Галя в стране анонов (это предположение)

Цзян Фэнмянь подобрал ребенка с улицы. Это был любимый сын его дорогих друзей, вечное напоминание об утрате и в то же время самая прочная нить между ними. На сердце было сладко и больно, злилась жена и обижался сын. Но он знал, что гнев больше показной, а А-Чэн на самом деле очень тоскует в одиночестве. Прошло совсем немного времени а в Пристани стало гораздо оживленней. Цзян Фэнмянь понял что совершил самый удачный поступок в своей жизни. Второй ребенок пересекся с ним случайно. Заклинатели Юньмэна давно охотились за бандой аферистов, торговавших поддельными талисманами и выдававших себя за даосов. У одного из них, когда его накрыли, оказался ученик. Мальчишка был тих, мил, послушен и смотрел на заклинателей в орденских одеждах завороженно. Он ждал отца — могущественного заклинателя, который всенепременно заберет его в Великий Орден. А пока старательно учился сам — чтобы поразить талантом. Научится чему-то у мошенника не было шансов, но сам Цзян Фэнмянь так удачно подходил по всем указанным параметрам… Юй была в ярости, хотя он прихватил с собой и мать мальчика, готовую перед богами свидетельствовать что ночи с ней проводил не он. Сын смотрел с каким-то снисходительным смирением, как на сумасшедшего, но молчал. Вэй Ин, хорошо прижившийся и бесстрашный, веселился. Прибавлению жильцов в главном доме искренне радовались только двое — сам Фэнмянь и его дочь. После такого дивного семейного единения как он мог сожалеть? Третий раз был внезапен, но уже как-то привычен. После почти удавшейся кражи мелкий уличный воришка отказался отпускать перехваченный Фэнмянем кошелек и повис, не касаясь ногами земли, на его вытянутой руке. Смысла тянуть время не было и, как и полагается главе, Фэнмянь скинул все дальнейшие переговоры с новым поставщиком на заместителя, а сам отбыл в Пристань. Явно не предполагающий ничего хорошего пацан отбивался молча и зло. А заорал уже позже, в небе, и уже явно от восторга. "А он знает толк" - подумалось тогда и последние сомнения исчезли. «Я с тобой разведусь» — бормотала Юй Цзыюань, спрятав лицо в ладонях, но на новую находку смотрела с неким интересом. «Я настоящую собаку хотел! Настоящую! А не это!!!» — позже орал сын, оттаскивая новичка от дерева на котором прятался Вэй Ин. Тот, покусанный и зареванный уже строил рожицы новенькому, так непосредственно отреагировавшему на внезапное вторжение в личное пространство. Вскоре появилась Яньли, притащенная за руку непонятно когда успевшим исчезнуть с места происшествия Мэн Яо. И атмосфера дивным образом перестала накаляться. Несколькими месяцами позже Цзян Фэнмянь сидел у открытого окна, читал трактат о самосовершенствовании и прислушивался к шуму снаружи. Как четверо ребятенков могли шуметь похлеще армии на марше он не знал, но кому, как не Цзяну знать о возможности невозможного? Закончив чтение, Фэнмянь степенно поднялся и вышел наружу. Вэй Ин и Цзян Чэн пытались убить друг друга, шутя конечно, Мэн Яо явно затаился где-то неподалеку а Сюэ Ян сидел почти рядом с дверью и удивительно тихо мастерил из соломы куклу. Со стороны кухонь приближалась Яньли в сопровождении служанки, несущей обед. — После еды идите, и найдите своих шиди. — сказал Цзян Фэнмянь Сюэ Яну. — Они наверняка скучают. Сюэ Ян кивнул, одним движением скрутил кукле голову и расхохотался. «Может ли быть так, что моей дочери нужна меймей?» — мелькнула мимолетная мысль и глава Ордена стремящегося к невозможному крепко задумался.