я думал,что живой

Смена подошла к концу. В будние дни нет такого огромного наплыва клиентуры, но все-таки не устать тут крайне сложно. Молодые люди побрели по своим делам. Фокси заскочил в комнату, где переоделся в спортивную форму, состоящую из кофты с рукавом и коротких шорт. Мода не щадит даже этого парня. Его костюм оценили бы все проходящие на улице люди. Юноша собрался на пробежку, взяв с собой все необходимое, бросил рюкзак себе на спину. Фредерик спустил вниз свой фартук, повесил на крюк на кухне. Сегодня он провалял дурака, но нормальным отдыхом это сложно назвать. Голова словно налита чугуном. Бони схватил гитару и ушел куда-то гулять с ней вдоль дороги. А к Фредди пришли его друзья — бездельники. На уме лишь тусовки, яркие одежки и громкая музыка в клубах. Малой приветливо встретил своих приятелей. Красивая блондинка с начесом в короткой блестящей юбке с пайетками и смазливенький невысокий и румяный парнишка громко закричали, видя друга. Им показалась смешной рабочая форма на Фредди, именно фартук с кепкой. Юноше стало неловко и жутко стыдно, что товарищи увидели на нем, по его мнению, позорную униформу кафе. Он немного застыл на месте, потерянно посмотрев в сторону. Злился юноша совсем ни на друзей, а на брата. Потому что он не может дать ему просто побыть подростком, «что забрал детство», что именно из-за него приходится терпеть этот позор. Сжав подол фартука, он начал сильнее злиться, чуть ли не разрывать клочками ткань. Быстро, торопясь, он начал развязывать фартук за спиной. Фредд кинул кепку на пол. Но чтобы показать недовольство в полной мере, он специально уронил разноцветный стакан на пол, игнорируя остатки жидкости в нем. На громкий звук как раз в этот момент вышел средний братец, наблюдая за дебоширом, который натворил дел. Он подошёл к нему, опустив опечаленный взгляд. — Тебе придется из своей зарплаты это оплатить, братан. Учти, у меня у самого туго с деньгами. Фредди в миг загорелся от злости, будто какой-то стакан может так сильно расстроить и разозлить по-настоящему. Опустив взгляд и повертев головой, он агрессивно оттолкнул брата в плечи. — Да пошел ты! Фредерик сразу попятился в сторону, немного облокотившись об барный столик. Он так и не понял, что случилось, но помогать ему совсем не хотелось. Потому что ничего героического и хорошего по-настоящему его младший брат не делал. Поэтому и уважать его он не думал, не за что. — Иди толкай своих друганов, а не меня, придурок. Фредерик поджал губы, смотря на брата, и развернулся. В его карманах сложенные кулаки, хотелось хоть где-то выпустить негативные эмоции. Встревать в конфликт с младшим братом не хотелось, да и не имело смысла. Они вечно общались на повышенных тонах. Юноша двинулся в сторону лестницы на крышу. Она казалась ему бесконечной. Дверь отворилась, запуская за спину нагретый до ужаса воздух. Дул ветер с дороги, изредка гудели машины. Фредерик прошел вперед и закрыл глаза. Но тут же послышался знакомый звонкий голос. — Эй, не заждался? Фокси хлопнул дверью, его рука была занята двумя банками газировки. Парень был чертовски рад его видеть, словно он ждал как ребенок этот вечер с того момента, как утром открыл глаза. Спортсмен снял с себя футболку и протер ей потное лицо. Заметив это, Фредерик снова ощутил этот звон и вязкий ком в горле. Он шустро отвернулся и присел на край крыши, свесив ноги. Фокси повязал кофту за рукава на пояс, оставаясь в одних шортах. — Смотри кроссовок не потеряй, я за ним не пойду, — юноша стал смеяться, — я могу только обоссать отсюда. Фредерик сдержал смех. Они открыли железные банки с характерным звуком и поставили за спины. — Тебе не жарко? — спросил Фокси сидящего рядом приятеля, — мне вот так жарко, что я трусы не ношу даже. — Фу, чувак, — парнишка демонстративно поморщил нос, улыбаясь. В голове опять множество непонятных мыслей. Они напирают на бедного парня, который так искусно пытается этого не показывать. Но почему такое колючее и одновременно приятное ощущение внутри? Вроде бы все как прежде. Он все также общается с ним, как и раньше, но почему-то все было не так. Поправив свои лохматые волосы за ухо, он на миг загляделся