Ты заберешь мою боль?

      Юта любил свой дом, правда. Любил этот маленький остров, его культуру и историю, людей; его маленькие двухэтажные домики, что заселяли весь островок, их архитектуру и самобытность. Любил мирные холмы и долины, такие знакомые и простые, но родные; старые деревья и плантации цветов. Любил их блюда из свежовыловленной рыбы и морепродуктов, их региональные пряности. Он любил все это, правда. Но также было правдой то, что ему было недостаточно. Не то чтобы он знал, что такое недостаточно. Да, у него не было биологической семьи. Да, иногда поздно ночью он размышляет об этой альтернативной реальности где его биологические родители не бросили его, и как бы это повлияло на курс его жизни. Но это не означает, что его пресловутое чувство неудовлетворённости было вызвано отсутствием кровных связей. Его приемная мать, что заботилась о нем с младенчества и которой он трепетно дорожил, позаботилась о том, чтобы он никогда не чувствовал нехватку родительского тепла и поддержки. Он также не мог сказать, что причина его меланхолии крылась в отсутствии близких друзей; в конце концов, ему было с кем поговорить, и он не чувствовал нехватку социальных связей. Он также не чувствовал нехватку хобби: у него было чем заняться. У него не было причин на что либо жаловаться. И все же... он ясно осознавал одно: ему всегда чего-то не хватало. В некоторые моменты он, может, и чувствовал себя счастливым, но в целом... ...он чувствовал себя довольно апатично. Его мир — остров. За его границами пустота. За его границами ничего нет. И не то чтобы проблема — если она вообще есть — в изоляции. Юта не думает, что переехав в большой город он сможет избавиться от тошнотворного чувства, которое, возможно, сам и создал. Проблема не была в людях, что его окружают. И это не была проблема в его матери, такой доброй и понимающей, спокойной и тихой, что скорее предпочтет в одиночестве почитать книгу нежели иметь более сложные социальные контакты, но которая никогда не откажет ему в искреннем разговоре и безудержной поддержке. В какой-то момент он осознал, что проблема в нем; не в людях, которые его окружают, и не в месте, в котором он находится. Ведь просто поменяв место жительства он внезапно не станет вести себя по-другому. Но так или иначе, осознание этого мало что изменило для него. Однако, это помогло ему понять, что, возможно, ему стоит что-то изменить. Изменить что-то крайне размытая концепция — тем не менее, она дала ему осознание, что жить обычной жизнью он, вероятно, не сможет. И что он хочет выбраться из застоя, скуки и апатии. Он понимает, что кидаться в адреналин, подвергая себя опасности, — это, наверное, не самое лучшее решение. Но, в конце концов, было бы неплохо найти применение его быстрому бегу.

