Там, за сотней океанов...

— Осторожнее! Не врежься ни во что! — Хён, всё путём! — хором отозвались мальчишки, продолжая рассекать водяную гладь. — Ситуация под контролем! Сокджин засмеялся в кулак, когда Тэхён всё же не смог сманеврировать между камнями и с характерным звуком впечатался в эту маленькую скалу. Непреодолимое препятствие, хах. Ну, быть может, столкновение с каменной поверхностью хоть немножко вправит ему мозги. А к чему так гонять-то? Нашли забаву, два неугомонных балбеса. Чимин вынырнул из воды, откидывая волосы назад, и весело улыбнулся, поправляя перстень на пальчике. Извечный итог любого их бесения — шишка у младшего. И благо, если одна. — Тэхён-а, я же тебе велел не отвлекаться! На этом участке твоё внимание должно быть приковано к препятствиям, а не к Джин-хёну. Я понимаю, он у нас невероятно красивый, но в случае чего не ему спасаться бегством от «охотничков». В отличие от тебя, Сокджин-ши неконфликтный и не нападает первым на людей, которые за своим языком плохо следят. Потирая ушибленное место, Тэхён запрыгнул на камень, согретый солнцем, и блаженно раскинул руки в стороны, подставляя личико тёплым лучикам. Глубокое погружение в мир физического наслаждения. — Я не виноват, что люди меня провоцируют… — «оправдался» младший, стирая солёные капли с груди. — Пусть они и не знают, кто мы такие, но говорить подобные вещи у них всё равно нет права. — Полностью с тобой согласен, Жемчужинка, — улыбнулся Чимин, подплывая ближе к названному братику и устраиваясь возле его левой руки. — Немногие в наше время умеют контролировать свои эмоции, речь, мысли. Вот лично я знаком с одной русалкой, которая нападает на обидчиков с кулаками, стоит кому-то хоть заикнуться про нетрадиционную ориентацию того или иного существа… Джин снова расхохотался, прижимая руку к груди, когда Тэхён поднял голову, округляя свои и без того большие лиственно-зелёные глазки. — Пак Чимин! — пискнул донсен, скатываясь обратно в море и брызгая водой в ехидничающего приятеля. — Что «Пак Чимин»? — «изумился» парень, отплывая чуть назад. — Я уже двести двадцать четыре года как «Пак Чимин». И вообще, разве я тебе солгал? Неужели мы с тобой не знакомы? — Мальчики, не ссорьтесь, — спрыгнув в воду, Сокджин схватил младших за ручки и оттащил к песчаному берегу, где улёгся между «непримиримыми-врагами-на-следующие-пятнадцать-секунд». — Расскажите мне лучше, как всё вчера прошло? Чимин удивлённо вскинул бровь, склоняя голову к плечу и недоумевающе глядя на своего хёна. Оу, что случилось с их миролюбивым Ким Сокджином, раз он захотел послушать о проделках двух своих сорванцов? — Ты ведь не любишь разговаривать о наших «разбоях»… — с сомнением озвучил мысли Чимина Тэ-Тэ. — Ты считаешь, что мы «неправильно поступаем». — Я просто хочу ещё парочку раз прочесть вам нравоучения, — хмыкнул мужчина, сладко потягиваясь на мокром песочке и ударяя сиреневым хвостом по солёной водичке. — Мне скучно. Ну давайте, вам ведь нравится рассказывать мне о своих грандиозных победах. Лица донсенов одновременно озарили довольные улыбочки. О, хённим, если ты так настаиваешь, то… — Вчера мы потопили три корабля, — гордо доложил Тэхён, убирая мокрую чёлку со лба. — Ты представляешь, они везли на продажу криалов! Ну как можно додуматься огненных фей, крошек, боящихся воды, переправлять на рынок по морю! — На случай, если ты сомневаешься в наших благих намерениях, то спешу заметить, что криалов мы не тронули, — тут же дополнил Чимин, выползая из воды полностью. — Мы их выпустили сразу же, как палуба сравнялась с уровнем океана. Девочки не пострадали. — А пираты, что везли их? — спросил Джин, выжидательно глядя Паку в глаза. Парень выдержал взгляд хёна. «Вечный» вопрос, задаваемый мужчиной изо дня в день, когда ему с Тэхёном приходится уходить на «дело». Отчего-то Сокджин печётся о пиратах не меньше, чем о своих друзьях. При том даже не зная, кто именно