Божество всех Змей

Первым, что увидел после пробуждения, были два огромных изумруда глаз, обрамленные чем-то ярко-красным – точнее разглядеть, в силу мутившегося зрения, просто не удавалось. Первая ассоциация – "Дова?! Дракон, здесь?!", – значило ли это, что все мои усилия пошли насмарку? Я... Я не справился и боги все же получили право посмеяться последними?! Нет... нет. Этому должно быть более логичное объяснение. Успокойся. Ты – чертов Алдуин и именно ты, даже поглотив все сущее, в самом конце одержишь верх. Тебе незачем паниковать. Да. Точно. Как оказалось – и, правда, незачем. Ужасная слабость и непропорциональность детского тела быстро разуверили меня в возможной неудаче. Конечно, пока нельзя отбрасывать возможность того, что какой-то обделенный умом шутник решил запихнуть меня в тело не взрослеющего младенца, но это уже был полный абсурд – однажды, будь это через год или сто лет, я выберусь и тогда уже, всем не поздоровится. Тогда, со всей вероятностью, это красно-зеленое пятно - один из моих родителей. Как показало уже начавшее проясняться зрение – мать. Забавно. Почему именно ЭТОТ цвет глаз?! Если бы не знал ничего лучше – подумал бы, что судьба вновь надо мной насмехается. А так, пришлось списать все на глупое совпадение. А вот волосы у этой женщины были просто великолепны – густые, красивого темно-красного оттенка, но при этом, отчетливо видно, натуральные. Полуэльф? На полноценного представителя их гордой расы она не тянула – уши нормальные, а именно среди них в Орбисе* было больше всего обладателей "Нестандартных" расцветок. Хотя, с чего я взял, что в этом мире вообще есть эльфы и они хоть чем-то напоминают прошлых? Может, здесь это просто норма... или результат магических манипуляций. Только сейчас я почувствовал, что вокруг разлита, пусть и не такая чистая как в моем прошлом обиталище, но все же мана. Она вилась вокруг моей "Матери", впитываясь в ее тело и восстанавливая послеродовые повреждения. Это какой-то лечащий наговор? Видеть чудотворца я не мог – голова даже при всем желании просто не поворачивалась. Но даже с моими, совершенно зачаточными, навыками, я четко и ясно понимал – это определенно магия. Где магия – там колдуны. Где колдуны – там проблемы. А это значит, что спокойно отдохнуть мне, скорее всего, не дадут. Из огня да в полымя, чтоб меня! Но с этим всем было решено разобраться, когда вырасту. А сейчас – спать. Новорожденное тело требовало своего, и я не был намерен с ним спорить. Пусть окружающие сами за мной ухаживают. С одной стороны, это поведение совсем не подходит Мировому Злу, но с другой, сейчас я – простой младенец. И пусть только кто попробует возразить. *** Проснулся я в какой-то, еле умещающей даже мою тушку, коробке от совершенно отвратительного ощущения, будто меня одновременно с нескольких сторон приласкало ударом молота. "Коробка" эта была снабжена целым каскадом различных, построенных на совершенно незнакомых принципах, зачарований. Благо, в этом деле я хоть чуточку смыслил и общий посыл уловить смог – цель была в том, чтобы защитить вложенное внутрь, то бишь меня, от пространственных искажений и сгладить все резкие движения. Этакая подушка безопасности, чтобы у младенца при телепортации мозги не вытекли через уши. Полезно, однако. Далее меня куда-то несколько минут несли, передавая из рук в руки, а потом – положили на стол, спеленали в... не знаю, во что, но с этим убранством даже те немощные движения, и те теперь были недоступны. Моя вспыльчивая сторона, рожденная от проклятия Пожирателя Миров и закаленная в бесконечной жестокости, желала показать этим жалким смертным йорре, что значит "Гнев Алдуина". Но другая часть, та, что некогда была человеком, говорила, что мои вспышки эмоций были довольно глупы и, что более важно, необоснованны - обращаются со мной, как с новорожденным, коим я и являюсь. Ах да, "Проклятье". Делать все ровно нечего, а спать после такого пробуждения уже что-то не тянет. Потому, можно еще раз пройтись по событиям прошлого. Я не хотел разрушать мир, возвращать все в изначальное состояние, лишь чтобы сменить