***

— В этом году я хочу сдать экзамен на охотника. — закончив есть завтрак, непринужденно сказал Юта. Минори поперхнулась, с лязгом отложила вилку на тарелку с недоеденным омлетом, и озадаченно уставилась на него. Густая тишина тут же нависла над столом; на какое-то время стрелки часов отбивающих время стал единственным звуком между ними. Юта отвёл взгляд. Минори вздохнула и наклонилась вперёд чтобы что-то сказать, но тут же передумала, поджав губы. Ветер ударил веткой дерева по оконной раме и они оба вздрогнули. Следом за ветром крякнула чайка, громко взмахнув крыльями. Они обменялись нерешительными улыбками, и Минори опустила взгляд, взяла салфетку, и аккуратно вытерла рот от остатков пищи. Вода из под крана капнула в раковину. Она неловко прокашлялась и взглянула в лицо сына. Он выглядел спокойным и собранным: руки сложены на столе, спина ровная; тем не менее, едва уловимое нервное ерзанье полностью предавало его внешнюю собранность. Она медленно выдохнула, нервно отодвинула чашку чая, и начала беспокойно обводить ее ободок. — Почему так внезапно? — деликатно спросила она с напряжённой улыбкой, бегая взглядом от стола к его лицу. — Ты же знаешь, что это опасно, верно? Каждый год при сдаче экзамена умирает много людей. Шанс пройти его, выжить, не стать калекой и построить карьеру... не очень велик. — Минори сглотнула, перестала возиться с чашкой, и начала обводить вмятину на кухонном столе. Она услышала как Юта вздохнул. — Я понимаю, — произнес он осторожно. — но это то, чего я хочу. — Минори подняла взгляд и невольно придвинулась ближе, слушая. — Я понял, что это то, что мне нужно сейчас. Меня заинтересовали охотники, их организация, сама работа... — Юта запнулся, на что она вопросительно на него посмотрела. — Если честно, я уже давно думаю о том, чтобы сдать экзамен. — он отвёл взгляд и она смогла заметить неловкую улыбку на его губах. Ее брови удивлённо приподнялись. — Давно? — Уже несколько лет. — она приоткрыла рот и тихо ахнула. Он вновь посмотрел куда-то в сторону, прочистил горло, затем продолжил: — Это не было чем-то конкретным тогда, просто мысли. — он неловко пожал плечами. — Но теперь я уверен. Минори запоздало кивнула, все ещё выглядя поражённой. — До того как я узнал об охотниках я не совсем понимал что хочу делать. — Юта вновь сложил руки на стол и посмотрел ей в глаза. Минори почувствовала его колебание перед тем как он продолжил: — Мне нравится остров и жизнь здесь, не подумай... Но я хочу попробовать что-то другое. Минори моргнула. Где то за окном соседские дети в очередной раз пробежали по ее саду, игнорируя ее предупреждения и ругань своих родителей. Их смех эхом отдавался в тишине между ними. Она увидела, как Юта стыдливо опустил плечи. Он напряг челюсть и выглядел совершенно несчастным. Ее глаза распахнулись. — Ох, Юта... — выдохнула она и принялась лихорадочно гладить его руку. — Смена обстановки пойдет тебе только на пользу. Кто знает, может ты даже сможешь стать самым успешным охотником в мире! Юта слабо улыбнулся, покачав головой. — Дело не только в травме, правда. — он принялся объясняться. — Я просто хочу попробовать что-то новое. В конце концов, мне все равно нужна карьера. Я знаю, что мой выбор может показаться экстремальным или даже отчаянным, но это просто... — он сглотнул, его глаза бегали по кухне, не зная куда упасть. — Это просто работа. Я правда этого хочу. — Я понимаю, все хорошо. — прощебетала она успокаивающе, и пусть взгляд Юты был все ещё напряжен, его плечи заметно расслабились. Минори сглотнула, поправила очки, и, потянувшись через стол, положила руку ему на щеку. — Это было бы нормально даже если бы травма была единственной причинной. — сказала она на гране шёпота после чего Юта замер. Он осторожно поднял взгляд; его серебряные глаза смотрели на нее с усталостью. — Но даже если это просто желание найти себя, это нормально. Многие меняют обстановку, пробуют новое. Если подумать, жизнь на таком удаленном острове может быть изолированной. — она поджала губы. — Я всегда знала, что в будущем ты вероятно захочешь переехать в город побольше. Поступить в университет, может бизнес открыть... что угодно. — она почувствовала как ее дыхание чуть сбилось. — Но я не буду лгать: я никогда не думала, что ты захочешь чего-то настолько.... — Экстремального? — эхом повторил он свою недавнюю фразу, опустив взгляд. Минори натянула улыбку. — Да... — Я думал о переезде. — подтвердил он, оправившись. Минори убрала руку с его щеки и сделала глоток остывшего чая. — Но чем больше я думал, тем больше понимал, что не знаю, чтобы я делал просто переехав куда-то. Не то чтобы работа охотника мне внезапно откроет глаза... но этот путь мне кажется близким. И, если честно, в последнее время я часто вспоминаю... все это. — неопределенно махнул он, заставив Минори поморщится. — Не беспокойся, я уже достаточно оправился. Все хорошо. — заверил ее он и неловко засмеялся. — Может, из-за этого с моими мозгами что-то не так и мне всегда чего-то не хватает... — прошептал он едва-слышно, напряжённо сжав руку в кулак. Минори почувствовала как ее сердце сжалось. — Это не твоя вина. — сразу же добавил Юта – ее вечно заботливый сын, который не хочет заставлять ее переживать даже в такой момент. Тревога и нежность перемешивались в ее груди; она почувствовала как ее губы изогнулись в лёгкой улыбке. — Когда экзамен? — выдохнула она слова и Юта моргнул. Когда смысл вопроса наконец-то дошел до него, он выглядел растроганным, не зная что сказать. — Ты не против? — спросил он и поспешил объясниться: — То есть... я знаю, что уже могу решать сам, но я бы хотел услышать твое мнение. Пришло время Минори растрогаться. Она вскинула голову и засмеялась, погладив его руку. — Юта, единственное чего я хочу, так это того, чтобы ты был счастлив. — все ещё посмеиваясь, сказала она в ответ на его ошеломлённое молчание. — Если сдача экзамена – это то, чего ты хочешь, я не буду тебя останавливать. Я также не буду утаивать и скажу прямо: я буду очень переживать за тебя. — Юта вздрогнул. — Тем не менее... Я также поддерживаю тебя. Если это сделает тебя счастливым, если карьера охотника тебе кажется привлекательной и ты найдешь себя в этом, я только за. Только пожалуйста... — ее дыхание сбилось. — Будь осторожен. Ладно? Лучи утреннего солнца просочились через маленькое окно над раковиной и золотой полоской мягко упали на лицо Юты. Его плечи расслабились, и впервые с начала их разговора он выглядел счастливым. — Хорошо. — улыбнулся он мягко.