затонул… — Они мертвы, — холодно ответил Мин-и, ударяя длинным хвостом по песку. Высохшая чешуя, до того жемчужным блеском играющая на солнце, рассыпалась в пыль, словно кокон, обнажая белые стройные ножки парня. Вытащив из-под ближайшего камня заранее припрятанную там одежду, Чимин впихнул свою тушку в шорты и лёг обратно на тёплый песочек, подпирая голову рукой. Так забавно… Отчего-то все люди в мире уверены, что русалки обитают лишь в воде и никогда не появляются на суше. Мол, хвостик бы не позволил. И почему они забывают про магию волшебных существ? Неужели быть русалкой — это приговор? Сухопутные существа так многого не знают о них. Не знают, что русалки, как и сами люди, могут делиться на простых и «одарённых». Что достаточно сильные «одарённые» русалки способны создать себе ножки и передвигаться по земле ничуть не хуже человека. И уж тем более простые смертные в жизни не смогут представить, что в редких исключениях сирены могут не только прекрасно петь… — Сокджин-хён… — тихо начал Мин-и, ковыряя ноготком влажный песок. — Мы ведь уже много раз говорили на эту тему. Тебе не понять нас с Тэхёном. Ты ведь обращённый… А мы такими родились. Ты когда-то знал людей, имел возможность сравнивать их друг с другом и собой, ты видел в них добро. И я не отрицаю, что есть на земле хорошие существа. Но речь у нас не о них. Мы говорим с тобой о пиратах. Хён… Пиратах, — руки младшего непроизвольно сжались в кулаки. — Существах, предавших достоинство и честь. Людях, промышляющих контрабандой и работорговлей. Ублюдках, когда-то отнявших нас у наших семей… Подняв руку над головой, Джин осторожно нащупал маленькую ладошку донсена и немножко сжал её, в знак поддержки. — Прости, Мин-и. Я прекрасно помню, как больно тебе говорить о пиратах, — перевернувшись на живот, Ким-старший провёл большим пальцем по перстню Пака. — И ты не подумай, что я каким-либо образом хочу обидеть или задеть вас, правда. Поверьте… Я не хуже вас знаю, кто такие пираты. Мне ведь они тоже знатно жизнь подпортили до обращения. Просто… Мальчики, вы же топите корабли. Вы не просто спасаете магических существ, вы убиваете людей. А некоторые из них виновны лишь в том, что когда-то жизненная ситуация сподвигла их против собственной воли пойти в пираты. Среди них очень мало, но всё-таки есть действительно хорошие люди. Или ты скажешь, что Чонгук заслужил свою участь? — Звали меня? — послышался призрачный голос. Из кольца Чимина вылетела светло-серая лента, принявшая человеческий облик за считанные секунды. Жаль только, что не материальный… — Я всё слышал. Очередной разговор о том, какие морские разбойники сволочи? — Чонгук-и… — беспомощно протянул Чимин, падая на спину. — Вот только давайте без нравоучений, ладно? Прошу вас. Я ведь уже тысячу раз извинился за то, что убил тебя. — Но я ни разу не требовал с тебя извинений, хён… — призрак опустился возле Пака, зарываясь пальчиками в его блондинистые волосы. Если бы хоть кто-нибудь из них мог бы ещё это почувствовать… — Ты выполнял свой долг, спасал друзей. А мои коллеги… Те ещё твари, как и я сам в прошлом. — Я один нахожу сложившуюся ситуацию странной? — подал голос Тэхён, шлёпая хвостиком по водяной глади. — Пират, который ненавидит свою команду, и русалка, защищающая собственных врагов. Парни, это же абсурд. — Абсурд — это когда русалка, по общепринятому мнению не способная даже ходить прямо, побеждает профессиональных танцоров на уличном празднике в присутствии полутора сотен стражников, — усмехнулся Чонгук, цокая языком. Ха, манера речи у сорванца не изменилась даже после смерти. — Ей Богу, Чимин-ши, я чуть не поседел! Зачем ты устроил то шоу на глазах у всех? Хихикнув, Пак сел, скрещивая ноги и отряхивая песок с обнажённых плеч. Чонгук-и всегда так беспокоится о своём хёне, это даже приятно. Ему уж было показалось, что сильнее, чем Сокджин, никто больше не станет печься о жизни и здоровье специфичного