8 курс, демонические игры. Часть 1

В настоящей отваге больше упорства, чем нетерпеливости, её не нужно ни понукать, ни удерживать. 

Жан-Жак Руссо

      Спальни учеников восьмого курса в Хогвартсе выглядят практически одинаково. Круглые комнаты с двумя дверьми: одна ведёт в общую гостиную, а другая в личную ванную комнату, что по критериям данного учебного заведения является роскошью. Довольно большие окна, под которыми расположились массивные столы. Еще в комнатах имелись по две кровати, напольные зеркала, тумбочки, шкафы… и другие вещи, необходимые для минимального домашнего быта и уюта. Излишеств не было, но по сравнению с комнатами на прошлых годах обучения личная комната и душевая казались настоящим подарком. Правда меня эти ощущения никоем образом не касались, ведь мой взор видел лишь убогость этих опочивален.        Во время заселения и недолгого проживания мне пришлось немало потрудиться, чтобы сделать эту комнату более уютной. Специально приобретенный большой теплый темно-серый и очень мягкий ковер; кучи Мионинных книг, возвышающиеся Эйфелевыми башнями на прибитых лично мною полках… и многие другие мелочи, купленные либо сделанные собственноручно. Впрочем, покои все равно умудрялись оставаться ужасно чуждыми мне, отчего, почти ежедневно просыпаясь в них, я всегда теряла несколько минут, пытаясь осознать, где нахожусь. Сегодняшнее пробуждение не стало исключением, лишь аккомпанемент моего болезненного стона выбивался из привычного будня. Невероятно острая боль в боку давала о себе знать.  — Ви-виктория! — запнувшись, позвала меня Миона. — Минуту… — то ли прохрипела, то ли простонала я. Пришлось хорошенько напрячься, чтобы сесть. Непослушными руками сперва открыла тумбочку, а затем принялась рыться в ней. Нормальные девушки хранят косметику или еще что-то, я же держала у кровати разнообразные зелья. — Держи! — бросила один флакон подруге и кое-как откупорила свой. — Что это? — крутя пузырек в руке, с подозрением спросила гриффиндорка. Ее страх постепенно улетучивался, возвращая потерянное самообладание и любопытство.  — Без понятия, — честно отозвалась, — но мой друг, бодяжащий эту химию, называет сие подобием энергетика, завязанном на магической основе, — тоже посмотрела на прозрачный бутылёк с ядреной оранжевой жидкостью внутри.  — Есть побочные действия? — быстро сориентировалась девушка, тоже откупоривая свой флакон. — Да, ты будешь бодр и свеж как огурец целые сутки, — процитировала я своего лучшего друга. — А потом?.. — нахмурилась Гермиона. — А что потом?.. — усмехнулась я, боль в боку не прошла, но немного утихла. — Потом ты вырубишься на пару часов.       Подруга, кивнув, все же решилась выпить снадобье. Я, в отличие от нее, не спешила принимать свою мутно-зеленую бурду внутрь организма. Все-таки, у меня была несколько другая гадость в руках.       «Виктория! Что. Бездна. Раздери. Случилось?!»       Даже забыв каркнуть, заорал Курама вместо приветствия, влетая в комнату. Благо хоть орал он мысленно.       «Ничего серьёзного… просто «Проклятье демонов». И там бок разодранный когтями какой-то агрессивной дряни»       «Ты меня в могилу загонишь»       Взвыл демон. Голос у него был немного уставший, видимо мои слишком частые выходки начали выводить его из себя.        «Не-а, такая затея с самого начала обречена на провал, Курам. А тебе чудесно известно, что за безнадежные дела я не берусь!»       Мысленно ухмыльнулась я. — Вик… что это было? — спросила Миона. — Что именно? — невинно поинтересовалась я. Вот и посыпались неудобные вопросы. — Не притворяйся! — взорвалась Грейнджер. — Ты прекрасно знаешь, что я об этом сне… это вообще был сон?! Или что?  — Я знаю… совсем немного. Помню, читала о чем-то таком в одной из книг Киртана, — объяснять, что-либо не было ни сил, ни желания.       «Но когда-нибудь объясниться придётся», — прошептала где-то на задворках сознания совесть.  — Как это удобно, — раздраженно выдохнула Гермиона. — Ты хоть представляешь, как это странно выглядит? Твои познания во всем этом… словно… — она явно хотела что-то сказать, но не могла сформулировать мысль из-за злости.  — Знаю Мион… — ой! Что-то у меня бок неметь начал. С одной стороны хорошо — боль совсем ушла, а с другой, я бросила настороженный взгляд на одеяло, что так удачно укрывало меня все это время. Ткань медленно розовела, намекая, что мне стоит поторопиться.  — Кар-р-р! —это был натуральный рык от Курамы, а не звуки птицы. — Не ори на мою хозяйку! — умудрялся шипеть клювом ворон. — Прости… — промямлила вдруг всезнайка и спрятала лицо в руках.       «Вот до чего ты людей доводишь? Демон!»       Укорила я мысленно друга, пытаясь словами подбодрить Гермиону. Девушка все еще мелко подрагивала, а я бросила взгляд на часы — полвторого ночи. В принципе, время у меня еще есть, в отличие от сил. Зелье все еще находилось у меня в руках, ожидая, когда я приговорю его. — Мион, смотри, тебе сейчас главное не уснуть. В этом тебе поможет выпитое… нечто и Курама, — тихо сказала, пытаясь вспомнить дозировку.       Девушка неуверенно оторвала руки от лица, а я в это время уверенно глотала зелье. Какая разница, сколько я вылакаю, если от такой дозы летальностью все равно не пахнет? Подмигнув на прощание Мионе, под дикие возмущенные вопли Курамы, я провалилась в небытие.

