Дюдик

      Братья Лоу заседали в приобретшей стараньями Нила приличный вид квартирке Криса. Крис, по своему обыкновению валялся на кровати, задрав ноги к потолку, а Тим попивал чай и ел бутерброд с засохшим сыром. — У тебя стало уютнее. Крис махнул рукой в знак пренебрежения по отношению к комфорту. — Мне и так зашибись было. — Я слыхал, у Теннанта будет общественный адвокат. На другого у него денег нет. — А как же его родственники? — Такое впечатление, что их не оповещали. Но точно не скажу. — Он рассказывал, что у него есть братья, но они моложе. И старшая сестра. Ну и родители имеются. Насколько я понял, это приличная семья. — Но сынок-то со странностями. — Я бы не назвал гомосексуализм такой уж странностью. — Тьфу. — Тим сплюнул на пол. — Ну, плюнь в меня, — сердито предложил Крис. — В тебя не могу, ты любимый брат. — Ну, так и занимайся своими делами, в чужие не лезь. — Не могу, профессия такая, — засмеялся Тим. — Ты сам такой, любишь совать нос в чужие секреты. Вот зачем ты связался с этим Теннантом? Ты что, правда веришь, что он не при делах? — Правда верю. — Ну, значит, без тебя разберутся. Тоже мне Холмс. — А вдруг нет? Вдруг не разберутся? У тебя просто профессиональное привыкание, а мне не наплевать. — Прям спаситель человечества. — Только одного человека. — И я подозреваю почему. А меж тем уже четыре трупа: Доуэл, Кирвотер, Лазони, Лери. Может и еще кто-то есть, кого мы не знаем. — Так вот и посоветуй, что делать. — Посоветуй… А сам-то уже ничего не можешь надумать? — Да уж больно все разрозненно. — Так давай, собери все. Крис почесал в голове. — Это идея. А-то я запутался уже. — Так распутайся. Подними пятую точку с дивана, возьми карандаш и бумагу, и напиши все по пунктам.       Крис скатился с дивана и принялся бестолково шарить по углам в поисках бумаги. Так как другой бумаги, кроме профильной у него не водилось, он оторвал от рулона миллиметровки и расположился на столе напротив Тима. Он расстелил бумагу, и чтобы она не сворачивалась в рулон, поставил по углам пустые чашки. — Так. Номер один. — Пиши номером первым своего Теннанта. — Он не мой, — буркнул Крис, но написал возле единицы фамилию Нила. Затем он вписал под номерами всех участников действия. — Что мы знаем о Теннанте? — спросил Тим. — Ну, во-первых, он любовник Доуэла и жил за его счет. — То, что он содержант мы знаем только со слов Лери. Не уверен, что тут хоть чьим-нибудь словам можно безоговорочно доверять. — А ведь верно. Тогда давай факты. — Нил любовник Доуэла. Они живут вместе. Они поругались, но ругались они постоянно. Или это тоже вранина? Может только в этот раз? А что сам Нил говорил насчет ссор? — Ну, что-то вроде того, что на Доуэла время от времени заносило, и они ругались. Значит, все-таки более-менее постоянно они ругались. Это и Лери говорил, и Теннант подтвердил. — Два одинаковых свидетельства, это уже кое-что, — довольно кивнул Тим. — В ту ночь Теннант не был дома и вернулся только к обеду. Проверить это нельзя. Иначе у него было бы алиби. — Лучше подумай, что он выигрывает от смерти Доуэла, — Тим кинул в рот зубочистку. — А что может выиграть любовник? — Ты даже не знаешь, а вдруг он наступил на любимую мозоль Теннанта? — Но Нил сказал… — «Но Нил сказал», — передразнил Криса брат, — А ты проверь его слова. Ты бы хоть с дружками его переговорил что ли. Полиция-то уже переговорила. — Зато полиция ничего не знает про Андреаса и Кирвотер. — Про Кирвотер знает. — Но не связывает ее с Доуэлом. — Не связывает, это верно. Но, с другой стороны, может Кинг и прав? Ты не думал об этом. Может, Кирвотер и правда грохнули дружки Лазони? — Тогда что у нее за деньги? — Воот! Подумай сам. Деньги подтверждают, что ее убили не за Доуэла. Какого хрена давать ей деньги, потом убивать ее и денег не забирать. — Но Андреас… — Помилуй, Крис, ты же сам говорил, что он врет как дышит. — Но не во всем же! — Так и сломанные часы два раза в сутки правильно время показывают. — Так ведь правильное! — раздраженно сказал Крис. — Но мы-то не можем знать, что именно из его болтовни правда. Может, деньги Сью только пообещали, но не дали? Может, эти пятьсот фунтов вообще ее накопления, и она их прятала у дружка, а тут взяла, чтобы что-нибудь прикупить? Крис промолчал. — Мне показалось, что про Сьюзен он говорил правду. А после начал врать. Где-то тут разгадка. За ним бы проследить, — сказал он, подумав. — И что это тебе даст? Он, может, с убийцей и не общается? Даже если и знает. — Нда, — протянул Крис разочарованно. — И все-таки, почему ты не поговоришь с кем-нибудь из друзей Теннанта? С кем он тусовался? Он рассказывал? — Называл каких-то Ватсонов, у которых ночевал тот раз. Но их не было дома. Еще был священник из Чизлхерста. — Про священника я в деле читал. Поболтай с ним. Он ведь друг Теннанта, может что-то знать. — Но что я ему скажу? Он не будет со мною болтать, я ведь не полиция. — Вот и дело-то. Думаешь, нас больно любят? Ничего подобного. А вот если ты с ним поболтаешь, то может и вызнаешь чего. Скажи ему прямо — я влюбился в Теннанта, и хочу ему помочь. — Вот дурень! — воскликнул Крис и стукнул брата по лбу карандашом. — Я не влюблен в него. У меня просто обостренное чувство справедливости. Тим покачал головой.

