Дюдик

      Квартира была маленькая и омерзительно грязная. Нил передернул плечами. Это оказалась так называемая «студия», где в одной комнатушке помещается все: кухня, туалет, спальня и гостиная. Справа от дверей находилась небольшая запакощенная плита, вся в остатках еды, готовившейся на ней, тут же был и грязный умывальник, из носика которого мерно капала вода прямо в унитаз. За ним был стол, на котором теснились немытые чашки, тарелки, объедки и откровенный хлам, назначение которого было трудно разобрать. Под столом стояло помойное ведро, от которого нестерпимо разило. У стола было три табурета в пятнах. Все это освещало засиженное мухами, и перечеркнутое ржавой железкой лестницы, окно без занавесок, выходившее в каменный колодец. В дальнем углу комнаты стояла незаправленная кровать с всклокоченным серым бельем, кресло, и виднелась приоткрытая дверь стенного шкафа. — Вот здесь я живу, — довольно сказал Крис.       Нил вздохнул, зажал нос рукой и шагнул в комнату. Теперь было понятно, что ко всем неудобствам, у этой квартиры еще и картонные стены. Было слышно, что где-то в недрах дома лает собака, переругивается пара, а на улице кричат, бегая за мячом, подростки. — Угу, — кивнул Нил.       Он уже было решил поблагодарить своего случайного знакомого за заботу и откланяться (он не мог себе представить, что в таком месте можно жить), как Крис серьезно и требовательно обратился к нему: — Ладно. Давай-ка расскажи все сначала о том, что с тобой произошло. Нил посмотрел на него растерянно, и, сам не зная почему, кивнул: — Хорошо. С какого момента рассказывать? Крис передвинулся на край кресла, положил руки на колени и сказал: — Ты говорил, что это случилось сегодня с утра. Думаю, начать тебе лучше со вчерашнего полудня. Нил снова кивнул, осторожно облокотился о край стола и начал рассказ: — Около полудня мы решили с Крисом пойти перекусить. Но в пабе он вдруг начал цепляться ко мне. У него бывает такое настроение. Все ему не так. Я обычно не обращаю внимания, он ведь отличный человек, просто так воспитан. Но тут он меня вывел. В общем, поругались мы. — И сильно? — спросил Крис заинтересованно. — Ну, так себе. В общем, я ушел. Думаю, пусть без меня побудет, пострадает. Ночевать я ушел к Эрику Ватсону, они с Кришей (это его жена) уехали отдыхать и оставили мне ключи…       Крис на этих словах встал с кресла и принялся мочиться в унитаз. Нил обескураженно замолчал. Тогда Крис обернул к нему голову и подирижировал рукой, указывая Нилу продолжать. Нил, глядя в его спину, громко заговорил: — Я сначала лег спать и никак не мог успокоиться. Позвонил одному знакомому парню, думал узнать чем занимается Крис. Но он его не видел. Тогда я позвонил еще одному, и он сказал, что Крис приходил с Максом. — Кто этот Макс? — спросил Крис, дергая бедрами, застегивая джинсы. — Один парень. Это не важно, — Нил посмотрел в сторону. — Ясно, — улыбнулся Крис так, словно и правда понял, то, что хотел скрыть от него Нил. — Ну и дальше? — Я тогда выпил немного. Так чтобы уснуть, пару бокалов. — И никуда не ходил? — Крис опять сел в кресло и расслабленно сложил руки на животе. — Никуда! Честное… — Так. Потом? — Утром я решил, что дуться не стоит и поехал к Крису мириться…       Нил замолчал, снял очки и начал тереть глаза. Крис опять подирижировал рукой, побуждая его продолжать. Тогда Нил поднял на него сухие и злые глаза и продолжал: — Я подумал, что Крис спит и хотел открыть дверь своим ключом. Но дверь сама отворилась. Я сначала подумал, что Крис куда-то собирается и только открыл квартиру. Он