***

Утреннее солнце светило ещё резче обычного, будя напоминанием о новом дне. И, пусть это было и не самым приятным пробуждением, Юта был рад ему. Он застегнул последнюю пуговицу своей белой льняной рубашки и поправил ее короткие рукава. Она свободно висела на его теле и приятно ощущалась на коже. Учитывая подкрадывающуюся жару, он хотел надеть как можно больше светлых вещей, но не смог отказаться от своих свободных льняных шорт темно-синего цвета чуть выше колена. Летние ботинки такого же цвета были не самым удачным выбором для лета, но так как они крепко поддерживали его подобие ног, он готов был пожертвовать не большой толикой комфорта. Тканевый рюкзак, который он часто куда-либо с собой брал, был ещё одним дополнением. Юта остановился у зеркала в полный рост и принялся расчёсывать свои длинные серебряные волосы. Зеркало было очередным напоминанием его худой комплектации и низкого роста, что вызвало неприятный привкус у него во рту. Его женственное, светлокожее лицо, было лишено какого либо намека на типично мужские грубые черты, что, впрочем, не удивительно, учитывая его травму и ее влияние на его половое созревание. Он вздохнул, и, чувствуя нарастающий клубок тоски в животе, быстро окинул взглядом свою комнату. Воспоминания нахлынули на него бушующей волной, но он поспешил их подавить, мысленно попрощавшись с местом в котором прожил 17 лет.

***

— Будь осторожен, пожалуйста! — прокричала Минори, пытаясь перекрыть шум толпы. Морская соль липла к ее волосам, а солнце грело лицо мягкой утренней теплотой. — После того как пройдешь экзамен, обязательно навести! — улыбнулась она, взъерошив его волосы. — Конечно! — так же прокричал он ей, уворачиваясь от неосторожного плеча прохожего. — Я же сказал: приеду сразу же, как только сдам экзамен, и покажу свою лицензию! — он мягко улыбнулся. — Увидимся. — говорит он напоследок и отворачивается. Она наблюдает, как Юта пробивается через толпу, и его силуэт начинает медленно растворяться. Минори стоит как вкопанная: дыхание с каждой секундой учащается, а гул сердца нарастает в ушах. Ей становится плохо. Неприятное, скребущее и мучительное чувство в груди заставляет ее окликнуть его. — Юта! Она не заметила, как сорвалась на бег. Лишь мелькающие силуэты без лиц, словно из акварельной картины, растворялись в ее боковом зрении. Соленый воздух начал резать глотку, а цикады, которых она не должна была слышать, гудели в ушах. Она подбежала к нему и крепко обняла его со спины, прижимая к груди. Он вздрагивает, а она не может сдержать слёз. Это было так на нее непохоже. — Все хорошо. — обнял ее Юта. — Все будет хорошо, не переживай.

