Французский Котик (French Cat)

Спала девушка сладко, ей было тепло и максимально уютно. А еще постель такая мягкая, она словно тонет в ней, зарываясь носом под одеяло и пушистый белый плед. Как будто на облачке спит. В теле такой силы нега, что Мей не сдерживается и тихо стонет от удовольствия, слабо улыбаясь и лениво вытягиваясь на постели. Как только ножка случайно выскальзывает из-под теплого плена, Ву тут же быстро прячет ее как улитка, недовольно сморщив носик. Снаружи не было холодно, довольно-таки даже тепло, но однозначно не так уютно, как под одеялом. До сонной девушки начало постепенно доходить — то-очно, она же не у себя дома. Мей медленно открывает глаза, натыкаясь взглядом на широкий рабочий стол с закрытым ноутбуком. Комната Чимина. И постель его. Здесь все принадлежит ему. Даже Мейлин, раз уж она здесь. И вчера они целовались в его машине после гонок. Девушка тут же покраснела от воспоминаний. Вчера они пришли быстрее Хосока, потому, ей было немного неловко оставаться с Паком наедине. Ему же это казалось вовсе не мешало, он себя чувствовал прекрасно, активно рассказывая, как они здесь живут, в своей холостяцкой берлоге. Чимин сразу предоставил ей свои тапочки, несмотря на то, что пол теплый и сказал, что она сегодня спит в его комнате, а он на диване в зале. Потом пришел Чон, пустил несколько глупых двусмысленных шуточек, когда Мей вышла из комнаты Пака в его одежде — футболка и штаны на ней висели, но выглядело это слишком мило, чего не могла не признать. Пак был того же мнения, он не стал молчать и сказал об этом прямо, в который раз смущая ее и наводя на подозрения брюнета. Пока девушка ужинала, парни сходили в магазин и затарились алкоголем и всякими закусками. Мейлин твердо отказалась, таская кальмары и всякие острые вкусняжки, слушая веселое обсуждение сегодняшних гонок, пока парни распивали саке. Она не помнила, когда успела заснуть на диване, но зато смутно могла вспомнить как Чимин нес ее на руках в спальню, как Чон откидывал плед с одеялом, помогая уложить и накрыть девушку. А еще помнит, как ночью стянула с себя штаны — у нее была привычка просыпаться ночью и в полусне раздеваться, когда становилось слишком жарко. Мейлин перевернулась на спину, потягиваясь и не спеша садясь на постели. Вчера она само собой не успела рассмотреть эту комнату, но сейчас у нее было для этого время. Светлая, уютная, преобладают именно теплые тона, не стирильно-белые, а молочные и бежевые. Сама по себе комната была просторной — тут был небольшой диванчик у противоположной стены, а рядом комод, около постели рабочий стол, за ним шкаф. Плотные шоколадные и единственные темные шторы вместе с тюлем шевелятся от теплого ветра, попадающего в комнату через открытый балкон. Весь пол застелен махровым ковром. Здесь царил относительный порядок, но именно из-за этого помещение казалось обжитым, что здесь действительно живут, а не ночуют. Все здесь отражает самого Чимина. Брошенная на стул кофта, приоткрытый шкаф, скрученный ремень с красивой бляшкой, лежащий на столе, разбросанные учебные принадлежности там же. Хмыкнув, Мейлин выползла из-под одеяла и пледа, опуская ноги на ковер. Отыскав штаны и надев их, девушка неторопливо заправила кровать, предпочитая не оставлять за собой бардака. Наткнувшись на тапочки, девушка проигнорировала их и на носочках прокралась до закрытой двери, выходя наружу. Оба парня сидели в зале на диване, спиной к ней и тихо ругались, рубясь в приставку. Видимо, не хотели ее будить и сдерживались. — Хосок, connard, arrête de le faire! — Шипит Пак, пихая друга в бок. — Сам ты мудак, я всего лишь пользуюсь тем, что у меня есть! — С азартом фыркает брюнет, активно тыкая по кнопкам геймпада. — Хочешь подраться, connard? — Явно провоцируя его повторяет Чимин, стреляя в друга взглядом, полного вызова. — Я тебе сейчас!.. — Восклицает тихо Чон, хотя видно, что хочет