Любовь по-итальянски

Самолёт готовится к взлёту, привычный и уже, кажется, заученный наизусть даже пассажирами инструктаж перед полётом. Ещё около получаса над стройными рядами кресел будут слышны веселые беседы, ведь на борту не незнакомые люди, а целая национальная сборная. Но это только временно, а когда крылатая машина окончательно подхватит попутный ветер, пейзажи за окном начнут надоедать, каждый погрузится в свои дела: кто-то будет на репите слушать любимый плейлист на телефоне, кто-то смотреть свежие новинки кинематографа, а кто-то и вовсе уснет после долгих часов, проведённых в аэропорту. Однако в этот раз спортсменам можно было забыть о своих привычных занятиях, ведь вместе с ними летели вечные коршуны биатлона, спортивные журналисты во главе с Дмитрием Губерниевым. Тем более, сегодня и в их рядах пополнение. Перед отлетом ещё в аэропорту Дмитрий представил своего нового коллегу Андрея Романова. Веселый, улыбчивый парень, впрочем, ничем особенно не отличался от своего предшественника Дмитрия Занина, к которому все уже успели порядком попривыкнуть за время этапов, оставшихся теперь в прошлом году. О причинах смены состава всея комментаторство Дмитрий Губерниев не распространялся, все чаще шуткой отвечая на подобные вопросы. — Так, девчонки, красавицы вы мои, парня вот этого не обижать, а то он у нас и так излишне застенчив, — с ироничной улыбкой на губах сказал Губерниев, наклонившись к сидящим впереди девушкам. По счастливому стечению обстоятельств, ему досталось место прямо позади трёх прекрасных представительниц сборной. — Дмитрий, передайте ему, что мы не кусаемся, — хихикнула Куклина. — А вам мы клятвенно обещаем беречь вашего корреспондента, — подхватила Маргарита. — Мои ж вы хорошие, — протянул Дмитрий, — тогда как насчёт крошечного интервью с Андреем вечерком, пусть пока в тепличных условиях попрактикуется, а то, что ж его сразу в жерло послегоночных-то кидать, а? Как вы считаете? Девушки с улыбкой многозначительно переглянулись, без слов принимая совместное решение, которое и озвучила по старшинству Катя Юрлова: — В принципе, мы не против. — Отлично! — воскликнул Губерниев и довольным вернулся на своё место. Посленовогодние этапы — всегда отчасти лотерея для спортсменов, которая и покажет ту тонкую грань между отдыхом для восстановления сил и отдыхом, приводящим к потери формы. Немецкий Оберхоф уже готов был провести этот тест для биатлонистов. Самолёт совершил мягкую посадку, оставив две тонкие чёрные полоски на свежевыпавшем снежном покрывале взлетной полосы. Часы дороги из аэропорта до гостиницы пролетели незаметно за созерцанием обновлённых пейзажей за окном, привычная процедура заселения в отель, разбор чемоданов и вот уже кажется, что никаких праздников и не было вовсе. Однако лишь тёплые воспоминания о времени, проведённом вне спорта разбавляют яркими красками предсоревновательные будни. *** — Тебе не кажется, что этот новый корреспондент, как его там? — Евгения задумалась, за секунду застыв перед пустой полкой шкафа со стопкой сложенных вещей, — Андрей, да? Ну он ничего такой, симпатичный. Маргарита, сидевшая на другом конце комнаты с телефоном в руках, выразительно повернулась к подруге, с плохо скрываемой иронией отреагировав на её изречение: — Евгения, и не стыдно вам? Сама практически замужняя девушка, а рассуждаете о каких-то симпатичных корреспондентах. — Рит, и не напоминай даже, — слегка обреченно протянула Женя, бросив короткий взгляд на золотое кольцо, которое вот уже несколько дней гордо красовалось на её безымянном пальце. — Издеваешься? Ей предложение сделали, а она с кислой физиономией просит не напоминать ей об этом ужасно трагическом событии? — Рита быстро сменила место дислокации и пересела на кровать, отодвинув полупустой чемодан на край. — Просто непривычно как-то. Нет, я, конечно, рада, очень рада! Надо это все осмыслить что ли… — выдохнула Женя, опустившись на пружинистую кровать рядом с подругой. — Осмысливать-осмысливай, а с тебя ещё рассказ о том, как твой Макс предложение сделал. Мне же интересно! — Да там и рассказывать особо нечего… — как можно более равнодушно выдохнула Евгения, однако поднятая тема стала катализатором, определенно, самых прекрасных воспоминаний недавнего прошлого, отчего по лицу девушки тут же поползла слегка смущенная улыбка, а прежние сомнения, кажется, сдавали позиции простому человеческому счастью. — Ага, по твоему светящемуся лицу я прям