Последние мили

***

             Эй-Джея вместе с другими детьми апокалипсиса согнали в одно помещение напоминающее лабораторию. В центре тянулся длинный стол, на котором располагались стеклянные шкафчики с различными пробирками и жидкостями. Само собой все было закрыто на ключ. Лаборатория оказалась просторной, но воздуха здесь будто не хватало.       Впервые Эй-Джей увидел столько ребят своего возраста, может чуть старше, а то и младше. Некоторые держались друг друга и испуганно болтали, другие переглядывались и молчали. Но часть детей отсутствовала, и именно их сейчас искали. На выходе стояли двое охранников, водя лучами фонариков.       За стенами больницы что-то гремело, взрывалось, гулко отзывалось эхом. Сквозь тьму доносились крики: кто-то плакал, кто-то звал по имени, кто-то истерично ругался. Сотрудники больницы метались в растерянности, кричали в рации, палили в темноту, отгоняли больных обратно. Из раций продолжало доноситься: "Мертвецы прорываются из западного блока. Мертвецы атаковали холл".Фразы, прорезавшие эфир раций, заставили Эй-Джея вздрогнуть. – Нас больше, мы можем напасть и сбежать, – тихо произнес Эй-Джей, обращаясь к незнакомым детям.       На него обернулись несколько пар глаз. Удивление — да. Воля к действию — нет. Одни переглянулись пустыми взглядами, другие попятились прочь, словно его слова были заразой. Мальчишка не понимал. Разве они не видят? Это шанс!       Но уже через секунду его озарило: они были напуганы, а может запуганы. И чем дольше Эй-Джей смотрел на застывшие лица детей, тем больше понимал: они уже смирились. Может, пытались бежать раньше. Может, видели, чем всё кончается. Но он не был бы Элвином Младшим, если бы не следовал примеру Клементины и не стал дожидаться помощи. Тогда же помощь сама его нашла. – Эй, сюда.       Эй-Джей резко оглянулся, но рядом никого не было. И тут, мягко приземлившись на пол, перед ним возник мальчишка. Чуть выше ростом, чуть старше, весь в пыли и паутине. – Кто ты такой? Откуда появился? – настороженно спросил Эй-Джей, краем глаза следя за охраной. Но те были слишком заняты хаосом за дверью. — Через вентиляцию, — незнакомец кивнул на дыру наверху. — Видишь? Можно выбраться. Меня зовут Уилл. – Почему ты помогаешь? – Мы в одной лодке, не так ли? Хочешь жить – давай скорей. Дик нас подсадит.       Слово жить ударило сильнее любых аргументов. — А остальные? — спросил Эй-Джей, но уже шёл следом еле различая дорогу. Глаза мало попало привыкали к темноте. — Они отказались, — коротко бросил Уилл и обратился уже к широкоплечему парню у стены. Дик без лишних вопросов помог мальчишкам забраться в вентиляцию. Эй-Джей почувовал под своими пальцами слой вековой пыли и поскорее зажал нос.

***

      Габриэль свернул в узкий коридор-отсек. Фонарик дрожал в его руках, моргая, выдавая самый минимум света. Луч едва цеплял стены, и приходилось идти вдоль стены, иногда вслепую, иногда с пробивающимся вперед светом. Уши, глаза напряжены до предела, от резких звуков его потряхивало.       По мере продвижения он заметил, что мертвецы, находившимеся здесь, несколько отличались от обычных. Их быстрота не так удивила Гейба, как их чутье. Вонь не уходила. Она въелась в кожу и сопровождала парня. Гейб до сих пор был вымазан кишками мертвеца, и всё же ходячие продолжали тянуться к нему. Как? Может, зрение? Или слух? "Эксперименты!" – вспомнились слова Хави.       Их резвость, то, как они напали на него и Альфреда… Это были уже не просто муэртос. Их изменили.       Гейб остановился. Перед ним на полу валялись тела — несколько бойцов в броне. Их форма разодрана, будто на них обрушился зверь, когтями выдирая плоть вместе с тканью. Головы оставались целыми, лица застыли в гримасе ужаса. Оружия и фонарей не было: их явно уже кто-то забрал.       Гейб сжал нож в ладони так, что побелели костяшки пальцев. Наклонился ближе. Тела лежали неподвижно… слишком неподвижно. Ни дрожи, ни стонов, ни попытки встать. Рано? Или всё-таки они не обратятся? Хотелось верить последнему.