заорать, выбрасывая геймпад и бросаясь на Пака. Оба скрылись за спинкой дивана, послышались звуки новых ругательств и возни. Мейлин с любопытством встала на носочки, но даже этого не было достаточно, чтобы увидеть все. Девушка покралась вперед, все еще оставаясь для ребят незаметной. Внезапно мелькнула макушка Чимина, вынуждая ее остановится на первом шаге. — Сдавайся! — Шипит парень, лупя друга подушкой по морде. — Хрена лысого тебе! — Доносится приглушенное в ответ, после чего Пак снова скрывается за диваном и опять эта возня. Делать они все старались максимально тихо, из-за чего это казалось только смешнее. Ву не сдержалась и хихикнула в ладонь, делая несколько шагов вперед, все ближе и ближе подходя к дивану, наконец имея возможность узреть картину «Репина». Чон подмял под себя Пака и когда девушка подошла, он укусил его за щеку, вырывая из Чимина возмущенный возглас: — Мужики так не делают! Позор! — Схватив Хосока за нос, он перекувыркнулся вместе с ним по ковру, снова меняя их позициями. — На войне все средства хороши! Готовься к смерти, тамплиер! — Гнусаво, но воинственно восклицает почти шепотом Чон, начиная щекотать друга. Тот начинает извиваться, сдавленно пыхтя, в попытке сдержать смех и оттолкнуть руки друга. Через секунду они снова катаются по ковру, но первенство все-таки перехватывает Чимин, беря Чона на подобие болевого захвата — сидя на пояснице друга, одной рукой тянет ногу Хосока на себя за щиколотку, второй обхватил шею друга, подавляя сопротивление. — Ты когда-нибудь кончиком большого пальца ноги доставал до своего затылка? — Спрашивает, пыхтя Пак и напрягая мышцы каждый раз, когда Чон пытался выбраться. — Н-нет. — Сипло отвечает Чон. — А хочешь? — Хихикает Чимин, начиная давить рукой под подбородком, заставляя выгибаться назад, в это же время начиная тянуть на себя ногу, будто реально собравшись совершить озвученное. Чон просит пощады и долбит ладонью по ковру как на ринге, но Пак не умолим, усмехается как злодей, не собираясь видимо останавливаться на достигнутом. — Не знала, что ты такой садист, Чимин. — С улыбкой произносит Мейлин, тем самым отвлекая Пака и спасая Хосока. Чимин резко поворачивается в ее сторону, глядя своими невозможно большими удивленными глазами — она застала его врасплох. Девушка просто стояла за спинкой дивана, облокотившись о него локтями и с интересом смотрела, подперев щеку ладошкой. — Мей? Давно проснулась? — Пытаясь отдышаться, спрашивает Пак, поднимаясь с кряхтящего друга. У Чимина на щеке весьма заметный красный след от укуса виднеется. Кажется, у них тут был бой не на жизнь, а на смерть. — Достаточно давно, чтобы увидеть это от начала и до конца. — Хихикает Ву. — Спасибо, я спасен, малышка Мейлин пришла на помощь. — Жалобно тянет Чон, щипая совершенно по-бабски взвизгнувшего Чимина за задницу и тут же убегая весело хохоча. Оба взъерошенные, лохматые и мокрые после этой возни. Мейлин сдерживается, чтобы не засмеяться. — Никому не говори о том, что ты видела. — Наигранно сурово произносит Пак, видимо пародируя кого-то. — Не то что? — С иронией спрашивает, вздергивая бровь. Чимин медленно встал коленями на диван, спрятав руки за спиной, приближаясь к девушке и наклоняясь поближе к ее лицу — она замерла, не в силах двинуться. Он умеет пользоваться гипнозом? — Не то поцелую туда, куда захочу. — Вкрадчиво предупредил Чимин. У Мейлин глаза округлились и щеки вспыхнули от этого заявления. Пытаясь справится со смущением, девушка кладет ладонь ему на лицо и отталкивает в бок, легко роняя на диван (скорей всего, он сам этому помог). — Прекрати это делать! — Нет, не перестану. — И засмеялся, заставляя ее закипать не то от жара, не то от возмущения. — Пак Чимин, ты как ребенок! — Шипит Мей, присаживаясь на спинку дивана. Парень валялся на спине, явно балдея от ситуации — подтянулся повыше, закинул руки за голову и красовался, вот сто