Пересечение диагоналей сновидений

Меня тащили два головореза в шлеме под руки в сопровождении принцессы. Лучники целились в меня, как будто я мог их силой мысли прикончить, и на этот случай готовили мне сюрприз в виде потока стрел. И тащили ко дворцу насильно, что запрещено законодательством! Остальные воины покорно следовали за гордячкой-принцессой. Баку-Ор шёл рядом и настороженно оглядывался по сторонам: выискивал следы Демона. Уж я бы не хотел столкнуться с ним… вживую. Мне достаточно моих снов. «Не волнуйся. — Баку дотронулся до моего плеча. — Если произведёшь впечатление на короля, он не будет тебя сильно мучить». — А как это сделать? — спросил я, слабо веря, что простой парень, как я, произведёт на него впечатление. А заодно и смогу убедить, что я из другого мира. «Постарайся не ёрничать. И будь мягок. Спокойствие — твой главный друг, а волнение — верный враг. И не осуждай его взглядов». — Но если он скажет чушь? «Это Его Величество. И он никогда такого не скажет. Попробуй договориться с ним. Приведи доказательства. И всё будет хорошо». — Вы уверены, Баку? «Как весну каждую цветёт вишня, так и я уверен, что настанет солнце и для тебя, Эйден». Как много времени он потратил на придумывание этих всех пословиц и поговорок? Пока с ним никто не общался, что ли? Ему бы книгу написать. — Авелайа со мной не говорит, — буркнул я. «Она делает вид, что раздражена, — открыл мне глаза Баку. — Она лишь волнуется, что ты окажешься прав. Поверь, что она заговорит, как только мы придём. И прошу ещё об одном: первая заговорит принцесса, не вздумай перебить или поправить её. Это — высшая мера неуважения к наследникам. И всегда говори с её разрешения, если она то дозволит». Авелайа, разумеется, не могла понять нашего разговора. Как и прочесть мою полную грусти мысль, что меня ведут прямиком в осиное гнездо на растерзание. И, что есть самое главное в этой идее, она не испытывает никакого стыда от этого! А мне думай, как выпутываться! Даже Баку-Ор не может ничем помочь. Правильно. Чем поможет друид-отшельник, который толком и говорить-то не умеет? В ночной мгле начал прорезаться свет. Жаль, что нет на носу очков: слишком расплывчато всё. Но даже так я смог увидеть золотистые блики вверху и нечто, похожее башню. Я развернулся к Баку-Ору: оно. Авелайа повернула прочь от загадочных башен, которые я толком рассмотреть не смог. Как я ни старался приглядеться, детали запомнить не смог. Они запечатлелись у меня в памяти узкими карандашами, на конце которых желтели блики. Я думал, что это своеобразный дворец. Но Авелайа шла вовсе не туда. И не оглянулась. — Баку. — Друид тронул моё плечо. — Что там за башни? «Королевские темницы, — ответил Баку с лёгким прищуром. — Здесь нечего скрывать». А… Я тут же пожалел о своём вопросе. Темницы. Ну, что же. Во всяком случае, я рад, что мы туда не наведались. Хотя уверен, что у Авелайи до сих пор есть мысль посадить меня под замок. Вскоре я стал различать контуры другого здания. Тёмный камень, сливавшийся с ночным мраком. Окна, занавешенные дорогим тюлем. Тяжёлые железные двери. Конечно же, не без скрипа открывшие нам проход внутрь. Там нас поджидала ещё кучка стражников, встретивших принцессу с почтением и поклоном. А меня едва не расстреляли. Авелайа их успокоила и повела за уздечку пленника. Двор был… просто невероятно огромен. Я чуть не свернул себе шею, чтобы посмотреть в бок и поискать где-нибудь там угол. Не нашёл! Только темноту и круглые плямбы факелов, падающих на пол. Увидеть бы этот двор днём… Наверняка здесь красиво. Раз это дворец, значит, может позволить себе король фонтаны и прекрасные сады, как у арабских шейхов. Я не прав? Мы зашли под свод, больше похожий на навес, защищающий от дождя. Запахло лимонами и апельсинами, а ещё, кажется, пряными булочками. Где-то заскрипели дрова, а на коже приятно ощутилось тепло. Я забегал глазами в поисках этого прелестного источника — но всё