Дым сигарет

Вита прошла на кухню, предоставив Амайо возможность остаться наедине со своими невесёлыми мыслями и телом Ято. Девушка осторожно положила клинки на маленький диванчик, стоявший в углу и опустилась на пол. Что всё это значит? Кто эти люди? Точнее, существа? Амайо была явно с ними знакома, но пока ничего не рассказывала. Да, и не до этого ей сейчас, Вита прекрасно понимала, что та и сама была в шоке от их неожиданного появления. Она по привычке накрутила прядь волос на палец и вздохнула. Видимо, начиналась «весёлая жизнь». Девушка перевела взгляд на сверкающие в свете лампочки клинки и невольно засмотрелась на них. Два совершенных серебряных меча, однако вместо рукояти у них были бинты. Почему? Это как-то связано с судьбой оружия Ято? Или с его прошлым? Вдруг, Вита заметила грязь на одном из оружий и молча встала. Она взяла со стола салфетку из какой-то ткани, намочила её в раковине и аккуратно стёрла пыль. Весело усмехнувшись, она пододвинула к себе стул и села. — Ох, потом я об этом пожалею… Но это только потом… Вита нежно взяла в правую руку клинок и уже полностью протерла его мокрой салфеткой, очищая от грязи. Взяв другую, уже сухую, она стёрла разводы от воды и принялась до блеска чистить оружие Ято. — А ты красивый, — улыбнулась девушка. Покончив с одним, Вита взяла второй и проделала с ним тоже самое. Осторожно, с невероятной нежностью, она-то знала, как иногда не хватает тепла… — А чистый, так ещё лучше. Она не знала почему решила заботиться о чужом оружии. Они ведь совершенно не знакомы, возможно даже будут врагами друг для друга, но сейчас, держа в руках один из мечей, Вита улыбалась. В душе девушка чувствовала, что перед ней хороший человек с чистой и прекрасной душой. — Не знаю, что там не поделили наши хозяева, но я хочу, чтобы ты знал. Я бы не хотела драться с тобой, — тихо обратилась Вита к клинкам, взглянув на лезвие. В отражении девушка увидела своё лицо и посмотрела себе же в глаза. Они были голубыми, но с ноткой фиолетового. Такие странные и очень грустные. Что она видела этими глазами в своей прошлой жизни? Сколько раз плакала и почему? Сколько раз щурилась от яркого весеннего солнца? Но этого Вита никогда уже не узнает. Тайны её той жизни навсегда остались для неё в прошлом. Их знала лишь Амайо, но это был её главный секрет, который Богиня строго охраняла. Девушка снова вздохнула и прикоснулась к мечу. К её удивлению он был не холодным, а… тёплым? — И как же тебя зовут? — Юкине, его зовут Юкине, — произнёс незнакомый мужской голос, еле-еле сдерживая смех. Она подняла взгляд и охнула, перед ней, держась одной рукой за голову стоял Ято. Сзади него весело ухмылялась Амайо. — Нашла себе возлюбленного? А что удобно. Подобрала, притащила домой, умыла и вуаля, можно топать в ЗАГС. Если ещё и накормишь, так вообще на руках тебя таскать будет. Бог и Богиня обменялись красноречивыми взглядами и одновременно кивнули, Вита же была готова провалиться сквозь Землю от стыда и неловкости. Казалось, что испортить уже ничего нельзя, но… — Вернись, Юкине, — откровенно начиная ржать, произнес Ято. Клинки исчезли, а через секунду на кухне стоял светловолосый мальчик лет четырнадцати-пятнадцати. — Ну, что так женишок больше нравится? Вита опустила голову вниз, всем сердцем желая переместиться отсюда подальше. Чёрт, чёрт, чёрт! Надо же было так вляпаться! Девушка не рисковала смотреть на мальчишку, прекрасно осознавая, что если посмотрит, то тут же сгорит от стыда. Он ведь всё слышал… А она держала его в руках, и Юкине всё это чувствовал… Вита покраснела до кончиков ушей и приложила руки к вискам, закрыв лицо волосами. — Да, чего ты такаястеснительная-то? — сквозь смех выдавила девушка. — Прекратите ржать! — прозвенел звонкий голос. — Вита не сделала ничего плохого, и в отличие от некоторых, позаботилась обо мне! Юкине положил руку ей на плечо. — Оставь этих идиотов, идём отсюда. Девушка