процентов красовался. Футболка небрежно приподнята, оголяя кусочек кожи живота и верх резинки трусов, взгляд наглый, немного снисходительный, будто он уже уверен наперед, что будет так, как хочет он. Возможно. У Мейлин было немного времени подумать утром. Расставить все по полочкам. Да она до сих пор размышляет, стараясь несильно грузится. Пак кажется ветреным лишь с первого взгляда, на самом деле он ни с одной девушкой еще не ходил на свидания и не встречался, после того как вернулся в Сеул. Что уж говорить о поцелуях. Так что, можно сделать логичный вывод — что-то, да искрит между ними и это не просто интерес. Нет, не так. У Пака искрит по отношению к Ву. После того, как она выспалась с этой информацией, она поняла, как же глупо себя накручивала и излишне переживала. Сразу все начало казаться таким мелочным и незначительным, решаемым. Все ее варианты побега рухнули под давлением этой очевидной правды — не сбежит. Уже нет. Но их отношения все равно остаются загадкой, после поцелуя…что? Что дальше? У нее отношений то не было нормальных раньше, как ей соответствовать ожиданиям Пака, если он захочет это сделать чем-то большим? Как ей себя вести? Сделать вид, что ничего не случилось или проявить внимание? Ладно, как получится. — Ты опять слишком много думаешь? — Негромко спросил Чимин, привлекая к себе внимание девушки. — А, нет, — вяло отмахнулась Мей, а затем внезапно вспомнила его вчерашнюю фразу, — просто вспомнила кое-что, — и хмыкнула. — Хитрюшка, — улыбается Пак, — помнишь, что я сказал тебе перед гонкой? Мейлин насторожилась. Нахмурив брови, Ву попыталась вспомнить… О, он об этом? — Ты про желание? — Да, про желание. Готова выслушать? — Спрашивает парень, садясь. Мейлин вздыхает, кивает и ждет. С замиранием сердца ждет, ведь Пак может выдать все, что угодно. Кто знает, что за планы у него в голове? — Я хотел бы, чтобы мы все вместе провели летние каникулы. Мей удивленно вытаращилась на него. И это все? Она уже успела надумать себе кучу всякого, а оказалось, всего лишь отдых вместе? Кстати, говоря под всеми, он имел в виду кого? Себя, Мей и Намджуна с Лиен? Может еще Хосок? — Я думала, ты загадаешь что-то более масштабное. Ладно, почему бы и нет? Под всеми ты подразумеваешь Лиен и Намджуна с Хосоком? — Легко согласилась девушка, предпочитая не думать о том, что может произойти в эти каникулы, если они будут все вместе на них. — Без Чона, он с родителями уже договорился, так что, мы по парочкам. — Довольно заключает Пак, неожиданно хватая девушку за руку и целуя костяшки. — Да что ты…- Поджимает губы Мей, не успев договорить фразу, так как встретилась со взглядом Пака, так похожим на тот почти черный, когда они были в машине. Но этот был несколько другой. Не смотря на эту черноту, в ней угадывалась нежность и понимание, а еще, желание идти на уступки, быть терпеливым. — Вы скоро квартиру спалите, хватит искрить, — насмешливо произносит Хосок, топая в ванную в одних домашних штанах с полотенцем на плече, — хотя нет, продолжайте, мне нравится ваше взаимодействие. Мейлин тут же отвернулась и попыталась забрать свою руку у Чимина, но он вцепился крепко и не отпустил. — Бр-рысь, развр-ратник. — Прорычал с улыбкой Пак. — Кто бы говорил, совратитель! — Откликнулся Чон, фыркая. — Иди уже! — Со смехом помахал ему ручкой Пак, поворачиваясь к пунцовой девушке, наслаждаясь ее смущением. — Лиен боится Намджуна, а мы с тобой друзья, какие парочки? — Жалостливо спрашивает Мей, предпочитая отвернуться и не смотреть в сторону Чимина. — Мне нравится, когда ты меня трогаешь и называешь по имени, — еще больше смущая, говорит Чимин, — а тебе нравится, когда я тебя целую и держу за руку. Разве здесь не очевидная ситуация? Ву затаила дыхание, поджав и закусив нижнюю губу. Конечно, тут все очевидно, но сомнения так просто не отпускали из-за недосказанности. Вроде бы все ясно, но вслух это не прозвучало, что