8 курс, демонические игры. Часть 1

Самое абсурдное, что абсурд еще приходится опровергать.

Леонид Леонидов

— До свидания, профессор Снейп! — выходя из кабинета зельеварения, попрощалась молодая гриффиндорка с преподавателем. Время приближалось к полночи, а Гермионе еще необходимо было доделать одно эссе по нумерологии и, вероятнее всего, она не сумеет выспаться, но, тем не менее, Миона была довольна. Северус Снейп был невероятно хорошим собеседником, и когда немного привык к присутствию девушки (минут пятнадцать-двадцать) у них завязался очень увлекательный диалог о… ядах. Несмотря на негативный окрас темы разговора, обоим было весело. Вначале Снейп и Грейнджер немного поругались из-за лучшего в мире яда: Гермиона утверждала, что Изумрудное зелье лучшее, а Снейп в свою очередь называл Яд Акромантула. В конечном итоге победил, разумеется, Снейп, указав девушке на то, что Изумрудное зелье не совсем яд. И действует оно, только если выпить его в достаточно больших количествах, в то время как достаточно трех капель Яда Акромантула и человек мертв. Затем началось кое-что совсем невообразимое: Грейнджер предлагала способы подлить яд людям, а Снейп критиковал их, указывая на дыры в плане. Итог их беседы: радостная, от полученной новой информации девушка, возвращалась в свою башню, а Снейп пил успокоительное зелье, не понимая, почему он обсуждал с Гермионой яды. «Не было других тем для разговора с девушкой? Теперь она будет обосновано считать меня мерзким, старым, страшным упырем, желающим всем смерти…от яда!» — предавался нерадостным мыслям Северус, ища что-то покрепче успокоительного. Именно в момент, когда профессор зельеварения кончал вторую бутылку огневиски, к нему ворвалась беловолосая фурия, в которой с минутным опозданием он опознал Люциуса Малфоя. Белые волосы растрёпаны, серые глаза потемнели, ладони сжимаются в кулаки так, что костяшки белеют. В общем, аристократ был в бешенстве. Малфой так и не сумел успокоиться в течение двух с лишним часов. Он все еще чувствовал маленькую засранку на себе, и руки Виктории, блуждающие по его телу. Прибить бы девчонку, да перспектива возвращения в Азкабан Люциусу совершенно не улыбалась. Вот надо было блондину единожды не взять с собой трость и пользоваться палочкой как каждый нормальный волшебник, так ее украли! Стырили прямо из кармана мантии, предварительно облапав. Правда прежде юная ведьмочка спасла ему жизнь, но воровать палочку?! «И куда она направилась на ночь глядя?! Как она сумела трансгрессировать внутри замка? И вернулась ли она?» — тысячи мыслей вертелись в голове Малфоя, но все они об одном. Точнее об одной, Виктории Воканс. И чтобы как-то отвлечься, Малфой направился к Снейпу. Если более точно, к кладовке Северуса со спиртным. Ведь это друг несколько лет живёт в Хогвартсе, а вот Люциус всего ничего и он еще не успел пополнить свои тайники приличными и изысканными напитками. Без слов подойдя к Снейпу, новый преподаватель ЗОТИ выхватил из рук зельевара бутылку и… начал пить из горла. Так они в полном молчании провели час, а потом вырубились, кто, где сидел. Малфой на кушетке, Северус на стуле. А с утра они чуть не проспали завтрак, после которого злые, сонные и с раскалывающими головами направились на лекции, на которые, в свою очередь, не пришла Воканс. Она вообще в течение всей недели (и даже дольше) не появлялась в школе…

✡🔯✡

Усталость — цель всяких упражнений.

Сенека

В течение всей ночи я читала, читала и снова читала книги. В какой-то момент, вспомнив об одолженной палочке, я отвлеклась на несколько мгновений, чтобы вызвать Дарта к себе и вернуть волшебный предмет владельцу. Моя выдержка кончилась, когда я дочитала десятую книгу. Потерев пылающее лицо заледеневшими руками, я, схватив свой плащ, направилась к двери. Выйдя за порог своего замка, я уселась на метлу и с ветерком, который немного меня приободрил, домчалась к ближайшему магловскому магазину. Когда я вошла внутрь, оказалось, что я не захватила с собой кошелёк. Пришлось возвращаться обратно, на сей раз, пользуясь трансгрессией. После третьего перемещения за сутки, меня чуть не стошнило, и в магазин я входила с позеленевшим лицом. Мой вестибулярный аппарат не выдержал, когда я почувствовала приторно-сладкий запах тортиков, кексов и шоколада. После, я, наконец, сумела купить сорок пять энергетиков, при этом сопровождаемая странными взглядами маглов, в особенности продавщицы. Лететь на метле обратно, предварительно не придя в себя, я не рискнула, а посему с час гуляла по свежему воздуху с двумя полными пакетами и метлой. Кажется, прохожие воспринимали меня либо как ненормальную, либо как уборщицу. Вернувшись в библиотеку, я выпила один энергетик, но поняв, что он не помог, выхлебала еще один. Спустя пять часов, мне принесли поесть, и я вновь выпила купленный мной напиток жизни. И где-то после двадцать седьмой книги я потеряла счет времени окончательно. А после еще четырех приемов пищи, пятнадцати энергетиков и двух прогулок на свежем воздухе, резервы моего организма сдали. Я даже не почувствовала как отключилась, просто закрыла глаза и открыла от того что кто-то клевал меня в щеку. В сонном сознании мелькнула темная мысль, что это Курама, и я сейчас смогу придушить его. Но оказалось, что это почтовая сова от Макса, который интересовался моим здоровьем. Это было подозрительно, но вполне объяснимо, как оказалось позже. Написав несколько нелогичных, но явно добрых и позитивных предложений, выслала птаху обратно, и вновь уселась читать. На сей раз делала перерывы не только на еду с прогулками, но и на короткий сон по час-полтора. Правда это меня не спасло и, когда я прочитала семьдесят девятую книгу, морфей вновь принял меня в свои крепкие объятья. Странно, но если в предыдущие разы мне снилась темнота, в этот раз я увидела… никого иного как Люциуса, чтоб его бездна засосала, Малфоя! В моем сне, этот… аристократ делал нечто невозможное, невообразимое!.. он мое мясо жрал! Вот так брал божественную пищу у меня с тарелки и нагло себе в рот пихал! Благо из этого кошмара меня выдернула Лия, которая принесла мне платья сшитые Аленом. Оба приказала доставить в нашу с Мионой комнату в Хогвартсе, чем обрадовала эльфу. Угу, скоро вновь увидится с сыном. А я все-таки соизволила глянуть на календарь, на котором виднелась дата — двадцать седьмое октября. Взглянув на кипу еще не изученных книг, вздохнула и пошла в свои покои, принимать расслабляющую ванну. Необходимо было прочесть еще много фолиантов, ведь нужный мне ритуал я еще не нашла, но отдохнуть тоже стоило. Мне уже физически больно было читать, а пить напитки, дарящие короткое бодрствование уже не могла, шла обратная реакция и я еле успевала добегать к фарфоровому другу. Посему я решила отдохнуть, развлечься на балу в честь Хэллоуина, попутно надеясь, что никого в школе не убили. Впрочем, на страже порядка там стоял мой демон, а Курама при исполнении хуже Ван Хельсинга в период выхода технических новинок…

✡🔯✡

Самая большая выдержка нужна матросам не во время бури, а во время затишья перед бурей.

