Повелители стихий

Ребята шли не сплошной толпой, а небольшими группками, которые, впрочем, не отдалялись друг от друга. Братья с сестричками шли вместе, тихо переговариваясь. Миша нес Уипи на плече, рядом с ним шли Саша, Катя и Алекс, которые периодически умилялись малышом пожирателем. Анико с Мульчем шли на некотором расстоянии от остальных. - ...Как думаешь, удастся? – подняла Анико глаза на Мульча. - Ну, это сложная миссия. Я почти уверен, многим не пережить ее. – сказал Мульч. Анико вздрогнула. - И ты говоришь об этом так спокойно? Почему, Мульч? - В конце концов, все мы смертны. Но есть и утешение. Как ты думаешь, сколько всего миров? - Два, наш и – она кивнула в сторону Миши, Кати и остальных. – их. - А вот тут ты не права. Есть еще третий мир. Мир ангелов и демонов. И это не легенда, это чистая правда! Туда все попадают после смерти. - Но ведь они все равно не возвращаются! - В этот мир могут и вернутся. Если станут ангелом или демоном. - А если опять умрут? - Вот этого я не знаю. И вообще, хватит на похоронные темы! Поговорим о чем-нибудь другом. *** - Слушай, - спросила вдруг Нита. – а почему Тори всегда такой... Кий резко обернулся. - Какой? – задиристо спросил он. С его волос упала искорка. - Организатор. Всегда так ведет себя так, как будто он тут главный. - Ну, так уже получилось. Талант у него, организаторский. Он с самого начала так себя вел, никто не возражал. Так и пошло. Некоторое время они шли молча. Потом Нита снова спросила: - Вот я заметила, что вы с Тори очень похожи. На первый взгляд не видно, а если приглядеться... - А с чего вдруг ты к Тори приглядывалась? - Ой-ой-ой, придира. Ну, рассказывай! Кий попробовал пригладить свои рыжие патлы. Немного погодя он ответил: - Ладно. Только никому ни слова! *** Через несколько часов остановились на ночлег, так как в лесу темнело рано. Минерва с Богданом быстро вырастили шалаши, Нита с Кием развели костер. Наспех поужинали, а потом потихоньку разбрелись, оставив Марию с Тори сторожить лагерь. Коц сразу ушел куда-то в заросли. Миша заметил это и решил проследить за ним. Он тихо шел позади него, а когда Коц вышел на опушку, остался в зарослях наблюдать. Коц встал в стойку, и резким ударом ноги вырвал из земли какой-то камень. Потом еще один, поменьше. Большой камень он положил на траву, а маленький начал вертеть в руках, старательно вытирая пальцами. Не прошло и двух минут, как невзрачный маленький камушек превратился в настоящий алмаз, а в большом Миша, присмотревшись, узнал золотой самородок размером с картошку. Миша удивился: и что же Коц собрался делать? Тем временем Коц положил уже принявший правильную форму бриллиант и взял в руки золото. Он разорвал его на две части, и, взяв меньшую, начал мять ее в руках, как пластилин. В его руках на глазах вырастала тончайшая филигрань, перстень необычайно тонкой работы. Закончив, он бережно взял в руки камень и вставил его в оправу. Потом он положил кольцо на траву и замер, любуясь своей работой. Тут Миша вылез из кустов и сказал: - Ну ты даешь! Красотища! А это для кого? Коц вздрогнул и обернулся. - А?.. Да ни для кого... Так, для себя... Потренировался... - Для Сашки, да? – понимающе протянул Миша. - Как... откуда..? - Значит угадал! – с удовольствием констатировал Миша. Он еще никогда не видел Коца таким растерянным, да и сам был обескуражен не меньше него. Он – такой здоровый бугай – и вдруг Сашка? Хотя всякое может быть – противоположности притягиваются. – А как ты задумал его передать? - Да не твое дело! – вскипел Коц. - Спокойно, не кипятись, хороший человек всегда влипнет, с кем не бывает! Я только спросил. В шалаш хотел подложить? Коц засопел. Потом глянул на Мишу исподлобья (что выглядело крайне странно, так как он был выше Миши на полторы головы) и сказал: - Ну да. - Да она на него ляжет, в темноте подумает что это острый камушек, и выбросит! По-моему, лучше открыто отдать. Ну, или, на крайний случай, попросить кого-то передать. - Точно! – хлопнул себя по лбу Коц. – Передашь, а? - Ты что, дурак? Она ж небось подумает, что это я сделал. Я ж тоже землей владею. Надо какую-нибудь девочку. - Да? Думаешь? Тогда надо попросить Анико. Она не болтает и не спрашивает лишнего. - Окей! *** Алекс отошла от