очень важно любой девушке. Но сказать она об этом ему не может по понятным причинам, потому молчит. — На самом деле, Джун без ума от Лиен, я не понимаю, почему она его боится. — Сказала, лишь бы что-то сказать и отвести тему до лучших времен, так как она не готова подвергаться такому пристальному вниманию. — У нас с тобой похожая ситуация, — не повелся (естественно) Пак, продолжая гнуть свою линию, — ты тоже без ума от меня, но при этом и боишься. Я же знаю, чего хочу и мне нечего бояться. А чего хочешь ты? Чего она хочет? Разве это не очевидно? Или…он тоже хочет это услышать? — Давай, скажи мне это. На ушко. Я отвернусь. Никто не узнает. — Игриво тянет ее на себя за руку Пак, поворачиваясь боком и вынуждая опереться о его плечо ладонью. Мейлин не смело тянется вперед. Тормозит, размышляет. Но понимает, что чем больше думает, тем больше сомневается и оттягивает момент, который все равно произойдет. Поэтому, не дав себе задуматься еще, она быстро склоняется к его уху и шепчет в волосы, едва слышно: — L'amour. Это, наверное, единственное слово, которое она знает на французском. Ей хотелось сделать это как-то по-особенному и вот как кстати в ее голове всплыло это единственное слово — любовь. Она хочет любви, взаимности, чувств, не от кого-то, а от него — Пак Чимина. И ему более, чем понятно все по одному слову. Он думал, что еще раз не сможет влюбиться так же крепко, но у нее получилось совершить невозможное. Произнесенное слово, таким тихим смущенным шепотом — этого было достаточно, чтобы его сердце поразила вторая стрела Амура. — Pas de problèmе. — Так же негромко произносит Чимин, слегка покраснев, прикрывая глаза. Все еще не отпуская ее руки на своем плече, парень заводит свою за ее шею, осторожно и едва касаясь кожи, подхватывает пальцами пряди волос, перебрасывая их на другое плечико, открывая себе доступ. Мягко прикасается губами к шее, щекочет ими, прежде, чем приоткрыть уста, чтобы лизнуть, попробовать на вкус и наконец впиться в кожу, несильно прикусывая. По телу разбежались крупные мурашки, а глаза закрылись, Мей вынуждена была упереться лбом в плечо Пака, так как руки задрожали. — Чим… Чимин укусил чуть сильнее, срывая с ее губ взволнованный вдох, прежде, чем отпустить и заглянуть девушке в глаза — такая прекрасная в своей невинности. Бросив взгляд на образовавшееся красное пятнышко на безупречной коже, Пак расплылся в улыбке. Мейлин открыла глаза, затянутые туманной дымкой, трепетно касаясь пальчиками кожи там, где были только что губы Пака. — Тебе некуда деваться, Мейлин. Ты теперь моя девушка. — Чимин ласково гладит ее щеку большим пальцем, разглядывая ее лицо будто в первый раз. — Я и не сопротивлялась. — Наконец улыбается Мей, осторожно прикасаясь указательным пальцем носа Пака. С папой она созвонилась позже, прослушав пару упреков в сторону довольного Чимина, что распластался по дивану как кот, балдея под какую-то передачу по телевизору. И шуму они наделали много и дочу под опасность поставили, и вообще, Паку нужно срочно на ковер к Ву Бэю, чтобы выслушать выговор. И еще, поговорить с ним по-мужски, раз уж, как доча донесла, они теперь пара. Он слишком мало общался с этим парнем, чтобы твердо говорить о том, что он отличный партнер для Мей. Как бы она не пыталась отмазаться, отец просил в ближайшем времени появится обоим в их доме, чтобы познакомиться наконец, как папа младшей Ву и как парень младшей Ву. Чимина это нисколько не напрягало, судя по первому взгляду на него. Лиен, когда узнала об этом, была счастлива и сияла как полярная звезда. Правда, подруга не слишком обрадовалась, когда Мейлин ей сказала еще и о том, что они вместе проведут летние каникулы, то есть, вся их честная компания, кроме Хосока. Кан как-то сразу нахмурилась и засомневалась, но не согласится не могла — они и так планировали провести это лето вместе, отменять все из-за того, что там