ДоставАла

      Заняв обе руки оружием, я лишился другой части потенциала: теперь я не мог раскидывать с ножом-револьвером в руках бомбы. Разумеется, я задумался над решением проблемы и, соответственно, решил занять освободившиеся запястья под эти нужды.       Задумывалась трубка под запястьем, содержащая на всём протяжении бомбы. Но, во-первых, я лишусь гибкости в бою — бомбы будут в строго определённом порядке. А во-вторых, я не очень понимал, как эту систему разработать. Бившись над этим на протяжении двух недель, я плюнул и вновь обратился за помощью к Руби. Девочка очень любила возиться с оружием, поэтому я не переживал о том, что как-то её стесняю. К тому же Роуз удачные идеи стремилась применить и к своему оружию. Так её, казалось бы, идеальная Кресент обзавелась некоторыми мелкими улучшениями в конструкции. Теперь Руби не требовалось вручную выкидывать гильзы после выстрелов, маленькая часть отдачи отлично с этим справлялась, не нанося ущерб возможностям косы в целом. Рычажок остался для перезарядки оружия и только.  — Но эти бомбы, Ник… они же большие и тяжелые. Как ты будешь хранить их под рукавом? — задумчиво спросила меня Руби, когда я попробовал обрисовать ей проблему.  — Если револьвера у меня два, то пусть и пусковых устройств для бомб будет два, — предложил я, — распределённая вдоль локтя в какой-нибудь ёмкости, взрывчатка займёт не так много места.       Мы с Руби моделировали вместе, активно предлагая друг другу идеи и вместе их обсуждая. Конечный вариант был достаточно простым, но неплохим по здравому размышлению.       Начиная от запястья будет закреплён механизм с двумя отсеками, в каждом из которых будут находиться бомбы. С помощью Ауры я буду переключаться между отсеками, выбирая, какие из бомб использовать.       Таким решением я, в принципе, мало что терял. Прочность местного металла позволяла не беспокоится о его сохранности, к тому же, Аура способна дополнительно укреплять оружие. Вес у бомб вместе с механизмом предположительно получался около шестисот граммов при боезапасе в шесть полноразмерных бомб на каждую руку.       Спусковой механизм также был основан на моей Ауре, я мог сам решать, когда выпускать бомбы, не нажимая на что-либо. Это было очень удобно в моём случае и объясняло в свою очередь почему местное оружие было таким необычным и зачастую не имело спусковых крючков, а иногда и вовсе было похоже на предмет обихода. Начальная скорость бомбы составила пять метров в секунду. Лучше, чем могло бы быть, но хуже, чем хотелось бы. К сожалению, со всеми технологиями у местных лаунчеров* были свои ограничения по мощности, особенно учитывая компактность устройств.       В связи с этим я вновь засел за работу над бомбами, ещё даже не «напечатав» только изобретённый механизм. Если эту проблему удастся решить таким образом…