Александр Дюма

Двадцать пятого октября в школе кипела и бурлила жизнь! На сей раз не сами преподаватели, а ученики старших курсов, разумеется, под руководительством профессоров. Ребята под управлением профессора Стебль выращивали тыквы разнообразных форм и размеров, а ученики, находящиеся на уроках заклинаний вырезали из этих самых плодов страшные рожицы. Студенты, которые были на трансфигурации, украшали замок, видоизменяя его. Иные же, несчастные дети во главе с мрачным Северусом варили пакостливые зелья — по приказу директрисы. В общем, атмосфера в школе была замечательной, и портило ее лишь одно, таинственное исчезновение новенькой ученицы восьмого курса, которое быстро обросло легендами в кругах студентов. Девушка просто взяла и не являлась на уроки в течение более недели. По словам ее соседки, Гермионы Грейнджер, Виктория пошла бегать, а что случилось дальше, никто не знал. В пылу праздника, почти все забыли об этом происшествии, но кое-кто помнил: Люциус, Гермиона, Северус и Минерва. Директриса школы засыпала кучей писем Киртана Воканса, так как к Вике совы просто не долетали, возвращаясь обратно спустя час. Дядя девушки не отвечал, и лишь единожды пришло письмо от некого Ван Хельсинга, который говорил что с девочкой все в полном порядке. Минерва беспокоиться не прекратила, но высылать послания Киртану прекратила, посчитав это бесполезным делом, не приносящим никаких результатов. Тем не менее, волшебница решила, коли девушка не даст о себе знать в течение месяца, она лично отправится к министру магии и Киртану Вокансу. Люциус чувствовал себя немного виноватым и, пожалуй, волновался о Воканс больше остальных. Хотя он имел более чем хорошее подтверждение, что несносная и возмутительно наглая девчонка жива. Палочка, которую она прислала вместе с домовым эльфом, это подтверждала, как и сам ушастый. Все равно, Малфою довольно-таки ощутимо не хватало голубоглазой засранки на уроках. Да, она ни раз и не два выводила его из себя, не давала сконцентрироваться, но он привык к ее присутствию и неуловимым подколкам. Теперь профессор осознал, что в отсутствии смышленой и яркой Виктории класс… опустел. Не было голубых глаз, с насмешкой взирающих на него, не было и черной макушки, в которой так любили путаться лучики солнца… Снейп воспринял пропажу черноволосой девушки довольно спокойно, но его крайне обеспокоило состояние Гермионы. Шатенка ходила с красными глазами (тщательно скрываемые иллюзией), рассеянная, усталая и очень тихая. Последнее было более чем подозрительно, и в канун праздника профессор не выдержал: — Мисс Грейнджер, останьтесь, — холодный голос Снейпа прорезал тишину класса всего мгновением ранее звонка. Гермиона послушно кивнула и начала неспешно собирать вещи, не обращая внимания на сочувствующие взгляды. Остаться наедине с профессором Снейпом — это не та вещь, которая пугала храбрую гриффиндорку. Возможно на первом и втором курсе, но не на восьмом, к тому же она практически каждый вечер навещала учителя, помогая ему в приготовлении зелья для Виктории. Последний студент вышел и дверь закрылась. Снейп подошёл к лучшей ученице Хогвартса, буквально нависая над ней. — Гермиона, что с тобой? — хмуро глядя на девушку, спросил мужчина. Во время обращения он совершенно забыл о собственном негласном правиле, обращаться к ней на «вы». Впрочем, девчонка этого и не заметила. — Все в порядке, Северус, — тихо сказала она, смотря в пол. — Угу, я вижу, — саркастично бросил он и уселся на край парты. — Рассказывай, что тебя так гложет? Воканс? — Да, — немного помолчав, согласилась Грейнджер, так и не подняв взгляда. — Мне из тебя все клещами доставать надо? — возмутился Снейп. — И посмотри ты на меня, что сегодня я настолько страшный, что лучше смотреть на грязный пол? А пол действительно не был чист, после очередной то ошибки Невилла! И сейчас по цвету, который так и не удалось вывести, напоминал рвотную массу. — Нет, Северус! Что ты… вы! — вскинула голову девушка, отчего кудри сегодня не собранные в прическу красиво колыхнулись в такт движению. — Да можешь обращаться на «ты», — закатив глаза, сообщил Северус. — Так что там с твоей Воканс? — Прежде… — запнулась Гермиона, сглотнув, — чем она пропала, мы с ней поругались. Из-за мелочи, но если с ней что-то случилось? Ведь шла она бегать из-за этого, из-за меня! — в какой раз в присутствии Снейпа на глазах девушки выступили слезы. — А ну отставить потоп! — рыкнул профессор. — Гермиона, в этой ситуации ты ни в чем не виновата. Глупо винить себя, — тихо, но настойчиво продолжал мужчина. — Явится твоя Воканс сюда, целая и невредимая, а потом будет оправдывать свое отсутствие всякими глупостями. — Она свою палочку в комнате оставила, — утирая слезы, выдавила из себя кареглазая. — Она чужой воспользовалась, — фыркнул Снейп и пояснил ничего не понявшей девушке, — Люциуса. Встретились они и та спасла его от люстры, а затем забрала палочку и куда-то трансгрессировала. Прямо в замке… — Мне кажется, он ей нравится, — убежденно заявила гриффиндорка, вдруг совершенно успокоившись. — Кто?.. — не понял Снейп, который в который раз задался вопросом, как девчонке это удалось. — Виктории профессор Малфой, — уточнила Гермиона, ловя растерянный взгляд Северуса. — От них такие искры на уроках летают, — со знанием дела протянула гриффиндорка, — даже мне руку боязно поднять. — Да неужели?! — со смешком спросил Снейп, представляя себе эту картину. Возможно месяц назад, он бы покрутил пальцем у виска, расскажи ему кто-то, что он будет обсуждать с Грейнджер личную жизнь Малфоя-старшего. Что они и начали делать…

✡🔯✡

Перемена погоды — предмет для обсуждения глупцов.