будет Джун, будет как-то по-детски. В итоге, оставшуюся неделю учебы Мей провела как в персональном аду. Или раю? Пак постоянно делал какие-то странные, но милые вещи. То чмокнет ее в щечку, то погладит по плечу или возьмет за руку на паре, а бывало даже в нос лизнет, а потом слушает возмущения от девушки. Все складывалось как никогда хорошо, неторопливо и трепетно, романтично. Парень приглашал ее гулять в парке и просто на улице вечерами, уже тогда не позволяя ей отстраняться и идти на расстоянии. Тогда-то постепенно и поползли слухи в университете, что они встречаются. Когда Паку начали задавать прямые вопросы, он так и отвечал: «Да, встречаемся». Но если вопросы заходили дальше, на более личные темы, типа: «Да что ты в ней нашел?», Чимин так же четко, но более серьезно говорил, что это не их дело, а особо ретивым отвечал колко и обидно, чтобы проняло. Были неприятные инциденты, которые случались за это время с Мей, в которые встревал Пак и быстро решал их, неоднозначно намекая на разбитые лица и плохое настроение тех, кто лез в их отношения. Оказалось, Чимин очень ревностно защищает то, что принадлежит ему. Но это не значит, что Мей взяла и опустила руки, начав сомневаться в правильности их отношений. Наоборот, зарядившись энергией Пака, младшая Ву отшивала любопытствующих пачками, беря пример со своего парня. Да, своего парня, теперь точно. Правда парень этот бывал слишком активным и игривым временами (но ей это на самом деле нравилось). — Пак Чимин и Ву Мейлин, быстро расселись по разным углам! — Командует преподша и ребята тут же подпрыгивают, затыкаясь. Мейлин возмущенно пихает хихикающего парня в ребра — это все он виноват, что их рассаживают. Это вообще очень странно, обычно замечания делают, но тут, он видимо перешел все границы со своими шуточками. Они конечно смешные, но они на паре, ало, давай на перемене может быть? Но Чимин был неумолим и итог — их рассадили в разные концы аудитории. Сегодня он что-то слишком веселый, жаль, что нет его второй жены — Намджуна, который именно в этот день должен был поехать куда-то там с родителями. Лиен закатывала глаза, предпочитая делать вид, что она не с ними, да и Пак особо ее не трогал, почему-то найдя достойного слушателя в Мейлин. Ву хмуро осмотрела их группу, натыкаясь взглядом на вальяжно развалившегося на стуле Чимина, который смотрел в ответ на нее. Глаза ее возмущенно сузились, в противовес широкой улыбке Пака, что продолжал веселиться. Мей жестом показала, что ему капец после пары. Розововолосый вытаращил на нее глаза и чуть подался вперед. Мейлин показала язык и отвернулась. Не прошло и пары минут, как она все-таки опять взглянула в его сторону — лучше бы не смотрела. С легкой улыбкой, высунув язык и прислонив его кончик к верхней губе, Пак кокетливо подергивая кончиками пальцев воротник рубашки, смотрел прямо на Мейлин. Он решил вызвать у нее инфаркт? Умудряется достать ее, даже сидя за несколько метров от нее, в другом конце кабинета, чертов француз. И выглядит так сексуально, что стыдно. Она в курсе, что он дурачится, но все равно как по сердечку то… Ву вздернула одну бровь, медленно отворачиваясь и закатывая глаза, как бы показывая: «И с кем я вообще встречаюсь?», совершая глубокий вдох. Чпоньк. Мейлин с круглыми от удивления глазами хватается за блузку, от которой оторвалась верхняя пуговица, показывая сокровище семейства Ву — верхние части грудей. Изысканное декольте, если бы только к месту было! От всей этой нелепой ситуации, Мейлин падает лицом в стол и начинает сдавленно смеяться. Где-то слева, в другом конце кабинета чуть не сдох от смеха один розововолосый француз, скатившийся под парту, с заметно алеющими щеками. Встреча отца и Чимина оказалась очень запоминающейся. Такое никогда не забудешь. Приглашенный на ужин Пак, еще на пороге поздоровавшись с ее отцом, просто подхватил девушку сзади и усадил на свое