Предопределение или выбор?

      Наступали нелегкие времена... Тьма окутывала Средиземье, скрывая солнце, а вместе с ним – все доброе, светлое и прекрасное. Зло распространялось, опустошая все вокруг. Холодный страх проникал в душу каждого живого существа. Война постепенно вовлекала в свои сети тех, кто предпочитал не считаться с ней. Угроза висела над всем Средиземьем. Число союзников Темного Властелина росло. Его армии безжалостно сметали все на своем пути, оставляя лишь смерть, отчаяние, безысходность, ожесточение… Борьба была неизбежной. Не все верили в то, что Тьма когда-нибудь рассеется. Но надежду было терять нельзя…              Я чувствовала весь тот ужас, который творился в мире, даже находясь в тихом и спокойном Ривенделле. Прежде сады, леса и дворцы озарялись здесь сверкающим теплым солнцем, теперь же яркое голубое небо стало очень часто затягиваться темными тучами. Радость начинала оставлять и эти волшебные места. Эльфы потихоньку покидали Ривенделл, отправляясь в бессмертные земли, в Валинор. Они не видели в себе сил и надежды противостоять Саурону и его растущей армии. Их можно было понять. Элронд чувствовал, что совсем скоро, со дня на день, и Ривенделл окажется целью Всевидящего Ока.       В последнее время происходило что-то чрезвычайно важное. В Ривенделле побывал великий маг Гэндальф Серый, принеся какую-то важную весть, после которой Элронд сделался еще более задумчивым и угрюмым. Арагорн долго не возвращался, находясь на востоке по велению Гэндальфа. Кроме того, у нас поселился пожилой хоббит, БильбоБэггинс, представитель низкорослого народца Средиземья, о которых мне было известно только из книг. Элронд принял его с большим великодушием, и я не понимала, откуда они знают друг друга.              Меня не посвящали совершенно ни в какие дела. Хоть мне ужасно и хотелось узнать, что происходит, я не решалась отвлекать и без того занятого Элронда. Я сомневалась, что он мне все сразу расскажет, ведь он не делал этого раньше.             Однако позавчера утром, Арвен, отставляя Ривенделл, наконец, объяснила мне, что случилось. Так я и узнала, что Кольцо Всевластья, созданное Сауроном и пропавшее тысячу лет назад, нашлось. И сейчас хоббит, родственник живущего у нас Бильбо Бэггинса, несет это кольцо сюда, в Ривенделл, а Арагорн должен был его встретить. Мне показалось странным, что такую важную вещь доверили какому-то хоббиту. Тогда я еще плохо представляла, какой отважный этот народ и какой могучей силой обладает Кольцо, из-за которого был проклят род королей Нуменора. Обломки меча, Нарсиля, которым Исильдур срубил это Кольцо с руки Саурона, имевшего тогда телесный облик, хранились здесь, в Ривенделле. И я не раз смотрела на них, думая о том времени, когда Исильдур проявил слабость, лишив своих потомков трона Гондора и позволив злу вернуться и стать сильнее. Я не хотела верить в то, что его же слабость есть и в моей крови, и в крови Арагорна, и что Тьма может приобрести власть над нами…             Итак, Арвен уехала навстречу Арагорну и хоббиту, чувствуя, что может что-то случиться. Элронд с тревогой ждал ее, проводя время на большой террасе на вершине своего замка. Я тоже не была спокойна.             Шел третий день отсутствия Арвен. Мое утро как обычно началось с раннего подъема и тренировок в лесу. Я покинула свои комнаты и спустилась в парк, окружающий высокий замок. Его большие окна выходили на склон, по которому спускалась река Бруинен. Я очень любила любоваться этим водопадом с бурлящими волнами и сверкающими брызгами, окропляющими камни вокруг.              