Божество всех Змей

– "Как же глупо... все это", – внезапная мысль пронеслась в голове гигантского черного ящера. Его взгляд встречается с глазами сурового воина в обгорелой кожаной броне. Зрачки мужчины, окантованные ярко-зеленой радужкой, уже начали заостряться, а на сжатых в кулаки ладонях проступали мелкие белые чешуйки. Сейчас он даже и не подозревал, что в своей слепой ненависти, в желании любой ценой выполнить ложное пророчество, практически пересек ту черту, что отделяла "Драконорожденных" от самих драконов. Потом, когда враг будет повержен, придет осознание. Но тогда колеса судьбы окончательно придут в движение, и ничего уже будет не изменить. Все шло в соответствии с планом Алдуина. Однако, это не прибавляло древнему демону никакой радости. Монстр, некогда нареченный "Божеством всех змей", при всей своей мощи и невообразимых, попирающих логику возможностях, не мог изгнать из своего сердца печаль. Холодный разум отмечал, что своими действиями он спасает мир от разрушения и обретает долгожданную свободу. Но это не делало предательство самого близкого, что у него было к дружбе, хоть капельку легче. Хотя какая это была дружба, если одна сторона с самого начала обманывала другую? Сложись все чуточку иначе, не нависай над ним бремя "Пожирателя миров", сейчас они бы вместе смеялись, распевая глупые каджитские песенки и упиваясь медом в три горла, завалившись в какой-нибудь затхлый кабак. Или ломали ноги очередной шайке разбойников. Алдуин даже был бы рад разгрести кучу бумаг, наверняка скопившихся за время их отсутствия в Коллегии! А любой бес знал, насколько он ненавидит бумажную работу (Уж они, после очередной выходки Шеогората, бога-безумца, об этом были лично наслышаны). Но его глаза, знаменитый взгляд дракона, способный заглядывать в саму суть вещей, ясно говорили, что выбранный путь уже не изменить. Ложное, собственноручно им выстроенное пророчество полностью вошло в силу, став самым настоящим законом вселенной - при всем желании он не мог отменить своей гибели, как не мог предотвратить и восхождения нового "Мироеда". Да и если мог – не стал бы. Слишком многое было положено на алтарь свободы. Да. Алдуин никогда не был альтруистом, готовым пожертвовать собой ради судьбы мира. Чтобы спасти близких – возможно, но никак не ради полных незнакомцев, величавших его Всемирным Злом. Изначально же весь план был задуман, чтобы поквитаться с наследниками тех "Божков", что обманом заставили его предшественника выполнять свою грязную работу. Напоследок спутать им немного планы, пусть даже в большой картине это ничего и не меняло. – "Эх... Свобода, да? Ну, по крайней мере, я подарил этому миру еще несколько тысячелетий", – хмыкнул Змий, наблюдая за метаморфозами Довакина. К этому моменту о его человечности и речи не шло. Фигура пусть и сохраняла некую гуманоидность, к людям никакого отношения уже не имела. Белые чешуйки по всему телу увеличились и огрубели, принимая форму полностью закрытой и шипастой, опасной даже на вид брони. Кроме того, из-за спины монстра выглядывал толстый хвост и пара крыльев. Знаток смог бы углядеть в чешуе схожесть с официальным облачением краснокожих рогатых демонов Дремора, а кто-то более осведомленный отметил бы, что адские кузнецы использовали боевую форму драконов в качестве вдохновения. Об оружии на таком уровне речи уже не шло – само тело драконоборца обратилось идеальным клинком против своего создателя. Хотя, сейчас это не важно. Сила пророчеств этого мира была такова, что даже напади он с кривым деревянным мечом, исхода бы это не изменило. Потому, пылая праведной яростью, существо, некогда бывшее обычным пьяным преступником, когтями и клыками впилось в горло предателю. Тот не сопротивлялся, расфокусированным взглядом полуприкрытых глаз разглядывая волшебно-прекрасное, фиолетовое небо Совнгарда. Пусть это место и было создано, дабы даровать ненавистным богам еще больше силы, его красоты это не умаляло. – "Интересно..." – Подумал Мироед, – "что будет с людьми, с Империей? Хех. Не важно. Уверен, все будет в порядке. Должно быть. Война, не так давно окропившая кровью весь континент сплотит вместе как эльфийские, так и человеческие и зверолюдские племена, уж об этом я позаботился. А дальше Крейнзульфен, верный Крейн, по моей команде отправлявший в города неживые полчища и легионы демонов, сможет направить все в верное русло. А может быть, ОН сам, как последний официальный наследник драконьей крови, возглавит Тамриэль. Они справятся. Я верю в них" – УМРИ! – Взревел взбешенный полудракон, полосуя глаза врага своими бритвенно-острыми когтями. – "Хех," – было все так же апатично Змеиное Божество. – " Дж'зарго. Серана. Эйла. Жаль, что с ними так получилось. Они заслуживали лучшего, но d итоге, этот безумный мир понимал лишь жестокость. Надеюсь, их следующие жизни не будут наполнены всей этой болью" И лишь на самом смертном одре он, обращаясь в человеческую форму, посмотрел на своего первого друга и грустно улыбнулся. – Прощай, – сорвалось с губ последнее слово, и бессмертный Пожиратель Миров вновь отправился на круг перерождений. Но, как и в последний раз, это не принесло покоя. Дракон уже не видел, как его "Наследник" упал на колени, одновременно безумно смеясь и плача над трупом.