Eсли не ты, то кто? Eсли не сейчас, то когдa?

Гарри стоял посреди большого и незнакомого зала, в котором танцевали сотни, а может быть и тысячи пар. Каждая из них легко и красиво двигалась под музыку, паря в жарком воздухе. Шелестели подолы юбок, стучали каблуки лакированных мужских туфель: бал был в самом разгаре. Тысячи незнакомых лиц быстро пробегали мимо Поттера, заставляя голову кружиться в такт звучащей мелодии. Воздух был сильно сжатым и горячим, таким, что Гарри опять было тяжело дышать. Вдруг среди толпы он заметил знакомые светлые волосы, слабо переливающиеся в свете ламп. С трудом пробиваясь сквозь толпу, Поттер двинулся к нему. Сомнений в том, что это был Малфой совершенно не было. Наконец толкнув в плечо последнего человека, Гарри остановился и посмотрел вперед, туда, где стоял Драко. Тот громко смеялся и широко размахивал руками, но вдруг в одно мгновение замер. Гарри увидел, как Малфой разворачивается к нему, как тускнеет и мрачнеет его счастливое лицо. Поттер заметил испуганные глаза и дрожащие губы: Малфой выглядел, как человек, готовящийся принять смерть. Не в силах сделать что-то большее, Гарри слабо улыбнулся одними только уголками губ. Лицо Драко слегка дрогнуло, будто его ударили током, а затем он, слабо пошатнувшись, схватился руками за грудь, там, где должно было быть сердце, и часто задышал. Он все ещё смотрел на Поттера, испуганными глазами, и шептал одними лишь губами: «Спаси меня». Никто не обратил внимание на скорчившегося от боли Драко, стоящего посреди зала, никто не смог услышать его из-за громкой музыки, но эти слова резко, как гром, ударили в голове Гарри. Поттер сделал шаг в его сторону, резко и быстро, но не смог двинуться с места: сзади его словно обхватили чужие руки, холодные и сильные. Драко начал чаще и дышать, и медленно опустился на пол, закрывая глаза. Поттер стоял и смотрел, как белоснежная рубашка пропитывается алой кровью, как сквозь дрожащие пальцы просачиваются красные капельки, как они падают на пол, разбиваясь на тысячи брызг. Всё его тело неконтролируемо заколотилось. Вокруг всё так же кружили люди, которые, казалось, начали двигаться еще быстрее, музыка из веселой и торжественной превратилась в зловещую и нагнетающую. Драко задыхался, отчаянно цеплялся за мокрую и красную рубашку, он кричал, и его крик с каждым разом отдавался в голове Гарри все громче, все сильнее, все ужаснее. Но люди вокруг не замечали Гарри, пытающегося хоть немного сдвинуться с места, ярко красную лужу на мраморном полу, кричащего и умоляющего Драко. Его никто не мог спасти. Поттер почувствовал, как ладони стали влажными, как по горящей коже потекла тоненькая струйка. Опустив взгляд вниз, на свои руки, он ужаснулся и, вскрикнув, отшатнулся назад. Они были по локоть в крови, в Его крови. Руки дрожали, а с них все сильнее начинала капать ещё горячая кровь. Он вцепился в свои волосы, ощущая, как струйки потекли уже по лицу и шее. Отчаянный крик Драко и громкая музыка смешались в его мозге, Гарри показалось, что он сейчас сойдет с ума, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут. «Пожалуйста, пожалуйста, — эхом отдалось в его голове, тут же исчезая в череде бесконечных неконтролируемых звуков, — спаси меня» — Я спасу тебя, — Гарри резко сел на кровати, — спасу, — громко крикнул он. Поттер тяжело и отрывисто дышал, сжимая руками простыни. Он резко поднял дрожащие руки — чистые. Это всего лишь сон. По спине стекал пот, а мокрые прядки прилипли ко лбу. Гарри не мог восстановить своего