Я пересекла усеянный золотыми листьями парк. Деревья покачивались под легким ветерком, пели утреннюю песню маленькие птички, обитавшие в здешнем лесу. Я пришла к тому месту, где были установлены различные дощечки и деревянные конструкции для того, чтобы эльфы учили своих детей военному искусству и стрельбе из лука. Так как у эльфов Ривенделла детей уже давно не появлялось, здесь должно было бы все уже зарасти, но частые приходы взрослых эльфов не дали этому месту скрыться под высокой травой. Мне это место показали Элладан и Элрохир, здесь же Арагорн учил меня приемам владения мечом.             Немного постреляв из лука, я начала бросать свой серебряный кинжал в дощечки, на разной высоте прикрепленные к шестам. Моя меткость очень радовала меня. Стрелы и кинжал прилетали прямо в середину дощечек. Наконец-то за многие годы тренировок мне удалось усовершенствовать свои навыки и догнать в способностях владения оружием самих эльфов, этих ловких и проворных воинов. В завершение своей тренировки я взялась за меч и повторила различные движения и обманные маневры, которым меня научил Арагорн. Конечно, это было сложно и отчасти бесполезно делать, не имея противника. Но я уже привыкла тренироваться сама, хотя нередко находились и те, кто присоединялся ко мне. Чаще всего это были Элладан и Элрохир, которые знали о моих утренних занятиях и иногда приходили на эту площадку.              Я уже замахнулась в последнем фехтовальном приеме на сегодня, как мой меч встретился с чьим-то клинком позади. Уверенная в том, что это Элрохир, который любил нападать на меня со спины, я мигом развернулась и нанесла удар в ответ, который был отбит с большой ловкостью. Только тогда я взглянула на моего противника. На меня смотрели сияющие голубые глаза светловолосого эльфа. Это был Леголас, которого я не видела три года!       – Я смотрю, твои навыки становятся все лучше и лучше, – улыбнулся он.             Меч выпал из моих рук, и я кинулась на шею эльфу.       – Леголас! Как я скучала! – проговорила я, обнимая его. – Наконец-то ты вернулся!             – Я очень рад тебя видеть, Анесса, – произнес он, когда я отстранилась от него и смотрела так, как будто все еще не верила своим глазам. – Элронд сказал мне, что я могу найти тебя здесь… Ты так изменилась за то время, что меня не было! Одно осталось прежним – огонь в твоих прекрасных глазах.             Я сияла от счастья. Ежедневно, в течение трех лет, я ждала его возвращения, и вот он наконец-то был здесь, и как будто не было этого времени, которое разделило нас.       Мы медленным шагом возвращались в замок. Леголас рассказывал мне о том, как Лихолесье подвергалось постоянным жестоким набегам орков. Он защищал границы своего королевства, командуя стражей, в то время, как велись работы по строительству ограждений и крепостей вокруг территории Лихолесья, которые должны были обезопасить от проникновения орков. Именно поэтому отец Леголаса, Трандуил, не отпускал его обратно в Ривенделл, и он не мог приехать раньше, и даже сейчас он прибыл всего на пару дней по поручению отца. Не скажу, что меня это обрадовало.             – Возьми меня с собой, – попросилась я. – Я буду помогать в защите твоего королевства от орков. Я хочу посмотреть на место, где ты родился и живешь, и еще я очень хочу познакомиться с твоим отцом. Я столько о нем читала!       Но Леголас лишь печально улыбнулся и ничего не ответил. Мы вышли к замку и увидели лошадь Арвен у входа.              Арвен возвратилась с хоббитом, который был ранен моргульским клинком, принадлежащим назгулу, одному из девяти королей порабощённых Кольцом Всевластия. Арвен рассказывала Элронду, как они все девять преследовали ее, но не смогли пересечь границу Ривенделла. Мы с Леголасом с большим вниманием слушали ее. Элронд, склонившись над маленьким темноволосым хоббитом с позеленевшим лицом, шептал на эльфийском заклинания.             К вечеру меня и Леголаса попросили встретить Арагорна с еще тремя хоббитами. Мы столкнулись с ними на переправе через Бруинен.              – Что с Фродо? – был самый первый вопрос Арагорна при виде нас.             – Элронду удалось остановить заражение, – ответил Леголас. – С ним все будет в порядке.             – Значит, Арвен успела, – облегченно вздохнул Арагорн. – А ты здесь откуда?            – Отец отправил меня передать Элронду не очень приятное известие, – произнес эльф, – Голлум сбежал при нападении орков на наши земли.             Арагорн, глянув с опаской на меня и хоббитов, увел Леголаса вперед для разговора, оставив меня с полуросликами. Как же мне это не понравилось! Кругом тайны, тайны, тайны…в которые меня не посвящают.             – А ведь ты – не эльф, – сказал мне тут светловолосый хоббит в желтом жилете.             Какой наблюдательный! Вообще меня очень легко было перепутать с эльфийкой. Я носила эльфийскую одежду, заплетала эльфийскую прическу, со мной всегда был лук и колчан со стрелами, незаменимое эльфийское оружие.              За дорогу к замку Элронда я очень хорошо познакомилась с хоббитами: Сэмом, Мерри и Пиппином. Они оказались такими забавными, что их невозможно было не полюбить. Как же мило на их лицах отражались разные эмоции! Они очень переживали за Фродо и рассказали мне в подробностях все их путешествие. Бедные хоббиты! Им пришлось столкнуться с девятью назгулами, и где только был Арагорн в это время! Они, кстати, так и шли с Леголасом всю дорогу впереди, разговаривая.             Хоббиты не поверили своим глазам, когда мы вышли к дворцу. Неописуемое восхищение отразилось на их лицах, и я вспомнила собственный восторг, который одолевал меня в первые дни жизни в Ривенделле. Восхищенные восклицания хоббитов продолжились и когда мы вошли в замок. Однако они очень быстро пришли в себя и потребовали отвести их к Фродо. Надо было видеть, с какой тревогой и участием они столпились вокруг большой кровати, на которой лежал их друг. Фродо выглядел уже не так плохо, как пару часов назад.             Маленький хоббит стараниями Элронда очень быстро шел на поправку. В Ривенделл спустя несколько дней прибыл Гэндальф Серый, который почти не отходил от его постели, как и Бильбо. Один из молодых хоббитов, Сэм, тоже постоянно сидел с Фродо, иногда даже отказываясь от завтрака, обеда и ужина. Остальные два хоббита, Мерри и Пиппин, гуляли по Риведеллу, и иногда их можно было встретить в совершенно неожиданных местах.       Я чувствовала, что что-то темное, страшное, злое принес Фродо в Ривенделл. Я не сомневалась в том, что именно так влияло на меня Кольцо Всевластья. Оно пугало меня, производило какое-то нехорошее впечатление, но вместе с тем оно притягивало, манило… Я с трудом справлялась с желанием попросить его у Фродо, взглянуть на него, взять в руки… Но все же многое останавливало меня.       Ежедневно я проводила время с Леголасом, рассказывая ему о своей жизни в Ривенделле, о книгах, которые я прочитала, об эльфах, с которыми познакомилась. Он с большим вниманием слушал меня, смеялся над моим удивлением неизвестным ранее вещам. Я чувствовала себя ужасно счастливой, как в то время, когда мы целый год были вместе.       Одно очень расстраивало меня. Арагорн. Он пребывал в какой-то глубокой грусти и задумчивости, гулял в одиночестве, и со мной почти не общался.              Когда Фродо выздоровел, румянец вернулся на его щеки, и я стала встречать его гуляющим по паркам Ривенделла вместе с Сэмом или Бильбо, Элронд решил созвать Совет, чтобы решить что делать с Кольцом Всевластья.              К нам прибыли гномы, еще один невысокий народ Средиземья, однако они были помощнее и повыше хоббитов. Лица их были совершенно не миролюбивыми, а грозными. На меня они не произвели положительного впечатления. В особенности один из них, по имени Гимли, который не очень благосклонно отозвался о замке Элронда. Я случайно слышала, как он недовольно ворчал, с трудом поднимаясь по высоким золотым лестницам дворца.             