Томас Фуллер

Кто не любит побездельничать? Я тоже это дело люблю! А посему сейчас я лежу, закинув руки за голову и скрестив вытянутые ноги. Но вы не подумайте, я не лежу просто так, я предаюсь очень скучному занятию, помимо того, что существую — я жду. Жду, когда моя дорогая Миона вернется с занятий. К моему огромному сожалению, в Хогвартсе не действуют магловские приборы — надо было выклянчить какую-то усовершенствованную электрическую игрушку, которая не входит в конфликт с магией у Макса — то есть в змейку поиграть я не могла, а от книг меня уже натурально тошнило! Как мне эти древние фолианты надоели, а глаза та-а-ак болят. И теперь приходится просто валяться на жесткой кровати, смотря в потолок и… мечтать. А решила я помечтать о, несомненно, далеком (ведь я еще не нагулялась) будущем. Представляю себе полуразрушенный храм, который стоит у края обрыва, а внизу плещется море. Темные-темные (почти черные) волны нещадно и с шумом врезаются в каменный массив. Неподалёку виднеется лес, который поопасней Запретного будет. Величественное, но не большое строение из серо-голубого камня сияет на солнце. Стиль храма, можно назвать «готическим», но он точно не был построен в одиннадцатом веке, нет. Это строение намного более древнее, было сооружено задолго до появления нашего древнего рода. Никому еще не удалось выяснить, кому поклонялись в нем ранее, но именно там испокон веков происходили так называемые «кровавые свадьбы». Страшно звучит, не правда ли? На самом же деле, не было в них ничего страшного. Странного и необычного? Пожалуй, да, а вот из числа кошмаров — нет. Просто традиция рода Воканс, в которой свадьба — это то мероприятие, что связывает души, помыслы и судьбы наречённых вместе на всю жизнь. Поэтому мой дядя не был женат — не встретил ту, с которой захотел бы прожить бок обок до конца — а дедушка с бабушкой не сопротивлялись браку моих родителей. Мой род всегда старался учиться на ошибках прошлого… К примеру, некогда мою родственницу выдали замуж за не любимого, при наличии возлюбленного. Просто один был аристократом и магом, второй тоже благородных кровей, но магл. Обычно в семьях аристократов считалось, что поживут вместе и все как-то утрясется — слюбится. Да только Воканс упертые, а еще не знают жалости к обидчикам. Тот же волшебник козлом еще тем был, и родственница не пожалела ни его, ни себя, ни один из родов. Это не был суицид, просто очень тяжелый (убийственный) ритуал. Ну и не стало двух богатых наследников, ведь та семья для безопасности одного из супругов настояла на «кровавой свадьбе», думая, что у волшебницы кишка окажется слишком тонкой. Благо одно, моя родственница не была единственным ребенком. Вывод, к которому пришли мои далекие предки: прислушивайся к желаниям детей. С одной стороны, не всегда выбор был правильный, но и упрекать после свадьбы некого было. Если тебя предупреждали, а ты не слушал — твои проблемы. Посему с такой свадьбой не спешили и довольно редко применяли. Много риска. Умирает один супруг, сей мир покидает и второй. Тем не менее, у моих родителей была именно такая свадьба — мама настояла. Воканс помимо того, что умные люди — очень хитрые. Не будь «кровавой свадьбы» бабуля искала бы способ выдать маму замуж выгодно и, разумеется, по любви. Понимаете, там молодые встретились, тут увиделись, пообщались подольше — симпатия появилась, а дальше главное не мешать и не давить. Но прежде, чисто от большой любви к дочери, ее мужа убрать… И моя мать, как и Киртан это понимали. Благо, дедушка с бабулей не сильно сопротивлялись, ведь мой отец был чистокровным магом, пусть и не сильно аристократом со страшной семейной историей. Сама я на подобной свадьбе ни разу не была, но вот из рассказов дяди многое почерпнула, как и с семейного фолианта. И вот вхожу я в храм. На мне красивое, на ладонь выше коленок платье, сшитое, разумеется, Аленом. Белое с серебристыми вставками, по-летнему открытое и свободное. На чудом уцелевших лавках в небольшом зале сидят самые близкие люди, друзья и знакомые, мои и жениха. Под руку меня берет… раз это мечты, то пусть это будет Киртан — ближе него у меня никого не было. А по бокам летят два ворона, один белый, второй черный. Мы с дядей медленно и величественно шагаем к алтарю, и я нервничаю. Несильно, но страшно. Возле алтаря уже стоит жених. Кхм… о внешности данного индивидуума, я еще не думала. Но сейчас, прямо как наяву, вижу: длинные платиновые волосы, красивые черты лица, ровный нос и серые невозможные глаза… Люциуса Малфоя?! Резко сажусь на кровати, и мотаю головой. Что за бред сумасшедшего? Точно книг слишком много прочла, мерещится уже что-то странное! От дальнейших раздумий меня спасла моя соседка, вошедшая в комнату. Правда, позже обо всем придется подумать. Ведь я как последняя Воканс продолжить род обязана. Иначе, когда я умру, мои родственники будут мучить меня долго и с наслаждением. Почему у меня больше родственничков живых нет, спрашивается? — Виктория?.. — с неверием в глазах и голосе, спрашивает шатенка, вошедшая в комнату. — Привет, гулена! — улыбаюсь я, бросая взгляд на часы. Уроки кончились полтора часа назад, и где ее носило? — Кхм-кхм… — закашлялась я, когда меня крепко обняли. — Мион… — прохрипела я, — задушишь! — Так тебе и надо! — со слезами на глазах, воскликнула подруга. — Ты представляешь, как я волновалась?! А профессор Макгонагалл? Письма к тебе не доходят и совы возвращаются обратно, твой дядя не отвечает. Единственное что мы получили, это записку от некоего Ван Хельсинга, где говорится, что с тобой все в порядке! — тараторила Миона, и мне приходилось напрячься, чтобы понять ее. — А у Курамы спросить? — сумела я вставить вопрос в ее монолог-рассказ. — А он здесь? Я думала, что он с тобой, — нахмурилась подруга. — Не-а, — качнула я головой. — Сейчас у него спросим, где он пропадал все это время. «Ку-у-ура-а-ама-а-а!» Позвала я о-о-очень ласково. Так, что сразу понятно — сейчас кого-то будут бить. — Ка-а-ар? — спустя одну долгую минуту, кое-кто спикировал вниз. И вот вопрос, он все это время здесь был или… он иначе как-то может перемещаться? — Ты где был? — интересуюсь в голос, так как даже Мионе о нашей телепатической связи лучше не знать. — Патрулировал территорию Хогвартса, — отчитался демон и уселся на спинку кровати. — Как успехи? — с ехидством спросила эта… зараза черная! В ответ я промолчала, лишь метнула кинжал. Ему ничего не будет, а мне приятно — душу отведу. — Так, где ты была? — наблюдая за нами, спросила Грейнджер. — В семейном замке… — ответила я, задумавшись на мгновение. — Необходимо было в библиотеке родовой покопаться. Правда, — взгляд на Кураму, — искомого еще не нашла. — Чего вернулась? — не слишком вежливо вякнул демон. — На праздник, — пояснила я. — Что, кстати, с трупами? Была какая-то шумиха или что-то в этом роде? — Нет, тишина… — выдал ворон и, подумав, добавил: — могильная! — Очень смешно! — закатила глаза я. — Рад, что тебе понравилось! — в том же тоне ответили мне. — Ку-ку, — хмыкнули рядом со мной. — Вы здесь вообще-то не одни, — напомнила Гермиона, а я и забыла, если честно, — может, объясните, о чем вы? — Помнишь тех шестерых учеников? — спросила я. — Тех, которые в коридоре мертвые лежали? — уточнила подруга, а я кивнула. — Помню, все еще помнят, — вздохнула она. — Странно, но в газетах об этом ничего не было. А знакомые погибших, у которых семьи дружат, возмущались, что родителям тела не вернули… — Их нельзя было возвращать, Мион, — тихо и спокойно произнесла я. — Почему?.. — не поняла подруга. — Потому что никто не знает, какие сюрпризы могут быть спрятаны в этих жмуриках, — попыталась объяснить я. — Это может быть смертельная опасность, которая в какой-то момент станет реальной угрозой и навредит тем, кто будет рядом с трупом. Возможно даже что-то на подобие вируса, который будет передаваться буквально через касание! — Понятно, — через силу выдавила из себя гриффиндорка. — Но родителям этого никто не объяснил и… — Не объяснит, — коротко закончила я. — Вероятнее всего, все обвинения, которые будут предъявлены школе, быстренько попадут в ОРДеДе и… — Куда? — Отдел Регулирования Действий Демонологов, — расшифровала я и продолжила: — после того, как все попадет в отдел, к семьям умерших студентов будут направленны люди. Специалисты в отрасли ментальной магии или, если тебе удобнее, легилименции и окклюменции. Они замажут недовольство родственников своим воздействием, прискорят время, чтобы эмоции не были столь… яркими. — Это ужасно и отвратительно, — сообщила мне гриффиндорка. Честное и благородное дитя своего факультета. Я часто, будучи в аду, думала, на какой факультет попала бы я? Хотя не будь я даже с Курамой там, все равно у меня было бы домашнее обучение. Воканс не учатся в Хогвартсе — это негласное правило. И тогда, как и сейчас, я не могла найти ответ. Хитрая, но способная постоять за себя, друзей и род я металась между Гриффиндором и Слизерином. Когтевран и Пуффендуй отпали сразу. Не гений и не зубрилка, тем не менее, умная и трудолюбивая девочка не видела себя ни на одном факультете… — Почему мы все о грустном и неприятном?! — спросила я немного враждебно. — Скоро бал! Ты уже смотрела, что там сотворил, прекрасный наш? — осматриваясь в поисках пакета, спросила я. — Нет, — растерянно отозвалась подруга. — Зря, — честно ответила я, заметив таки бумажный сверток. Он лежал на столе и был размером с… огромный и толстый фолиант. Ага, сейчас! Подхватив палочку и взмахом руки призвав к себе упаковку, я несколько раз взмахнула белой деревяшкой. Наискось два раза, один раз вдоль и три резких взмаха поперек. В следующее мгновение сверток вырос буквально на глазах и стал размером с Гермиону. Глаза шатенки расширились, брови взлетели вверх, а рот приоткрылся. Не ожидала? Так ты еще не видела то, что лежит внутри! Еще несколько взмахов и упаковка разлетелась на мелкие кусочки, а перед нами появились… не платья, а целые наряды и сундук…

✡🔯✡

Утонченные рассуждения подобны крепким напиткам, что расстраивают мозг и гораздо менее полезны, чем напитки обычные.