кивнула и встала. — Эй, ты кого идиотом назвал?! Прояви уважение, я ведь твой хозяин! Но мальчик не обратил на него никакого внимания, а молча взял Виту за руку и вывел из кухни. В ответ им раздалась новая волна смеха. Ребята зашли в одну из комнат и закрыли дверь. Тогда Вита наконец осмелилась поднять взгляд и рассмотреть своего спасителя получше. Перед ней стоял симпатичный мальчик невысокого роста и смущенно улыбался. Юкине отвёл взгляд в сторону, но Вита увидела, что глаза у него очень красивые — цвета закатного неба или скорее янтаря. На нём была белая рубашка, поверх, которой была надета зеленая куртка. Образ завершали синие джинсы и черные кроссовки. Молчание затягивалось, и оружие Амайо решила начать разговор первой. — Прости, что втянула тебя в это. И за… — она запнулась и быстро продолжила, опуская взгляд вниз. — За случившееся на кухне тоже, прости, пожалуйста! — За что ты извиняешься? Ты. Ты ведь спасла меня! И позаботилась обо мне! А на них не обращай внимания, вот и всё! Оба были крайне смущены и не рисковали смотреть друг другу в глаза. Чёрт, до чего же неловко-то… *Тем временем на кухне* — Чёрт, почему косячит она, а стыдно нам обоим! — тяжело вздохнула Амайо. — Не тебе одной! Я впервые за сто пятьдесят лет чувствую такое смущение! — обреченно произнес Ято. Как ни крути, а связь между богом и его оружием нерушима и никогда не прекращается. — Это невыносимо, — снова вздохнул Ято. Амайо взглянула на своего собеседника и хитро скосила глаза в сторону. — Может по стаканчику виски? У меня, как раз завалялась бутылка, грех её оставить нетронутой! Глаза Бога весело засияли. — Полностью согласен! Блондинка достала бутылку и разлила напиток по стаканам. К слову, Амайо не любила мелочиться, поэтому стаканы были соответствующего размера. Граммов так на восемьсот, не меньше. — За что будем пить? — Как будто тебе нужен повод, — буркнула Вита. Девушка стояла рядом, оперевшись спиной о дверной косяк. Амайо вздрогнула, она и не заметила, как та вышла из комнаты. Ято обернулся. — А где Юки? — Спит. Вита вздохнула, сегодня она тоже очень устала. Богиня посмотрела на своё оружие и усмехнулась каким-то своим мыслям. — А почему не вместе? — АМАЙО!!! Однако воображение уже было не остановить и перед глазами Виты нарисовалась весьма интересная картина не самого приличного содержания. Блондинка вскрикнула, приложив руку к шее. — Ужас, Вита, какая же ты всё-таки извращенка. Оскорбленная такой наглостью, девушка в ярости сжала кулаки. — Сама виновата! Она быстро развернулась и выбежала с кухни. Через несколько секунд все услышали, как громко хлопнула входная дверь квартиры. Амайо была мрачнее тучи. Блондинка закрыла глаза и опустила голову на руку. — Да, пошла она. Ято покачал черноволосой головой, но ничего не сказал. Парень хорошо знал, что богиню хаоса в такие моменты лучше не трогать. Он налил себе ещё виски и ушёл в комнату к Юкине. За окном падал холодный снег. *** Девушка выскочила из дома, громко хлопнув старой дверью, на ходу натягивая на себя старую поношенную куртку. От куртки ощутимо несло никотином. Как можно дышать такой гадостью?! Достало, как же всё достало! Пошли все к чёрту! Вита тихо зарычала, чувствуя, как в груди клокочет жгучая ненависть, волнами разносясь по всему телу. Она пнула случайно попавшуюся под ноги бутылку из-под алкоголя. Та, ударившись о металлический забор, разлетелась на мелкие кусочки зеленого стекла. Злые, непрошенные слёзы побежали по щекам, смешиваясь с оглушительными рыданиями. — ДА ПОШЛА ТЫ! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ЧЁРТОВА АЛКОГОЛИЧКА! НЕНАВИЖУ! Мимо прошёл мужчина с собакой, дворняжка начала заливисто лаять, на что запозднившийся прохожий лишь удивленно обернулся. — Ну, что ты лаешь? Тут никого нет. Никого нет? Холодный ветер бросил горсть снега ей в лицо, но беглянка этого даже не заметила. Лёд обиды, смешиваясь с огнём ярости, медленно, но верно расползались по венам, не оставляя ничего живого на своём пути. Вита кричала во всё горло, но её даже не слышали. Она ведь даже не существует для живых людей. А что в ней может быть живого? Вита ведь давно мертва. Девушка осознала, что нет смысла кричать в пустоту. Единственным пустым местом здесь была она сама. Вита остановилась посреди улицы, широко распахнув сине-фиолетовые глаза. А… А что если уйти? Сбежать? Никогда не возвращаться в эту маленькую квартирку, насквозь провонявшую табаком и перегаром? Ведь… Ведь Вита была ей чужая. Абсолютно никто. Она была нужна лишь для уничтожения врагов, не более. Новая волна боли прокатилась по всему телу, девушка жадно глотала морозный воздух, прижимая левую руку к сердцу. Но куда ей идти? Некуда. Вита опустилась на колени, зарывшись лицом в снег. На душе было гадко, как никогда. *** Ято зашёл в комнату к Юкине, тихо прикрыв дверь. Сколько у него осталось времени, прежде чем Амайо начнёт покрываться скверной? Юноша с заботой посмотрел на спящего на кровати мальчишку и улыбнулся. Подросток спал, подложив одну руку под щёку. Какая же Амайо дура! В прочем. это далеко не первое погубленное ею оружие. Ято присел рядом и осторожно потряс Юкине. — Просыпайся, герой, нас ждут дела. Подросток проснулся и послал его подальше, напомнив, что он не спал уже больше суток. Однако бог был настроен серьезно. — Вставай, если хочешь уйти отсюда живым. Юкине тут же открыл глаза и хриплым ото сна голосом спросил. — Что случилось? Честно говоря, я вообще не понимаю, что происходит. Парень ощутил зарождающееся недовольство своего оружия, требовавшее немедленных ответов. Ято тяжело вздохнул. — У нас есть от силы несколько минут, так что не перебивай. Нам крупно повезло застать Амайо в таком положении, я уж-то думал, что придется брать силой, хотя нам и сейчас придётся нелегко — бог нахмурился, но продолжил. — Совсем скоро она начнёт покрываться скверной, тут-то мы её и возьмём. Юкине удивленно приподнял светлые брови. — Скверной? Почему? Ято отвёл взгляд. — У Амайо настоящий дар доводить свои оружия до белого каления, к сожалению, Вита не исключение. Сонливость мальчишки, как рукой сняло. — Вита?! Что с ней? Бог одарил его красноречивым взглядом и весело спросил. — Влюбился? — С чего ты взял?! — возмутился подросток, но его щёки заливал предательский румянец. Мальчишка отвёл взгляд в сторону, старательно разглядывая узор на обоях. Ято охватила целая смесь эмоций своего оружия: смущение, стыд, тревога и ещё что-то совсем неуловимое, такое лёгкое и… — Ох, только этого не хватало. Что нежные ручки Виты сделали своё дело, да? — Они хотя бы не потеют, — не остался в долгу блондин. Юноша возмущенно выдохнул, парнишка ударил по-больному. — Послушай меня, Юкине, — от былого веселья Ято не осталось и следа. Мальчик тоже уловил эту перемену и внимательно посмотрел на своего хозяина. — Наша цель — поймать Амайо и доставить живой к Тэндзину. Её слишком давно ищут, скорее всего эту алкоголичку казнят… — бог ненадолго замолчал, задумавшись о чём-то своём. — Мне необходимо, чтобы ты сохранял голову холодной и защитил меня. Ты мне нужен, Юкине. — Ты всегда можешь на меня рассчитывать, Ято. Они встретились взглядом. — Даже если придется убить Виту? Мальчик прикрыл глаза, колеблясь с ответом. Такого вопроса он не ожидал. Юкине выдохнул, принимая крайне важное для себя решение. — Я поклялся своим именем, что буду защищать тебя, и я сдержу своё слово. Ято сконцентрировался на чувствах своего оружия и довольно кивнул. Блондин говорил чистую правду, он не подведет. Но было что-то ещё, волновавшее сердце подростка. — Говори. — Скажи, а что такого сделала Амайо? Голубоглазый обернулся в сторону кухни, где осталась богиня, и понизил голос до шепота. — Видишь ли. Много лет назад она убила несколько тысяч человек, и не только. За это её и ищут. — Не только? В эту секунду квартиру огласил женский