Как-то, с утра выходя из замка, я столкнулась в дверях с Боромиром. Не скажу, что я была рада его приезду. Слишком уж было памятно мне его распущенное поведение при первой встречи больше года назад. Он, однако же, миролюбиво мне кивнул, проходя мимо.             Меня на Совет никто не приглашал, и я не стремилась на него попасть. Я отлично понимала, что на нем собираются представители разных народов Средиземья, великие воины. Я же, как женщина, не имела никакого авторитета и права участия в таком важном Совете. Я знала об участии Арагорна, но о том, что там находится Леголас, собирающийся со дня на день возвращаться в Лихолесье, я даже не догадывалась, а уж тем более о том, что он вызовется сопровождать Фродо к Роковой Горе.             Решение Совета мне стало известно от Арагорна, который абсолютно неопределенно сказал мне, что сам Фродо вызвался идти к Роковой Горе для уничтожения Кольца, и восемь Хранителей отправятся вместе с ним в Мордор.              – А ты идешь? – спросила его я.       – Конечно, – кивнул Арагорн. – Я вряд ли бы осмелился нести Кольцо к Роковой Горе сам, уж слишком я боюсь его влияния. Но защищать Фродо, которому выпало это тяжкое бремя, я считаю своим долгом.             – Я хочу отправиться с вами, – проговорила с готовностью я.       – Нет, Анесса, – улыбнулся мне Арагорн. – Это очень опасное предприятие. Братство Кольца уже сформировано, со дня на день мы отправимся в путь. Тебе же лучше остаться в Ривенделле.              Со дня на день – именно так Арагорн заставил меня решить, что отправятся в путь они как минимум завтра днем или вечером. Но на самом деле, Братство Кольца покинуло Ривенделл в определённое заранее Гэндальфом время – на следующий день утром. Я же после разговора с Арагорном, решила, что, не смотря на его запрет, присоединюсь к ним, когда Элронд и Арвен будут провожать Братство Кольца в длинный путь, и тогда им будет сложно меня отговорить. У меня уже не было сил сидеть в Ривенделле, совершенно не участвуя в том, что происходит в мире. Я чувствовала, что должна быть с ними.             В течение дня я почти не встречала хоббитов, они, наверное, сосредоточенно собирались и готовились к завтрашнему походу. А ведь если бы я их встретила, кто-нибудь из них, определенно мог бы мне случайно сказать, что время их отправления – завтрашнее утро, и тогда бы я не была так обманута Арагорном и Леголасом.             Именно с последним я провела весь вечер. Мы сидели на камнях у водопада, последние лучи заходящего солнца светили из-за деревьев. Он словно прощался со мной, хотя еще не сказал мне, когда точно он возвращается в Лихолесье.       – Мне так грустно будет оставлять снова эти места. Ривенделл так близок моему сердцу… – говорил он тихим мелодичным голосом. – Здесь пока еще все пропитано светом, спокойствием, счастьем…не смотря на то, что все Средиземье начинает заполонять Тьма.              Я слушала его, радуясь тому, что он сидит рядом, говорит. Как же я скучала по его голосу, сияющему взгляду, задумчивому лицу, длинным светлым волосам с золотым блеском… Наши души были снова близки, снова составляли как будто единое целое, хоть в тот момент я и ощущала некоторую тревогу, видно предчувствуя будущие события.              – С Ривенделлом у меня связано множество воспоминаний с тобой, – продолжал Леголас. – Помнишь, как мы с тобой гуляли по этим тихим лесам и слушали щебетание птиц; катались на лошадях по равнинам, и сильный ветер дул нам в лицо; читали книги; я рассказывал тебе о Средиземье… А помнишь, как мы с тобой ежедневно стреляли из лука и сражались на мечах, и тебе даже удавалось побеждать меня…             – Ты поддавался, – улыбнулась я.       Он усмехнулся, помотав головой. Мы окунулись в воспоминания. От них веяло теплом, беззаботностью, счастьем. Я была рада, что он все помнит, ведь я сама не раз прокручивала эти прекрасные моменты в своей голове в течение трех лет его отсутствия.             – Я люблю тебя, – вдруг произнес Леголас, переведя на меня свой сияющий взгляд.             