лагеря, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Что же случилось тогда, днем, на поляне? Что произошло? Алекс не имела ни малейшего понятия. Но Тори, похоже, знал. Надо будет спросить у него. Придя к такому выводу, Алекс немного успокоилась. Она присела на траву, синюю в сумерках, и подумала: чем бы заняться? Ей вспомнилась сказка про Алису. Сплести что ли венок? Но для этого надо встать. Пойти. Нарвать. Одуванчиков. Алекс вздохнула. Вставать не хотелось. Да и где тут взять одуванчиков, она понятия не имела. И вдруг... то ли она услышала какой-то шорох, то ли это была интуиция, но она быстро упала и покатилась по земле. Позади нее раздался звон. Она обернулась, и увидела воткнувшийся в землю нож с широким прямоугольным лезвием, как у мясника. А из зарослей вышел здоровый верзила в плаще с капюшоном – антистихийник. Он занес второй нож, но то ли рука у него дрогнула, то ли еще что-то, но нож опять пролетел мимо. К тому времени Алекс уже опомнилась. Она вспомнила про свою силу, и успокоилась. Большой опасности не было. Она встала и сотворила себе меч из света. Бугай-антистихийник усмехнулся и свел руки вместе. Между его пальцами засверкали молнии. Алекс приготовилась к схватке, но в это время послышалось сдавленное рычание. В следующую секунду на антистихийника кинулась какая-то фигура. Он пытался сопротивляться, но это ни к чему не привело – существо растерзало его меньше чем за минуту. Тело начало медленно растворятся. В этом мире был такой порядок – после смерти тело исчезало. Перед напуганной и обескураженной Алекс стояло странное существо. Больше всего оно напоминало волка, вставшего на задние лапы и напялившего брюки из мешковины и грязно-бежевую распашонку. Правда, шерсть волка была не классически-серого цвета, а светло коричневая, скорее даже цвета кофе с молоком. Существо понемногу становилось все больше похоже на человека. Через пол минуты перед Алекс стоял ухмыляющийся мальчишка ее возраста с волчьими ушами и хвостом. У него была смуглая кожа, волосы до подбородка того же цвета, что и шерсть у волка, торчащие во все стороны отдельными прядями, как у персонажа манги, и глаза цвета лакированного дерева. Алекс нерешительно произнесла: - У тебя кровь на губе. Волчонок молча облизал губы, не переставая улыбаться. Алекс сказала уже смелее, даже с нотками наглости: - Тебе не надо было вмешиваться, я бы и сама справилась. - Могла бы просто поблагодарить! Голос у него был низкий и чуть-чуть гортанный. Волчок спросил: - Ты из того лагеря неподалеку? Я видел вас, когда вы утром шли через лес. – он многозначительно кивнул и продолжил. – Ты неплохо дерешься. - Спасибо! – как модно въедливей сказала Алекс. От мальчика это не укрылось. - Ты злишься? За что? Я же помог! Кстати... – он посмотрел на Алекс трогательными собачьими глазами. – У вас есть еда там, в лагере? Всем известная истина: лучший способ расположить к себе особу женского пола, это разжалобить ее. - Бедный! Ты голодный? Пойдем к нам в лагерь. Они довольно быстро пришли обратно в лагерь. Все уже собрались, и как раз ужинали. У волчонка загорелись глаза при виде еды. Алекс быстро рассказала о своем новом знакомстве. По ходу рассказа выяснилось, что мальчика зовут Вольф. Когда Тори открыл было рот для нового вопроса, Вольф жалобно посмотрел на него, потом на мясо, потом снова на него. Тори засмеялся: - Ладно, ешь, вопросы подождут. Вольф радостно взвыл, закатил рукава по самые плечи и ухватил самый большой кусок мяса. Тут все как по команде шарахнулись от него. И понятно – на его предплечье виднелась ладонь с глазом в центре! Вольф вздохнул: - Ладно, к стенке меня! Я был антистихийником, да, б ы л ! Но я им больше не являюсь! - Разве так бывает? – подозрительно спросил Тори. - Редко, но бывает. Для этого нужно разорвать связь с... – он побледнел от злости. – этим иродом, этим недодемоном, этим олухом, этим... этим... – он понемногу успокоился. – В общем, вы поняли, кого я имею ввиду. Не многим это под силу. И кроме того это не совсем знак антистихийников. – он растянул пальцами кожу на предплечье, чтобы всем был лучше видно знак. И правда – и ладонь, и глаз были черными как смоль. Мария наклонилась к Тори: - А ты ему веришь? - Не очень. Ну, нас много, он с нами не справиться.