Кильватер: «Ррибя!»
6 января 2019 г., 12:57
Пробуждение от вылитой на лицо холодной воды не было для Гиббса чем-то необычным – такое случалось почти после каждой серьёзной попойки.
Но этот раз оказался особенно ярким за счет нескольких рыбин, ракушек и водорослей, выплеснутых вместе с водой.
– Какого дья… – рывком сев, воскликнул Джошами, после того как получил пару ударов хвостами бьющихся рыб по носу и отплевался от тины, но увидев кто перед ним, буквально споткнулся на полуслове.
Смуглая девчонка с пустым ведром в руках чуть склонила голову набок, с любопытством рассматривая мужчину.
Бывший старпом напротив, тоже не мог понять, как очутился на палубе неизвестного судна в компании малявки неопределённого возраста и национальности, обряженной в нечто серое, бесформенное и мешковатое.
Наконец, та открыла рот и сказала… что-то. Гиббс недоуменно моргнул – он хорошо говорил по-английски, по-французски, бегло по-испански и по-португальски, а также мог на слух определить ещё с дюжину языков и диалектов, в том числе и те, что принадлежали большинству местных индейских племен. Но в этот раз он не понял вообще ничего.
– Эээ… что? – недоуменно спросил Джошами.
Вместо ответа его окатили водой из второго ведра, в котором тоже оказалась рыба и всякий морской мусор.
– Сдурела, что ли?! – рявкнул бывший старпом, и мелкая проказница, бросив ведро, с визгом юркнула за ближайшую бочку.
С кряхтением поднявшись, мужчина, наконец, осмотрелся.
Вокруг хаотично валялись ящики, корзины, как попало свернутые канаты, сети, бочки и прочий хлам. Потому, особенно после просторной палубы «Жемчужины», этот небольшой рыболовецкий шлюп показался моряку совсем крошечным. Поморщившись от боли во всем теле, Гиббс решил размяться, попутно размышляя о событиях прошлой ночи.
Погоня. Шторм. Падение в море.
За судьбу друга моряк не переживал – интуиция и опыт подсказывали, что Джек Воробей обязательно найдёт выход из любой передряги.
Сейчас водная стихия уже успокоилась и, вспомнив карты, Джошами попытался определить своё местоположение. К сожалению, на горизонте не имелось ни единого пятнышка, что могли бы послужить ориентирами.
Однако раздумья были прерваны самым неожиданным образом – позабытая девчонка, воспользовавшись тем что мужчина повернулся к ней спиной, подкравшись, дернула того за край жилетки и, прежде чем её владелец успел повернуться, вновь спряталась среди разбросанных по палубе вещей.
Беззвучно чертыхнувшись, бывший старпом направился в трюм и каюты, намереваясь найти кого-нибудь, с кем можно поговорить и объяснить ситуацию.
Но с каждой минутой поисков он всё отчетливее понимал одну простую истину – с этим судном определённо что-то не так.
Во-первых, на борту не оказалось ни единой души, не считая той чудаковатой девчонки, которая всюду преследовала Гиббса, исподтишка наблюдая за ним как за какой-то диковинной зверушкой.
Каких-либо вещей, которые могли бы принадлежать экипажу, тоже не было.
Во-вторых, многие предметы вели себя, мягко говоря, странно.
Джошами так и не понял, почему очаг на камбузе постоянно раскаленный, притом, что углей в нем нет совсем. Потом там же обнаружилась бочка, которая сама по себе наполнялась чистой пресной водой, стоило лишь закрыть крышку.
Такелаж и штурвал, на вид, будучи полностью исправными, никак не хотели слушаться бывшего старпома. Более того, при попытке разрезать один из канатов, чтобы развернуть парус, затупился металлический нож. А к штурвалу мужчина и вовсе не решился больше подходить после одного неприятного случая.
В тот день моряк безуспешно потратил полчаса пытаясь повернуть его, но стоило лишь обронить пару крепких словечек в адрес заклинившего штуртроса, как механизм неожиданно раскрутился сам собой, подобно колесу от телеги. И, как будто этого было мало, сам шлюп тоже начал вращаться так, словно попал в гигантский водоворот.
В ту минуту Гиббс, сам того не замечая, поставил рекорд по скорости чтения молитв. А странноватой девчонке, по-видимому, ситуация очень понравилась – та лишь звонко смеялась, сидя на марсовой площадке всё это время.
И, в-третьих, несмотря ни на что, судно явно куда-то плыло, стоило лишь моряку уснуть. Вот только кроме него и чудной девчонки настраивать паруса (и уж тем более рассчитывать курс) было некому. Но почему-то бывший старпом был твердо уверен, что она этим не занимается.
Конечно, и до этого случая Джошами знал, что женщина на корабле к беде и несчастьям, но теперь он окончательно понял, насколько ошибался в прошлом, приуменьшая предполагаемые неприятности. Правда, до сих пор он не догадывался, насколько ошибается сейчас.
