Там, за сотней океанов...

Последние лучи заката пробивались через стекло в закрытое помещение и ласково оглаживали деревянные стены каюты. Мерное покачивание судна из стороны в сторону на волнах успокаивало, утешало, помогало расслабиться. Даже убаюкивало. — Ммм… Парень невольно улыбнулся, убирая чёрные прядки волос со лба ребёнка. Продрых весь день, соня, а теперь активно ползает по кровати или просится на ручки. Понятное дело, пережить такой стресс. Даже взрослые отходят от шока дольше суток. А малыш… Хорошо, что он почти ничего не понял. — Гук-и, не упади… — попросил Чимин, ловя ребёнка у края постели и садя обратно в центр, на одеяло. Мальчик хихикнул, валясь на бок и прижимая ножки к себе. — Весело тебе, да? Ну веселись… Новая жизнь — это такой редкий шанс. — Аппаааа… — промурлыкал Гук-и, подползая на четвереньках к русалёнку и устраиваясь у того головой на коленях. — Ап-па… — Мхм… — кивнул Пак, стирая слезу со щеки. — Аппа. А ну иди сюда, неугомонный мальчишка. Взяв ребёнка на руки, парень чмокнул сына в щёчку и носик, разрешая поудобнее устроиться на своей груди. Чонгук так к нему ластился. Чувствовал, кому обязан жизнью. Поглаживая Чона по спинке, Мин-и поднял взгляд к потолку, судорожно выдыхая. — Ты не вспомнишь об этом, Гук-и… — прошептал Пак, гулко сглатывая. — Но я сдержал своё слово. Ведь говорил тебе… Я никого в этой жизни сильнее тебя полюбить не смогу. Это не та любовь, какую ты хотел… Но вся, на которую я был способен. — Ап-па… — А твоим лексиконом я займусь, когда мы причалим куда-нибудь, — пообещал юный родитель, сажая дитё обратно на колени. — Если нас с тобой Капитан не выкинет за борт раньше, чем мы пересечём границу Мёртвого Океана. Истерика уже почти прошла. Но это было так страшно… Звезда оказалась права во всём. Два раба Мироздания разрушили проклятие чёрного камня — перстня четы Чон, — породив создание, что впитало в себя всю любовь пирата и русалки, взамен оставляя… Ну, кому что. Юнги досталась ненависть. Чимину — боль. А тонкое чувство, формировавшееся с обеих сторон друг к другу, поглотила новая жизнь. Такова плата… Нет, Мин-и об этом совершенно не жалел. Он сдержал обещание, данное своему другу, да и по-настоящему полюбить Капитана он бы всё равно не смог. Только вот от понимания истины слёзы не прекращаются, а рыдания накатывают с большей и большей силой. Соседнюю подушку можно было просто выжимать. А так — всё нормально. Убаюкав ребёнка, Пак больше не выходил из каюты, боясь встретиться вне этих стен с тем, кто желает его смерти больше всего на свете. Конечно, звёздочка свою магию назад не забрала, хоть и «отпустила». И даже при том, что теперь Чимина можно было убить без последствий, парень вполне мог обороняться самостоятельно. Шуга сильный волшебник, но с малым временем практики. Здесь у Пака определённое преимущество, русалёнок может без проблем… Да элементарно удрать. Но вся эта беготня так опостылела и надоела… Сердце болело куда сильнее, чем прежде, а желание жить увядало прямо на глазах. Мин-и поклялся себе держаться ради сына. Но если кто-то решит его убить — сопротивляться он не станет. В дверь тихонько постучали и не дожидаясь разрешения, вошли. То есть, вошёл. Руки Чимина дрогнули, ведь эту походку на слух он слишком хорошо знал. Чонгук повернулся к незваному гостю и заулыбался, сваливаясь с колен парня на мягкую кровать, а после пытаясь перевернуться на животик, чтобы лучше видеть знакомую с прошлой ночи фигуру. — Ааа… — Привет, детка, — усмехнулся мужчина, подходя ближе и оглаживая мальчишку по тёмным волосам. — Выспался? — Ммммхммм… — Ну и славненько. Не против, если я с твоим папочкой поговорю? — взяв ребёнка на руки, беловолосый перенёс его на небольшой диванчик