Эдмунд Бёрк

На ужин мы с Гермионой шли, глупо улыбаясь. Ален постарался на славу! В сундучке оказались разные флакончики, пузырьки, баночки, украшения и много чего еще. Даже Миону задело, когда она узрела ВСЮ эту прелесть. Завтра целый день будем отдыхать, мазаться кремами, купаться в разных полезных ваннах, делать маски, педикюр, маникюр и так далее. В общем, все то, что обычно вытворяла со мной бабушка перед очередным важным банкетом, званым ужином или — еще хуже — БАЛОМ! Правда этот праздник не обещал быть катастрофой для молодых и энергичных, то бишь меня и Мионы. Нет, это будет наш личный бал, где мы будем блистать стараниями моего модельера и денег Светозара. Последнему, кстати, надо будет подарочек сделать… Сидя за столом восьмого курса, слушая миллиарды вопросов сокурсников, я загадочно молчала, уговаривая себя не подавиться. Просто, ладно, взгляды сокурсников, но три прожигающих взгляда со стола преподавателей! Хотя смотрели оттуда на меня почти все, самыми тяжелыми были взгляды Малфоя, Снейпа и Макгонагалл. Они были примерно такой же убийственной силы, как взгляды нескольких демонов, желающих первыми поиграться с маленьким человеческим дитем… Подняв голову от тарелки, я поочередно встретилась с зелеными глазами Минервы, черными Снейпа и… кхм-кхм. Встречаться с серыми невозможными омутами Малфоя-старшего мне не хотелось, поэтому я вновь опустила взгляд вниз. Желание встать и покинуть большой зал — было непреодолимым, и я ему последовала, предварительно вытащив из-за стола Грейнджер. Не буду же я одна набивать брюхо на кухне? К тому же, подруга тоже без особого аппетита ковырялась в еде. — Куда мы? — поинтересовалась девушка, совершенно не удивляясь, что ее выдернули из-за стола. — А ты как думаешь? — со смешком спросила я. — М-мм… кухня? — предположила шатенка, на что я согласно кивнула. — Чего ты такая грустная? — между прочим, задала вопрос я. — Как тебе ответить? — задумалась на мгновение подруга, а затем сказала то, что я так сильно люблю: — Предположим, одной девушке нравятся два парня… — смущаясь, проговорила она, — точнее парень и мужчина. Ух, не знаешь ты Гермиона Грейнджер, на кого напала! Точнее того, кто сейчас с тебя не слезет, пока не выведает все подробности твоей симпатии к «парню и мужчине». Даже простой человек догадается, кто эта девушка, а психолог в моем лице, воспитанный и обученный демонами… — Угу, — шире акулы улыбнулась я. — Чисто гипотетически, это возможно. — Так вот, — запнулась ненадолго Миона, — что этой девушке делать? — Не знаю, — коротко ответила я. — Ты бы не могла более детально обрисовать ситуацию? Кем этот парень приходится девушке, а мужчина? — Парень… — стараясь как можно аккуратнее поведать мне все так, чтобы я ни о чем не догадалась, подбирала слова гриффиндорка, — он и есть ее парень. Правда, это больше на словах, чем действительность. Они знакомы с малых лет, привыкли друг к другу и все считают их странной, но парой. Хотя они скорее друзья… — Понятно, — перебила я ее, а моя улыбка стала еще шире. Ой, чувствую эта «пара» действительно станет просто друзьями! — А что насчет мужчины? — Здесь все особенно сложно! — заверила меня Гермиона, отводя взгляд. — Он старше девушки… намного. — Это — не беда! — заверила я подругу. Да, когда у тебя в наличии «кровавая свадьба» возраст никогда не является преградой. Дело в том, что супруги будут жить столько, сколько предназначено самому молодому из них. Конечно, если кого-то из них убить, это не поможет, но на этот случай имеется иная уловка… — Ладно, — покладисто согласилась кареглазая. — Еще, ты только представь себе, он ее учитель! Не только представляю, но и, похоже, теперь буду видеть это ежедневно! — Не может быть! — выдохнула я, решив подыграть. — Но он ведь не всегда будет ее преподавателем, — резонно заметила я. — К слову, знаешь, что обычно так и закручиваются романы в университетах и тому подобных заведениях? Он — преподаватель, она — студентка… — Это не по правилам школы! — возмутилась Миона, тем самым выдав себя. Но я люблю подыгрывать людям, посему смолчала на этот раз, — Но в целом ты права. Тем не менее, это не единственная причина. Этот мужчина, он нелюдим, хотя когда остаешься с ним наедине и немного поговоришь, понимаешь, что он замечательный собеседник, — прикрыв глаза, улыбнулась девушка, а я задумалась, когда это они наедине так надолго оставались? Поболтать со Снейпом успела, вижу хорошо, впрочем, меня долго не было. — Но знаешь, этот учитель когда-то сильно любил другую. Всех подробностей не знаю, но мне известно, что она вышла замуж за другого и родила сына, а потом умерла… Это намек на Лили Поттер, о которой газеты все лето писали? Кажется, о несчастной любви Северуса Снейпа узнал весь мир. Как и о герое со шрамом. — И?.. — не поняла я трагедии. — Что было Миона, то прошло. Сколько было этому мужчине, когда он влюбился? Сколько лет тому назад умерла та «другая»? — Он был юношей, когда она умерла и ребенком, когда влюбился в нее, — задумчиво ответила кареглазая. — Все равно, этот профессор столько лет хранил память о ней, столько сделал для ее сына. — Хранить память, это не хранить любовь, — не согласилась я. — Насчет помощи ребенку той женщины… может он просто обещал, и выполнял свой долг? — Возможно, — с затаённой радостью в глазах хмыкнула подруга. — Но давай вернемся к началу разговора, — щекоча грушу, предложила я. — В чем проблема? — В том, что девушка встречается с парнем, он ей нравится, но и мужчина ей нравится тоже… — И кто нравится больше? — вздернула я бровь. — Она не знает, — печально вздохнула Миона. — Две запеканки, пожалуйста, — обратилась я к эльфам, — и два чая. — Какие запеканки, мисс… — пискнул один домовой эльф вопросительно, и прежде чем успел меня назвать по фамилии, я его перебила: — На кефире, с мясом и сыром, — ответила я, резко. — Понял, мисс. — Я не хочу кушать, — тихо хмыкнула мрачная Гермиона, наблюдая за ушастыми созданиями. — Надо, — вновь я была категорична. — И теперь послушай, если девушка, будучи в этих «отношениях» заинтересовалась другим… — слов я не подобрала, посему просто продолжила. — Ей стоит задуматься, все ли ее устраивает в этих самых отношениях. Почему она начала смотреть на мужчину, какие у нее причины дальше оставаться с парнем, а какие причины бросить его? — задумчиво говорила я. — Тоже с мужчиной, почему девушка хочет быть с ним и какие имеются преграды к этому? — Но я не знаю!.. — запальчиво воскликнула подруга и только спустя секунду осознала, что спалилась. — Знаешь, Миона, — не делая удивленный вид и прекращая подыгрывать девушке, уверенно заявила я. — Для упрощения тебе задачи, Гермиона: возьми лист бумаги и до завтрашнего вечера, составь список. Пять самых важных подпунктов, почему ты хочешь уйти от Рона и пять, почему готова остаться с ним. Тоже и про Снейпа, — игнорирую удивленный взгляд, сказала я, — почему ты хочешь быть с ним, почему не можешь? Отдашь мне листок за полчаса до бала. — Ты не удивлена, — нахмурившись, сообщила мне подруга. Я фыркнула: — Ты бы еще начала: «моя подруга…»! К твоему сведению, я психолог и пусть я предпочитаю изучать новое, например, дементоров, но и с людьми работать умею. Передо мной поставили тарелку, и я с усердием начала работать вилкой. Великолепно! Эльфы готовят поистине замечательно. А буквально через пятнадцать минут в кухню вбежал патронус Минни и сообщил, что меня ждут у директора. Из принципа идти не хотелось, но… — Пошли, Гермиона, — поднимаясь, позвала я. — Не бросишь же ты меня?..

✡🔯✡

Каждое разъяснение порождает новые вопросы.

Артур Блох

— Где ты пропадала, Виктория?! — гневно вопрошала моя дражайшая Минерва. — Где хотела, там и пропадала, — настроения беседовать у меня не было, а спать хотелось. — Мне что, отчитываться перед тобой необходимо? — Почему твой дядя не отвечал, а письма посланные тебе возвращались обратно? Кто такой Ван Хельсинг? — настаивала директриса. А я… у меня… спать я хотела! Поэтому я взяла… и ответила на все вопросы, правдиво. — В замке я семейном была, — закатив глаза, сообщила я. — Там барьер какой-то защитный стоит, видимо не всех посланников пропускает. Но странно, что тебе не возвращались и те письма, которые ты дяде посылала… — Он тоже в замке был? — попыталась догадаться директриса, а мне не хотелось отвечать. Ладно, здесь была Миона, но Снейп и Малфой… — Нет, — тихо ответила я. — Он вообще больше никому на письма не ответит… — Что ты хочешь этим сказать?.. — нахмурилась женщина, предчувствуя неприятный ответ. — Он мертв, — просто ответила я. Говорила без эмоций, просто констатация факта. — Ой! — выдала она, да и Миона тоже. — Девочка моя, я не знала! — на глазах колдуньи выступили слезы. Я действительно была дорога волшебнице, да и она не была для меня последним человеком. — Когда это произошло? — спросила Гермиона хмурясь. — Еще летом, — спокойно ответила я на ее вопрос. — Минни все в порядке, как видишь я в нормальном состоянии, а из депрессии ты меня вырвала, — усмехнулась я, — так что можешь гордиться собой. — Твои бабушка с дедушкой… — хотела было что-то сказать Макгонагалл, но я перебила ее: — Они тоже мертвы, — и опять констатация факта, — а Максимилиан Ван Хельсинг мой… опекун. — Но тебе двадцать семь!.. Двадцать семь? — нахмурился Люциус, и я все-таки подняла на него взгляд, который так долго прятала, смотря в паркет. И буквально сразу утонула в серых омутах. Именно серых, не голубых. — В реале мне двадцать семь, двадцать восемь, — подтвердила я, — но по магловскому паспорту мне все еще семнадцать, — видя шок всех присутствующих, решила пояснить. — Печальное (или радостное) последствие долгого пребывания в аду. — Вы там были? — и Снейп решил поучаствовать в диалоге. — А почему я так спешила вытащить оттуда Джиневру и Драко? — задала я собственный вопрос. — А теперь позвольте откланяться, — почтительно произнесла я. — Нам с Мионой пора готовиться к балу. Бросив последний, привычный взгляд на портрет Альбуса Дамблдора — «истинного гриффиндорца», я, презрительно поджав губы, направилась на выход. За это время он еще НИ РАЗУ не пообщался с собственной… собственно со мной!