***
Пробуждение от вылитой на лицо холодной воды стало для Гиббса чем-то обыденным – по крайней мере, когда он имел неосторожность задремать на палубе. – Хватит обливать меня водой! – проорал он в след убегающей с радостным визгом хулиганке, снимая с ушей водоросли и стряхивая с плеч ракушки, после чего тихо добавил: – Пожалей хотя бы рыбу… Со временем бывший старпом начал подозревать, куда делся весь экипаж, но тоже прыгнуть за борт и уплыть хоть в закат, лишь бы подальше от этой сумасшедшей, у него не хватало духа. Тем не менее, выжить на этом судне оказалось вполне по силам – провизия была в достатке (чудаковатая девчонка постоянно вытаскивала из моря всякую всячину, которую поначалу пыталась скормить мужчине живьём), место для ночлега тоже, а большего и не нужно. Подобрав трепыхающихся рыбин, Джошами выкинул самых мелких за борт, а тех, что покрупнее, понес на камбуз. Распотрошив и очистив уже порядком надоевшую рыбу, Гиббс вздохнул, и с тоской покосился на стоявшую в углу бочку – по ночам ему снилось, что вместо воды в ней стал появляться ром. Но, к сожалению, рома не было. Зато на завтрак, обед и ужин была рыба, иногда в сочетании с другими дарами моря. И бывший старпом до сих пор не мог определить, что из этого хуже. Вдруг со стороны входа мелькнула тень, и на раскалённый очаг шлепнулось деревянное ведро, полное воды и рыбы, так, что брызги полетели аж до потолка. – Ррибя! – радостно провозгласила личная головная боль бывшего старпома. – Совсем сдурела?! – возмутился тот, сдергивая ёмкость, но проказницы на камбузе уже не было. Хмыкнув, мужчина поставил ведро на пол. К сожалению, все его старания по обучению этой девчонки так и не дали ожидаемого результата – она усвоила всего одно слово, и то с несколькими ошибками. «Рыба! Ры-ба! Понимаешь?!» – возмущался первое время моряк, на что мелкая хулиганка лишь охотно кивала и упорно повторяла своё «Ррибя!», доводя новоявленного учителя до белого каления. Попытки же понять, что она всё время лопочет, прекратились ещё раньше, ибо причиняли куда больше головной боли при гораздо меньшей пользе. Искать логику в её действиях Джошами тоже надоело – малявка целыми днями носилась по палубе или трюму, иногда ныряя в воду, чтобы достать очередную порцию какой-нибудь ерунды вроде камней, песка, ракушек или водорослей, кои она позже раскладывала на дне ведер и бочонков, имитируя морское дно, заливала водой, и запускала туда рыбу. Иногда получалось довольно красиво. Впрочем, эта проказница не упускала ни единого случая, дабы не выплеснуть очередное своё творение в лицо Гиббсу, пусть даже и тратила на него много сил и времени. Но на этом её выходки не заканчивались – однажды бывший старпом чуть не умер от страха, когда эта хулиганка внезапно выскочила из ближайшей бочки, будучи облепленной водорослями, тиной и прочей дрянью, при этом что-то нечленораздельно вопя и размахивая руками. Как-то раз моряк застал свою спутницу за швырянием в волны испанских монет, и долго пытался ей объяснить, что подобные вещи нельзя просто так выбрасывать, а наоборот, нужно поднять как можно больше. К сожалению, девчонка его так и не поняла. А когда сам Джошами решил нырнуть, вода вдруг стала слишком упругой и просто вытолкнула мужчину обратно в воздух, отчего тот зацепился за сети и долго ругался, пытаясь выпутаться, на потеху единственной зрительнице сего представления. Наконец, приготовив нечто вроде супчика, бывший старпом вышел на палубу. – Обед готов! – позвал он эту проказницу, любуясь наведенным своими руками порядком на палубе. – Ты слышала? Обед го… Вдруг взгляд Гиббса зацепился за белое пятно на горизонте, коим оказались паруса неизвестного судна. – Люди? – растерянно пробормотал он, но тут же опомнился и замахал руками. – Люди! Эй, люди! Внезапно вокруг шлюпа возник светящийся голубой купол из шестигранников, доходящий аж до кончиков матч, и судно почти без всплеска скользнуло под воду. Тут же откуда-то возникла искомая девчонка, только на этот раз она выглядела испуганной. – Но там же… – попытался объяснить ей очевидную вещь бывший старпом, сидя на палубе и указывая в сторону чужого корабля, однако та лишь покачала головой и, приставив палец к губам, издала длинный шипящий звук. – Люди же… Однако собеседница уже смотрела восторженным взглядом куда-то в сторону. Повернувшись, мужчина увидел плывущую по своим делам черепаху, а через мгновение мимо него с радостным визгом пролетела размахивающая руками тень, преследуя обитателя моря. – Господи, за что мне это наказание? – простонал Джошами, приложив ладонь к голове.
