wanna feel something - larrysher

Холодно было спать на улице, но Ларри спал, как убитый. Он вчера добровольно отдал свою "крепость одиночества" человеку в одиночестве. Внутренний голос отключился и он четко мог чувствовать Салли без всяких подсказок. Вот например сейчас он знал, что Салли слишком расслаблен и счастлив. Его поглотила эйфория, которая боролась с лютым страхом. Голубоволосый слишком сильно боялся потерять это все. Больше всего на свете он боялся ощутить на своих ладонях ощущение, будто песок, по крупинкам соскальзывающий в бездну, и ты не в силах это остановить. Если до этого вечера он смело могу сказать: "Мне нечего терять", то сейчас он даже думать об этом боялся. До этого вечера он был уверен, что одинок. Уверен, что забыт и ненужен. Уверен, что не любит. Скорее всего, намечался дождь, ибо носы парней одурманивал мягкий запах мокрого, сырого дерева. Фишер настолько истощился своими мыслями, что, как только встретил рассвет, накинул протез и канул в сон. Теперь настала очередь Ларри перебирать пряди его невъебенно мягких волос и осознавать, что приобрел. Много чего еще придется сделать, много времени потратить, но одно он знал точно— они вместе пройдут через все это. Других вариантов просто нет и быть не может. ~ Весь день планировалось провести именно так: поочередно спать в надежде, что когда ты проснешься, твой друг будет ждать тебя с бодрым взглядом. Ларри накрыл их " лоджию " чем-то, что нашел на чердаке, поэтому дождя они не боялись. Запах стоял просто волшебный. Но его наличие вызывало сон еще сильнее. И вот, в очередной раз Салли проснулся и увидел рядом с собой мирно спящее солнышко. Мешки под его глазами казались более гармоничными, лицо не трогала ни одна эмоция, а волосы спокойно разбросались по подушке. Голубоволосый улыбнулся и сильнее натянул на него одеяло. Он хотел принести некоторые свои вещи сюда, но немного боялся делать это без ведома Ларри. В старых ящиках этого дома не оказалось того, что нужно Салли. Он слишком сильно хотел поперебирать струны своего маленького и нежного инструмента, но он лежал дома, а желание идти туда отсутствовало. Да, Салливан мог бы еще пол часа наматывать круги по дому, не зная, что делать, но услышал подозрительно знакомый протяжный кошачий вопль. — Гизмо?! - удивленно уставился Фишер на рыжего, который мирно ждал его у входа в домик. Салу пришлось спуститься вниз, — Боже, как ты меня нашел? Голубоволосый подхватил его на руки и начал кружить, прижимая к себе. На его рижую шерсть падали спокойные солнечные лучи, оставляя блики на каплях дождевой воды. — Как ты вообще вышел из дома, парень? - подозрительно посмотрел Фишер на своего кота и упал в мокрую траву от головокружения. В ответ послышалось лишь тихое мурчание. Видимо, папа приехал. Рыжий терся о своего хозяина, тыкался лбом в плечо и настойчиво облизывал ему нос, из-за чего Салли полностью упал на землю. Он смеялся и пытался оттащить кота от себя, но не мог. За этим всем из окна домика наблюдал только что проснувшийся Ларри. Ему, конечно, хотелось занести их вдвоем наверх, в тепло, но он бы скорее выстрелил себе в рот, чем разорвал эту идиллию. Салли сам заметил его через несколько минут и радостно побежал в объятия. Джонсон полностью обвил его худое тельце руками и слегка поднял в воздух, ибо голубоволосый был слишком низкий. Да, металлист гордился Фишером. Очень гордился. Он прошел через многое, пережил очень многое и Джонсон был уверен, что пройдет еще через большее. Длинноволосому просто дико страшно теперь спускать с него глаз. И он не спустит ни за что. — Может пойдем прогуляемся? - спросил Ларри, как только поставил Фишера обратно на землю. — Да, было бы неплохо! - воодушевленно ответил Сал. У него есть много вопросов, которые он боялся забыть, поэтому скорее хотел найти предлог. ~ Фишер, замотанный в длинный красный шарф своего друга, стоял и ждал его, переступая с ноги на ногу, чтобы немного согреться. Руки жадно вжимались в самые глубины карманов. Отсутствие верхней одежды осенью—самая худшая идея Салливана за всю историю его жизни. Сзади послышался звон дверных колокольчиков и голубоволосый обернулся. Из здания маленькой, переполненной кофейни вышел довольный металлист с двумя чашками кофе. — Взял тебе карамельный.