***

Люди начали выбывать ещё до фактического начала экзамена. Добраться до места его проведения, оказалось, было тоже своего рода испытанием, которое ему удалось пройти. Спустя около 12-ти часов всех оставшихся кандидатов высадили с корабля до назначенной точки экзамена. Информация, собранная на борту корабля и за его пределами, дала ему понять, что следующим этапом стало найти правильную дорогу. За довольно маленький промежуток времени у него это получилось, так что следующей целью было найти проводника. Это заняло у него достаточно большое количество времени, но не так долго, как он изначально предполагал. — Иди сюда, — внезапно остановился проводник, и его взгляд переместился на высокую башню. Юта проследил за поднятым указательным пальцем и удивлённо моргнул. Такие высокие здания он видел только по телевизору или в интернете. Это не особо удивляло его на картинках, но в реальности это стало чём-то изумительным. На острове преобладали одноэтажные-двухэтажные частные дома, а максимальный этаж отелей, больниц и других зданий – третий, поэтому для него это было в новинку. — Нет, нам сюда. — вырвал его из мыслей проводник, указывая пальцем на маленькую, ничем не примечательную, забегаловку, введя его в ступор. Юта заинтересованно посмотрел на здание, анализируя. Спустя всего несколько секунд он понял, что к чему, поворачиваясь к проводнику и ловя его взгляд. Тот сначала хитро прищурился, а после улыбнулся. — Ты не первый, над кем я так подшучиваю. Никто никогда и не подумает, что экзамен проводится тут. — раскинул он руки в стороны, саркастически взглянув на старое здание. — Все сразу видят этот большой небоскрёб и думают, что это место проведения экзамена. А когда я говорю, что это не оно, то все сразу меняются в лицах. — почесав затылок, проговорил он. — Признаться, я удивлен, что ты никак не отреагировал. — Юта промычал и ухмыльнулся, думая, что ему хорошо удается скрывать эмоции. Хотя необходимости в этом не было –это произошло на автомате. Когда они зашли внутрь, проводник сказал код в виде заказа. — Понятно, проходите. — ответили им повара и Юта пошел за проводником вперед. Он остановился напротив ничем не примечательной комнате, заинтересованно осмотрелся, и, не теряя времени, вошёл в нее. — Вот и все, — произнес проводник, а Юта полуобернулся, вопросительно взглянув на него. — удачи на экзамене. Буду рад проводить до экзамена и в следующий раз. — улыбнулся проводник, а его силуэт медленно начал отдаляться. Юта приподнял брови и посмотрел ему вслед. В следующий раз? Это натолкнуло его на мысль, что с некоторыми участниками этот проводник встречался уже не в первый раз. Он осознает, что экзамен сложный, но не думает, что для него будет следующий раз. Юта задумчиво потёр подбородок, а комната резко пошатнулась, вырвав его из мыслей, начиная опускаться вниз. «А... Вот оно что». — ухмыльнулся Юта. — «Потайной лифт. Умно». — подумал он, параллельно рассматривая номер под цифрой 101, который ему дали до того, как он зашёл в комнату. Юта задумался о экзамене, поэтому когда двери неожиданно открылись, то вздрогнул. Он перевел взгляд вперёд на открывшееся ему огромное и сырое подземелье, на собравшуюся там толпу, что стреляли злобными и убийственными взглядами, смотря друг на друга. Эта атмосфера совершенно отличалась от той, которую он видел до этого. Пусть Юта и не чувствует настоящей угрозы от большей половины людей, он мог понять, что это не детский сад, что он увидел на борту корабля. Люди здесь так и пылают жаждой сражаться и отобрать шанс стать охотником. Если сейчас бы прозвучал старт и первый этап был бы, допустим, поединок, то, не