на Фокси, который сидел рядом и любовался видом. Ничего примечательного, казалось бы, но в этот момент он заметил, как в его глазах отражаются фары от машин, как его волосы вьются по ветру. Черт возьми, как он приятно и тепло улыбался. Такой озорной парнишка был самой громкой и острой занозой в заднице. Именно такие люди, были главными героями в книгах про путешествия пиратов в неспокойных морях. Облизав губы непроизвольно, он перевел взгляд на свои потрепанные кеды, которые болтались с высоты над суетой. Фокси же, заметив его потерянный взгляд и странную тишину, сразу начал думать дальше, о чем поговорить со своим товарищем. — Знаешь, я много думал о том, что мы будем делать, когда станем старше, — рыжий сделал глоток колы, — это же получается мы столько всего сможем сделать. К примеру, переехать из этого придорожного городка. Ну если твой зануда брат не будет против. Воодушевившись своими же словами, Фокси потянулся и выпрямился, размяв шею. Фредерик же на это лишь ухмыльнулся, ему правда нравился этот план. Только вот и брата бросать не хотелось, все-таки есть осознание и чувство долга, потому что он поднял их всех на себе. — Звучит круто, только братец вряд ли найдет нормальный персонал. В нашем городе с каждым годом все меньше и меньше людей, не каждый захочет сюда приехать работать, — потянувшись и довольно посмотрев на открытое небо, добавил, — а так звучит круто. Я никогда не был ни в одном другом штате, а ведь так хочется иногда поехать куда-то. Голден же нас только иногда всех на ярмарки неподалеку возил и не более. — Да и не говори, хотя там была вкусная сахарная вата. Помнишь, когда мы чуть не довели до слез того мальца на аттракционах? Вот умора, он еще к маме так… — вдруг фокси резко замолчал, и улыбка в миг спала. Видно, что молодой человек, сам не зная себя до конца, задел что-то глубокое внутри. Фредерик посмотрел на него снова, заметив как его вечно веселый друг притих. В этот момент он правда не знал какие именно слова необходимы ему. Юноша ведь понимал, что любовь, которую им давали, недостаточна для всех детей в их непонятной, но все-таки семье. Брат, конечно, остается братом, а няня все также остается няней. Они не мать с отцом. Поморщив нос и посмотрев вновь на звезды, он заприметил одну, которая подозрительно пошатывалась. Подвинувшись поближе и положив руку на плечо спортсмена, Фредерик показал пальцем на нее. — Смотри, она скоро упадет. Можешь загадать желание. — Что за бред? Думаешь это сбывается? — Фокси нахмурил лоб на секунду. — Не знаю, но у меня один раз сбылось. — И что же? — юноша заметно заинтересовался. — Да я вроде загадывал, что хочу найти пару баксов на дороге, потом нашел. — И на что потратил? — Если честно не на что, я потом их где потерял как назло. Фокси сразу отвлекся от болезненных мыслей и звонко засмеялся, дергая головой в разные стороны. Вытирая слезы от смеха, он продолжил. — В следующий раз загадай себе удачи или везения обычного, а то похоже ты так и будешь идиотом. Поморщив еще раз курносый нос, он все-таки вновь посмотрел на звезду. Фокси, улыбнувшись и заглядевшись на горящую точку в небе, решил, что возможно Фредерик реально прав. — Ну давай, дружище, попробую и я. Вздохнув и прикрыв глаза, парнишка начал в голове проговаривать желание. То самое, которое Фредерик очень хотел бы. Он начал про себя размышлять. О чем может мечтать мальчик сирота? Вероятнее всего о семье, хотя это все уже упущено и не имеет смысла. Или же может он хочет свой личный автомат с газировкой? Хотя навряд ли, он не настолько глупый, чтоб мечтать о какой-то там железке с банками. А может он все-таки загадал любовь? Может какая-нибудь мадам ему вскружит голову и заберет из поля зрения. Этого же Фредерик и сильно опасался. Заметив, что звезда упала, он дернул друга за локоть. — Все открывай, ты все пропустил. Она упала. Он открыл глаза и поморщился хитро. — Ну желание то загадал — это главное. — И какое же? — Нет-нет, это секрет. Не хочу его просто так профукать как ты, — начал смеяться озорник— хотя вот знаешь, мне и сейчас очень даже ничего. Вот бы время замерло, и мы все также распивали этот чудесный напиток