вижу, что рассказывать-то и вовсе нечего, — Марго по-лисьи прищурила глаза, выжидающе смотря на подругу, — Жека, хорош вредничать, рассказывай давай! Женя забралась на кровать, поджав под себя ноги, и все-таки начала свой короткий, но эмоциональный рассказ: — Праздновали Новый год, уже и куранты пробили, сидим разговариваем о том, о сем, все как положено, ничего не предвещает беды, и тут он буквально вскакивает с места и начинает говорить тост. Я слушаю, понимаю, что такое красноречие неспроста, и, действительно, после своей пламенной речи он встаёт на колено с вопросом: «Ты выйдешь за меня?» Я, мягко говоря, не ожидала, но думаю, что я дура что ли, чтобы отказываться от своего счастья и… — Иии… — И я согласилась, — просияла девушка, чуть подпрыгнув на кровати. — Блин, Жека, я так за вас рада! — Марго притянула подругу к себе, заключая в крепкие дружеские объятия. — Спасибо, я тоже вроде как рада, — засмеялась Женя. — Как там Сережа? — Мне кажется, он такой взрослый стал, — Маргарита тепло улыбнулась, — я, когда чемодан собирала, он подошел сзади: «Уезжаешь?», я кивнула, на что он серьезно так сказал: «Да, я понимаю, это твоя работа, я буду очень за тебя болеть, ты обязательно всех победишь», а у самого глаза на мокром месте, в такие моменты самой бы не разрыдаться и не послать все куда подальше. — Так, только не киснуть! — Женя легонько подтолкнула подругу, — ты мне, кстати, так и не рассказала, как у тебя вообще получилось домой слетать! Неужели СБР раскошелился? Вот и прозвучал самый ожидаемый Женин вопрос, ответ на который, конечно, состоял не из одного предложения. Теперь Маргарите предстояло поведать подруге всю предысторию, из которой Жене было известно лишь про спор, в котором она приняла косвенное участие, и ничего более этого. Рита поерзала на мягком покрывале, то ли удобнее устраиваясь, то ли просто тяня время. Соседка же с нетерпением уставилась на девушку, явно предвкушая что-то интересное. — Помнишь наш с Лукасом спор на стрельбище в Чехии? Так вот я тебе не все тогда рассказала, что было… — с этими словами начала свою историю Рита, рассказывая подруге все, что еще несколько дней предпочитала утаивать. С каждой новой фразой она буквально ощущала, как что-то внутри отпускает, и становится легче. Видимо, наступил тот самый момент, когда казалось, что больше уже невозможно переживать все происходящее исключительно в себе, не позволяя даже близким людям нарушить этот вечный внутренний диалог, но ведь однажды и он способен свести с ума. Единственным человеком, которому Маргарита могла довериться в эту минуту, была Женька, её вечная соседка, а теперь и просто близкий человечек, который всегда поддержит, подбодрит и ко всему прочему еще и рассмешит. — Вот такие дела, — Марго улыбнулась и растерянно пожала плечами, ловя на себе ошарашенный взгляд подруги, которая, кажется, безмолвно требовала продолжения столь увлекательной истории. — Перестань на меня так смотреть! — не выдержав, Рита слегка ударила соседку по колену, — скажи хоть что-нибудь! — Офигеть… — чуть слышно выдохнула Евгения. — Это все? — Ага… Нет, то есть, Рит! С какого я об этом слышу только сейчас? — возмущенно произнесла девушка. — Слушай, мне бы для начала самой во всем этом разобраться, а уж потом рассказывать. — Ну и как, разобралась? Марго отрицательно покачала головой. — Оно и видно. А у вас ничего кроме страстного поцелуя на стрельбище больше не было? Ну ты понимаешь. — Издеваешься?! — Маргарита выразительно подняла брови, вопросительно смотря на подругу, — так, стоп, насколько я помню про страстный поцелуй в моем рассказе ничего не было, был эпитет «невинный», но никак не «страстный». — Да ладно, за то на лбу была бегущая строка, вот здесь, — Женя потянулась к подруге легонько проведя указательным пальцем по её лбу. — Ой, Жека, да иди ты… — отмахнулась от подруги Марго, выразительно скорчив недовольную гримасу. — Нет, я, конечно, ничего не имею против священной, детской дружбы, но тебе не кажется, что больно щедрый поступок для «просто друга»? — Нет, не кажется, просто он очень хороший человек, очень… — Я даже представить себе не могу, как он вообще достал этот несчастный билет, ты же, когда узнала, что на Ижевку едешь, искала, но там уже ни одного в продаже не было… — То-то и оно, для меня это не меньшая загадка, чем для тебя. — Ну в таком случае он, правда, молодец, уважаю, мужской поступок, — серьезно сказала Женя, утвердительно кивая