задумываясь, они бы как стадо набросились друг на друга, разорвав нового знакомого в клочья. Юта медленно вышел из лифта, уже успев нацепить плашку с номером на рубашку и принялся осматривать местность. Спустя некоторое время поиска чего-то достойного к его взгляду прицепилось двое довольно интересных, по крайней мере на первый взгляд, людей. Первый человек – беловолосый мальчик-подросток, держащий скейтборд в руке, с недоверчивым взглядом и с кошачьей мордашкой. Второй – чья-то розоволосая макушка, скрывающаяся где-то в недрах толпы, но интуитивно показавшаяся сильнее всех тех, кто находится здесь. Юта не стал идти туда, чтобы рассмотреть кандидата поближе, потому что его интерес был не настолько сильным, чтобы пробиваться через толпу. Юта ещё раз осмотрел местность вокруг себя и выбрал место, чтобы присесть, ожидая начало экзамена. Он водил взглядом, замечая все новых и новых кандидатов, которые совершенно не спешили приходить, и вгоняли его в скуку. Но потом все же подоспели ещё несколько интересных личностей – мужчина, который всем говорит, что он ниндзя по секрету, и человек (или не человек), со странными иглами по телу и движениями как у куклы. «Жутко выглядит». — промелькнуло в голове. Спустя некоторое время, за которое он успел удачно поспать и размяться, подоспели последние кандидаты – это был довольно высокий мужчина вспыльчивого характера, а с ним парень со светлыми волосами и в необычной одежде с явно какой-то символикой, принадлежащей, возможно, какой либо группе или клану. Еще с ними был мальчик-подросток. Он был очень добрый и доверчивый, что отчётливо читалось в его глазах, и Юта успел ему посочувствовать, зная, насколько трудным может быть экзамен и насколько злые здесь были люди. Посмотрев достаточно по сторонам, и отметив ещё несколько новых лиц, впереди себя он увидел необычный силуэт мужчины, которого окружала толпа народа, и подошёл поближе, чтобы посмотреть, что там происходит. — Надо быть осторожным и не толкаться. — протянул мужчина, саркастически улыбаясь. — Эй... это же тот, который в прошлом году убил экзаменатора, — тихо прошептал чей-то голос из толпы, и Юта обратил внимание на упомянутого, подмечая, что это один из самых первых кандидатов, который его заинтересовал. Этот человек выглядел как фокусник из-за своей специфической одежды, но точно не выглядел смешно: он был высокий и в хорошей физической форме. Он нетипично выглядел для стандартных рамках общества, но интересно. Но не это заставляло держаться от него подальше, а его дикий взгляд в котором читалось, что он уже на пределе и жаждет... убить? Юта не совсем понимал, но, наверное, это жажда крови. Чувство, когда Юта находился рядом с ним... он не мог его описать. Но он знал, что это определенно что-то опасное. — Итак, — вдруг послышался голос сверху, прерывая его мысли. — я ваш экзаменатор. — все разговоры прекратились в тот же миг, и участники сразу же подняли свои любопытные взгляды на него. — Предупрежу вас ещё раз: на экзамене вы можете получить травмы или даже умереть, кто готов – остается, кто нет – попрошу пройти к выходу. — ненадолго стало тихо. Некоторые переглянулись. — Отлично. Никто не ушел, 405 участника. Ну а теперь идите за мной. — он развернулся и начал идти. Постепенно шаг начал ускоряться, поэтому и люди впереди шли быстрее, постепенно переходя на бег. Юта перевел взгляд вперед, как несколько бегущих рядом людей начали перешептываться. «Возможно, экзамен уже начался». Участники только начали бежать, но уже через несколько минут некоторые начали отдаляться из-за усталости. Смотря на них можно было лишь посмеяться, что они вообще решили прийти сюда.