и усадил играть с симпатичным плюшевым зайчиком. — Будь хорошим мальчиком и сиди тихо, договорились? Русалёнок приложил кулак к предательски вырывающемуся из груди сердцу и повернулся к Капитану, севшему на край постели лицом к дверям. Организм отказывался дышать, тело на каждое движение старшего отзывалось дрожью. А ведь волшебник даже не прикасался к нему. — Чимин… — Нет, подожди, — перебил его Пак, спрыгивая с кровати и вставая перед лицом колдуна. — Я уже представляю, что ты скажешь. Ты продолжишь разговор, который начался у нас вчера. Понимаю твои мысли о себе, но… Чёрт, я… Ты не поверишь сейчас ни одному моему слову, знаю. Я не заслужил, ведь я столько времени лгал тебе в лицо. Но ты должен… Юнги, я многое от тебя скрывал. Да, мы не простые смертные. Да, мы отправились в плавание с вами только ради того, чтобы узнать, существует ли способ помочь Чонгук-и. Да, я ненавидел тебя всем сердцем и душой, когда мы впервые вступили на борт «Зарины». Но это было безумно давно и с тех пор многое изменилось! Я изменился, хён… — дыхания не хватало, а дрожь никак не унималась, но и замолчать блондин уже не мог. — И не всё было враньём, клянусь! Конечно, про дворец и рабство я говорил исключительно для конспирации, но после… Когда речь шла о расах и магии… Юнги, я не лгал тебе ни в чём, что касалось русалок, пиратов, нашего «перемирия» и устранения вражды. Всё было сказано не из корыстных целей, я действительно не хочу больше этой массовой резни. В мгновение ока это не поменять, но положить конец давней войне мы способны, — парень закрыл лицо руками, чувствуя слёзы на ладошках. — Да, я не заслуживаю твоего прощения и не… Не могу об этом даже умолять… Ты ведь убить меня пришёл, верно? Осуществить давнюю мечту, чтобы положить конец «господству» русалок на семи территориях. Я не стану, хён… Сопротивляться тебе. Ты помог мне оживить Чонгук-и, хотя мог этого не делать. Ты исполнил слова моей звезды и благодаря тебе теперь я свободен в своих чувствах. Ты показал мне, что такое настоящая любовь… И я буду вечно благодарен тебе за это. Поэтому… Если ты хочешь меня убить… То убивай… Ноги подкосились и мальчишка рухнул на пол, из последних сил сдерживая рыдания, хоть слёзы и так уже лились водопадом. Ему не поверят. Больше ему никогда не поверят. И на «маскарад» не поведутся, ведь всё вокруг него — ложь и обман… Хах, забавно… А ведь Чимин первым же взглядом предупредил Капитана о своей сущности лжеца. Но кто-то действительно не умеет ни видеть, ни слушать. — Я, по-твоему, такой зверь, что оставлю ребёнка сиротой? — хмыкнул беловолосый, отбрасывая свою шляпу на диван так, что головной убор приземлился около Чонгука. — Мне казалось, что ты хочешь ребёнку обеспечить нормальную жизнь, а не ту, что была у него раньше. Пак приподнял голову, но не решился посмотреть в глаза колдуна. Страшно… Поэтому взгляд русалёнка упёрся в чужие колени, пока ноготки царапали деревянный пол. — Откуда ты?.. — Я выпытал кое-что у Джин-хёна, — не стал скрывать пират, закидывая ногу на ногу. — Представляешь, оказывается до того, как сменить свою расу на вашу, он был моим Ребёнком Ночи, — блондин вскинул голову, в недоумении раскрывая рот. Отлично, контакт найден. — Мхм, тем самым, которого ты видел на моём детском рисунке. Вот теперь мне уже и подумать страшно, кто такой Тэхён? Авось его я тоже давно знаю. А хотя… Ну конечно, это же знаменитый похититель натуральности, чарам которого подвергся мой лучший друг. Губы Мин-и сами собой изогнулись в полуулыбке, которую он попытался скрыть, отворачиваясь к Чонгук-и. Так подозрительно… А почему хён в столь хорошем настроении? Рад, что скоро его мечта осуществится? Или Джин-хён ему что-то такое наплёл, что… Айщ, думать