лишь упиралось в узкий проход. Тёмный, будто в подвал. — Только не говори, что это парадный, — сказал я скорее принцессе, чем Баку. «Если тебя проведут по парадному входу, возникнут вопросы. Не лишним будет провести тебя через кухню». Кухня. Как же я не подумал. Пахло-то едой! Интересно, эти инопланетяне едят то же, что и мы? Или вдруг ни с того ни с сего начнут мозги людей пожирать без хлеба?.. Нет, а кто знает!.. Просто я вегетарианец… в таких случаях. Меня втолкнули в проход первым и пригвоздили к стене. Затем вошла принцесса и позволила стражнику сделать ей поклон. Тьфу, не нашли иного места для развлечений. После меня повели далее. Я споткнулся, когда мои ноги в очередной раз заплелись, и Баку шепнул: «Осторожно, лестница». Спасибо доброму старику. Я принялся наугад поднимать ноги, ведь сослепу подниматься по незнакомым ступням довольно трудно, нежели ориентироваться страже на знакомой местности. Они, как рыбы в воде, и без факелов вполне себе спокойно шли. Особенно те, что сзади. Я про лучников, которые без промаха и в этой темени мне в спину зарядят, если я шелохнусь. На кухне горел свет. Кухарка сидела в импровизированном кресле, созданном из кучи коробок, и читала некий роман: судя по её мимике, это был точно роман о Ромео и Джульетте, минимум. Это была полная женщина в грязном засаленном фартуке с белым чепчиком на голове, прикрывающим волосы. Как только мы вошли, она в спешке отложила книгу и вскочила. «Возьми», — повесил мне что-то на шею Баку. — Что это? — спросил я. «Это не по правилам. Но пока он у тебя, ты будешь нас понимать». — А, принцесса, — нервно принялась отряхивать фартук она. — Добрый вечер, я просто… Надо же! Работает! — Нэла… здравствуй. — Принцесса даже не в духе была, чтобы выразить эмоции. — Который час? — Два лучного часа, госпожа. — Взгляд кухарки перешёл на меня. — А кто… — Гость. Будь добра, не разглашай о его присутствии. — Хорошо, — поклонилась кухарка. — И, Нэла… Приготовь настойку из листьев ахбара. — Слушаюсь, принцесса. Сказав это, мы по команде принцессы покинули тёплую и гостеприимную кухню, наполненную ароматом курицы, пряностей и свежих апельсинов. Я всё ещё наслаждался ароматами, пока меня вытаскивали из обители кушаний. И с завистью смотрел на очаг, в котором кипел, наверное, суп в котелке. Мы поднялись по ещё одной лестнице и уже оказались в светлом коридоре. Через каждые десять футов по правую и левую стену стоял стражник, с которым учтиво разговаривала Авелайа, принуждая не разглашать нашу тайну. Странность коридора была лишь одна: окно было в самом верху, над потолком, и проникал туда лунный свет, в то время как тени падали отовсюду. И пока ты шёл по длинной улочке, разглядывая массивные канделябры и висевшие портреты древних королей, ты не мог не обращать внимания на десятки теней, преследующих тебя. «Зал Призраков, — пояснил Баку. — А то, что ты видишь — призраки бывших королей». Успокоил! Теперь я спать не буду! И буду ли вообще? Пройдя Зал Призраков, мы свернули налево. И оказались в обычном коридоре. Без всяких теней и прочей гадости. Разве что в тёмном и мрачном. Потому что без окон. И Авелайе пришлось зажечь факел, висевший на стене как раз для таких случаев. Мы шли по старинному красному ковру, по ощущениям похожему на алую замковую траву. И от этого создавалось впечатление, будто и это место наполнено неким волшебством. Авелайа оставила один факел и взяла другой, для следующего коридора. Такого же тёмного и мрачного. Но, к сожалению, ничем не примечательного. Здесь не было ничего такого, что могло бы привлечь мой пылкий ум или трепетное любопытство. А вот следующий — позабавил. Огромный бюст, возвышающийся прямо посреди зала. Огромный, не передать словами. До потолка. Мы, конечно же, его обошли, но я задирал голову и не смотрел себе под ноги, чтобы чубчик и корону этого дяди увидеть. Баку сказал, что стыдно — пялиться так на короля. Но Он не мой-то. Мне