✡🔯✡

Кто понимает лишь то, что можно объяснить, понимает немногое.

Мария Эбнер-Эшенбах

День накануне Хэллоуина прошел приятно. С утра поспав подольше — как-никак выходной — я заказала завтрак в комнату. Замечательная привилегия человека, который имеет собственного домового эльфа и вообще хорошо ладит со всеми эльфами. А еще с замком Хогвартс. Не было ничего удивительного, что наша с Гермионой ванная комната, наконец, заимела ванную! И не простую такую маленькую лохань, а настоящий мини-бассейн. Какие только купания мы с Мионой не приняли? Для волос, для кожи тела… А потом были кремы. Миона выбрала с запахом шоколада, я цитруса. Затем я начала творить нам прически, Гермиона же тем временем завершала свое заклятье для «идеального» макияжа. Где-то ближе к шести мы снова перекусили и принялись понемногу одеваться. Не знаю, почему Миона что-то болтала у Алена о карминовом цвете платья, но хорошо, что он никогда никого не слушает. Замечательная ткань бордового платья радовала глаз! Оно, как и просила подруга, было закрытым сверху… ну почти. Ведь спина это уже не вверх, правда? Просто там такой вырез красивый, открывающий взору лопатки и поясницу. Ничего больше, клянусь! Но Гермиона возмущалась долго, а когда надела, оказалось что не только на спине вырез откровенный. По бокам, от бёдер и вниз, бежали разрезы, которые при ходьбе показывали стройные ножки… На невинный и наивный вопрос подруги: — А лифчик к такому платью, как одеть? Я очень виновато улыбнулась и скорчила жалобную рожицу. — Лифчик не предусмотрен, — откровенно заявила я, и подсластила пилюлю, — но трусики есть! Я честно старалась поднять настроение Гермионе, но красная маленькая тряпочка, сотканная из веревочек, настроение ей не подняла. Мне к слову тоже, так как с бельем у меня та же история была. Но платье немного иное. Верх был открыт полностью и спина обнажена, и я никак не могла понять, каким образом лиф держится на груди, не спадая вниз? Впрочем, это скорее была ложка дегтя в банке с медом. Так как платье было темно синего цвета, а на лифе легкая россыпь голубых камушков — под цвет глаз. Еще имелись перчатки темно-фиолетового цвета, и подол платья был выше коленок, за что я была искренне благодарна модельеру. Сколько раз я падала из-за длинной ткани, так и лезущей под каблук?! Не счесть. Наши с Мионой образы довершали шляпки. У нее маленькая декоративная круглая шляпка бордового цвета с черным пером, а у меня настоящая остроконечная большая ведьмовская шляпа! Красивая темно-синяя шляпа с широкой фиолетовой лентой и железной вставкой в виде черепа с синими камнями-глазами. Также ко всему перечисленному прилагалась обувь. Красная пара туфель у Мионы и мои темно синие сапожки с острыми носами. Мы обе получили небольшой каблук и, чуть не забыла — чулки ажурные! Ну и об украшениях Ален позаботился. Кулон в виде черепа точь в точь как на шляпе покоился у меня теперь и на шее, а уши украшали подобные серьги. Гермионе же достались серьги в виде красивых цветков, а шею украшал медальон в виде феникса — все в алых тонах. — Ну что, — ровно в семь тридцать, посмотрела я на Гермиону, — показывай свой список! — Может не надо? — боязливо вопросила у меня кареглазая гриффиндорка. — Надо, Миона, надо, — печально ответила я и приняла листок. Грейнджер самая лучшая ученица Хогвартса, она прилежна, и, разумеется, выполнила мое маленькое задание. Читать подпункты я не стала, лишь взглянула на листок. У Рональда были все десять пунктов, а у Снейпа только восемь. Более внимательный взгляд и понятно, Гермиона не смогла найти две причины, по которым не может быть с этим мужчиной. Я усмехнулась — все понятно. Даже без тех двух причин, просто при взгляде на все пункты, исписанные при Уизли, мне уже все стало понятно. — Держи, — я протянула бумажку обратно. — Ты не будешь читать? — удивилась она не спеша забирать листок. — Зачем? — улыбнулась я. — Это твое, — пояснила я. — Твои личные причины, меня они не интересуют. Мне было любопытно взглянуть на числа пунктов. — Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Гермиона, скрестив руки на груди. — А сама не понимаешь? — положив листок на стол, я оперлась спиной о стену. — Просто, без Северуса Снейпа. Ты искала причины, по которым не хочешь быть с Рональдом Уизли и ты даже их нашла, — хмыкнула я. — Но важен в первую очередь сам факт поиска, ты хотела их найти — этим все сказано. — Это глупо! — заявила подруга, продолжая хмуриться. — Нет, Мион, — качаю головой я, но она сама должна додумать некоторые вещи. — Ты же умница, а поэтому сама поймешь. А теперь пошли, — я взглянула на часы, до бала оставалось еще четырнадцать минут, — а то опоздаем. — Но Виктория, объясни, — настаивала на своем подруга. Любопытная она, ей нужно все детально рассказать, а здесь нужно именно понять самому. Тогда только толк будет. — Все, что нужно было сказать, — я направилась к двери и на ходу продолжила, — я уже произнесла, Мион. — Сказала какой-то бред, — тихо себе под нос начала ворчать девушка, но у меня слух хороший. — Сама, небось, ничего не поняла из сказанного и теперь по-умному молчать будет… Но я не обиделась на ее ворчание. Сама мелкой была, и сама не любила когда Киртан или Макс оставляли меня без ответов. Они так часто говорили полу фразы, а дальше думай девочка сама. Поймешь — умница, не поймешь — возможно, позже осознаешь…

✡🔯✡

Если труд, то труд такой уж, чтоб и польза была, и честь.

