Гори огнем твой Третий Рим

      Ранним утром Антон снова обнаруживает Арса на кухне, уткнувшегося в телефон. Если бы Шаст не видел, как Попов ложился в постель вчера вечером, решил бы, что тот никогда не спит. И тогда вечные синяки под глазами наконец-то можно было бы хоть как-то объяснить.       На удивление, сегодня Арсений выглядит по-настоящему отдохнувшим. За пару дней его кожу уже тронул легкий южный загар, поэтому глаза кажутся особенно синими. Антон привычно залипает на ярких радужках в обрамлении темных ресниц.       Это совершенно непроизвольная реакция, которую он никак не может научиться контролировать. Зато камеры на съемках регулярно подмечают, как Шастун подвисает на пару секунд, а потом резко моргает и снова включается в процесс. Сегодня камер вокруг нет, поэтому он беззастенчиво пялится и вскоре ловит взгляд Арсения.       — Я тут погуглил, аренда машины на сутки стоит всего 50 евро. Но можем шикануть и взять какой-нибудь винтажный кабриолет. Будем мчаться по побережью и ветер будет развевать наши волосы, — по Попову как всегда сложно понять, говорит он серьезно или шутит.       — Какая нахер машина? Мы же отдыхать собрались. Предлагаю арендовать бутылку вискаря или даже две. А добраться до пляжа можно и на общественном транспорте, там час всего ехать.       — Соскучился по электричкам и автобусам?       — А че нет? Посмотрим, как живет простой португальский народ.       Электричка оказывается вполне комфортной. И в 11 утра вторника в ней почти нет людей. Антон усаживается возле окна, Арсений тут же падает на сидение напротив.       Как только поезд трогается, у Попова включается режим экскурсовода. Он сыплет фактами про каждую достопримечательность, которую они успевают увидеть из окна. Рассказывает, что башня Белем раньше служила крепостью, пороховым складом, тюрьмой и, надо же, таможней. А в монастыре Жеронимуш провел последнюю ночь перед путешествием в Индию Васко да Гама.       Свои истории он перемежает шутками, и Антон начинает подозревать, что накануне поездки Воля снова выдал Попову ключи от каламбурошной. Шаст ржет до слез и прячет лицо в ладонях после очередного идиотского прикола. Он давно заметил, что Арс всегда может его рассмешить. У них чувство юмора плещется на одной волне, да и не только оно.       Дорога до Кашкайша проходит незаметно. Они высаживаются на станции, находят ближайший супермаркет, закупаются вискарем, нарезкой сыра и ветчины и почему-то бананами. Садятся в автобус до пляжа, пугают водителя громким смехом и оживленными разговорами на незнакомом языке.       Автобус тормозит посреди дороги, водитель объявляет нужную остановку. Арс выпрыгивает на улицу первым и застывает, как вкопанный. Шастун догоняет его и тоже останавливается. Впереди открывается такой вид, что у них впервые не находится слов, чтобы его обсудить. Океан поражает своей мощью. Совершенная и никому неподконтрольная стихия, разбивающаяся на мелкие брызги о прибрежные камни.       Они стоят еще пару минут, а потом Арсений отмирает и подмигивает Антону:       — Давай до воды наперегонки!       Не дожидаясь ответа, скидывает кроссовки и бежит вниз к океану. Шаст не хочет проигрывать, поэтому тут же пускается за ним следом. Раскаленный солнцем песок обжигает босые ноги.       Они прибегают одновременно и прямо в джинсах залетают по колено в воду. Обдают друг друга фонтанами брызг, не думая о том, что намочат бумажники и телефоны. Синхронно давятся смехом.       Набесившись, выбираются на берег и падают ничком на белый песок. Взгляд тут же упирается в ярко-синее небо. Арсу кажется, что если где-то есть рай, то он выглядит именно так. Мысль о том, что в его персональном Эдеме рядом почему-то оказывается Антон Шастун, проходит по краю сознания. Он не успевает ее додумать, отвлекаясь на громкие крики чаек.