дыхания. Перед глазами все ещё стояла красная лужа крови, толпа, беспорядочно кружащаяся вокруг, Драко, кричащий и умоляющий о помощи. Поттер сильно потёр лицо, смахивая прилипшие прядки, и свесил с кровати ноги. Сердце бешено стучало внутри. Гарри закрыл глаза и медленно досчитал до десяти, стараясь привести свои мысли и тело в порядок. За окном занимался рассвет. Золотые солнечные лучи иногда проглядывали из-за неровного горизонта. В окно били и гудели сильные порывы ветра, которые поднимали с земли белые охапки снега и уносили их к самым высоким башням Хогвартса. Вдруг солнце резко выглянуло из-за сугробов, разливаясь по ним золотым сиянием, миллионы осколков заблестели на белоснежной поверхности. Гарри посмотрел в окно, где начинался новый день. Больше всего в жизни Поттер ненавидел свои ночные кошмары, которые приходили к нему в самые тёмные и тяжёлые ночи. Они были настолько реалистичными, что Гарри боялся, что однажды всё окажется не сном, однажды, он не сможет проснуться. Он откинулся на подушку и уставился в потолок. Вдруг, прямо под его головой раздался будильник, радостно оповещающий, что пришло время вставать. Гарри достал телефон из-под себя, выключая звук. Яркий свет неприятно ударил в его глаза, заставляя парня зажмуриться: на середине экрана высветились непрочитанные уведомления, пришедшие вчера ночью.

——————————

Неизвестный номер

(сообщение удалено) (сообщение удалено) (сообщение удалено) (сообщение удалено) (сообщение удалено) (сообщение удалено) (сообщение удалено)

——————————

Гарри недовольно поморщился. Была ли это неудачная шутка Малфоя, которую он счёл недостаточно оскорбительной? Или это был очередной призыв к помощи с «маггловским изобретением»? Поттер теперь никогда не узнает, да и не сильно-то ему хотелось. *** Гарри небрежно оперся рукой о стол в Большом зале и положил на неё голову. Во время новогодних каникул этикетом и правилами можно было пренебречь: профессора практически не посещали Большой зал на приемах пищи, отчасти потому что большинство из них уезжало к семьям, а оставшиеся закрывали глаза на локти на столах и тихое чавканье. Гарри ковырял ложкой тягучую кашу в тарелке, задумчиво разглядывая узор на деревянной поверхности. — Тяжелая ночь? — Невилл осторожно начал разговор. — М? — Гарри оторвал наконец глаза от стола и взглянул на парня, который с удовольствием уплетал завтрак. — Ночь, говорю, тяжелая была? — он вопросительно поднял брови. — А, да, — Гарри выпрямился и тяжело вздохнул, — опять кошмары, — он покачал головой, — неважно. — А я говорил, что хорошим это не кончится, — Невилл закусил губу, — как и для Малфоя, — он почти выплюнул его имя. Гарри обернулся назад, к слизеринскому столу, где сидел Драко. Он задумчиво глядел в телефон и медленно водил пальцем по экрану, подпирая голову рукой. Малфой иногда хмурился и покачивал головой в такт звучащей из наушников музыки, известной лишь ему одному. Отросшие волосы были заправлены за уши, но особо непослушные пряди беспорядочно осыпались на лоб. Он на мгновение поднял глаза прямо на Поттера, который сразу же отвернулся, не желая пересекаться с ним взглядами. — С чего ты взял, — Гарри внимательно посмотрел на Невилла. — А ты не слышал? — Нет, — Гарри подвинулся ближе к столу, приготовившись слушать. — Сегодня ночью Забини нашел его в комнате, кажется, — Невилл поморщился, — он хотел умереть. Внутри Гарри что-то ёкнуло. Он поднял руки и посмотрел на них, отчетливо ощутив тонкие струйки крови, стекающие к локтям. — Очень храбрый