Legends Never Die — All For Metal

      Где-то рядом слышатся быстрые шаги и чей-то женский голос. Что-то было в этом голосе, заставившем его замереть на месте, чтобы как можно внимательнее вслушаться в него. Эта интонация... Эти ругательства... Не может быть! Габриэль бросается к стене, прислоняя ухо к холодному кирпичу стен, жадно вслушиваясь. Сердце бешено бьется в груди, пока из горла вырывается отчаянный крик: - Клементина!

***

      Рассеянный свет из темноты на секунду притягивает к себе ее взгляд, но лишь на секунду, ей нужно убежать как можно дальше от ходячих. Нельзя больше тратить силы на бой с одной лишь монтировкой. И она бы побежала вперёд, если бы сквозь приближающиеся шаги и рычания она не услышала свое имя. Не давая себе отчёта о том, что она делает Клементина резко вспоминает про тот свет из-за двери и бросается назад. Рука сжимает фонарик, другая – монтировку. Заглядывая сквозь стеклянное окно двери она узнает знакомые глаза, прическу, черты лица. Парень тоже узнает ее, счастливо улыбаясь. Он нашел ее. – Гейб, – она прошептала, не узнавая собственного голоса. Но потом, не сдержавшись крикнула его имя, не веря своим глазам.       Парень что-то ей говорит, лицо серьезное, но она не воспринимает что, дергает ручку двери – та не поддается. Что? Механический замок? Наконец, до девушки доходит, что он говорит ей отойти от двери. Последовали попытки Гейба вышибить дверь ногой – безрезультатно. Тогда Гейб разбивает небольшое окно, разлетаются осколки. – Сзади! – доносится до Клементины и она оборачивается, из темноты на нее бросает ходячий. Девушка в ярости делает подсечку и замахивается монтировкой. В уши ударяет выстрел и рядом падает ещё одно тело ходячего. Высунув руку с пистолетом Габриэль начинает обстреливать прибывших монстров. Клементина начала пятиться от них вперёд в коридор. – Уходи, Клем! Я найду тебя, слышишь!       Клементина слышит, бросает последний взгляд в сторону двери и с новыми силами бежит вперёд. Глаза блестят, а дыхания не хватает.

***

      Клементина задыхалась – не от бега, а от волнения. Они не могли прикоснуться друг к другу, но одного взгляда было достаточно, чтобы сердце рвалось из груди. Она снова знала, что не одна. И вместе у них получится выбраться и найти Эй-Джея. Надежда больше не была чем-то призрачным — она дышала в каждом её шаге, наполняя грудь решимостью и силой.       Коридор вил, темнота тянулась липкой паутиной. За спиной шаги – не тяжелые, нет. Шаркающие. Она свернула. Крутой поворот и прямо перед ней дверь в административный блок, одна из немногих с аварийной защелкой. Где-то по ту сторону стен бежал Гейб.       И вдруг — знакомый голос, резкий, злой: – Отвалите от меня, ублюдки, или я вам мозги вышибу!       Это была Оливия. Та, без которой она не смогла бы улизнуть и обрушить электрическую сеть. Осторожно продвигаясь вперёд, Клем заметила её. Девушка держала винтовку, но не стреляла. К ней приближались медики, что-то говоря про "сотрудничество". Каждый из них блефовал, включая Оливию. Оставалось лишь мгновение, прежде чем все карты раскроются.       Клементина не дала этому случиться. У нее не было ничего, кроме монтировки, но этого хватало. Из темноты, как молния, она ударила — один повалился, другой, выстрелил вслепую, но также быстро был оглушен девушкой. – Клементина! – вскрикнула Оливия, направляя на нее луч, – Ты снова спасаешь мою задницу, хотя у меня было все под контролем. Эти идиоты до последнего верили, что в этой винтовке хоть что-то есть! Хотя в ней не было ни шиша, когда я ее нашла! – Здание кишит ходячими. Скорее, берём их оружие. Какое-то время можем прикрывать друг друга. – По рукам, – согласилась Оливия. Выстрел привлек ходячих. Теперь весь план держался в том, как быстро и долго они смогут бежать.