очень мнительный, — у Нила скривился рот, — был мнительный. Дверь сразу на замок закрывал, как только войдет в квартиру или пустит кого. Да еще по сто раз проверял хорошо ли закрыл. И меня заставлял. — Ага! Вон оно что! — хищно сказал Крис. — Что? — Так, пунктик. — Крис достал из-за пазухи затрепанный блокнот, раскрыл его, не глядя, посередине, и, послюнив карандаш, сделал какую-то пометку. Нил вздрогнул и удивленно посмотрел на него. — Это важно? — Да кто его знает?! Может и важно, — пожал плечами Крис, — а может и нет. Дальше что? — Так вот. Я вошел, а его в прихожей нет. Я туда-сюда. Крикнул: «Крис! Это я! Что это у тебя открыто?» Он не ответил и тут я напугался, — Нил прижал руку к левой стороне груди. — И сразу в гостиную пошел. — Почему? — Что? — Почему — сразу в гостиную? — О! Да бог знает почему. Почему-то. Разве я помню? — раздраженно ответил Нил. — Так вот. А там Крис. Я от дверей его увидал. Он лежал так… Я решил, что он живой и у него передоз или что-то такое. Он кокаин нюхал. — Надо же, — поднял брови Крис, и опять, повозив карандашом по языку, черкнул коротко в блокноте. — Да. Я бросился к нему. Я понял, что он умирает. — Как понял? — Сам не знаю. Я перепугался сильно, он захрипел, я наклонился к нему, а у него… у него… — Нил вдруг затрясся, губы его запрыгали, а глаза стали как стеклянные.       Он минуты две боролся с собой, а потом, бледный и заикающийся, продолжил рассказ. Крис довольно равнодушно созерцал его припадок. — У него кровь изо рта пошла. Я думал, что все, конец, но тут он сказал: «Медальон». Я сразу понял. У него на груди всегда медальон был, ну, будто монета золотая, крупный, дырка в нем. Я сто раз видал его, щупал даже. Да этот медальон все видели, кто знал Криса. Он его любил показывать, говорил, что так энергетика улучшается. Крис молча кивнул и ткнул карандашом в блокнот. — Так вот. Помянул он медальон, и я подумал, что он хочет на него посмотреть. Я оттянул тогда ворот кофты Крису и это было очень страшно, потому что у него вся грудь оказалась залита кровью. — Джемпер черный был? — Да. Черный, — удивленно ответил Нил. — Но как… — Продолжай. — Так вот. Я оттянул ему ворот, а Крис еще раз сказал: «Медальон». А медальона у него на шее никакого не было. Никакого. Я ему и говорю: «Нет медальона, Крис». А он поднял руку и в ней только цепочка. Нет медальона. — Ага! — опять хищно сказал Крис. — Я хотел спросить, что же случилось, ну, раз уж он говорит. А он опять захрипел и кровь изо рта у него чуть не фонтаном. Я очень испугался и побежал из комнаты. Я думал вызвать скорую. Но ногой зацепился за порог и упал. Стал вставать, вижу — у меня прямо под руками пистолет, небольшой такой. Я взял его в руки, а потом отбросил обратно. — А когда входил в комнату, то пушку ты не видел? — Крис прищурил глаза. Нил потер лоб озадаченно: — Нет. Не видел. Только когда упал. Да еще Крис так страшно хрипел. Я вызвал скорую и пошел обратно в гостиную. Но Крис уже умер. То есть я так решил, потому что у него лицо стало бледное и глаза смотрели неподвижно, и он будто вытянулся так странно. Мне стало опять очень страшно. И я подумал, что врачи скорой могут решить, что это я убил Криса… И тогда я решил сбежать. Я схватил куртку и выбежал из квартиры. Ну, и побежал что есть мочи. Остальное ты знаешь. Крис кивнул. — Тебе повезло, что меня повстречал. Нил пожал плечами. — И что мне теперь делать? — Я бы не твоем месте пошел в полицию. Объяснил все. Дал бы показания. — Ты спятил! — убежденно сказал Нил. — Да меня же тут же посадят в каталажку! Пистолет я