Галя в стране анонов (это предположение)

- На. Жри. Да не меня! Семки жри и слушай сюда. У Цзинь Лина все было хорошо. У клана Цзинь все было хорошо. У клана Не все было хорошо. - тут Цзян Чен поморщился от рева и, на всякий случай, шибанул гуля Цзыдянем еще раз. Тот взвыл уже обиженно и отполз подальше настолько, насколько позволяла цепь. - Даже у Вэй Ина с этим его... Все было хорошо... Жили они долго, счастливо и усыновили троих детей. Я усыновил четверых, ибо нечего тут!.. И у всех все было хорошо! Гуль повел глазами, как будто пытался их закатить, но невыразительная мимика мертвеца не позволяла выразить все в полной мере. Цзян Чен оскорбился и озлобился. - У Лань Сиченя тоже все было хорошо. Он прожил в уединении семнадцать лет, потом вышел в мир и отправился странствовать. А вернулся еще лет через тридцать и с новыми томами мелодий. Все говорят что томов было три, но чую их было больше и в основном они шли прямо под замок. Почему чую? А ты б его видел... А еще говорят он женился. Но жену в клан не приводил ни разу. Говорил что-то про свободу. Он вообще полюбил говорить, знаешь? Гуль пожал плечами и отвернулся, якобы демонстрируя безразличие. Но Цзян Чен знал что он проверяет, можно ли расшатать цепь. Расшатать цепь было нельзя, Цзян Чен не первый год монстров на цепи сажал. Он придвинул миску с семенами лотоса поближе к себе и зачерпнул горсть. Почему-то гуля это сильно взволновало. Он притянул миску обратно, зачерпнул горсть семян ужасно когтистой рукой и демонстративно набил ими пасть. Цзян Чен хохотнул и откинулся на стену, разглядывая низкий потолок, исписанный барьерными знаками. - Так и жили. - продолжил он. - Жили, говорили, делали свои дела. Очень важные дела, правда. А потом умерли. И дети их умерли. И внуки... И я ушел. Цзян Чен повел рукой по лицу, как будто пытаясь оттереть от кожи грязь. - Знаешь, бессмертным в нашем мире стать почти невозможно. Но я стал. Все как по девизу - достиг невозможного! Только вот зачем?! Он вскочил на ноги и знаки на его одежде и Цзыдянь на пальце вспыхнули энергией. Гуль проворно откатился прочь, не забыв прихватить миску, и осторожно зашипел на него, успокаивающе даже, можно сказать. И Цзян Чен успокоился и снова сел на свое место. - Вот с тех пор я и странствую. Легко быть бродячим заклинателем - мало кто запоминает тебя в лицо но уважение выказывают... Когда меня в эти края занесло, я конечно думал поностальгировать, но тебя точно встретить не ожидал. Они с Цзинь Гуанъяо уставились друг другу в глаза. Гулям не нужно было моргать, но Цзян Чен был упрям. Наконец, бывший дядя его племянника снова закатил глаза. Получилось куда лучше. Видимо, заклинательские печати, призванные концентрировать в подвале ци работали достаточно хорошо. - Скоро я пойду отлавливать твоего дагэ. Раз уж ты всплыл он тоже точно где-то рядом. Гуль зашипел что-то негодующее но Цзян Чен его проигнорировал. - А потом, когда мозги у тебя встанут на место, можем и убраться отсюда. Можно вместе. А можно и порознь. Поговорим и разбежимся, в конце концов у нас мало общего. - тут Цзян Чен криво улыбнулся. - Просто бессмертным действительно не скем поговорить, оказывается.