Луцилий Гай

В холле перед Большим Залом, а сейчас еще и бальном, собрались ребята со всех курсов, и стоял невообразимый гул голосов. Среди всей разномастной толпы, можно было выделить троих крайне нервных юношей. Гарри Поттера, который не так давно поссорился со своей девушкой и желал помириться с ней на этом празднике. А ведь они с Джинни поссорились по какому-то пустяку, он даже и вспомнить не мог, о чем была речь тогда! Младшая Уизли вообще вернулась от мадам Помфри, какая-то странная и грустная. Но парень не обратил на это внимания, из-за чего после и разгорелся конфликт. Просто во взгляде девушки больше не было той детской влюбленности в знаменитого мальчика со шрамом, и примирятся с его легкомысленным поведением в отношении нее, девушка не собиралась. Рональда Уизли, который по умственному развитию ушел не сильно дальше чайника и не пригласил свою «девушку» на этот бал в честь Хэллоуина. Просто он боялся к ней подойти практически весь месяц, ведь девушка была расстроена пропажей подруги и стала еще более колючей, чем обычно, а ко всему этому прибавить постоянные «отработки» у Снейпа… В общем, гриффиндорцу было страшно, и сейчас он нервно мялся на месте, в ожидании своей «пары». И Драко Малфой, который в свою очередь с замиранием сердца смотрел на лестницу в ожидании своей девушки. Он боялся, что она передумает и не пойдет к нему, а вспомнив свою глупую влюбленность в Поттера бросится к очкастому парню. Джиневра Уизли, сколько молодой человек времени и сил потратил, чтобы наладить с ней отношения и пригласить на этот праздник? И ведь вновь вернувшаяся память никак не охладила блондина, наоборот после стольких проигрышей и разочарований он обязан был победить, здесь и сейчас. Завоевать сердечко этого солнышка, которое освещало ему каждый день в аду, да и после ада тоже. Драко даже пошел на мировую, и помирился с отцом, в конце концов, деньги для ухаживания требовались. Может это и корыстно, но парню стало намного легче, когда с Люциусом они просто поговорили. Обо всем произошедшем и о том, что будет дальше. Оба высказались и оба выслушали друг друга — это был прогресс, впервые они открыто общались… Но вот, прерывая мгновения ожидания двух парней, вниз легко и быстро спустилась Джинни. Волосы девушки были заплетены в косу, а сама она была в темно-розовом платье. Оно открывало взглядам длинную лебединую шейку, а несколько прядок выбившихся из причёски, падали на лицо. Подол платья был чуть выше щиколоток, показывая милые белые туфельки. На открытых руках виднелись браслеты, те самые, которые недавно подарил ей Малфой. Взгляд карих глаз скользнул по толпе, безразлично прошёлся возле брата и Поттера, а затем остановился на Драко. В глазах рыжеволосой вспыхнула затаенная радость, когда она встретилась с голубым взглядом парня. Не спеша, словно принцесса, Уизли направилась к своему «принцу». А как иначе назвать того, кто вытащил из депрессии? Заставил улыбаться и смеяться искренне, радовал и пригласил на этот бал, когда девушка уже решила не идти. — Выглядишь обворожительно, — хрипло прошептал блондин, предварительно сглотнув ком, застывший в горле. — Тебе… — девушка немного запнулась, осматривая визави, — невероятно идет этот костюм, — в глазах Джинни вспыхнули смешинки. — Только, может, завяжешь галстук правильно? — кареглазая с улыбкой посмотрела на странный и непрезентабельный узел. Неплохо — аристократ, а галстуки вязать не научился! — А… — щеки парня опалил легкий румянец, — с этим возникли некоторые сложности. — Давай поправлю, — девушка потянулась к галстуку, а парень с готовностью нагнулся, не сопротивляясь ее действиям. Пока девушка развязывала узел, Драко с мстительным удовольствием заметил, как направившийся к ним Гарри с букетом цветов, застыл. Словно изваяние встал и таращился на парочку, как и многие другие ученики… Тем же временем, вызывая волну перешептывания, вниз сошли две… ведьмочки. Одна ведьма имела остроконечную шляпку, а вторая шла с маленькой круглой шляпкой. Волосы мисс Грейнджер были заплетены в косу из пяти прядей, что смотрелось изумительно. Мисс Воканс же быстро и нестарательно сделала себе косу «рыбий хвост», что из-за объёма черных волос выглядело шикарно, а этакая небрежность была крайне мила. Как только девушки спустились, шатенка попыталась рвануть к Рональду, но брюнетка ее задержала. — Притормози, — сказала она, беря соседку под локоток. — Он тебя на бал приглашал? — Нет, — напрягая память, ответила все еще обиженная кареглазая девушка. — В таком случае, — легкая улыбка тронула губы Виктории, — пусть мучается в одиночестве. — А мы? — приподняв брови, хмыкнула Миона. — А мы, дорогая моя, выглядим восхитительно, и подходить ко всяким убогим, — взгляд на ужасный малиновый пиджак Уизли, — не будем. Или считаешь, что с моей харизмой и твоим умом, у нас нет шансов найти лучших партнеров? — Партнеров необходимо было искать перед тем, как прийти сюда, — надменно бросила мопс, неожиданно появившаяся возле девушек. — Сейчас поздно… — Завидуй нашим прикидкам молча, — Вика взглянула на не менее скромное, чем ее, но более дешевое платье цвета какашки. — Ты где такой наряд откопала? — с презрением спросила она. Паркинсон ничего не ответила, ошарашенно смотря на Драко Малфоя, только что заметив его спутницу. — Пошли отсюда, — поджав губы, произнесла Воканс. Сейчас она сильно жалела, что на этот праздник нельзя было приглашать гостей. Светозар и Курама, просто превосходно выполнили бы роль красавцев-принцев, которые составили им с Мионой пары. А так…

✡🔯✡

Сладка не та месть, которая убивает врага, а та, которая несет жизнь истинному другу.