залапал, меня видела куча людей, ну и… — Что? — прищурился Крис. — Ну и… все. Мало что ли? — развел руками Нил. — У нас разбирать не будут. Бобби лишь бы кого виноватым сделать. Уж поверь мне, настоящего преступника и искать не будут, если я им тепленьким в руки дамся. Нет уж! — Если не придешь, то тогда точно будут думать только на тебя. — Вовсе не обязательно, может, кто-то чего-то видал. — Так видели-то тебя. — Может, не только меня! Ведь кто-то же убил Криса! — губы Нила опять скривились. — И это не я! Крис покачал головой и, внимательно глядя на Нила, сказал: — Ладно. Я могу тебе помочь. — Чем же? — Я могу съездить и разузнать, как идут дела, и что там вообще творится. — Ты правда это можешь? — Правда. Нил с сомнением посмотрел на своего случайного знакомого. Странный парень. А если?.. Нил спросил подозрительно: — Где ты работаешь? Крис добродушно рассмеялся: — Думаешь, если бы я работал, то жил бы в такой заднице? Неа. Нигде я не работаю. — Чем же ты занимаешься? — удивленно спросил Нил. — Учусь в универе, — гордо сказал Крис, — архитектором буду. Да. — Однако у тебя есть машина. — Дед подарил. До этого мотоцикл был. Но мама очень переживала, пока не появилась моя малышка, — взгляд Криса потеплел, но было не очень понятно — думает ли он при этом о матери, или о машине. — Вот оно что, — протянул Нил.

* * *

      Крис оставил машину в квартале от дома, где жил Нил со своим бойфрендом, и медленно, прогулочным шагом подошел к уютному трехэтажному зданию. В скверике напротив на лавочках сидели старики и старушки. У черного хода стояла полицейская машина и возле нее суетились люди в штатском. По дорожкам разгуливали толстые степенные голуби. Крис присел на лавочку и посмотрел на благообразную старушку рядом. — Здравствуйте, мэм. Скажите, а в этом доме не сдаются квартиры? Старики вообще очень любят поболтать, и Крис в лице старой леди нашел благодарного собеседника. — Сдаются, молодой человек. А вы семейный или холостой? — Позвольте представиться, Шон Флуд, архитектор. — Крис улыбнулся как можно обворожительнее. — Я не женат. — Я миссис Тремал, живу здесь всю свою жизнь, — кивнула ему старушка милостиво. — Приятно познакомиться с такой очаровательной леди. Было бы прекрасно иметь Вас своей соседкой. На Вашем этаже ведь есть свободные апартаменты? Старушка поерзала на лавочке и, гневно комкая вышитый платочек, начала свой рассказ.       Она живет здесь сорок лет, с того момента, как дом построили. Жильцы здесь люди консервативные и очень-очень приличные, в высшей просто степени. Она за всю свою жизнь не видала такого позора. На ее этаже прекрасную квартиру занимал полковник Доуэл. Он уехал на Фолкленды, там он служил, и вот вместо себя он оставил своего племянника Криса. Совершенно безголового юношу. Как объяснил полковник, сына своей сестры, которая живет в какой-то жуткой провинции, чуть ли не в Ньюкасле. Так вот, этот Крис вел себя сперва весьма прилично. Здоровался с миссис Тремал, ходил тихо и поначалу даже понравился старушке. Однако вскоре к нему приехал из грязного Ньюкасла друг, которого зовут Нил Как-то-там. И начались безобразные оргии. Они, по всей видимости, занимались отвратительным содомским грехом. И ее служанка, Сью, видала как они целуются в лифте. Просто ужас. Она, конечно же, написала полковнику, но он не ответил. А квартирная хозяйка на причитания миссис Тремал ответила, что, мол, деньги от «голубых» в точь такие же настоящие, как и деньги от миссис Тремал. Конечно, если бы домом владела мать нынешней хозяйки, то такого ужасного события не могло