поступок, — Невилл опять что-то жевал, — но вот только он не учел того, что мадам Помфри может залечивать раны, — он пожал плечами, — так что все обошлось. Гарри опять обернулся назад. Теперь он заметил белую аккуратную повязку на левой руке. Драко ковырял кашу, всё также слушая что-то в наушниках. Поттер нервно сглотнул, перед глазами быстрыми и бессмысленными отрывками всплывал сон. Сердце бешено заколотилось, а тело затряслось. Гарри закрыл глаза, стараясь дышать глубже. — Ты в порядке? — Невилл выглядел обеспокоенным, — наверное, не стоило рассказывать это во время завтрака, — он виновато поджал губы. — Нет, все в порядке, — Гарри повернулся обратно к нему и выдавил из себя улыбку. — Ладно, — Невилл обыденно пожал плечами, — даже не спросишь, где я был всю ночь? — И где же ты был всю ночь, — Гарри засмеялся. — Мы с Полумной смотрели на звёзды, — он заговорщически улыбнулся. — На звезды? Зимой? В лютый холод? — Гарри закатил глаза. — Да, — Невилл недовольно надул щеки, — между прочим… Вдруг сзади раздался грохот, от которого Гарри сильно вздрогнул, он резко повернулся назад, где стоял Драко, виновник шума. На полу лежала тарелка, а каша, которую Малфой недовольно ковырял несколько минут назад, теперь растекалась по полу. Драко растерянно посмотрел на неё, а затем закатил глаза и быстро вышел из зала, под недовольные взгляды. — Зачем ты это сделал? — крикнул Гарри, выбегая из Большого зала. Малфой медленно остановился, доставая наушники из ушей, резко опрокинул голову назад, громко выдыхая, а затем развернулся: — Сделал что? — он аккуратно заправил светлую прядь за ухо, но она тут же упала обратно на глаза, и сложил руки на груди. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я, — Гарри закатил глаза и сделал несколько шагов вперёд, пытаясь сократить расстояние между ними. — Поттер, если тебя волнует та тарелка каши, то не переживай, эльфы уберут, — он поморщился, — можешь сам это сделать, если есть желание. — Я не об этом, — почти крикнул Гарри, — как ты мог это сделать? — он кивнул в сторону левой руки Малфоя. Драко тяжело вздохнул, закатывая глаза и подошел ближе: — Это не твое дело, Поттер. Твой синдром спасителя уже всем надоел, — Драко был слишком близко, — забудь об идеи самопожертвования ради других, это не работает, — почти прошептал он, — меня не нужно спасать, Поттер, не нужно быть моей мамочкой, — Малфой наклонил голову на бок. Гарри молчал, дыша часто и тяжело. В нём вскипала злость из-за надменности и безразличия Драко. Поттер смотрел прямо ему в глаза, в которых не видел ничего, кроме пустоты. — Если у тебя всё, я пойду, — Драко отступил назад, но в этот момент две руки схватили его за ворот рубашки и прижали к стене. — Ты не мог так поступить! — Гарри был так близко, что каждым миллиметром кожи чувствовал тепло, исходящее от Его тела, — Жалкий эгоистичный придурок! — снова крикнул ему в лицо Гарри. Малфой ухватился руками за его запястья, пытаясь отлипнуть о стены, но значительно превосходство в силе сделало свое дело, — У тебя не было никакого права! — Гарри еще сильнее навалился на него телом, — Ни-ка-ко-го! — по слогам выплюнул он. — С каких пор, ты определяешь мои права? — Драко тоже сорвался на крик, — Да и какая тебе, к черту, разница? — Мне никакой, но представь, какого было бы твоим родителям, — Гарри грудью ощутил, как быстро колотиться сердце у Драко в груди. Руки на его запястьях разжались и беспомощно опустились вниз, — и твоим друзьям, например, — Гарри со злостью отпустил его рубашку, которая