головой. С секунду поразмыслив, она уже с самоуверенной улыбкой на губах, рассуждала: — Нет, я-то, конечно, сразу поняла, что он запал на тебя… Ну серьезно, он так смотрел на тебя тогда на стрельбище, когда вы как раз о вечерней встрече договаривались… Но ты, кстати, тоже не лучше, кокетничала с ним во всю, ничего удивительного, что у вас там теперь что-то серьезное намечается! — Ты с ума сошла? — буквально подскочив на месте от возмущения, выпалила Рита, — во-первых, я не кокетничала, а просто разговаривала. Во-вторых, смотрел не он на меня как-то по-особенному, а его задетое итальянское самолюбие, что он на глазах девушки не смог трюк дурацкий повторить, автора которого лично мне сейчас и самой прибить хочется, но это мы опустим. И наконец, в третьих, ничего серьезного у нас не намечалось и не намечается, понятно? Женя подняла вверх руки, демонстративно сдаваясь под натиском подруги, но все-таки многозначительно добавив: — Посмотрим, кто прав окажется. — Вот и посмотрим. Стук в дверь или спасение в лице нового корреспондента пришло, как нельзя, кстати, и Маргарита с невероятной прытью ринулась к двери, искренне благодаря судьбу за вовремя брошенный спасательный круг. Щелкунув замок, она распахнула дверь: — Здравствуйте, а мы как раз вас ждали! — Добрый вечер, а вот это приятно! Ваши подруги по команде совершенно про нас забыли, так что вся надежда на вас. — Проходите, — Рита кивнула в сторону длинного, слабо освещенного коридора номера. Романов, который отныне работал на Матч ТВ в качестве корреспондента, и оператор с массивной камерой на плече, за несколько недолгих минут оборудовали в номере мини-студию. Классическое интервью, немного об ожиданиях от предстоящего этапа и, конечно, небольшое сочинение на камеру «Как я провел новогодние каникулы?». — Женя, не могу не обратить внимание на кольцо на безымянном пальце вашей руки, я правильно понимаю, вас можно поздравить? — с широкой улыбкой на губах спросил Андрей. — Да, вы правильно понимаете, — чуть смущенно улыбнулась Женя, по инерции накрывая кистью другой руки свое красноречивое сокровище. — Вау, здорово! В таком случае поздравляю вас, счастья, любви и семейного благополучия! — искренне пожелал Романов. Камера погасла, пока оператор собирал съемочное оборудование, Андрей, монотонно стуча по белоснежным клавишам компьютера, допечатывал кусок интервью. — Не будем вам больше мешать, сейчас пойдем к итальянцам, их помучаем, они нам тоже одно интервью задолжали, — обаятельно подмигнул Андрей, подняв глаза на девушек. Маргарита, стоящая позади него, чуть передернула плечами, поймав на себе выразительный взгляд Жени: — А где они? — Итальянцы? Да здесь же, но на этаж выше, — сказал Романов, — еще в этой гостинице немцы, словаки и норвежцы. — Они нас меньше интересуют, правда, Марго? — хихикнула Женя, за что тут же получила тычок в бок от подруги. — Ладно, девчонки, мы пошли, спасибо вам большое за интервью! — задорно произнес Андрей, — Рита, закроете за нами? — Да, конечно, — коротко кивнула Марго и направилась к выходу, уводя за собой ребят. Дверь распахнулась, первым вышел оператор, бережно пронеся свою главную ценность, большую черную камеру с гордой надписью на объективе «Матч ТВ», через дверной проем, а за ним переступил порог и Андрей, на секунду задержавшись: — Еще раз спасибо, вы очень обаятельная девушка, Маргарита. Удачи вам в эстафете. — Спасибо, — коротко улыбнулась Рита. Защелкнув замок на два оборота, девушка вернулась в комнату, где её встретила восторженная Евгения, по-турецки сидевшая на середине кровати: — Боже мой, ну он лапочка, а? — Слушай, подруга, как-то не серьезно называть лапочками всяких корреспондентов, имея кольцо на безымянном пальце, — наигранно строго произнесла Рита, — это вот я, девушка свободная, имею право… А так, да, ничего такой, только слишком слащавый что ли… — Ой, эта свободная девушка минуту назад спрашивала про местонахождение сборной Италии. — Исключительно с целью поблагодарить моего итальянского друга за новогодний подарок, — многозначительно кивнула Рита. — И как? — Что как? — Как поблагодарить? — Спасибо сказать, Жень, просто спасибо. — Ааа, — протянула Женя. — Ага, — передразнила подругу Маргарита, — вставай давай, нам еще на общее собрание идти по поводу завтрашней эстафеты. Женя с абсолютно страдальческим видом, недовольно бурча себе что-то под нос, все-таки покинула свой обитель сна и направилась вслед за подругой.