☽ ◯ ☾

      Возможно, это безумие — тащиться в опасное место, еле стоя на ногах. Вот только у  меня был козырь в рукаве: умение ставить ментальные щиты. Хотя волшебники называют это искусство окклюменцией… Пожалуй, эту тему обсудим в другой раз.         В этом умении и заключалось мое преимущество, которым не обладала Гермиона. В отличие от нее, я могла спокойно сидеть в безопасном бесцветном проходе не ощущая и доли дискомфорта, а вот подругу рано или поздно затянуло бы в арку. Меня прогулка по тому стеклянному лабиринту не напугала бы, ведь я понимала всю нереальность происходящего, а вот Миона… Тоже могла ее осознать, но с совершенно другими последствиями. Одно дело понимать, что это всего лишь колдовство, другое — поймать диссонанс между происходящим.        Само проклятие демонов заключается в том, чтобы пугать людей и подпитываться их ужасом. Будь у нас с Мионой какая-то фобия, нам бы ее непременно показали. Например, Рональд Уизли непременно увидел бы пауков, порадовав слух окружающих пронзительным визгом, как было на днях во время обеда. А так проклятие принялось за самый банальный и базовый страх — умерщвление близких людей и существ. Не будь со мной Гермионы, проклятие обошло бы меня стороной. Банально бы не смогло пробиться ко мне, а так подпитанное первобытным страхом Мионы оно не только пыталось утащить нас в зеркала, но и породило то чудовище.       Я открыла глаза и тут же, первым делом, наткнулась на тормошащую мою бедную безвольную физическую оболочку, бесцветную Гермиону. Вот как раз сейчас она повернулась и на кого-то заорала. Не было видно на кого она кричит, да и звука не было, но я чудесно догадывалась, что орет подруга на Кураму. Зря, кстати, очень зря. Ворон мой существо спокойное и совсем не любящее, когда на него повышают голос. Хорошо, что я уже отдала ему приказ о неприкосновенности Гермионы и ее кота.       Вообще странно, что я вижу Миону и неодухотворённые предметы, а вот Кураму нет. Может, несмотря на все категоричные утверждения демона, у него все же есть душа? Но в таком случае, почему я вижу Гермиону? Или она мне видна, потому что тоже проклята?       Ладно, этим вопросом я займусь позже. А времени до трех ночи у меня и так немного. Я с трудом поднялась с кровати и оглянувшись поморщилась. Гриффиндорка предприняла новую попытку поднять меня, и одеяло слетело вниз, позволяя узреть мои боевые ранения.       Любоваться смесью эмоций на лице подруги я не стала, пойдя к арке, из которой уже доносились все возможные и невозможные звуки. Пришлось придать себе храбрости неуверенным вопросом: - Ну, что? Идём гулять?!       Прогулка получилась довольно скучной и долгой. Под конец пути я уже подумывала, что в книгах пишут неправду. Ведь во множественных упоминаниях нашего проклятья прямым текстом говорилось, что проклятый предмет можно узреть в зеркальном лабиринте. Бродила я по лабиринту так долго и тщательно, что вышла на зал, из которого мы с Мионой вернулись назад в реальный мир.       В последней надежде на что-то я оглядела зал и с непониманием застыла, разглядев вещицу, которую в прошлый свой визит и не заметила. На полу (какой ужас!) лежала та самая книга, которую сегодня… то есть вчера, читала Миона в библиотеке.       Вот теперь я засомневалась, что прибить хотели именно меня. Ну, сами посудите, кому из нас двоих лучше подсунуть проклятую книгу? Бесспорно, книги я люблю, но не до такой степени, чтобы лапать все подряд. Да и приелись мне они немного. А как может быть иначе, если бы вы несколько лет подряд сидели и, то и дело, зубрили материал в тройном (а то и большем) объёме? Вот Гермиона — это совсем другой разговор, девушка просто жить не может без литературы. Да и, несмотря на то, что с виду она очень милая и добрая девочка, гриффиндорка успела многим насолить. Героиня войны, помогавшая свергнуть Темного Лорда, самая умная ученица Хогвартса за последние несколько лет и много чего можно к этому послужному списку добавить. Разве не бесит?        Чем больше я думала на эту тему, тем больше склонялась к тому, что жертвой должна была стать Гермиона. Но этот спорный момент, как и многие другие, стоит обсудить с Курамой.       Пока я мысленно рассуждала, мое время начало подходить к концу, так как арка запылала красным. Видимо, колдовское время проходит, а с ним и спадает проклятье. Не знаю, что будет, если остаться здесь. И проверять не горю желанием.       Пройдя сквозь арку, я совсем не ожидала проснуться в… хотя о чем это я? Я просто не очнулась, а вот когда сумела разлепить веки…