Я не ожидала от него этих слов, хотя уже давно знала, что мы больше, чем просто хорошие друзья.       – Я тебя тоже, – проговорила я, рассматривая его яркие голубые глаза, с нежностью и тоской смотрящие на меня.       Мы просидели у водопада до тех пор, пока совсем не стемнело и мрак не покрыл лес. Мы двинулись обратно в замок, вверх по каменистому склону. Леголас проводил меня до моих комнат. С какой-то грустью в глазах он обратился ко мне, прощаясь:             – Прости, что снова оставляю тебя. Скоро я вернусь, и мы больше не расстанемся никогда, я обещаю тебе.       Я только кивнула, ломая голову от того, почему он вдруг стал таким сентиментальным, чувствительным, искренним. Это не было присуще его всегда спокойному и сдержанному характеру. Может, это один из последних тихих вечеров в Ривенделле заставил его так расчувствоваться?             Я легла спать с неспокойным сердцем. Я чувствовала, что завтра случиться что-то важное, но не осознавала, что именно. Уснуть мне удалось только под утро, и встала я позже, чем обычно. Весь замок был погружен в тишину и спокойствие, когда я его покинула для своих ежедневных тренировок. Уверенная, что все идет своим чередом и, не обращая внимания на странное чувство тревоги, я провела время на своем излюбленном месте.              Понимание того, что в Ривенделле больше нет хоббитов, Гэндальфа, Арагорна, Леголаса, Боромира и Гимли пришло ко мне только во второй половине дня. Их комнаты были пусты. Меня жутко мучил вопрос, почему я была не в курсе их ухода. И неужели Леголас отправился с ними?             Я рванула к Элронду. Я обошла пол замка, постучала в двери его комнат, но мне никто не ответил и не вышел на встречу. Я поднялась выше, рассчитывая поговорить хотя бы с Арвен. Здесь я встретила Элладана и Элрохира, высоких темноволосых сыновей Элронда. Они мне и сказали, где находится их отец. Я мигом поднялась на верхнюю террасу замка. Элронд действительно был здесь, он стоял ко мне спиной, глядя на горы, расстилавшиеся далеко на востоке. Он услышал мои шаги и обернулся.             – Анесса… я знал, что ты придешь, – произнес он, оглядев меня.             Я поклонилась ему и быстро заговорила:       – Владыка Элронд, я прошу вас сказать, почему от меня скрыли, что Братство Кольца покидает Ривенделл сегодня утром. И Леголас… он отправился с ними?             Элронд задумчиво повернулся к горам.             – Цели что-либо скрывать от тебя не было. Если Арагорн или Леголас не сказали тебе ничего об уходе, то это было лишь их инициативой.        – Я срочно еду за ними, – решительно заявила я.       – Нет, Анесса, ты остаешься здесь, – сказал Элронд, поворачиваясь ко мне с лицом, не терпящим возражений. – Леголас уговорил меня отправить тебя в Валинор. Через пару недель эльфы Ривенделла отправятся в путь, и ты пойдешь с ними.              Я с негодованием посмотрела на Элронда.             – Я не поеду в Валинор! – громко заявила я, но тут же понизила голос. – Я понимаю, какую честь вы оказываете для меня, но я не могу оставить Средиземье, когда требуется защищать его от зла. Я не смогу наслаждаться бессмертными землями, в то время как жизнь Арагорна и Леголаса находится под угрозой смерти. Я должна быть с ними! Я готова сражаться с орками, я готова защищать и помогать Фродо тоже, я готова погибнуть за добро, мир и справедливость…             – Анесса, – прервал меня Элронд. – Леголас просил меня не отпускать тебя вслед за ними. Он предвидел твои намерения. Поэтому прошу тебя дать мне обещание, что ты не покинешь границы Ривенделла. Иначе… мне придется закрыть тебя в замке.             Я была возмущена, и мне было обидно от того, что Леголас так со мной поступил. У меня не было слов для возражений. Я обреченно пообещала, что не покину Ривенделл с мыслью о том, что всегда смогу прийти и отменить свое обещание.