***

      Занятия с Кроу и профессором Тайянгом были для меня чуточку иными, чем любые другие. В первом случае всё было понятно — по сути, я просто приходил и болтал с преподавателем необходимое количество часов, положенное для посещений в течение года, в перерывах между разговорами отстреливая банки при помощи револьвера. Кроу оказался очень полезным собеседником. В саркастичной манере и с юморком, он рассказывал мне о мире. Прах, Гримм, Аура, политика и экономика… всё то, что нельзя было узнать из книг, я узнавал у этого человека.       Омрачало мои с ним посиделки только то, что периодически моё оружие выдавало осечки. Конечно, в случае с револьвером это была не проблема — после неудачного выстрела оружие не клинило, как пистолет. Мне достаточно было ещё раз нажать на спусковой крючок и выстрел благополучно происходил. Но напрягал сам факт — неужели моё оружие так ненадёжно и начало так быстро портиться спустя всего лишь несколько месяцев эксплуатации? Я наблюдал за реакцией Кроу после очередной осечки. Тот, по обыкновению, горько усмехался и прикладывался к фляжке. Мою ругань вполголоса преподаватель, к счастью, услышать не мог — нежные уши преподавателя не могли выдержать постоянный грохот револьверных выстрелов и Кроу сидел в наушниках довольно далеко от меня. Но, как бы то не было, одна осечка шла за другой и за одну получасовую тренировку я с недоумением оглядывал своё оружие в среднем около трёх раз.       Когда я уже хотел обращаться за помощью к Руби, как бы мне не хотелось вновь привлекать её по своим проблемам, Кроу сказал мне кое-что после очередной моей осечки.  — Знаешь, почему я на самом деле не люблю использовать любое стрелковое оружие? — спросил меня Кроу, стянув наушники. На моё заинтересованное покачивание головы он усмехнулся. — На самом деле я, как и любые другие Охотники, любил пострелять. К сожалению, мне, а затем и моей команде была уготована иная участь. Конечно, мы нашли в этом свои преимущества, но сейчас речь идёт не совсем об этом…       Так я узнал о Проявлении Кроу, которое непременно призывало неудачи к собственному владельцу и окружающим, о необходимости использовать Ауру на то, чтобы немного ослабить эффект, а также о том, что шанс на осечку в присутствии Кроу у любого стрелка был намного выше, чем без него. Дядя Руби рассказал, что он в принципе ослаблял эффект по желанию, но делать этого постоянно не мог, поэтому, как бы он не хотел, иногда оружие просто не выстреливало.  — На самом деле, у меня есть возможность стрелять, — сказал Кроу напоследок, — но, во-первых, в моём оружии используется один из самых надёжных механизмов из всех, которых я знаю, а во-вторых, использую я его редко. Даже так, существует вероятность осечки, а в бою она бывает фатальна. Благо, для твоего револьвера это не такая большая проблема… — протянул Кроу, вновь натягивая наушники. Похоже, там играла какая-то музыка. — Но ты, похоже, уже извёлся искать проблему в нём. Прости, мелкий, что не сказал раньше…       Кивнув преподавателю, я, наконец, расслабился. Некоторое раздражение на дядю Руби было — Кроу действительно мог сказать об этом и раньше, но я понимал его. Рассказать о своём Проявлении, тем более, о таком Проявлении было не так просто. Это действительно уникальная способность каждого человека, и рассказать кому-то о том, что твоё Проявление — это быть неудачником и делать неудачливыми других очень тяжело. Неудивительно, что преподаватель пьёт. А ещё пьяным, как известно, везёт… неужели в случае с Кроу это работает и немного компенсирует его проявление?       Второй урок, на котором я чувствовал себя немного не в своей тарелке, были занятия по работе с Аурами. Профессор Тайянг в какой-то момент начал уделять мне повышенное внимание. Не демонстративно, но на отработках определённых действий с силой наших душ он ставил против меня самых сильных учеников, часто спрашивал меня про особенности Ауры, а также просто следил за мной взглядом. Отец сестёр, очевидно, был не против моего общения с Руби и Янг, но очень хотел знать, кто я такой и с чем меня нужно, в случае чего, есть. Мне было достаточно неуютно ощущать к себе такое внимание, хоть я и понимал профессора.       Я и не заметил, как со всеми этими делами, тренировками с Руби и Янг, подбором оружия для себя, пролетел очередной учебный год. К сожалению, Янг уже оканчивала обучение — она отправлялась в академию Охотников сдавать вступительные испытания для того, чтобы поступить в неё. В будущем году я уже её не увидел бы.       Тем неожиданнее для меня стало предложение Руби съездить с ней в Вейл и провести каникулы в городе. Я, честно говоря, был сильно смущён и хотел отказаться, но Роуз очень трогательно огорчилась, когда я начал стандартное «я был бы очень рад поехать, если бы…». Подумав, я согласился на предложение девушки, но ехать собирался только за свой счёт — стипендию я практически не тратил и кое-какие деньги у меня были. Не хватало мне ещё на средства её родителей отправляться с ней отдыхать. Я бы, наверное, сгорел со стыда, случись так. Жаль только было, что мы отправлялись без Янг — та собиралась ехать в Вейл сразу для поступления в академию Охотников, а до этого времени она собиралась провести несколько недель на острове, дома.       Так что на свою Родину, в Вейл, я летел впервые за несколько лет. Вряд ли я зашёл бы в свой приют, меня немногое с ним связывало, но мне хотелось ненароком заскочить в свою школу и похвастаться основными своими успехами учителям.       Вместе с Руби мы весело смеялись, глядя на пролетающие под нами пейзажи в маленькое окошко. Когда я, подумав, приобнял подругу в какой-то момент нашего полёта, она этого и не заметила. Я был очень этому рад. И тем веселее было смотреть на смущённую Руби, когда спустя какое-то время, ближе к концу полёта она это заметила и попыталась не сильно краснея продолжить разговор как ни в чём не бывало. Нам было о чём поболтать. Я высказывал всплывающие прямо в голове интересные мысли по той или иной теме, а Руби, периодически активно жестикулируя, рассказывала о многих интересных вещах, которые слышала от отца и дяди, а даже если я что-то из этого уже знал, услышать новое мнение по поводу некоторых вещей для меня тоже было важно. Хотя бы, чтобы сформировать своё собственное.

***

      Вейл был необычным городом во многих аспектах. Например, несмотря на то, что здесь над головой летал аэротранспорт, большая часть автомобилей были явно морально устаревшими в сравнении с остальными технологиями. Встречались и современные модели, но это было лишь исключение, подтверждавшее правило. Я догадывался, почему между уровнями развития наземных и воздушных машин была такая пропасть: человечеству лететь в небе было намного важнее, особенно учитывая, что всё наземное пространство помимо городов просто кишит существами Гримм. Вот машины и слегка отстали в развитии.       За исключением ещё нескольких таких несуразностей, Вейл — типичный крупный город, мегаполис. Здесь было место высотным зданиям, ресторанам и кафе, кинотеатрам, развлекательным центрам, и, конечно, многочисленным офисам. Человечество было молодо здесь, поэтому часть системы была не отлажена, особенно в связи с чрезмерно быстрым развитием технологий. Таким образом, некоторые вещи ещё просто не устоялись в городе.       Выйдя с футуристичного вида аэровокзала, мы с Руби потратили остаток дня на то, чтобы разыскать приличную гостиницу. Нам удалось найти номер с двумя небольшими комнатами под отдельные спальные места. Большего нам не требовалось. Голограмма администратора и электронный терминал, по мановению руки этой самой голограммы выдающий пропуска меня уже почти не смутил.       Если говорить о населении города, то спальные районы располагались в юго-восточной части Вейла. В центре людей было умеренное количество, хотя по вечерам, со всеми блестящими вывесками и заглянувшими на отдых жителями столица действительно напоминала крупный мегаполис.       Время мы проводили весело — посетив пару кинотеатров, наевшись мороженого, заглянув в пару изобразительных галерей, мы не скучали. Поскольку фольклор человечества был построен на Гримм как на главном антагонисте, то в киноленте и на картинах эти чудища возникали повсеместно. Между прочим, уровень спецэффектов благодаря Праху был на очень высоком уровне. Голограммы в кино были уровнем повыше, как и реалистичные декорации, очевидно, сгенерированные тоже при помощи Праха. Об этих технологиях я мог только догадываться, но мне в любом случае понравилось. Это были интересные впечатления. *От launch (англ.) запускать.