Нет. Как мне сообщили, пока одиннадцатых к нам в академию НЕ поступало, но в будущем я попрошу всех воздержаться от таких вопросов, - сказал мужчина строгим голосом. - В завершение классного часа хочу сказать, что в течение недели все должны определиться с родом занятий и ознакомиться с правилами академии, - сообщил классный руководитель. – Академия надеется на ваши таланты и труд. За правила мальчик не беспокоился, ведь Милли рассказывала их ему несколько раз, когда заходила на чай, да и из кружков нечего особо выбирать. Конная езда или шахматы. Выбор очень прост для будущего стратега, хотя Ламперуж сомневался, что его там чему-нибудь научат выше того, что он знает сейчас. После классного часа все стали расходиться кто куда. Кто в общежитие - недавно приехавшие и не успевшие разобрать вещи, кто осматривать территорию, а кто просто гулять. Но стоило мальчику выйти из кабинета, как блондинка схватила его за руку и оттащила в сторону. - Ну как первый день? Познакомился с кем-нибудь? – затараторила девочка. – Что учитель говорил? Было что-нибудь интересное? Британец лишь вздохнул и отрицательно мотнул головой. Энтузиазм Милли чуть спал. Видимо, она ждала какого-то бурного рассказа или хотя бы кивка о том, что нашёл друзей. - Лелуш. Ну как так можно? Я же говорила тебе, улыбайся. Ты как всегда мрачным видом всех распугиваешь! Нана же расстроится, если узнает! Что он мог ей сказать на это? Он сам не захотел ни с кем говорить, не ввязывался в беседы одноклассников, про собрание и классный час вообще говорить не стоит. - Хватит, Милли. Мне достаточно того, что я знаю тебя и Нину. Мне не нужны друзья, которые будут только мешать, - бросил Ламперуж и зашагал уверенной походкой к выходу, оставляя британку лишь недоумённо смотреть ему вслед. - И что на него нашло?