Эту тьму несу с собой.

***

Вей Ин устал. Он истощен. И ненавидит себя. Он хочет умереть, но сам убивает. Сянь-Сянь хочет объятья шицзе и взрывного шиди Чен-Чена. Но действительно ли он хочет этого? Но Старейшина Илин вновь использует Ченьцин и помогает душам выпустить свой гнев. Старейшина Илин слушает истории ушедших, плача внутри, и ухмыляется злобно снаружи. Старейшина Илин держит жестокой рукой Тигриную Печать и не позволят своевольничать. Старейшина Илин никогда не улыбается. Сянь-Сянь не может улыбнуться. Кто он такой?

***

Курганы… Изменились. Место, куда он и не думал возвращаться становиться единственным местом, где он (они) в безопасности. Место, прогнившее ненавистью падших. встречает их… Как ребенок? Остатки клана Вэнь смотрят загнанно, но одновременно с надеждой. Они не хотят снова боли. Боли, которую им причинили за то, что носят фамилию Вэнь.

Снова шепот. Снова крики. Но на этот раз… Есть слова не наполненные яростью. Гневом.

Первый смех Вэнь Юань. Для него А-Юань Страх проходит в глазах людей. Теперь искренняя благодарность. Это помогает вставать и не опускаться снова в пучину беспамятства. Шепот душ, ушедших, затихает. Их постоянные истерики слишком утомляют. Новые люди, его люди на него полагаются, он должен их защитить. Вэнь Цин. Вэнь Нин. Вэнь Юань. Сянь-Сянь внутри Старейшины Илин робко тянет руки в сторону новых людей. Обрывки человеческих эмоций снова начинают в нем зарождаться. Старейшина Илин. Вэй Усянь приподнимает уголки губ в маленькой улыбке, прижимая к себе Малыша Юаня. Может быть все не настолько плохо.

***

Цзян Чен пришел. Прости мой маленький братишка… Но я не отступлюсь… Скажи всем, что… Решение принято. Нет сожаления. Лишь вера, что теперь ордену Цзян не доставят хлопот из-за действий Вэй Усяня. А пока нужно посадить редьку! И вместе с редькой малыша Юаня, так он вырастет быстрее. Правда-правда, А-Юань! Сянь-гэгэ не обманывает! Улыбка пусть и достаточно пустая в своей сути провожает гостя до самых границ.

***

Мертвые слышат. Они слышат и видят суть людей. Их волю, их решение, их поступки… И новый мастер поразительно прекрасен. Его душа прекрасна. Чувства, стремление, личность, принятие всех своих грехов. В нем нет тщеславия. В нем нет мертвого отчаяния. Это поражает.Он силен. Но он… Не требует силы ради власти. Он усмиряет. Не прогоняет. Дает шанс. Тени сливаются с горой, считая ее уже не темницей, а домом. Их храмом. Демоны обретают материальность. Но она не мучает их. Нет желания поглощать. Нет голода. Взгляд, наполненный смешинками ласкает теней, обретшие тела. Тени и люди. Без хаоса боли и страданий. Это дом. Тени скрывают. Тени защищают. Тени обретают форму. Тени преклоняют колено перед своим благодетелем.

***

Чужак. Прочь. Прочь. Помеха! Враг! Мягкое поглаживание. Он может помочь Рычание Он отвергает дом! Он хочет его разрушить. Он скоро уйдет. Лань Ванцзи в тот вечер не смог зайти в пещеру. В тот день Вэй Ин вернул Вэнь Нина к жизни.

Наша благодарность.

Теплая улыбка. Счастливый смех. Человек в белом уйдет, потому что тот, кого он любит счастлив, и в этом счастье нет его. Тени насмешливо смотрят на его уход. Старейшина Илин снова стал Сянь-Сянем. С улыбкой, что ярче солнца, согревающую даже мертвые сердца. На короткий миг он возвращает самого себя.