бы произойти, но молодая Одри Чапмен не склонна поддерживать респектабельность этого места — ей подавай деньги. Миссис Тремал уехала бы, но она стара и хочет умереть в родных стенах. Так вот, старая леди не ошиблась. Любовник Доуэла-младшего убил его, прострелив голову. Это было ужасно-ужасно-ужасно! Ее опрашивали грубые полицейские, и это буквально нынешним утром. Ей пришлось пить капли. Когда старушка после длинного рассказа стала обмахиваться платком, а Крис спросил ее: — Но откуда полиция узнала об убийстве? — Как откуда? Я позвонила! — ответила старая карга, подняв брови пренебрежительно. — Вы видели как он убил?! — воскликнул Крис удивленно. — Ох, нет. Конечно нет. Разве я могла быть там, в этой обители порока?! Но, знаете, молодой человек, я слышала. Сначала они ругались. Ох, как ругались. Я, как приличный человек, не прислушивалась, но у этого Нила такой специфический голос, уж ни с кем не спутаешь. Так он орал как сумасшедший: убью, я тебя убью! Вот я и вызвала полицию. Ведь эти… геи… они так порочны, что можно ожидать совершенно всего от них! — Мэм, жаль, что таких как Вы бесстрашных леди мало. А полиция приехала быстро? — Разве они приезжают быстро? Нет. Может только часа через полтора. Ужасный Нил уже успел сбежать, пока они копались. Мне еще Сью сказала, моя служанка, что видела, как он вошел за несколько минут до полиции и почти сразу вышел. Но глупая девчонка ошибается, он был там все время, ведь я слышала его голос. Я так и сказала детективу, — заключила миссис Тремал свой рассказ. — Какая удивительная история. А эта Сью живет с вами? — Нет, она приходящая работница. Живет где-то в Хакни. Но зачем она Вам, молодой человек? — Извините, я просто хотел узнать, не сможет ли она раз в неделю прибирать и у меня, — сказал Крис быстро. — Понятно, — протянула старуха. Крис пошебуршил ключами в кармане. — Как я могу нанять квартиру? — Вам надо поговорить с хозяйкой. Ее офис во-он там, — она указала в сторону последнего подъезда. — Большое Вам спасибо. Крис раскланялся со старухой и сделал вид, что направился в сторону подъезда, под ее зорким взглядом.

* * *

      Крис решил, что нужно как можно скорее вернуться домой, однако вернулся только под вечер, потому что надо было решить кое-какие вопросы, касающиеся практики. Только Крис перешагнул порог, Нил приступил к нему с расспросами. Но Крис ребром ладони отодвинул мусор на столе и на освободившееся место поставил пакет. Налил в закопченный чайник воды и водрузил его на плиту. — Есть хочется, аж трясет, — прокомментировал он и открыл белоснежными зубами бутылку с молоком. — Садись, поешь.       Нил гадливо присел на табурет и решил, что есть в этой помойке ничего не станет. Крис же резал ветчину, хлеб, сыр, и, кусая от разных кусков, принялся жадно есть. Когда чайник закипел, он налил в грязный бокал кипятку, сыпнул заварки и, не дожидаясь пока она даст цвет, налил туда остатки молока из бутылки.       Он ел, не обращая внимания на то, ест ли Нил, а когда насытился, то кинул в рот жвачку и пересел в кресло. Крис сложил руки на животе и сонно вздохнул: — Жаль, что нет телика, счас бы сидел как аристократ и глядел какой-нибудь фильм. — Ну что? Как там? В газетах нет ничего? — В газетах нет. Не такие вы важные птицы, чтобы в газетах о вас писали, — усмехнулся он. Нил облегченно вздохнул. Но тут же лицо его омрачилось. — Вообще-то я работаю журналистом. Найдется масса желающих подлататься на этом происшествии. — Ты журналист? — воскликнул Крис заинтересованно. — Никогда не видел живого журналиста. А о чем ты пишешь? — О музыке. Знаешь журнал Смэш Хитс? — Предположим. — Ну, так я для него беру интервью у знаменитостей. Я — Нил Теннант. — Так ты тот самый Теннант?! — медленно проговорил Крис, а потом пожал плечами.