вредно! Опустившись с кровати на колено, Юнги поднял голову донсена на себя, заставляя смотреть себе в глаза, и провёл большим пальцем по мокрой от слёз щеке. Бедный мальчик… Настрадался за сутки. Ну, сам конечно виноват, однако… — Я тут подумал… Ты прав, — кивнул пират, тяжело вздыхая. — Твоя ложь содержала в себе столько правды, что откровенным враньём ни одну твою историю назвать просто язык не повернётся. К тому же, у тебя не было выбора. Да и… Стал бы ты помогать мне с магией, если бы действительно хотел убить? На это способны либо идиоты, либо слишком уверенные в себе колдуны. Уж прости, но ни к одному из вышеперечисленных типажей ты не подходишь. Поэтому… Я тебе верю, Мин-и. И извини меня за те слова. Я был шокирован... и немножечко расстроен. — Ох, нет! — замотал головой Чимин, хватаясь за руки пирата. — Не извиняйся, я всё понимаю. Я заслужил каждое слово и совсем не обижаюсь. — Маленький самоотверженный болван, — хохотнул Капитан, притягивая донсена в свои объятия. — Какого чёрта ты прыгнул в Мёртвый Океан? Ты хоть представляешь себе, как я за тебя испугался? — Нет… Я об этом как-то не подумал… — признался Чимин, стирая остатки слёз о свободную блузку волшебника. — Но как так вышло, что я остался жив и моя душа… — Кажется, это сделал я… — неуверенно произнёс Шуга, зарываясь пальцами в шелковистые светлые волосы Пака. — Не знаю, как, действовал чисто на инстинктах. Но я рад, что они сработали, — прижавшись губами к шее русалёнка, мужчина понизил свой голос до шёпота. — Я не хочу больше тебя терять никогда… Сердце, и так до того отбивающее чечётку, ускорило свой ритм в тысячу раз. Чонгук наблюдал со стороны эту картину, даже зайчика своего отложил. Почему папы плачут? Что у них случилось? Что-то болит? Именно. Душа болит… — Больше никогда так не делай, слышишь? Никогда… — хриплым голосом попросил пират, поднимая парня с пола и сажая его на кровать. Прежде, чем Чимин в своих объятиях повалил его самого на спину, обвивая всеми конечностями тело волшебника. — Обещай мне… Судя по твоим действиям, обещания ты всегда держишь… — Я клянусь тебе, хён… — активно закивал младший, разглядывая чуть покрасневшее лицо Шуги. — Если ты этого не захочешь — я тебя не оставлю… Подавшись вверх, мужчина захватил пухлые губы Пака в плен своих, обнимая русалёнка за талию и меняясь с ним местами. Содрогнувшись от неожиданной волны удовольствия, Мин-и тихонько застонал, обхватывая ладошками лицо и шею Капитана. Зачем произносить что-то вслух, когда языком поцелуев в совершенстве владеют оба собеседника? Всё ведь так очевидно… — Аппа?.. — бровки малыша взметнулись вверх. Эй, а чего это они играют там без меня? Отстранившись от блондина, Юнги уткнулся лбом в плечо колдуна, тихо смеясь. Ох уж эти дети… — Полагаю, мне теперь тоже привыкать к роли «молодого папаши»? — смеясь спросил Шуга, оставляя на губах Пака лёгкий поцелуй-бабочку и поднимаясь с кровати. — В нём твоя кровь. Это наш сын, — склонил голову на бок Чимин, указывая рукой на Чонгука. — Без тебя его бы не было. — И то правда, — согласился пират, забирая малыша с дивана и перенося его вместе с игрушкой обратно к папочке. Большие чёрные глазки, которые служили единственным напоминанием помимо имени о том, что этот ребёнок — следствие магического обряда, а не физической связи, перебегали с одного отца на другого. Ну вот, теперь эти двое улыбаются. Странные такие. Ла-а-а-адно, значит и мне тоже можно улыбаться? Отли-и-ично, а то всё слёзы да слёзы. Чимин прикрыл рот рукой, когда Чонгук-и заулыбался, сваливаясь головой на колени Юнги. Мужчина вообще на удивление гармонично смотрелся с малышом в руках. И не скажешь, что разбойник, погубивший сотни жизней. Покоривший тысячи морей. И миллионы сердец, в числе которых одно, доселе не способное на… — Я люблю вас, мальчики мои, — нежно произнёс Пак, пододвигаясь к своим мужчинам ближе и целуя в щёчку каждого. Ну, кое-кого чуть подольше. И не совсем в щёчку… — А мы любим тебя, Мин-и… — вымолвил пират в самые губы парня, чтобы после приникнуть к ним снова. — Правда, Гук-и? — Аппа…