плечо, вспомнив его давнишний вопрос, при первом знакомстве. Бэй тогда сощурив сурово глаза, кивнул и с единственным: «Мужик», кивнул в сторону гостиной, где был накрыт скромный домашний столик на троих, призывая идти за собой. С того момента, напряжение будто стена — рухнуло. Бэю Чимин понравился еще больше, чем при первом знакомстве, когда они с ним пообщались на свои темы, тогда как Мей молча слушала. Он и о бизнесе рассказал и о родителях, в общем, отвечал на интересующие вопросы и получал все больше плюсиков. — Бэй, ты не будешь против, если мы проведем летние каникулы все вместе, компанией? — Решил спросить Пак, так как все же в первую очередь надо спрашивать о таких вещах именно его, а не Ву. Обращение по имени разрешил сам Бэй, так как из-за «выкания», он чувствовал себя слишком старым. А все эти уважительные обращения и суффиксы всегда были ему как-то…неудобны. Слух резало. — А компания, это кто? — Потягивая виски из стакана, спрашивает старший Бей. — Лиен, Намджун, я и Мейлин. — Спокойно поясняет Пак, потягивая разбавленный тем же виски сок. Не любит он пить крепкие напитки в чистом виде, как отец Мей. — Куда хотите поехать? — Пока подумываем в Париж, у моих родителей есть там вилла в отдалении от города. Заодно хотел познакомить их со всеми и с Мейлин. Девушка тактично молчала, не встревая в разговор, потихоньку подъедая креветки из салата. — Хорошо, но смотри, несешь за нее ответственность, — не строго и даже спокойно сказал отец, повернувшись к Мей, — не потеряйся там только, ходи с Чимином и не говори с незнакомцами. — Пап, мне двадцать один, а не десять. — Фыркает девушка. — Ну, я на всякий случай. — Пожимает плечами Бэй, под тихое хихиканье Чимина. Перелет в Париж оказался немного тяжеловатым для Мей, ее периодически мутило и поэтому она большую часть времени спала рядом с Паком или на его плече. Лиен, сидевшая рядом с Намджуном, напротив друзей, старалась вообще на него не смотреть. В голове постоянно всплывал кусок прошлого, связанного с Намджуном, тот самый, из-за которого она боится его. И при этом воспоминании, девушка каждый раз ежилась и покрывалась мурашками, хоть и сама понимала, что это глупо. Глупо бояться его. Он на самом деле хороший парень, улыбчивый и внимательный. А еще, он тогда спас ее от незнакомцев и собственных одногруппниц, которые настоятельно рекомендовали не подходить больше к Чимину. Тогда она впервые позволила ему обнять себя за плечи и надо же, Лиен не ощутила страха, только защиту и тепло. Тогда что сейчас, почему снова? Девушка уже сама себя раздражала этими непонятными чувствами и ощущениями. Тот кусок прошлого, причина… Лиен всего лишь увидела, как Намджун бьет морды каким-то парням, с прописанной на лице такой яростью, что она в тот же миг сбежала. А образ то в голове остался и засел, не желает выходить. Осталась бы она чуть подольше, то увидела бы нечто занятное — как он поднимает из кустов мальчишку первоклассника, сидевшему спиной к потасовке и закрывающего уши ладонями, как ему приказал дяденька, отдавая ему его телефон, который отобрали старшие лбы из университета. Вилла на самом деле оказалась достаточно большой, уютной и комфортной. Девушки сразу же нашли «свою» комнату и решили, что они будут спать там и нигде больше. В виду того, что в доме давно никого не было, у родителей не было времени, а Чимин уехал в Корею, девушки взяли на себя обязанность убраться и помыть все поверхности, чтобы можно было спокойно ходить босиком. Парни же, повозившись с освещением, поехали в магазин за продуктами, затарившись по самое ни хочу, поэтому пришлось вызывать такси с большим багажником, чтобы все влезло. По приезду, а это было уже ближе к вечеру, дом блестел чистотой. Девушки взялись за готовку, а парни были на подхвате, действуя по принципу «принеси, подай, иди на фиг не мешай». Нарезать и разделать мясо к примеру, девушкам просто