смялась в тех местах, где только что лежали его ладони, и демонстративно одернул мантию. В глазах Малфоя появилась злость, смешанная с разочарованием, он тяжело дышал, а его щёки приобрели ярко красный оттенок. — Ты эгоистичный, — Гарри окинул его взглядом и нервно сглотнул, — эгоистичный мудак, — ему захотелось ударить Малфоя, так, чтобы из глаза того посыпались искры, но Гарри лишь спрятал руки в карманы. Драко стоял около стены, тяжело вбирая в себя воздух. — Ничем не лучше тебя, самодовольный идиот, — он наконец оторвался от холодной стены, — счастливо оставаться, — он быстро развернулся и скрылся за поворотом. *** Гарри недовольно упал на кровать как только вернулся в спальню. Делать совершенно ничего не хотелось. Он недолго ворочался с бока на бок, а затем провалился в беспокойный сон. Поттер открыл глаза только тогда, когда на улицы опустилась непроглядная ночь. В комнате не было никого, нигде не горел свет, все в замке будто вымерли. Гарри подошел к окну, за которым медленно кружил крупный снег, и широко открыл его. Ледяной воздух приятно окатил легкие, заставил мурашки пробежать по телу, а легкий ветер ударил в лицо, снежинки оседали на коже, тая и оставляя маленькие невидимые ожоги. Гарри закрыл глаза, наслаждаясь прохладой и спокойствием зимнего вечера. Он стоял так, пока не почувствовал, как пальцы начинают замерзать, а снежинки перестали таять на ладонях и лице. Аккуратно прикрыв окно, Поттер облокотился на подоконник и достал телефон из кармана, еще раз смотря на удаленные сообщения. Как бы не противился Поттер, но ему хотелось узнать, о чем писал Малфой прошлой ночью. Глубоко в душе он понимал, что ответь или хотя бы прочитав их вчера, ничего бы не случилось, скорее всего. Гарри с силой сжал в руках телефон до побеления пальцев. Ему не стоило срываться на Него, не стоило быть таким грубым и холодным. Каким бы мудаком Он не был, Драко пытался убить себя и возможно, попытается вновь. Гарри вздрогнул от этой мысли, и мурашки побежали по спине, хотя окно было плотно закрыто. Не долго думая, Гарри схватил мантию-невидимку и выбежал из комнаты. *** Бесконечные коридоры в подземелье и никакого сомнения. Он быстро несся вперед через кромешную тьму. Чем дольше кирпичные стены проносились мимо, тем больше мыслей приходило в его голову, тем быстрее он бежал. Он остановился прямо перед стеной, тяжело дыша, и оперся рукой на ровное дерево. — Чистая кровь, — быстро пробормотал Гарри. Дверь щелкнула и он легко толкнул ее вперед. Гостиная Слизерина казалась ещё более холодной и темной, в ней больше не горел камин, и Гарри засомневался, что тут вообще кто-то есть. Он все ещё не снимал мантию, желая оставаться незамеченным. От сквозняков, блуждавших по гостиной, Поттер поёжился. С каждым шагом, который отдалял его от круговой лестницы, ведущей в спальни, Гарри больше и больше сомневался в своих действиях. Идея вторгнуться в Его личное пространство становилась всё безумнее и глупее. Гарри уже было хотел развернуться назад, вернуться к себе в теплую и безопасную спальню, не рваться на встречу неизвестности, но ноги сами ступили на первую ступеньку. Он прижимался ближе к стене и медленно ступал всё выше и выше. Хоть и вероятность быть замеченным была равна нулю, он все равно двигался осторожно и тихо. Поттер остановился перед последним, что отделяло его от Драко — дверью. Что-то внутри подсказывало, что входить ему совершенно не стоит, что открой он дверь, и ничего больше не будет как прежде. «Будь что будет!»: решил для себя