***

— Их пятнадцать в одном гробу! Йо-хо-хо, а в бутылке ром! Пей, ну а Дьяволу вверь судьбу! Йо-хо-хо, а в бутылке ром! — Ким Намджун! — мужчина треснул старпома по голове, кивая на мальчишку, что со всей присущей ему детской непосредственностью ползал по канатам, распевая откровенно пиратские песни. — Ты с ума сошёл учить ребёнка такому ужасу?! — А что я? — жалобно простонал Джун, потирая затылок. — У нас кто тут растёт: джентльмен удачи или комнатное растение? — Сейчас на одного пирата за бортом «Зарины» станет больше, — погрозил кулаком волшебнику бывший Ангел, снимая ребёнка с канатов. — Чонгук-и, будь так добр, при отце своём не пой… подобные песенки, хорошо? — При каком ииииз? — ехидно протянул восьмилетний малыш, покачиваясь с пяток на носочки и обратно, при этом улыбаясь поистине кроличьей улыбочкой. — При обоих, — соединил ладони вместе Джин, слыша, как Хосок с Тэхёном с «вороньего гнезда» наблюдают за «профилактической беседой» и откровенно смеются. Айщ… А сами-то! Те ещё дети, даже хуже. — Что тут у вас опять случилось? — закатил глаза Шуга, выходя из своей каюты и направляясь к штурвалу, чтобы проверить курс. — Чонгук-а, опять выводишь старших из себя? — Нет, я просто пою. Я как аппа Мин-и! — растопырил пальчики мальчишка и развёл руки с ногами в стороны, подражая звёздочке. — Я тоже пою! И почти про море. Про нас! — Нас тут не пятнадцать, мы не… кхм… В глубинах океана… — продолжал отчитывать малыша Сокджин. — И о роме тебе думать тоже рановато, молодой человек. — Всё-всё, — сдался Чонгук, прячась за ногу отца. Шуга лишь ухмыльнулся, не прогоняя от себя ребёнка. Просто потрепал его по тёмной густой шевелюре. — Джун-хён, ну и строгий у тебя муж! Намджун рассмеялся, ловя опешившего Джина за талию и прижимая к себе. Лёгкий поцелуй в шею — и спеси как ни бывало. Замечательная магия без применения волшебства… — Строгий, но справедливый, — подметил Ким, замечая лёгкий румянец на щеках мужчины. — За это в том числе я его и люблю. — Так, повелители тысячи миров… — усмехнулся Чимин, прислоняясь плечом к мачте и прикрывая алое пятно на шее воротом рубашки. — Кое-кому уже давно пора спать. Чонгук-и, не знаешь ли, кому? — О-о-о! — отцепившись от ноги отца, неугомонный «повелитель» пронёсся мимо Пака, забегая в свою каюту. — Аппа, аппа, расскажи мне ещё сказку! Ну расскажиии! — Хоть где-то пригодилось твоё умение на благо, да, Чимин-ши? — хихикнул Намджун, продолжая прятаться за Сокджином. Отмахнувшись от друга, парень зашёл в каюту следом за сыном и поправил тому одеялко. А что? Ему уже восемь лет, самостоятельный человек, почти сформировавшаяся личность! Он всё может сам! Только сказочку на ночь предпочитает не прочитать, а послушать. Аппа рассказывает куда интереснее, чем в книжках написано. Или импровизирует, но любая его история стоит сотни чёрных жемчужин. — И о чём же мне тебе рассказать сегодня? — улыбнулся русалёнок, присаживаясь на край кровати и любовно приглаживая непослушные тёмные прядки. — О Грозном Пирате и о Звёздочке с Небес, которые нашли остров, где живут Ангелы с чёрными крылышками… — зевнул мальчик и повернулся на бок, готовясь слушать. — Занимательные параметры, малыш, — впечатлёно кивнул Чимин, целуя сына в щёчку и отводя взгляд к окну, за которым в лунном свете мерцало спокойное море. — Ну, слушай. Итак… Далеко-далеко… Там, за сотней океанов…