вскрик и звон разбивающейся посуды, бог вскочил, как ужаленный. — Ко мне, Секки! Сверкнувшие клинки оказались у него в руках, и, открыв дверь ударом ноги, Ято бросился навстречу новой битве. Амайо сидела на полу, прижавшись к стене. Одну руку блондинка положила на сердце и стонала. Её дыхание было тяжёлым, под глазами залегли тёмные круги, а на лбу блестели капельки пота. Вокруг богини валялись осколки разбитой посуды, которую та видимо нечаянно смахнула в приступе боли. В кухню вбежал Ято и остановился возле блондинки. Она уставилась на него невидящим взглядом. — Найди. Найди её… Её голос дрожал, девушка зашлась в приступе сухого кашля. Амайо напоминала стремительно увядающий цветок, ей становилось всё хуже и хуже. Боль Виты действовала не хуже смертельного яда. Нужно действовать быстрее, пока она окончательно не отключилась. Юноша присел на корточки возле неё. — Амайо-Амайо, ничему тебя жизнь не учит. Сквозь кашель Ято услышал нотки смеха, что её так развеселило? — Убьёшь меня? — бледное лицо исказила гримаса боли, но девушка улыбалась. — Что ж вперёд. Освободи меня от страданий. Но бог покачал головой. — Не я и не здесь. А свою боль ты заслужила. В оранжево-сиреневых глазах мелькнул гнев. — Я не виновата! — Неужели? Ты сама-то в это веришь? Амайо отвернулась, заходясь новым приступом кашля. — В той вспышке… Но Ято тут же прервал её. — Я не об этом. Зачем ты убиваешь свои оружия, Амайо Энн? — его голос стал тихим, но все слышали его чётко. Этот голос наводил истинный ужас. — Что?! Я никогда не убивала свои оружия! Голос богини звенел праведным гневом, смешивать с шоком. Такого обвинения в свой адрес она не предвидела. Ято почувствовал, как ужаснулся Юкине, делая шумный вдох. Убийство своего оружия приравнивалось к убийству собственного ребенка. Ведь оружие — это душа когда-то жившего человека. Человека! Со своими чувствами и эмоциями! Бог вытаскивает душу из тьмы, воскрешает, даёт новое имя, крышу над головой, а взамен она или он защищает его. У Бога и его оружия есть удивительная связь, Ято всегда знал, что чувствует Секки и, что его волнует. Чёрт, да Юкине был ему, как младший брат, которому юноша пытался заменить сразу всех: отца, старшего брата и лучшего друга. Да, у них часто случались ссоры, но при этом они с ним оставались семьей! Ято уже не представлял своей жизни без этого иногда нагловатого, но такого родного и доброго мальчишки. Юноша покрепче сжал клинки в руках, показывая подростку, что он рядом. В этот момент на Амайо накатила новая волна боли, и та коротко вскрикнула. Её глаза закатились, и девушка рухнула без сознания на тёмный пол. — Что ж, от неё мы больше ничего не добьёмся, — задумчиво произнёс Ято, вставая на ноги. — Пошли искать Виту, ох, надеюсь, что не придется проводить омовение… *** Ято вышел из подъезда, взяв мечи в одну руку и закинув их на левое плечо. Порезаться, а уж тем более пораниться он не мог, поэтому нисколько не переживал. Одним из отличительных фактов священного оружия, состоящего из человеческой души от обычной железки было, то, что священное оружие, когда надо затуплялось так, что им даже масло не разрежешь, а через секунду оно могло с лёгкостью разрубить сталь. Бог повертел головой в поисках Виты, однако девушки нигде не было. Ну, и где теперь её искать? Заметив растерянность своего хозяина, Юкине раздраженно цокнул языком. «Ято, поднимись на крышу дома, так мы найдём её быстрее.» Бог удивленно приподнял брови. — Сдурел? Секки терпеливо вздохнул. «Скажи, Вите было очень обидно? Она была очень зла и расстроена?» — Ну. «А кто приходит на плохие эмоции душ?» — всё так же терпеливо мысленно спросил мальчик. Черноволосый юноша посмотрел на клинки. — Акаяши! А где эти монстры, там и бури. А видно их лучше всего… «С крыши!» — закончил за него его священный сосуд. — Какой же ты у меня умный! «Ага, не то, что некоторые.» Ято возмущенно фыркнул, но спорить не