Гарри и, сделав три глубоких вдоха, тронул дверь. Малфой сидел на краю кровати, положив голову на руки и запустив пальцы в волосы. В комнате было настолько холодно, что Гарри задрожал. — Драко, — он неловко потоптался на месте. Тот вздрогнул и резко вскинул голову вверх. Его глаза были красными, а лицо опухло от слёз, руки мелко дрожали, а в глазах Поттер отчётливо увидел боль и страх. Он молчал, пристально смотря на Гарри. — Драко, я… — Убирайся, — он встал с кровати, слегка покачнувшись назад, — убирайся вон, — его голос был хриплым и низким. — Послушай, то, что я сказал утром было очень глупо, — Гарри закусил губу и мгновенно пожалел, что вообще пришёл. — Подло, грубо, отвратительно, гадко и да… глупо, — выплюнул Драко, подходя ближе — а теперь убирайся. — Позволь мне помочь, — почти взмолился Гарри. — Помочь? — Малфой рассмеялся тихим смехом, каким смеются люди с больным сердцем, — У меня куча проблем, Поттер, причина каждой — ты, — он замолчал, — так что окажи услугу: убирайся. Гарри молча стоял в проходе, смотря куда-то в пустоту. — Тебе нужно отдельное приглашение? — Драко толкнул его в плечо, от чего Гарри отшатнулся и схватился руками за дверь. — Я не уйду, — выпалил он, выпрямившись, — я не могу, не могу, я… — Если ты сейчас же не уйдешь, я убью тебя, — прошипел Драко, — уйди. — Я не могу, — резко перебил его Гарри, — я боюсь оставить тебя, боюсь, что завтра утром Невилл скажет мне за завтраком, как бы невзначай, что тебя нашли тут мертвого в луже крови, — Гарри подавился воздухом, — я не оставлю тебя, потому что ты не заслуживаешь быть одиноким. — Поттер, — Драко вяло улыбнулся, — ты не понимаешь, каждое твое слово или действие… Я не понимаю, когда ты стал так важен мне, — его голос дрогнул, — но вот тут, — Малфой опустил руку на сердце, — вот тут больно, так больно, что хочется кричать. — Я будто разрываю твоё сердце, — закончил за него Гарри. Перед глазами снова всплыли отрывки из сна, — словно на моих руках твоя кровь. Драко коротко кивнул: — Я сам виноват в своём одиночестве: никого к себе не подпускаю, — он потупил взгляд, — страх порождает агрессию, подобно тому, как насилие родит насилие. Мне страшно, я напуган. Я боюсь боли и разочарований. Я не доверяю. Я перестаю жить, кажется. Я не хочу никого подпускать. — он истерично всхлипнул, быстро смахнув скатившуюся слезу, — Я веду себя так, словно я бессердечный ублюдок, но, Господи, я клянусь, моё сердце так повреждено, мои раны так кровоточат, что ещё немного, и я не выдержу, — он беспомощно поднял взгляд на Гарри, который ухватился за дверной косяк, пытаясь не упасть. Мне уже никто и ничто не поможет. — Ты умный, красивый и восхитительный человек. Ты можешь начать снова и делать людей счастливыми. Ты можешь вырастить цветы в своих мыслях и дарить солнечный свет другим. Ты важен, — Гарри замолчал, его голос показался ему чуждым. Драко замотал головой, тихо ухмыльнувшись: — Да кому я нужен, — он поднял глаза, полные слёз, — если мне так мерзко от самого себя? Если буквально выворачивает наизнанку от отвращения к собственной натуре? Если утопаешь в болоте страхов, сомнений и лжи? Поттер, не кидай мне палку: я боюсь утопить и тебя за собой. — Драко, — Гарри протянул к нему руку, от чего парень вздрогнул и резко вздохнул. Он прикоснулся к Его груди, сначала одними только пальцами, а затем опустил всю ладонь и почувствовал, как под его дрожащей рукой бьется сердце, отчаянно и быстро, — ты нужен мне, — тихо сказал он, — мне, — повторил он одними только губами.