не дали. Оно было полу замороженным, так что, им и не под силу было что-то с ним сделать. — Чимин, а у вас есть красивые бокалы? Мы бы распили вино, а вы саке, в честь начавшихся летних каникул. — Говорит Мейлин, помешивая что-то аппетитно пахнущее к кастрюльке. — Есть, но мы обычно не пользовались ими, поэтому они просто стоят. Надо в подвал сходить, только там проблема со светом, завтра заменю лампочку, а так, если посветишь, я достану вам бокальчики. — Мягко с улыбкой отвечает Пак, целуя девушку в макушку и в тот же момент потершись о ее щеку носом. Пак такой ласковый и ему действительно нравится просто лежать у нее на коленях и балдеть, пока Мей гладит его по волосам и делает легкий массаж. Было дело, даже засыпал. Потому, раз уж теперь можно, он не стесняется нежничать с ней, безустанно умиляя ее. Это так прелестно, когда он просит внимания, если она занята — вроде бы и отвлекать сильно не хочет, но, и чтобы погладили охота, чтобы уделили несколько секунд и он пошел, счастливый, на диване валяться. В такие моменты Намджун едва заметно морщился и отворачивался, с заметной грустью и тоской цепляясь взглядом за Лиен. Кан умилялась с парочки и не выглядела грустящей, не было ощущения, будто ей не хватает такого же тепла, как и Киму. По нему же сразу все видно, если присмотреться. Нет, если хотя бы просто смотреть — а она не смотрит. — Тогда пойдем. — Робко кивнула, беря телефон со стола и уходя вместе с ним из кухни. Лиен поджала губы, теперь контролируя две комфорки, на которых стояли кастрюльки. Намджун сидел на широком кухонном столе стойке, смотря со своего места телевизор, а заодно иногда поглядывал за процессом готовки (за Лиен). Та вдруг открыла шкафчик с посудой и встав на носочки, потянулась за кружкой, и ей чуть-чуть не доставало, чтобы взять ее. Ким недолго думая, бесшумно слез и быстро подошел, беря в руку заветную кружку, протягивая ее Кан. Та слегка вздрогнула от неожиданности или от испуга, сама не поняла, беря кружку и поворачиваясь к Киму. Тот, видя ее настороженность, молча и с какими-то неясными извинениями в глубине карих глаз отступил. Во взгляде постепенно тухли искры надежды, что заменялись смиренной грустью. Как будто он надеялся, что она вот сейчас, точно благодарно улыбнется ему, а не будет смотреть будто с укором за испытываемые к ней чувства. Пытаясь скрыть разочарование, парень вымученно однобоко улыбнулся, уже разворачиваясь, чтобы вернуться на свое место, но замер на пол пути. Лиен так по-детски скуксилась, поджимая губы, в уголках глаз скопилась влага, будто она собиралась заплакать. Ким испуганно вытаращил глаза, не зная, что он успел сделать такого, чтобы расстроить ее? Он не может ни притянуть ее, чтобы обнять и успокоить, ни заговорить нормально, так как она боится его. Но надо же что-то сделать. — Лиен, что с тобой? Я расстроил тебя чем-то? Девушка куксится все больше, начиная ронять еще редкие слезы на футболку. Просто она вот так внезапно поняла, осознала, будто бы на место встал давно потерянный кусочек. Как обижала Кима своим поведением, как нелогично это выглядело, а главное — необоснованно. И ей стало тошно от себя, за то, что она такая дура. Ведь она могла бы подумать, что в тот случай, когда она испугалась его, у него были причины. Так долго нереально притворяться, если бы он действительно был плохим, он бы не задержался в этой компании. Он всегда относился к ней более трепетно, чем к Мейлин, был мягче, чем с кем-то еще из компании. И вот эта кружка… У нее в голове всплыла мысль, что он как в ситуации с этой кружкой, несся помогать ей и поддерживал в любой мелочи, а она была так… Небрежна и глупа. Упряма. Не хотела от чего-то видеть правду. И из-за накопленного кажется у нее началась истерика. Как когда пакетик рвется, и вы понимаете — все, последняя капля. Своим видом она вгоняла Намджуна в панику. Он понятия не имел, что нужно