стал. Времени было в обрез. Он переместился на крышу дома Амайо и оказался прямо в центре бури. Бог быстро перехватил катаны, обмотанные бинтами, и взмахнул, разрубая ближайшего духа на мелкие кусочки. Удар, ещё удар. Монстры разлетались с первого же прикосновения Секки, клинки будто бы звенели в его руках, танцуя свой смертоносный танец. У духов не было ни малейшего шанса. Ято ловко ушёл от атаки, блокировав выпад духа. Удар был достаточно сильным, однако ни один из мечей даже не дрогнул. Бог рубанул одним из клинков и от призрака осталась лишь вспышка алого света. Через секунду исчезла и она. На крыше остались лишь Ято и Юкине, да несколько снежных сугробов. — Отлично, Секки! Да, ты остряк сегодня. Я горжусь тобой, растешь на глазах! Подросток пробормотал, что нечего болтать и лучше им заняться поиском, но бог почувствовал, как в груди разливается приятное тепло благодарности и смущения. Юкине явно был доволен собой и похвалой своего господина. Улыбнувшись, юноша подошёл к краю крыши и огляделся в поисках девочки. Его взгляд, горевших в темноте голубых глаз, тут же наткнулся на новое скопление призраков. А в центре была… «Вита!» — воскликнул Секки в голове Ято. «Скорее, туда!» Но юноша не спешил. — Ты ведь помнишь о чём мы с тобой договорились, мой юный Ромео? «Помню», — последовал незамедлительный ответ. «Ты хочешь убить её?» Его голос дрогнул на предпоследнем слове, но звучал уверенно. Юкине твёрдо для себя решил, что больше никогда не подведет своего хозяина. — Посмотрим, — Бог вгляделся в центр толпы призраков. — Если она уже сплелась с монстрами, то исход ты знаешь. Если же нет, то мы её спасём и доставим Амайо. На этом слове он переместился вниз, оказавшись рядом с истошно кричащими призраками. Ято сделал выпад, делая проход к юному оружию Амайо. Вот, одна из лап монстров уже было прикоснулась к Вите, но бог одним ударом уничтожил наглеца. Взмах мечами, блок, атака и ещё несколько существ оказываются убиты. Ярко полыхнувшая вспышка озарила питерский дворик, разгоняя оставшихся акаяши. Один из них всё-таки бросился на Ято, но тут же был насажен на клинок, пронзив того насквозь. Юноша подошёл поближе к Вите и присел на корточки рядом с ней. — Посмотри на меня, — холодно произнес он. Она подняла голову, в её глазах блестели слёзы. Ято и Юкине облегченно выдохнули, когда увидели, что признаков скверны нет. Девочка огляделась, и увидев, что монстров больше нет, с нескрываемым удивлением посмотрела на лицо Ято. — А где…? Вита всё ещё дрожала от страха, ей не хватило воздуха, чтобы закончить, поэтому оружие Амайо молча продолжала смотреть на черноволого юношу. — Больше они тебя не потревожат, — мягко улыбнулся бог, взяв катаны в другую руку, юноша помог ей подняться. — Теперь всё будет хорошо. Ты в безопасности. Девочка счастливо улыбнулась. — Спасибо, что спасли меня. Мне… было так страшно, — она опустила голову. — Ну, один бы я не справился, — усмехнулся Ято, выслушивая ворчание Секки, который утверждал, что если тот его сейчас же не отпустит, то он покрошит бога на овощной салат. — Вернись, Юкине. Секунда, и вот Вита замерла в крепких объятиях подростка. Девочка нерешительно обняла его в ответ. Так, они и стояли, обдуваемые холодным зимним ветром, но не замерзавшие, у каждого из них где-то внутри было приятное тепло, гревшее самые заледеневшие струны их мертвых душ. Неужели, вечному чувству одиночества пришел конец? Казалось, Юкине и Вита могут стоять так часами, прислушиваясь к новым чувствам, но… — Я конечно все понимаю. Романтический момент, все дела, но на улице тридцатиградусный мороз, если что, — недовольно буркнул бог, обнимая себя за плечи. — Завидуй молча, — весело ответил блондин, отпуская Виту. — Слышь, да у меня столько девушек было, что… — Во снах? — перебил его Юки, уворачиваясь от полетевшего в него снежка. Мальчик рассмеялся. Впервые за долгое время он был по-настоящему счастлив.