***

Участники бегут уже около четырех часов. Многие остались позади, но ни единого намека на выход не видно. Внезапно все заметили резкий подъем наверх и, пусть это означало, что, возможно, конец этапа совсем скоро, что-то страдальчески промычали. Где-то в конце ступеней, вдалеке, пока что едва заметно, виднелся слепящий свет, как будто вход в преисподнюю — последнее пронеслось в голове Юты, и он ухмыльнулся, глядя, что это правильное сравнение. Спустя некоторое время он добежал до света и увидел незнакомую для себя местность, начав внимательно рассматривать все вокруг. Это было жутковатое и грязное место: вокруг был небольшой туман, а под ногами ощущалось немного грязи, но, судя по всему, впереди ее будет ещё больше. Юта сразу понял: если придется бежать, то надо быть предельно осторожным, потому-что из-за грязной поверхности земли можно было поскользнуться и прочистить ее лицом. Когда все прибежали, экзаменатор начал рассказывать, что этап не закончился и чтобы все продолжали бежать за ним и в этот раз не отставали, потому что можно потеряться в тумане. Также он предупредил о том, что тут есть создания которые могут копировать внешность и голос, и сказал, чтобы все были внимательны и не попались в ловушку, не став для них едой. Но вдруг речь прервалась и донёсся голос: — Не верьте ему! Он не настоящий экзаменатор, это я должен был провести у вас экзамен! — громко воскликнул довольно побитый на вид мужчина. — Что? — резко люди в толпе начали недоумевать, что происходит, и спорить: кто есть экзаменатор, а кто нет. «Они начинают суетиться. Неужели и вправду не понимают, что это подделка?» — подумал Юта, искренне удивившись. Внезапно, одновременно две карты полетели в разные стороны. Одна карта полетела в сторону экзаменатора и он поймал ее между двух пальцев кисти рук, а вторая же полетела в потрёпанного мужчину и благополучно попала в него. В итоге, его настоящая форма рассеялась и он, обратившись в обезьяну, сбежал. Почти никто ничего не понял, потому что все произошло мгновенно. — Вот и решили. — скрипуче протянул фокусник. — Что ты сделал? — кто-то спросил из толпы, и все сразу обратили на фокусника взгляды. — Подумайте сами. Охотник, кем мы сейчас так стараемся стать и не отразить такую легкую атаку... Чтобы не спорить, кто тут экзаменатор, я решил, что будет лучше и быстрее сделать так. Ведь для настоящего такая слабая атака будет вовсе не проблемой... — протянул он с притворной ухмылкой, растягивая гласные. — Сочту это за комплимент, но если еще раз так сделаешь, то ты будешь дисквалифицирован. — Хорошо, хорошо, — с такой же усмешкой произнес мужчина. Юта прищурился. Хисока показался ему опасным. Он, очевидно, был не только хитрым и хорошо контролировал свои эмоции, но и сильным. Странное подавляющее чувство, что обволакивает, тоже было довольно отталкивающим. Да, он был опасен. Может быть, для него экзамен просто забава. Юта подумал, что ему желательно сторониться его.