не стыдно. Ещё он сказал, что в будущем здесь будет бюст нового наследника. На мой вопрос, куда денут этот бюст, он не ответил. Наконец! Не прошло и полночи, как мы добрались до лестницы, вымощенной цветным мрамором. Возле неё и остановились. Любопытство тут же дало сбой, а инстинкт, сопротивлявшийся и всеми способами давивший на жалость, вдруг заговорил со мной. И сказал: «Лучше начать делать умный вид». Ибо трон короля, коего я так ждал и искал, был прямо вверху, в конце каких-то двадцати ступенек. Вся стража живо припала на колени и опустила глаза вниз. Авелайа и Баку повторили поклон, но их лобызания пола отличались грацией и манерностью, а также некоторой медлительностью по отношению к такой важной персоне. Что же. Припал и я! — Встань, дочь моя, Авелайа, — эхом отдался в тронном зале жуткий голос. Авелайа поднялась и искренне улыбнулась. Её глаза сияли родительской любовью к отцу. — Встань, Баку-Ор, друид в девятом поколении Оров. Баку-Ор встал, отряхивая свои лохмотья. — Встаньте, воины. Железный народ встал. Заскрипел натянутый лук: и я снова на мушке! — Ну, а кто ты? — Я… ну… я… Эйден… Ваше Величество. Вот так и знакомятся с королями! Называется, скромность! — Что хочет от меня этот простолюдин? — Отец, — заговорила Авелайа. — Он не из наших краёв… — Если он не из нашего племени, ему место выпрашивать милостыню на улице или клянчить в своём племени звона монет. — Нет, отец, всё совсем не так… Пойми, отец, Эйден… выходец из другого мира. Он пришёл к нам из Врат ночью. Явился на поле боя, когда мы ловили Демона. Он не похож на него, но это так, правда. Авелайа и сама не верила в то, что говорила. А потому обернулась к друиду, и во взгляде её проскользнула великая боль. Сказанным она только что запятнала имя благоверной дочери и принцессы. И просит, чтобы тот, кому поверят больше всего, и тот, кто разбирается в деле этом лучше, объяснил. Баку-Ор поднялся по ступенькам к самому трону. Два стражника, одетые во всё золотое, напряглись. Но король махнул рукой: отставить. Я снова не смог разглядеть его лица, лишь его сиреневую мантию да белые рыцарские доспехи, словно то не из железа, а из платины. Баку-Ор дотронулся до плеча короля. Некоторое время он молчал, и напряжение в тронном зале нарастало. А брови, постепенно оседающие на переносице короля, не предвещали ничего хорошего. Особенно для меня. Вот он взглянул на меня, как на побитую собаку. Затем смирил так, будто я не я, а мусор. А сейчас — какое-то непонятное существо, демон. И снова, новый взгляд… Будто собирается на месте прикончить. Пожалуй, три другие варианта были лучше намного. — Что это значит, Баку-Ор?! — взревел он наконец. — Что означает «видеть вещие сны»?! Авелайа захлопала глазами так, как будто услышала первый раз, и воззрилась на меня. А я крутил в руках то, что дал мне друид. И никак не успокаивало! Это оказался плоский камень, разукрашенный слегка по-детски с прилепленной травой и куском бечёвки. — Нет, Баку-Ор! Не могу поверить! Как я могу… Что? Почему?! Хорошо. Давай поговорим. Эй, ты! Я откликнулся, чуть не гавкнул — его зов был слишком убедителен, чтобы не отреагировать. — Как сюда попал? Какие сны видел? Что о нас знаешь? По порядку. — Я попал сюда через Врата, — начал я. — Точно не знаю, как они там создались… Но попал через них! Я знаю, что ехал на машине, а потом нас сбила вспышка. Мои друзья остались в другом мире, моём, а я отправился сюда за похищенным… другом. — Пусть будет так. — Потом, сны. Я не очень хорошо помню, что я видел. То есть, конкретно. Просто, кого убивает Демон. Демон и ещё раз он. Он убил девочку из соседнего дома. Альфонса какого-то. Женщину и мужчину, не знаю, кто это. Человека в шляпе, он играл на балалайке, а тот подкрался и… — ВСЁ, ХВАТИТ! — вскричал король с трона. — Довольно с меня сказок! Я замолчал. Авелайа выглядела спокойно, но глаза выдавали с головой: хана мне. — Я понял, кто ты, — устало