колдуна. Но нет, нашёлся-таки кое-кто ещё. Ага. Пират в отставке по причине, Господи прости, смерти. Идеально. — Так было нужно, — в десятый раз повторил Чимин, поднимаясь на ноги через мостик. Мда, гибкости этого парня, конечно, могли многие позавидовать. Даже русалки. Особенно женщины... — Я договорился кое с кем из уличных музыкантов… Ну, вообще-то, мы поспорили, что я обставлю в танцах парочку его приятелей. — И какая выгода? — нахмурился Джин, подпирая подбородок кулаком. — Самоудовлетворение за счёт никчёмности окружающих? — Адрес библиотеки, в которую сегодня завозят новую литературу, — довольно хмыкнул Чимин-и, облачаясь в белую свободную блузку и чёрные штаны, плотно прилегающие к ногам. Чонгук неслышно присвистнул. Ему определённо доставляет удовольствие наблюдение за собственным убийцей… А звучит-то как, ммм. — Джин-хён, ты должен пойти со мной, я один не управлюсь. Мужчина сел, пожимая хвостик, и в изумлении приоткрыл рот. Не-е-ет, неужели опять? — Ам… Чимин-а, а может быть… Тебе разве не хватит одного Гук-и в помощниках? Не думаю, что после прошлого раза от меня будет много пользы… — Хён, как ты себе представляешь помощь Чонгука? — Мин-и скрестил руки на груди, перемещая центр тяжести с одной ноги на другую. — Этот «гений» через пять минут «усиленной мозговой деятельности» не сможет и страницу перевернуть. Я уже не говорю о чтении, понимании и анализе текста. Да, я стараюсь ради него, но помощник из пирата, как из моряка — балерина. Ни-ка-кой. Без обид, малыш. — Какие обиды? Всё ведь правда, — невесело усмехнулся Чонгук, устраивая подбородок на плече старшего. Чимин почувствовал приятный холодок, скользящий по спине и рукам. Так происходило всегда, когда Чон пробовал его обнять. Чонгук уже долгое время был призраком, оттого некоторыми приёмами передвижения предметов овладел сравнительно хорошо. Проблема заключалась лишь в энергии, растраченной на то или иное действие. К примеру, Гук-и мог перенести книгу с верхнего стеллажа на стол и даже её открыть, а потом несколько часов бедняжку не будет ни видно, ни слышно. Спрячется у себя в кольце и будет накапливать силы. Процесс, к слову, не самый приятный, отчего парень и не показывается часто. Но иногда игра стоит свеч. Чонгук был готов умереть ещё тысячу раз, лишь бы вновь обрести возможность по-настоящему прикоснуться к тому, в кого давно уже влюблён… — Тогда возьми в помощники Тэхёна, — не унимался Сокджин. Кажется, сегодня ему особенно не хотелось появляться в городе. Неужели дурное предчувствие? — Жемчужинка тоже читать умеет. — О, не-е-ет, — протянул Чимин, замечая хихиканье со стороны Кима-младшего. — Джин-хён, вспомни, о ком мы разговариваем. С ним опасно и в безлюдном-то месте находиться, а мы речь ведём о библиотеке в центре города. Представь себе, что будет, когда люди нас с ним вдвоём увидят. А точнее, что они по этому поводу скажут. — Они и про нас так скажут, — фыркнул мужчина, нехотя надевая тёмную рубашку, пока хвостик сох. — Даже если ты пойдёшь туда один, то от комментариев всё равно не спасёшься. — С той лишь разницей, что мы с тобой на эти комментарии можем не отреагировать, — подметил Пак, продолжая гладить лучшего друга по пушистым высохшим волосам. — А вот Тэхён-и после появления в городе может попасть в розыск за убийство с особой жестокостью. — Ты же всегда его останавливал, — произнёс Джин, вставая на ноги и немного покачиваясь вперёд-назад. В отличии от Чимина, мужчина не так искусно владел навыками передвижения по земле. И плевать, что раньше Сокджин имел собственные ноги и обращался с ними ничуть не хуже других людей. Он уже более трёхсот лет обитает в море и не часто на сушу выползает. Навык, увы, был утерян. — И затыкал вовремя. — Лишь когда «запретные реплики» изрекал один человек, — цокнул языком парень. — Но вот если желающих сравнить нас с… сам знаешь, с кем, будет больше трёх, то я не только Тэхёна сдерживать