действующие лица спектакля. Уверен, не я один был таков. Но чтобы убедиться в непрерывности цикла, созданного богами, первый пришедший в Орбис дракон создал проклятие, выбирающее для себя одного носителя, которого со временем заставляет поглотить все сущее, а потом – и себя в придачу. Таким образом, все "Актеры" отправляются на перерождение, на месте богов рождается кто-то другой и все начинается по новой. Но какая была бы польза от обычного человека на поприще перезапуска самой вселенной? Кто бы смог победить группу практически всесильных божеств в их же Божественных Планах, на территории наибольшего их могущества? Вместилище проклятия должно соответствовать определенной планке силы. Потому, Дурак сам повесил на себя эту метку, таким образом, становясь первым Алдуином, Мироедом. Но он знал, что его наследники не будут так "Самоотверженны" (Или глупы) чтобы поставить интересы мироустройства выше собственных и попытаются избежать ответственности, прямо как ваш покорный слуга. Потому он создал несколько новых драконов из смертных, сделав их полностью равными себе, но ограничив их силы в пределах Орбиса до довольно жалкого уровня – и лишь он один, должный принести конец всему, обладал практически полными своими возможностями. Таким образом, если в будущем кто-то решит сбежать, проклятие перекинется на другого Дова. "Практически неограниченные силы", конечно, не значили, что с этой мощью я, или любой другой Алдуин, мог разрушить проклятие – все циклы, если не считать продлений с запуском Пожирателя в будущее, длились не более пары тысяч лет и за это время выйти на должный уровень умений просто не получалось. А я, между прочим, большую часть времени банально проспал. Так что же это за проклятие? Оно создает в застенках подсознания некую "Псевдоличность", основным и единственным желанием которой является всеобщее поглощение. Как только она пробуждается, от нее больше не уйти – она всегда будет там, как напоминание. И стоит лишь ослабить бдительности, как все вокруг обращается в пыль - я сам имел "Удачу" прочувствовать это на себе, лишь в последние секунды возвращая контроль над собственными силами. Но это уже не важно, перерождение должно было прочистить мне мозги. Тем временем, мать моего тела вернулась в спальню и, проговорив что-то на языке, напоминавшем бретонский говор Империи или британский английский с Земли (Точнее сказать не могу – слух еще был, мягко скажем, слабоват), обнажила грудь. А дальше последовали одни из самых странных минут всех моих жизней. *** Не буду вдаваться в детали, но такое повторялось каждый день. По несколько раз. Я спал, ел и... кхм, делал все, причитающееся обычному младенцу. Некоторые моменты были очень необычны, но, в целом, сон на протяжении большей части дня того определенно стоил. Через месяц, когда слух немного прояснился, я из разговоров и телевизионных новостей узнал, что у моих родителей и, правда, был британский акцент, а родился я на территории Объединенного Королевства. Правила сейчас Елизавета Вторая, а год был 1980 года. Мое имя - Гарри Поттер. И что-то мне во всем этом не нравилось. Память позапрошлой жизни настойчиво что-то шептала, но я никак не мог понять, что же. Так, в долгожданном отдыхе и проходили мои дни. Редкие часы бодрствования я проводил, слушая родителей и изучая новый мир. Как оказалось – у них магия была, чуть ли не бытовым инструментом. Используя какие-то палки, люди за пару взмахов и забавных слов могли вычистить комнату до блеска, приготовить еду или передать сообщение другу. Это меня позабавило, но и насторожило – без "Палок" ничего сильнее банального телекинеза никто не показывал. А если все местные маги настолько слабы, что даже не могут колдовать без посторонних артефактов? Я же, со своим поистине драконовским запасом маны буду аномалией почище вампира, решившего в полдень перекусить в городской часовне (Люди почему-то свято уверены, что вампиры это такие зубастые страшилища, что от одного вида знаков церкви наполняются неописуемым страхом, а при попадании лучика солнца – и вовсе рассыпаются прахом). *** Шли недели, а