***

Второй этап прошел относительно быстро. Сначала участникам требовалось бежать за экзаменатором до точки начала второго этапа и не отставать. Некоторые потерялись, некоторые попали в смертельные ловушки, что заставило Юту вспомнить, где он находится. К счастью, его это обошло стороной, и он даже не отставал. На втором этапе хантеры-гурманы сказали найти свинью и приготовить ее. Свинью все поймали, а вот приготовить, чтобы понравилось обоим, ни у кого не получилось, поэтому экзаменатор на втором этапе взбесилась и сказала, что никто не прошел. Спустя время с эффектом появился председатель комитета охотников и предложил сделать иначе: изменить задание на другое. Задание было довольно лёгкое: надо было спуститься вниз в ущелье и достать яйцо орла-паука, а после приготовить. Юта легко с этим справился и прошел данный этап. После второго этапа тех, кто прошел его, посадили на дирижабль, чтобы доехать до третьего этапа экзамена. — Где-то в районе восьми часов утра мы должны быть на месте, так что до этого у вас есть свободное время, чтобы отдохнуть. Поесть вы можете в столовой. — оповестил всех старческий голос. Кто-то пошел отдохнуть, кто-то поесть, а Юта, сразу после того как принял душ, решил прогуляться по дирижаблю. Ничего особенного он не увидел, до того момента, как остановился напротив окна, заворожённый видом. «Красиво». — промелькнуло у него в голове. Небо было так близко, но и одновременно так далеко. На нем сияло так много звезд, что трудно было отвести взгляд. Внизу простирался город: маленькие огоньки, свидетельствующие о жизни внизу. Юта никогда не смотрел на город с такой высоты, что уж говорить, он даже за пределы своего острова не выезжал, поэтому для него все это было необычно. Наверное, если он поживет в таком большом городе некоторое время, то для него зрелище огромных небоскребов станет чем-то обыкновенным и привычным, но сейчас он просто наслаждался. Юта почувствовал прилив сонливости, поэтому решил отправиться спать. Когда он уже собирался уйти, то задел плечом что-то и замер. Юта нахмурился и повернулся, вперившись взглядом в чужую грудь. Он поднял голову и посмотрел в лицо стоящего напротив него мужчины. Увидев Хисоку, он приподнял брови и легко улыбнулся, отходя на два шага назад. — Ой, извини. — вежливым и спокойным тоном произнес он. Все таки ему очень хорошо удавалось скрывать свои настоящие эмоции. — Ничего, все нормально. — протянул тот, улыбаясь. Он мог заметить, как жёлтые глаза заметно анализируют его мимику, что делало его более напряжённым. Юта посмотрел по сторонам пустого и широкого коридора, пытаясь понять, как тот не заметил его. Осознание появилось спустя несколько секунд: он специально задел его. Юта, все ещё растягивая губы в улыбке, вновь обратил свой взгляд на Хисоку. Тот смотрел на него. Будь Юта менее способен к актерству он, возможно, вздрогнул бы. Но все, что он сделал, это немного сузил глаза и улыбнулся чуть шире. Брови Хисоки чуть вздрогнули. Они постояли в тишине ещё несколько секунд. Хисока прищурился, улыбаясь. — Не смотри на меня так. — вдруг протянул тот и Юта неожиданно почувствовал колющее чувство вокруг себя. — О чём это ты? — он наклонил голову и сделал тупое лицо. Потом зевнул, прикрывая рот. — Мне пора спать, сегодня был трудный день. — быстро пробормотал он, незамедлительно уходя от него куда подальше. Хисока посмотрел прищуренными глазами в след девчонке, задумчиво промычал, а потом разочарованно вздохнул и пошел дальше.