не стану, но и сам искушению поддамся. Так что, хён, давай не будем прeпираться не по делу, а? — Ладно, ладно. Как скажешь, — кивнул волшебник, застёгивая сапоги. — А ты опять у нас босиком? — Рабы обувь носить не могут. Им не положено, — улыбнулся Чимин, чмокая старшего в щёку. — Это же дорогое удовольствие, его могут себе позволить только хорошо зарабатывающие существа. — А раба себе могут позволить только аристократы, — напомнил хён, поправляя волосы под тихое «да успокойся, ты и так прекрасно выглядишь» от Тэхёна. Пак провёл ладошкой по голове, играя с чуть вьющимися светлыми локонами, и взял старшего за ручку, обезоруживающе улыбаясь. Перед такой улыбкой не мог устоять никто. Ни Тэхён, ни Джин, ни Чонгук. Маленький манипулятор хорошо знал слабости своих друзей и не брезговал ими пользоваться в корыстных целях. — И не одного, — промурлыкал Мин-и, утыкаясь лбом в плечо друга. — Но Джин-хён, твоё прекрасное лицо поднимает тебя по статусу выше любого настоящего дворянина. Мы с Тэхёном обладаем обычной внешностью. То есть… Да, мы привлекательные, какими и должны быть русалки, о Тэ-Тэ с его природными данными я вообще молчу, но в твоих чертах проглядывается не только красота, но и высокопоставленное благородство. К тебе не возникнет никаких вопросов. — Проклятье, Пак Чимин, кто научил тебя так сладко разговаривать? — спросил старший, заботливо стряхивая песок с затылка друга. Глазки цвета морской волны моментально превратились в щёлочки, когда полные губки донсена тронула неподдельная улыбка. И каким образом это существо умудрялось совмещать в себе столько всего? Сирена, покоряющая разум любого, кто удостоится услышать его пение. Безжалостный убийца, не дающий пиратам ни единого шанса на спасение в своей обители. И вот этот малыш… Мальчик, отнятый у родителей несколько веков назад упомянутыми ранее морскими разбойниками, но радующийся любому проявлению искренней заботы в свою сторону. Как и Тэхён, оба рождённых русалёнка были потеряны в океане, когда смогли сбежать от пиратов. Не знали любви, ласки, нежности. Повезло, что Сокджин именно в тот период времени расстался со своей расой, обращаясь русалкой до скончания своих веков. Он своевременно нашёл двух маленьких напуганных существ и взял над ними шефство. Ребята помогали мужчине адаптироваться к жизни в океане, а Ким-старший учил друзей человеческим чувствам, присущим любому, у кого есть сердце. Как жаль, что дефекты от полученных детских травм хён так и не смог исправить. Тэхён научился любить и проявлять заботу, но по-прежнему не переносит критику в свой адрес, отвечая на любое слово агрессией, которая проявлялась не только на словах, но и… в физических действиях. Что же до Мин-и… Мальчик вырос добрым и понимающим, готовым помочь любому, кто в этом нуждается. Маленький борец за справедливость, отстаивающий свою точку зрения, но уважающий мнение других. Лишь только сердце его онемело. Повидавший жестокость и овладевший ею сам, Чимин уже никогда и никого не сможет по-настоящему полюбить… — Ты и научил, Джин-и, — хихикнул Пак, оборачиваясь и вытягивая руку перед собой. — Гук-и, вернись пока в кольцо. Когда мы окажемся в библиотеке, то я тебя позову, поможешь, чем сможешь. — Как скажешь, Чимин-ши, —  улыбнулся призрак, возвращаясь в свой перстень по прихоти его временного владельца. Велев Тэхёну ждать их у берега и никуда далеко не отлучаться, друзья покинули сей дикий пляж и направились в город. Чимин, как обычно, молчал. Лишь думал и надеялся, что хоть сегодня они найдут нужную информацию. Только он виновен в гибели Чонгука. Пак убил единственного невиновного пирата и не мог простить себе такой оплошности. Мальчика вынудили просто работать на корабле, он не был причастен к работорговле или контрабанде. Но откуда же это было знать разгневанной несправедливостью русалке? Чимин виноват в смерти человека. И его долг — исправить свою ошибку. Любой ценой.