Маргарита Наваррская

— Ты ни о ком не забыла? — щекоча теплым дыханием мою шею, прошептал кто-то сзади. — А?.. — я резко обернулась, и встретила смеющийся взгляд моего демона. — Б, — ухмыльнулся мужчина. Честно признаться, когда Курама в человеческой ипостаси я его голос плохо узнаю. Как по мне, ему лучше в виде ворона. — У меня чуть сердечный приступ не случился, Курама! — тихо и крайне возмущено воскликнула я. — Нельзя же так. — Прости-прости, — вновь улыбка растянула губы брюнета. — Ты что здесь вообще делаешь? — пришла я, наконец, в себя и начала шипеть. — Меня тоже интересует этот вопрос, — возле нас в мгновении ока появилась Минерва. — Кто вы, как попали на территорию Хогвартса и что здесь делаете? — Директриса, — насмешливо поднял брови демон, — вы что, не признали меня? — Это Курама, — вмешалась я в разговор, и пихнула брюнета в бок. — Здесь он чтобы обеспечить максимальную безопасность, — с ходу придумала я отмазку. А у Макгонагалл был шок, ведь она никогда не видела моего демона в другом обличии. И я не преминула воспользоваться возможностью: — Понимаешь, — проницательно заглядывая в глаза собеседницы, — если бы я притащила ворона, это выглядело бы крайне подозрительно! А вот гость, — взгляд на Кураму, и я на миг задумалась, — возможный спонсор школы, которого ты пригласила на бал в честь Хэллоуина, в сам раз. — А зачем Хогвартсу спонсор? — спросил брюнет, не уловив моей мысли. — После войны школа была сильно разрушена, Хогвартс фактически построили заново. На это, как понимаешь, потребовались большие деньги, которые сильно пошатнули финансовое состояние школы, — задумчиво протянула я. — И пусть Минерва справилась со всем этим мастерски, — усмешка тронула и мои губы, — не без помощи Министра Магии, разумеется, но маленькие затратные неприятности тоже остались. Например, — вновь я замолчала, а затем щелкнула пальцами, найдя чудесный пример, — ты сам мог заметить, как много всякой всячины бродит в здешнем Запретном лесу. — Да, — кивнул демон. — Я даже приблизительно не могу назвать первоначальный образ некоторых гибридов. В моем сознании вспыхнул образ черного оленя с зелеными глазами и жуткой вертикальной прорезью зрачка. Затем еще одна картинка: то ли кролик, а возможно заяц зеленого окраса с клыками как у волка, и явно схожими предпочтениями в еде, так как пасть зверя была вся в крови. — Ладно, Виктория, — пока я смотрела фильм, о магически-аномальных зверьках, Минни пришла к какому-то выводу, — вы можете оставаться здесь, — взгляд на Кураму, — но держите себя в руках. — Конечно, директриса, — возле нас начали ходить бесстрашные студенты, которые навострили ушки и пытались услышать, о чем мы разговариваем. — Все будет хорошо, — моя милая улыбка, которую я демонстрирую всем во время того, как наступаю на ногу открывшего рот демона. «Курама, она просто старая перечница, спокойно. Она не хотела тебя обидеть, унизить или задеть, просто женщина не доверяет демонам. Будь добр, сохраняй спокойствие…» Мысленно просила я друга, до побелевших костяшек на собственной руке сжимая его ладонь. Не зря воздух возле нас сгустился и стал тяжелым, а зал стал еще более мрачным, прямо жутким! Кому-то (не буду показывать пальцем на Кураму) не понравилось, что его просят в столь приказной манере и разговаривают с ним, как со школьником. «Я с-с-спокоен» Прошипел демон мысленно, а я сделала вывод, что отпускать его никак нельзя. «Милый мой демон, тебе уже за сотку давно перевалило. Ты же у меня сдержанный, возраст обязывает…» Продолжала я читать мантру мужчине, но меня резко перебили. «Вот именно — рад, что ты это понимаешь. А теперь будь добра, хоз-з-зяйка, отпусти меня!» Мысленно зарычал демон, и только сейчас я услышала, как заурчало у демона в животе. Моя рука разжалась и я понадеялась, что демон успеет добежать до туалета прежде, чем случится конфуз. «От чего это так?» Успела вдогонку брюнету подумать я, и получила очень злобную мысль в ответ. «Теперь питаюсь растениями!» И вот после такого, я застыла как соляной столб. С чего это демон, стал вегетарианцем? Он ведь, как и я — без мяса жить не может! Я немного ошалело огляделась, и поняла крайне неприятный факт. Гермиона Грейнджер куда-то тихонько смылась, пока я беседовала с демоном и директрисой. Подруга еще называется! Увидев гриффиндорку стоящую рядом с несчастным, чуть ли не плачущим — аж смотреть противно — Поттером и Уизли. У рыжего, что примечательно, раскраска костюма была эдакой «вырви глаз», но я не стала заострять на этом внимание. Меня больше интересовала моя очень холодная мстя, которую я с остервенением обдумывала. Двери Большого зала открылись и нас запустили внутрь. В уши сразу хлынула какая-то веселая музыка, заставив меня сморщить носик. Сегодня Хэллоуин, а не Рождество! Почему они пускают такую неподходящую музыку? Я отошла к стене и окинула цепким взглядом зал, выискивая своих жертв. Неподалёку стояла милая Золотая троица, а чудь дальше, так же как и я, подпирая стеночку и попутно о чем-то негромко шушукаясь, стояли Снейп и Малфой-старший. Музыка стихла, а голос взяла Минерва. Почувствовав на себе чей-то недобрый взгляд, я подняла глаза и столкнулась с испепеляющими меня черными глазами Курамы. Почему-то стало стыдно. Демон пусть и держался молодцом, я сумела разглядеть сероватый оттенок его кожи. Брюнета немного потряхивало, а взгляд черных глаз вновь устремился к выходу. Меня начала разъедать злость, не люблю быть виноватой, а когда еще не знаешь, из-за чего стоит извиниться и что исправить… В общем, и до того не слишком радостное настроение упало ниже Тайной комнаты. Другими словами, Виктории Воканс снесло крышу. Ладно, может не совсем крышу, но стыд отшибло точно, а посему после конца речи директрисы, я направилась прямиком к профессору Снейпу. В голову пришел первый урок зельеварения и еще одна крайне интересная информация о роде Принц. — Доброго вечера, профессор Снейп, — полностью игнорируя Малфоя, поприветствовала я учителя. — Доброго, мисс Воканс, — кивнул брюнет и приподнял бровь, как бы спрашивая, зачем я подошла. Я не стала долго мяться или ходить кругами, решив сразу прыгнуть с места в карьер. Поэтому, решительно выпалила: — Предлагаю сделку! — негромко, но внятно проговорила я. Кто-то белокурый и сероглазый закашлялся, а я бесстрашно продолжила: — Помните зелье, которое я приготовила на первой лекции, эликсир вечной молодости? — Разумеется, — прищурился преподаватель, а взгляд его стал заинтересованным. — Думаю, вы так и не сумели совершенно верно сварить это зелье? — предположила я и улыбнулась, заметив, как мужчина поджал губы. — Мое предложение, я даю вам правильный рецепт зелья и рассказываю вам кое-что, что заинтересует вас, а вы… — я сделала короткую паузу, — потанцуете, — кивок на уже кружащиеся в танце пары. — Хотите со мной станцевать? — саркастически приподнял брови мужчина, а я позволила себе опять улыбнуться. — Нет, профессор, — коротко ответила я, и решила сделать приманку более заманчивой. — К рецепту будет прилагаться возможность запатентовать его, на ваше имя, как ваше изобретение, — услышали бы меня сейчас покойные родственники, шею бы мне свернули за такие дары, но сейчас именно я глава рода. — Так же, информация, которую я вам хочу поведать, касается вас напрямую. — И с кем же мне предстоит станцевать? — нет, Снейп не соглашался, но явно подумывал о такой возможности. Это уже хорошо. — С Гермионой Грейнджер, — я очень надеюсь, что моя улыбка не похожа на оскал аллигатора. — Не спрашивайте почему, профессор, просто так надо. Я совсем не ожидала, что у меня окажется поддержка в чьём-то лице, но она появилась: — Сев, — хмыкнул сбоку Малфой, — Воканс права, иди, потанцуй с Грейнджер и получи этот рецепт, — Люциус улыбнулся. — Думаешь, я не помню, как ты носился сам не свой, пытаясь вычислить все ингредиенты и еще что-то там? — с потрохами сдал друга блондин, а я, кажется, начала понемногу оттаивать. — Мистер Снейп, — мне ведь надо уговаривать брюнета, а не Малфою, — если вы не хотите получить рецепт на руки. Да я его и не помню, если быть честной, — зелья я готовлю интуитивно, — могу просто понаблюдать за тем, как вы его варите, и попутно буду комментировать ваши действия, — я вдруг осознала, почему Снейп еще не согласился. Он ученый, гордый ученый, который хочет ко всему дойти своим умом. Ему в Гриффиндор надо было попасть с таким взглядом на мир. — То есть, мне просто необходимо потанцевать с мисс Грейнджер? — спросил Снейп, а мне захотелось запищать и бросится к кому-то белокурому на шею. Я, разумеется, сдержалась и позволила лишь бросить радостный взгляд своему нежданному «союзнику». — Желательно потанцевать с Мионой и занять ее на оставшийся вечер, — взгляд на подругу и я тихо, но зло добавила: — чтобы к ней Уизли больше не подошел. — Хорошо, — как-то слишком быстро согласился Снейп и направился к Мионе. — И зачем тебе это понадобилось, — провожая взглядом друга, спросил Малфой. — Честно? — глянула я на блондина. — Вы посмотрите на ее платье и вообще на нее, — шепотом предложила я, — она красавица. А теперь гляньте на рыжего, — я скривилась, — малиновый пиджак, темно-бордовые штаны и белая рубашка в синие полоски. А этот ужасный галстук ядовито зеленого цвета с ярким желтым узором?! — То есть, — Малфой вздернул блондинистые брови вверх, — тебе… точнее твоей подруге Уизли не подходит по костюму? — Это не костюм, — мотнула я головой, — это убожество, от которого мое чувство прекрасного страдает! А, в общем, — я сделала вид, что задумалась, — вы невероятно точно уловили мою мысль. Черный цвет мантии профессора Снейпа к платью Мионы явно подходит лучше. — А к вашему платью, какой цвет лучше подходит, — со смешком спросил Малфой и мне почудился подвох в его вопросе. Но я отбросила всякие сомнения и задумалась уже всерьез: — К моему, — взгляд на темно-синюю ткань платья, — тоже черный либо серый. Замечательно пошел бы светло-серебряный костюм, но и темно-серебристый… — я запнулась, только сейчас осознав, что Малфой оделся сегодня в серые тона. — В таком случае, Воканс, — хищная улыбка скользнула по губам мужчины, — думаю, ты не откажешь мне в танце? И Малфой протянул мне руку в белой перчатке. Мои пальцы мелко подрагивали, когда я, как завороженная вкладывала их в ладонь профессора ЗОТИ. «Жаль, что каблуки у меня не высокие…» — успела мелькнуть у меня в мозгу здравая и немного зловредная мысль, прежде чем мою тушку закружили в танце.

✡🔯✡

Встреча — начало разлуки.