- Нет, не знаю, я не обращаю внимание на то, кто написал статью. Нил смутился, но все-таки тут же спросил Криса, подаваясь вперед: — Ты что-то узнал? — Ну как узнал… Я поговорил с твоей соседкой. Миссис Тремал, интересная такая старушенция. Вы ей не нравились. Особенно ты, — развел руками Крис. — А ведь я ей улыбался и здоровался. Бывало, мы очень мило беседовали. Вот и верь после этого людям. — Нил заломил руки, однако было видно, что он не сильно удивлен. Крис передал ему разговор с миссис Тремал. Нил мрачно выслушал его, а после сказал твердо: — Я ничего такого не говорил. Не представляю, кого она там слышала, эта глухая сова. Он схватился за голову и начал бегать по комнате. — Кто это мог быть? Криса все любили, он был само очарование! — Ну, видать, нет, — заметил Крис. — Видать кто-то очень даже не любил. — Что же делать! Что делать-то?! Это просто бред какой-то! Они помолчали. Крис грыз ногти, задумчиво рассматривая Нила. — Ты точно не хочешь пойти в полицию? — наконец поинтересовался он. Нил сел на стул и сжал руки в кулаки. — Нет. Ни за что! — Глупо. Они опять молча смотрели друг на друга. — Пусть глупо. Я не виноват. Я не убивал его. Что я скажу в полиции? — Ну, то же что и мне. — Ты ведь и сам понимаешь, что мой рассказ звучит неубедительно, — Нил вздохнул. — Тогда остается только одно — найти убийцу самому. Нил промолчал. — Ладно, — сказал Крис и хлопнул себя руками по коленкам. — Кто куда, а я спать. Нил беспомощно оглянулся и поерзал на стуле. Где же ему было спать? Выйти на улицу он побаивался, а в коморке Криса места положительно не было. Он нерешительно встал и взялся за ручку двери. В этот момент Крис сказал ему: — Можешь лечь спать вместе со мной. Только я бывает, брыкаюсь во сне. Ну, на худой конец есть кресло. — Ты не… не против? — спросил Нил удивленно. По правде сказать, он хотел спросить — не брезгует ли им Крис. По собственному наблюдению Нил знал, что такие незамысловатые парни с презрением и брезгливостью относятся к гомосексуалистам. Поэтому он хотел знать наверняка. — Чего против? Кровать большая, ты в беде. Ложись — бить не буду, — ответил Крис и, стащив с себя джинсы и кроссовки, повалился на серые простыни. Он принялся поудобнее устраиваться. Нил мысленно махнул рукой, тоже стащил с себя верхнюю одежду и аккуратно лег рядом с Крисом. — Одеяло одно. Я не могу спать неукрытым. Так что возьми себе плед, — Крис указал на стенной шкаф. Пришлось Нилу подняться и выудить оттуда прожженный, пахнущий мышами, шерстяной плед. Нил не мог собраться с мыслями. Что ему требовалось сделать? Пойти в полицию? Бежать? Но что он скажет в полиции? Куда сбежит? К родителям в Ньюкасл? Только не это. Он не сможет смотреть матери в глаза. Нил представил себе, как мать смотрит на него строго и грозно, как в детстве, когда он совершал одну из своих бесчисленных проказ. Этот презрительный укор в ее черных глазах преследовал его сквозь годы, иной раз уберегая от безумств юности. Нет, к родителям сунуться невозможно. Нилу показалось, что он остался во всем мире один. Неприкаянный, оболганный и сломленный. Он нечаянно всхлипнул, попытался сдержаться, но невольно затрясся в рыдании. Однако далеко зайти ему не удалось. Крис заворочался и пребольно толкнул его локтем под ребра. Нил было подумал, что он сделал это нарочно, но Крис тут же разразился молодецким храпом.