вздохнул король. — Ты лжец и шпион. Тебя заслали, чтобы ты нашёл наше слабое место. Ты сыграл на нашей первой слабости — Демоне. Ищешь второе, да? — Да ничего я не ищу, эй! — Несмотря на запрет не дерзить, я делал обратное. — Как ты смеешь дерзить мне?! — Я же говорил. — Ваше Величество, я говорю чистую правду! Баку-Ор, видимо, попытался что-то сказать, но король уже не слушал: — Нет, старый дурак! Он провёл тебя! Разве не видишь, что у него на морде написано?! Эта лесть и разгильдяйство — лишь маска! А за ней… простодушие и лицемерие! Как только он узнает все наши секреты, он использует их против нас! — Да я же… — Откуда мне знать, вдруг ты и есть Демон?! Авелайа, где он появился? По её глазам я понял, как не хотела она отвечать на этот вопрос. Но вынуждена была: — На поле битвы. Сразу после того, как сбежал Демон… — Вот! Что и требовалось доказать! Преступник! — Я не преступник! — в открытую возмущался я. — Я и сам не рад, что попал сюда! И вы разве не видите, как я одет?! Моя одежда — кто из вас так ходит?! И телефон… — Я порылся в карманах в поисках мобильного… но вспомнил, что оставил его в микроавтобусе. Вместе с планшетом, которому крышка. Из доказательств разве что… — Вот! Смотрите! Я дал всем внимательно рассмотреть наушники. Да, это экзотика, ребятки. Но удивляться спешила пока что стража. А король и Авелайа оставили любопытство при себе. Баку-Ор покачал головой мне со стороны трона… и я понял, что игрушку лучше убрать. — Это твоё новое оружие?! — рявкнул мне король. — Так ты собираешься сокрушить наше племя?! Тогда сразимся! Ты и я, на мечах! — Отец! — Авелайа вдруг топнула ногой, как непослушная дочь. — Это уже чересчур! — Молчи! Я решаю, что произойдёт, а чего — нет! — Но… — Авелайа!!! И та потупилась: — Да, отец… — Ты примешь вызов! — тем временем обращался король ко мне. — Ты сразишься со мной на мечах! Я, Король Фирхъ-Данда, Аркхал III, вызываю тебя на дуэль, Эйден, шпион! — Позвольте мне всё же назваться Эйденом из другого мира и человеком, который видит вещие сны, — склонил голову набок я. — Будь по-твоему! Тогда при моей победе наступит смерть Эйдена-шпиона. — А при моей победе вы выслушаете меня и поверите… Хотя бы постараетесь! — давил сок дальше я. — Дуэль принята! Марти! — Да, Ваше Величество? — Откуда-то выскочил хлипкий юноша. — Клинки Справедливости! — Так точно, Ваше Величество. Это что ещё за фокусы такие? — Что это за Клинки? — шёпотом спросил я у Авелайи. Она ответила не сразу. Была погружена в свои мысли, потому пришлось переспрашивать. — Это Клинки, зачарованные первыми королевскими друидами… Говорят, их магия так сильна, что ни один не может ей сопротивляться. На них так и высечено: «Справедливость карает всех»… — Но я ведь не умею драться! — вспыхнул я. Вместо этого Авелайа, которой глубоко по барабану мои волнения, развязала мои руки. Вскоре Марти принёс на подносе под салфеточкой Клинки. Рывком сдёрнув, он протянул королю поднос. — Первый — Эйден-шпион! Возьми Клинок! — словно секундант на дуэли, объявил Марти. Я подошёл и взял Клинок с подноса. Уж теперь я смог разглядеть усталое и морщинистое лицо короля. Сухое, бледное, как старая пергаментная бумага. Под глазами синяки, будто тот не спит ночами. Тонкие сомкнутые в длинную линию губы. И зачёсанные тёмные волосы. Клинок был велик. Красив. Сверкало лезвие, и мерцала золотистым светом рукоять. А посреди серебряного лезвия, и правда, что-то написано на их языке. Однако стоило коснуться рукояти, как загорелись пальцы, словно я сунул их в огонь. При всех я едва ли не заорал: «ЖЖЁТСЯ!». И не выбросил Клинок. Мне пришлось терпеть эту муку, чтобы не казаться слабаком на людях. Я терпел не ради себя, а ради других. — Авелайа! Я драться не умею! — пытался достучаться я, сжимая рукоять дрожащими руками. Принцесса на меня не смотрела. — Согласно закону, король имеет право выбрать аватара от своего лица, — к чему-то сказал Марти. — Второй — Авелайа, принцесса Фирхъ-Данда, наследница трона! Возьмите Клинок, пожалуйста! Я не верил своим ушам. Казалось, сплю. Но нет, это была реальность. Авелайа медленно тронулась с места и поднялась по ступеням. Приняла Клинок и поклонилась. Зачем он вместо себя дочь поставил? Не хочет на мне злость сорвать? — Дуэлянты, станьте напротив друг друга! — скомандовал Марти. Тут же воины очистили нам свободное пространство, и мы смогли подальше друг от друга остановиться. Я в одном углу, а принцесса — в другом. — Ваша задача — битва до последней крови. Поражение Первой стороны — убийство. Поражение Второй стороны — пощада. Так?.. Король кивнул. Кивнул и я. Ведь это я так поставил условия, что король остаётся жив… Ведь я не маньяк, чтобы его убивать просто потому, что он мне не нравится! И вообще, пусть таблеточки попьёт! У кого-то из нас тут — параноидальная шизофрения! — Авелайа, я не умею сражаться на мечах, — с мольбой и чуть не слезах просил я. — Пожалуйста… — Клинки Справедливости знают своё дело, — сухо ответила принцесса. — Если ты не виновен… ты не умрёшь… — Пожалуйста… — Начали! Не успел я сосредоточиться, а Авелайа уже набросилась на меня. Я выставил Клинок вперёд — девушка легко отбила его и пнула меня в живот ударом колена. Поскольку я не знал ни одного приёма боевых искусств с мечом или Клинком, это было заранее обречено на поражение. Но неужели все знания компьютерных игр напрасны? Меня отбросило в сторону. Подкатило к горлу от боли, причинённой железным наколенником. Меч я не выпустил, как она ни старалась. И усмехнулся, что продержался даже секунду. Прихватил с собой остатки мужества и встал для очередного блока. На этот раз ошибки не повторил. Выставил сначала блок Клинком, а затем отскочил, ещё и прибавив ко всему быстрый мах в воздухе. Бесполезный и пустой, но для меня — эффектный и красивый. Хотя по меркам воинов, я сражаюсь как обезьяна с бананом. Авелайа подпрыгнула в воздух и контратаковала сверху. Она сжала рукоять обеими руками и… и нацелилась мне прямо в голову, желая распороть меня на две части. Я представлял последствия моей медлительности всего миллисекунду. Затем упал и перекатился к стеночке. Когда Авелайа упала на колени, зажав между ними Клинок, я попытался внезапно наброситься со спины — но так был глуп, сколько туп. Она этого ожидала и развернулась сразу же. Удар за ударом, принцесса наносила мне их, а я неумело отражал. Искры летели в разные стороны. Прилетало по лицу, по груди, я отползал к стене, но не собирался просто так взять и сдаться, оставив себя незащищённым. Вот, наконец, я взял себя в руки… и снова замертво упал. Авелайа на секунду оторопела, но я уже был в стороне и поднимался на ноги. Та подскочила моментально, используя весь профессионализм воина и не обращая внимания на тяжесть доспехов. Я всматривался в её лицо и думал: устаёт ли она? Над чем она размышляет? Так, как она смотрит, кажется, что ей безразлично всё. Будто она и не здесь находится. Грустит о чём-то? Мне кажется, что даже не о бое она думает. Ей даже плевать на меня. Не хочет она, чтобы я выигрывал… Я отражал очередной дождь ударов… но снова попался на удочку Авелайи. Подставился, оказавшись слишком близко, и оказался отброшен ногой назад. Она использовала всю силу, чтобы ступнёй врезать в мой желудок и выбить из меня дух. Я впечатался спиной в стенку и ударился головой о висевший на стене канделябр. Поплыли очертания комнаты перед глазами. На секунду или две я отрубился. Но понял, что сполз на пол и всё ещё в бою. Быстро осмотрелся в поисках Клинка. Ага, вот он! Но подоспела Авелайа, наступившая на руку и не давшая прикоснуться к орудию. Второй ногой она опёрлась о мою грудь и опустилась ко мне, вознося надо мной Клинок Справедливости, будто собираясь принести меня в жертву. Нет, не верю! Я… проиграл? И меня теперь ждёт Кара Справедливости?! Неужели Кара есть Смерть?! Не может всё кончиться так!!!