под ночным небом. Он вновь посмотрел на него тем самым взглядом, который так обожал Фредерик. В его глазах читалось одно слово: «свобода». Вдруг ребята начали прислушиваться к голосам из двери на крыше. Ведь именно рядом с ней находился высокий этаж со спальнями. Спустя пару минут стало понятно, что кто-то кричал. Ребята быстро переглянулись, словно одновременно поняли, что что-то происходит прямо под их ногами. Они быстро встали, собрав мусор и свои вещи. Фредерик, пока спускался по ступенькам, четко ощущал в груди какое-то напряжение, тревогу. Фокси шел перед ним, вниз. Дверь на крышу громко хлопнула, но никого внизу это не оторвало от ссоры. Спустившись, парни увидели, как Голден и малой выясняли отношения на повышенных тонах. Они стояли друг напротив друга и активно жестикулировали руками, даже сильно и агрессивно вскидывая их. Голден впервые казался таким взбешенным и рассерженным. Фредерик думал, почему же так вышло. В памяти всплыло событие, произошедшее под закрытие, когда младший брат повел себя ужасно глупо из-за своих товарищей. Парни стояли на лестнице, не спустившись на этаж до конца. Казалось ненужным опускаться на этаж, куда «безопаснее» было стоять и выглядывать. — Да ты делаешь из нас каких-то идиотов в этой форме, — от криков у младшего голос стал хрипеть, — Я бегаю там как болванчик за деньги. — Я в это заведение вложил всю свою молодость и все свои бабки и силы, как ты можешь так говорить? — Голден придвинулся в сторону парня, — Тебе, одному засранцу, так сложно помочь своему брату? Просто походить с подносом, два часа?! Фокси нахмурил брови, потому что опекун никогда так не разговаривал, особенно с ними. Сейчас мягкая и родная, но строгая фигура, казалась совершенно чужой и апатичной. В лице брата-родителя больше нет понимания, его обыденной легкой улыбки, любящих глаз. Словно перед ними стоит чужой мужчина. — Давай ты будешь каждый раз бить посуду, когда тебе захочется, наглец. Ты хоть собираешься взрослеть, а? — Да пошел ты, — Фредди опустил руки и пристально посмотрел на высокого статного мужчину перед собой, — зачем ты вообще это сделал: построил эту пиццерию и заставляешь нас пахать в ней? Родители бы так с нами никогда не поступили. Голден в момент изменился в лице. Его гримасы сменились на тихую, но смертоносную ярость. Юноша явно позволил себе сказать лишнего на этот раз. Брат был готов простить ему мат в свою сторону, его гнев из пустого места, громкие слова и выкрутасы. Но втоптать в грязь все его достижения: бизнес и воспитание — этого он не мог забыть теперь. Парой длинных шагов старший брат преодолел расстояние между ними. Он занес руку в воздух и звонко ударил Фредди по лицу. Парень моментально опустил голову, держась рукой за место удара. Его тело стало дрожать. Голден никогда не бил их. Даже не мог себе позволить подумать об этом. Но на этом все не закончилось. Старший брат резким движением схватил юношу за воротник рубашки, поднял в воздух, держа перед своим лицом. — Если бы не я — ты бы оказался в детдоме! — сколько боли и ярости было в его голосе и глазах, — Ты должен быть мне благодарен за жизнь,сорванец, за теплую постель и накрытый стол! Мужчина опустил на ноги своего брата, перевел дыхание и ушел, не закрыв дверь. У ребят, увидевших все это, очевидно не было слов. По телу пробежали мурашки.

***

Голден шел по темному коридору в свой офис. Он действительно ради них делал все в своей жизни. Мужчина даже работал без выходных. Шаги отскакивали от пустого пространства и темноты вокруг. Он опустил голову. Надо же было сказать этому сорванцу такое ему прямо в лицо: сказать про пиццерию и про тех самых родных и любимых людей, которые покинули его слишком рано. Эти слова действительно сильно вонзились в сердце, глубоко. Если бы это была физическая рана, то от нее бы потом точно остался огромный рубец. Дверь скрипнула. Голден сел за стол, включил лампу над ним. Лампочка немного замигала, но зажглась. По столу разлился желтый свет. Он взялся руками за голову и громко, тяжело вздохнул. Слова младшего ребенка отдавались эхом внутри черепной коробки. Открыв глаза, мужчина заметил, что на его столе лежит письмо.