меня на опыты сдавать не спешили. У них, оказывается, есть проблемы несколько более срочные, чем мироед-недоросль. В местном магическом сообществе, скрытом от глаз общественности, разыгралась самая настоящая гражданская война. Из обычных пешек, коими являлись мои родители, ничего кроме "Мы – хорошие и за добро в пушистых перьях, а они – черное, чешуйчатое зло" я не услышал. Да и не важно. Надеюсь, к моему взрослению они либо успокоятся, либо и вовсе перебьют друг дружку. *** К концу первого полугода после моего рождения, я уже мог не только слышать и видеть, но и немного двигаться в пеленках. Достаточно, чтобы при желании их развязать, но все еще слишком мало, чтобы окончательно выбраться на свободу из этой "Кровати-тюрьмы". Но и этому я был счастлив... как ребенок, хе-хе. Это ничего, в целом, не меняло, но после стольких дней в качестве пленника собственного тела, было довольно освежающе просто подвигать ногами. На волне радости я даже простил маме все "Кормления", а собственной физиологии – "Неожиданности", свойственные младенцам. Впору было бы запеть - это я умел чертовски хорошо, но даже говорить-то толком не получалось. А потом, когда меня в очередной раз выносили в гостиную, отец зачем-то остановился у зеркала – поправить волосы. И я увидел свое отражение. С округлого лица на меня смотрели ЕГО глаза. Все счастье как ветром сдуло. Вновь захотелось выплеснуть все эмоции в песню, но на этот раз – песню о всеразрушающем пламени, что выжжет до угольков как минимум этот квартал, а еще лучше – и ближайший город в придачу. С этим нужно было что-то делать. Нет, не с эмоциями – они-то улеглись достаточно быстро. С глазами. Я НЕ СОБИРАЮСЬ терпеть такой издевки. Потому, придется немного поднапрячься и постепенно сменить их на мой "Драконий" вариант. Да и проблемы с далеко не идеальным зрением это должно будет исправить. А на последствия – плевать. Препарируют, как неведомую зверушку – начну заново в другом мире. Велика беда. *** Сказал – сделал. Еще через пару месяцев я красовался кроваво-красными зенками с вертикальными змеиными зрачками. Благо, вторая "Особенность" проявлялась лишь при включении аналогов "Ночного" и "Аурного" зрения, а в обычном состоянии зрачок мог довольно успешно мимикрировать под свой человеческий аналог. По такому поводу родители даже вызвали некого "Колдомедика" – рыжего, низкого и полноватого мужчину в летах, который, поводив надо мной своей палочкой, пробурчал что-то насчет криворуких магов с их наследиями и постановил диагноз: – Здоров ваш Гарри... но, у вас случайно в предках химерологов не было? – Нет, – взяла слово мать, – я – магглорожденная, а семья моего мужа всегда была на светлой стороне. – Ну что вы, дорогуша, – по-доброму улыбнулся доктор. – Даже сейчас химерология и магия жизни не запрещена, если используется на животных или собственном теле. А еще каких-то сто лет назад ее повсеместно использовали что "Светлые", что "Темные". – Это сейчас не важно, – нахмурился обеим сторонам отец, – что с Гарри? – Что правда, то правда, – покивал пожилой мужчина. – Но, как я и сказал, с вашим мальчиком все в порядке. Более того, с этим даром из него определенно вырастет отличный маг. "Глаз саламандры", как его окрестили в народе за цвет, это довольно распространенное и совершенно безобидное улучшение, позволяющее видеть потоки магии. Так значит, они эти потоки не видят? Как интересно. В Орбисе это была очень распространенная способность – перед тем как обучаться первым заклинаниям, маги должны были уметь видеть, что и как они делают. А в мире, где колдовать, в теории, может абсолютно любой, самыми начальными заклинаниями часто владела даже совершенно необразованная деревенщина. Конечно, ничего серьезного, но зажечь камин или залечить небольшую царапину хватит. Потому, учитывая количество зачарованной утвари в этом доме, отсутствие магического зрения становится все более удивительным. Но, вскоре взрослые отправились в гостиную обговаривать цену каких-то своих зелий, а я вновь заснул. Тогда я не помнил, что должно будет случится через полгода, на Хэллоуин.