сделать, чтобы это прекратить, пока не пришли Чимин и Мей. — Прости меня. — Плаксиво шмыгает Лиен, заходясь наконец в плаче, пытаясь закрыть лицо руками. У Кима глаза стали еще в два раза больше. За что она извиняется? — Лиен, не плачь, Господи, я не знаю, что мне сделать. — В трепетном ужасе, в который повергают парней плачущие девушки, Ким подошел ближе, начав осторожно стирать большим пальцем слезинки, а другой гладить по голове, выбрав это как единственно верное решение. Намджун чувствует, как его сердце останавливается, когда Лиен шмыгает и прижимается к нему, робко хватаясь за футболку. Надеясь, что хоть сейчас можно, парень закусывает нижнюю губу и вздыхает, обнимая ее за плечи и разворачивая так, чтобы самому упираться в стол спиной, а она все так же была прижата к нему. Девушка от перемещений поднимает голову и смотрит на Кима, но без страха, с каким-то сожалеющим взглядом. — Ты такая нелогичная, Лиен. Сначала боишься меня, не понятно почему, хотя я даже более плюшевый, чем Чимин, — с легкой иронией замечает блондин, вызывая у девушки улыбку, — и вдруг ты плачешь и просишь прощения. Что мне делать с тобой? — Я увидела тебя однажды, когда ты дрался и с этого момента… — Кан замялась, так как не знала, как еще объяснить свои ощущения. Намджун сначала нахмурился, затем опять вздохнул. — Глупый ты ребенок. Дерутся не только, чтобы почесать кулаки, но еще, чтобы защитить кого-то. Я догадываюсь, про какой ты случай говоришь. Я защищал школьника и отдал ему его телефон, который у него хотели отобрать. И я уже понял, что у тебя невероятно бурное воображение. — Ким улыбнулся, но уже более искренне. — У тебя было такое злое лицо, — Лиен хмурится, шмыгает носом, смотрит исподлобья виновато. — Представь себе, я тоже злюсь. И я тоже человек. — Со смешком отвечает Ким, мягко поглаживая ее по голове. Эти слова устыдили ее, заставляя краснеть. Действительно, никто не идеален, она ведь тоже может вспылить, злиться, печалиться, грустить. Почему она не подумала об этом тогда? Видимо, хотела видеть только то, что хотела. — Прости, Намджун. Я и вправду ребенок. — Кается девушка, утыкаясь носом и лбом в его футболку. — Еще успеешь вырасти. — Усмехается Намджун.

Музыка: Promise — Jimin

Из-за угла высунулись Чимин и Мей, которые жестами спрашивали, как дела и не смотаться ли им куда-нибудь. Ким так и понял, что все хорошее рано или поздно заканчивается, поэтому отстранил Лиен от себя. — Чимин и Мей устали ждать, пока мы с тобой тут наговоримся. Давайте, вам надо доготовить, иначе все сгорит к чертовой матери. — Ким улыбается чуть шире, но грусть из его глаз никуда не девается, после чего уходит на диван, предпочитая больше не нервировать Кан своим присутствием. Ойкнув, девушка ринулась к посудинам, проверяя содержимое. Мей подошла к ней, и они в полголоса начали шушукаться о своем, о женском, тогда как Чимин ушел к Намджуну. Тоже «пошушукаться». Когда ужин был готов, девушки принесли тарелки на столик перед диваном, чтобы со всеми удобствами расположиться и поесть там, перед огромной плазмой за просмотром фильмов. Пак сидел посередине, слева от него приютилась Мей, а Намджун сел у самого подлокотника, чтобы иметь возможность прилечь, если спина или задница затекут. К его удивлению и удивлению друзей, Лиен попросила Пака подвинуться, после чего она села не рядом с Мейлин, как это обычно было, а рядом с Кимом, который моментально превратился в камень. Кан казалась невозмутимой, ее ничего вроде как не смущало. — Как думаешь…? — Начала было Мей шепотом в ухо заинтересовавшемуся Чимину, поглядывая на Кан, но он продолжил вместо нее. — Сойдутся. — Хмыкает тихонько Пак, чмокая девушку в висок. Поздним вечером, когда девушки уже уснули, парни полусонные понесли их в комнату — Пак — Мейлин, а Намджун — Лиен, каждый укладывая и укрывая свое сокровище. Пьяненькое такое, милое сокровище, сопящее в подушку.