***

Оказавшись в выделенной ему комнате, Он прислонился к дверному проёму, устало выдыхая. Тишина была успокаивающей. Юта не совсем понял, что только что произошло, но осознал по крайней мере одно: да, он был прав. Ему стоит сторониться его. Хисока задел его плечом, спровоцировав разговор, из-за каких то своих невнятных причин: то ли развлекаясь, то ли с желанием проверить его реакцию. Юта опустил взгляд на руку, прищурившись. Он не чувствует ничего необычного сейчас, но буквально несколько минут назад, когда разговаривал с Хисокой, Юта почувствовал себя странно. Он не мог описать само ощущение – это, определено, было подавляющее чувство, но не то, что он когда либо чувствовал раньше. Пусть взаимодействие с Хисокой и было странным, он не чувствовал никакого страха, так что это было явно не что-то психологическое. Юта вздохнул. Экзамен неплохо вымотал его, так что, возможно, ему просто показалось. Юта решил не включать свет, а сразу же пойти спать. Он подошёл к кровати и наклонился, чтобы снять ботинки, борясь со шнурками, после чего с грохотом откинул их в сторону. Юта откинул одеяло, залезая в кровать, и падая на подушку. Он посмотрел в потолок несколько секунду, после чего злобно прошипел, двинув ногой. — Ну да, конечно. — устало протянул Юта, ухмыляясь. Он чувствовал себя так, будто его ноги только что разорвали в клочья, будто кто-то вырвал кости вместе с плотью. Доктора часто говорили ему, что он особенный. Что любой другой человек не смог бы выдержать такой боли. Что любой другой человек просто бы сломался. Юта предпочел бы не быть «особенным». Он бы предпочёл никогда не узнать, насколько сильна его выносливость. Поначалу ему очень плохо доводилось переносить боль, и в физическом, и в психологическом плане: из-за боли он не мог ни на чём сфокусироваться, его сознание металось туда-сюда. Боль будто его испытывала на прочность, заставляла падать в пучины отчаяния и чувствовать ужасающее чувство тревоги где-то в районе живота. Она его душила, злила, и пугала до неимоверности. Сама мысль о том, что это на всю жизнь – ужасала его, ему хотелось вопить от безнадёжности ситуации. Но в конечном итоге он выдержал. Смог принять свою боль как неотъемлемую частицу себя, продолжая жить. Он настолько привык к этой боли, что, бывает, даже не замечает ее. Это, возможно, грустно, но он привык. Бывают такие моменты, когда боль ощущается сильнее обычного, и, судя по всему, его ноги не особенно хотят благодарить его за сегодняшний пятичасовой бег. Юта был хрупче среднестатистического мальчика в детстве, но у него не было боли. Она началась после пожара. В тот день поломалось всё: и он, и его ноги. В тот день его ноги горели ярким пламенем, пожирая плоть и сжигая кости. Он не мог выбраться, потому что застрял между разрушенных обломков домов, и был вынужден кричать до потери сознания, надеясь, что его успеют спасти. Теперь у Юты остались ожоги на ногах, которые он скрывает в высоких ботинках, и пользуется средством для грима. После пожара некоторые костные частицы пришлось удалить, и из остатков того, что осталось после его ног, чудом сместить их так, чтобы он мог ходить, не говоря уже о беге. Он всегда чувствует боль, просто не показывает этого. Каждый раз, когда он делает шаг, его кости тихо щёлкают: они то ломаются, то срастаются. Это происходит и по сей день, и будет происходить до конца его жизни. Таков был единственный способ лечения. В пожаре у него также пострадали кисти рук, но ожогов на них почти что нет, поэтому на фоне боли в ногах, боль там почти не ощущается. Сразу после пожара он впал в кому на год. Из-за операции, которую было необходимо сделать, чтобы он выжил и смог ходить, ему пришлось пожертвовать тем, что он не сможет расти. Юта так и остался в теле подростка лет тринадцати и больше никогда не вырастет. Его невозможность роста не должна влиять на структуру его лица, но Юту часто воспринимают младше его возраста и не верят, что ему 17, так что он не уверен, насколько лет выглядит. Обычно его мимика даёт людям понять, что он старше, даже своего фактического возраста. Но, в любом случае, это маленькая плата за то, что он сейчас жив. Лечил его приезжий на остров доктор и, по словам приемной матери, у него были какие-то уникальные способности: он лечил чем-то вроде дыма. Он не знал, как это понимать, но верил ей. В первую очередь, благодаря ему он выжил. Ему предлагали хоть что-то взять в качестве оплаты, но он лишь поблагодарил и вежливо отказался, указывая на свое собственное безвозмездное желание помочь. После этого мужчина покинул остров и больше его никто не видел. Он никогда не говорил своей матери, но он бы хотел найти его однажды. Ему бы хотелось задать ему несколько вопросов и поблагодарить за спасение, пусть и таким способом. А лицензия охотника, возможно, в этом ему поможет.