Японская пословица

Этим вечером ученики и учителя много потрясений испытали. То Джиневра Уизли на бал с Драко Малфоем пришла, полностью проигнорировав Поттера. То гость неожиданный на балу появился, столь же красивый, как и опасный — явно с Воканс знакомый. То сам Северус Снейп пригласил на танец никого иного, как ученицу восьмого курса, Гермиону Грейнджер, а та в свою очередь согласилась, покраснев пуще свеклы. И на фоне всего этого, танец преподавателя ЗОТИ с голубоглазой ученицей восьмого курса мало кого уже впечатлил. Тем не менее, танец Малфоя-старшего с Викторией тоже вскоре станет причиной новой волны сплетен, как и все ранее перечисленное. Но сейчас, не время думать о тихом шепоте за спиной, который ты слышишь, стоит тебе пройтись по коридору, или просто обернуться ко всем пятой точкой. И наши герои не думали об этом, просто получая удовольствие от жизни именно сейчас. Хотя мало кто догадывался, что этим волшебным вечером территорию Хогвартса посетил не один незваный гость (Курама), а еще двое. Но обо всем по порядку… Быстрые шаги разрезают странную тишину, царившую в холле. Странную, потому что за дверьми в Большом зале сейчас играла отнюдь не тихая музыка, да и гул голосов, чей-то веселый смех. Но в холле было совсем тихо. Чары, подумала голубоглазая брюнетка, мышкой выскользнувшая из бального зала. Теперь она стремительно шагала к дверям, ведущим наружу, на свободу и свежий воздух. Виктории и вправду было дурно, это не была отговорка, имеющая цель уйти от вполне хорошего общества Люциуса Малфоя. Косые, удивленные взгляды не трогали девушку и она бы, пожалуй, согласилась провести весь оставшийся вечер рядом с белокурым волшебником, болтая обо всем и ни о чем. Малфой был сегодня на удивление спокойным и общительным, а еще чуточку галантным, что в сравнении с его предыдущим поведением, подкупало. Рядом с Люциусом Виктории было удобно и спокойно, но когда мужчина отошел за напитками… Гнев и желание мстить в девушке уже давно улеглось, где-то между первым и третьим па с Малфоем. Место негативных эмоций заняло веселье и увлекательные разговоры с сероглазым магом, но вот объект, который до этого отвлекал молодую девушку от всего, пропал. И Виктория услышала музыку, то веселую, то печальную, которая сменялась так быстро, что кружилась голова. Еще и этот смех отовсюду, радость. В какой-то момент, Воканс просто накрыло. Брюнетке вдруг стало тяжело дышать, а преграда, где-то глубоко стойко держащая до этого времени все плохие эмоции и воспоминания поддалась. Не сломалась, но на какой-то промежуток времени опустилась. Спасением стал Малфой, который в кратчайшие сроки вернулся с двумя бокалами сока — иного в школе не наливали, даже учителям, разве что еще воды и пунша. Быстро опустошив стеклянную емкость, Воканс ушла, сославшись на дурноту. В голове девушки билось лишь одно «Не плакать — поводов для слез нет!». И ничего, что она последняя живая Воканс. Ничего, что она запуталась в загадке, и не может ее разгадать. Ничего, что внутри так пусто и холодно и есть лишь одно желание: повыть на луну. Ничего… Демонолог тряхнула головой, прогоняя глупые мысли. У нее были друзья, хорошие и надежные, готовые поддержать и помочь в любую минуту. У нее имелся личный демон, способный подсказать что-то дельное. У нее был опекун, к которому она могла обратиться за советом. А внутренние терзания и распри? Глупость, которая скоро пройдет. Стоит лишь выйти на улицу и вдохнуть ледяной воздух. Почувствовать, как мурашки бегут по телу, от холодного осеннего ветерка и осознать, что ты жива. Воканс бесстрашно и отчаянно глупо пошла к запретному лесу, совсем не беспокоясь, что одета не по погоде. В конце концов, у нее имелся не малый запас качественных лечебных зелий. Но об ее внешнем виде подумал кое-кто другой. Кое-кто наплевательски отнёсшийся к роли гостя на балу в честь праздника мертвых. Курама накинул черный плащ на плечи хозяйки, молча. Демон чувствовал, в каком она состоянии, и беспокоить ее не следовало. Впрочем, девушка заговорила сама: — Почему ты прекратил кушать мясо? — тихо спросила брюнетка. — Свои собственные слова забыла? — неучтиво ответил вопросом на вопрос черноглазый. — Нехорошо Виктория, очень плохо. — Ты прав, — не стала спорить девушка, свои слова стоит помнить всегда. — И прости, отменяю свой приказ, — слабо улыбнулась брюнетка, — кушай, что хочешь и сколько захочешь. Демон с Воканс подошли к окраине леса. — Прощаю, — великодушно хмыкнул мужчина, и его реплика не осталась, не прокомментирована: — За что? — из-за дерева вынырнула белокурая макушка. — Светозар?! — удивленно воскликнула Виктория, в отличие от своего спутника не почувствовавшая приближения ангела. — Привет, — лучисто улыбнулся кареглазый и распахнул руки, приглашая в объятья. — Так за что тебя прощает Курама? — вновь полюбопытствовал ангел, крепко обнимая подругу. — Да так, — немного смущено отозвалась девушка, — мелочь! — и, задумавшись, тихо добавила: — Из-за которой у Курамы несварение случилось. — Человечка! — возмущенно воскликнул демон. — Ты меня заинтересовала, — посмеиваясь, сказал ангел. — Ребят! — неожиданно воскликнула Воканс, и ее глаза весело заблестели. — Давайте устроим гонку? — девушка сложила ладошки домиком, и умоляюще взглянула на друзей. — Я не против, — карие глаза тоже вспыхнули азартом, а улыбка Светика стала еще шире. — Поучаствую, — закатил глаза демон, под двумя горящими взглядами. — Вот только где? — Предлагаю поле для квиддича, там у вас и трасса будет! — Воканс уже все продумала. — Чур, я ставлю на… — томительная пауза, — Светика! — Хозяйка! — возмутился демон, который не ожидал такой подставы. — Тогда я поставлю на Кураму, — еще одна фигура выпорхнула из тени деревьев. — Ван Хельсинг! — два мужских вопля слились в один, и немного заглушили другой, не менее громкий: — Максимилиан! — Виктория аж подпрыгнула от радости, но сдержалась и не бросилась на шею опекуна. Как-никак отношения у них приятельские порой теплые, а порой строго официальные и брюнетка уже давно запуталась во всем этом. Но метания девушки новый глава ОРДеДе решил сам, просто сделал шаг к ней и обнял. В это же время два существа переглянулись, пусть и один был светлым, а второй темным, оба не почувствовали человека. И теперь демон с ангелом пытались без слов поговорить. — Что ты здесь делаешь? — от близкой к истерике девушки и следа не осталось, в Воканс сияла как новая монетка. — И ты тоже, — взгляд на Светика. — Что вы оба здесь делаете?..

✡🔯✡

С глупцом расстаться — всё равно, что повстречаться с умным.

Имам Али

Ночь, это самое прекрасное время суток, а ночные коридоры Хогвартса столь изменчивы. Кому-то они кажутся жуткими, с этими большими тенями, которые откидывают доспехи и холодным, пробирающим до костей, ветерком. Другие же увидят здесь неприкрытую романтику — загадочный полумрак и лишь луна (да несколько еле тлеющих факелов на стенах) освещает пространство. Подобие романтики видел и Рональд Уизли, выскользнувший вслед за подругой из Большого зала. Правда, сделал это Тузик не так незаметно, как ему хотелось бы. Нет, Гермиона, которой сильно приспичило посетить дамскую комнату, его не заметила. Но вот Снейп чудесно видел не малую тушку Уизли вышедшую за Мионой в холл. — Герм, постой! — воскликнул запыхавшийся парень, с ужасной физической подготовкой. Всего несколько лестничных пролетов Рон проследовал за шатенкой, а уже дышал как загнанная лошадь. Несмотря на то, что вечер у рыжего начинался вполне хорошо. Гермиона сама подошла к ним с Гарри и в дальнейшем была рядом с «друзьями», вяло поддерживая разговор. А вот его продолжение вечера выдалось кошмарным. Мало того, что ужас подземелий Хогвартса утащил Гермиону танцевать, так еще и занял разговором девушку до такой степени, что та сама не хотела отходить от профессора! И лишь спустя добрый час отошла — не по своей воле и не к друзьям, а по нуждам организма в туалет. Отлучалась гриффиндорка ненадолго, всего на минутку — как сама себе пообещала шатенка. Вот только ее планам было не суждено сбыться из-за одного рыжего придурка, возомнившего себя героем романа. Угу, именно этим были продиктованы его действия: крепкие медвежьи объятья и прижатие хрупкого, между прочим, тельца Мионы к холодной стене. Этим, и алкоголем, которого он неплохо так хлебнул перед балом — для храбрости, исключительно. — Что ты творишь? — прошипела девушка, пытаясь вывернуться из хватки. Она так и знала, не надо было останавливаться и ждать Рональда, необходимо было продолжать свой путь к фарфоровому другу. — Пусти меня, немедленно! — голос Гермионы с каждым словом становился выше на тон, в конечном итоге доходя до крика. — Да ладно, Герм, — дыхнул на нее парень, а девушка скривилась. Не любила она алкоголь. — Ты пьян?! — быстрее утверждение, нежели вопрос. — Рональд Уизли, сию же минуту отпустил меня! Вот только парень девушку не слушал, он потянулся губами к ее губам. Когда Гермиона осознала намерения Тузика, нет, не было слишком поздно. Просто к горлу Грейнджер тошнота подкатила. А в глубине души очень сильное нежелание целоваться со своим «парнем», точно уже бывшим, поднялось. Настолько, что она зажмурилась и отвернула голову — возможности вытащить палочку не было, да и волшебница не вспомнила об этом, слишком испугалась. Ведь ситуация реально жуткая складывалась: тебя прижимают к стене и пытаются поцеловать, а ты вырваться не можешь. — Что здесь происходит? — ледяной голос Снейпа мог заморозить океан, но Грейнджер от этого звучания стало легко и тепло. Девушка открыла глаза, в которых застыли слезы. И встретилась со злым взглядом черных, как бездна глаз. Северус смешался, увидев страх и отвращение в карих глазах заучки. Последовав за двумя студентами, он не мог даже себе объяснить, так же как и не мог понять, зачем вмешался. Но сейчас в профессоре вспыхнула уверенность, твердая и непоколебимая — направившись вслед за Грейнджер и Уизли, он поступил правильно. — Ничего, — рыжий в течение секунды выпустил подругу, и попытался… спрятаться за нее. — Ик! — встретившись с полным холодной ярости взглядом бездушных глаз Северуса, выдал парень. — Да неужели, мистер Уизли? — ядовито спросил учитель. Снейп бы смешал с грязью рыжего недоноска сейчас, да… Всхлип — тихий, и жалобный.