***

      Теперь, когда Крис был твердо уверен в невиновности Теннанта, ему требовалось найти настоящего убийцу. Однако он испытывал страх, так как убийца оказался достаточно крутым парнем, чтобы убить четверых, ему ни что не могло помешать убить и Криса. А Крис засветился в этом деле по самую маковку. Он размышлял, кем может быть этот человек, и решил, что это знакомый Доуэла. Ведь он не просто открыл ему дверь, а провел в гостиную. Зачем? Тим передал ему, что дело в ближайшее время передадут в суд и теперь следовало поторопиться. Крису казалось, что он сумеет нащупать убийцу и прижать его к стенке.       Он решил поговорить с Ватсонами, а после и со священником. Ведь проследить за Андреасом было для Криса делом невыполнимым, и он решил подождать и подумать, как можно разговорить Андреаса.       Ватсоны жили в небольшом, уютном доме в Кенсингтоне. Крис позвонил, и почти сразу ему открыла высокая и невероятно красивая девушка. — Вам кого? — довольно нелюбезно спросила она. — Могу я видеть Кришу Ватсон? — Такой здесь нет, — прищурилась девушка. — Но как же… — растерянно промямлил Крис. — Меня зовут Криша, но Эрик мой партнер, а не муж, — пояснила она. Крис вздохнул облегченно и провел по подбородку рукой. — Вас-то мне и надо. — Кто вы такой? — Я Шон Флуд, друг Нила Теннанта. Девушка широко открыла свои прекрасные глаза и переспросила: — Чтооо? Но я вас не знаю. — Конечно, — кивнул Крис, — мы познакомились две недели назад, в тот самый день… Ну, когда Доуэла убили. — Зачем же вы пришли? — Я хотел бы с вами поговорить. Криша немного поразмышляла и отодвинулась в дверном проеме: — Проходите.       Дом выглядел внутри так же уютно, как и снаружи. Крис сел в старомодное кресло. Криша устроилась на диване напротив него. — О чем хотите говорить? — Знаете, я впрягся в это дело ради справедливости. Я немножко верю в мировой порядок, и, раз уж Нила вынесло под колеса моего автомобиля, то, значит, провидение хотело, чтобы я впрягся. Это, ясное дело, звучит выпендрежно, но по-другому я не смогу объяснить. Криша приподняла бровь. — Но при чем тут я? — Честно говоря, в общем и целом, вы, конечно, ни при чем. Но вы ведь знаете Теннанта и вы его друг. Может быть, вы что-то знаете или слыхали про это происшествие? Девушка развела руками. — Ничего такого, к сожалению. Вы, кажется, зря потеряете время, разговаривая со мной. — Но вы ведь можете ответить на мои вопросы.       Она внимательно посмотрела на него. Крис весь подобрался под ее взглядом, ему показалось, что она прикидывает — можно ли ему доверять. — Хорошо, Шон, спрашивайте. Но пообещайте сначала ответить и мне на кое-какие вопросы. — Договорились, — повеселел Крис. — Расскажите, как вы познакомились с Нилом. — Я ехал дворами по Кингс-Роуд, а он выскочил слева, совершенно неожиданно. Я сбил его, но, по счастью, скорость у меня была небольшая, и он отделался легким испугом, да парой синяков. — Вот оно что. И что же дальше? — Ну, он был напуган и руки его были в крови. Сначала я решил, что это моя вина, но он попросил увезти его подальше от этого места. По дороге он твердил, что кто-то убил его любовника, но подумают точно на него. Я попытался его утешить, но он впал в истерику и мало соображал. Я привез его к себе. Он рассказал, что поругался со своим сожителем и ушел ночевать к вам, а когда на следующий день вернулся домой, то увидал Криса умирающим. Он хотел вызвать скорую, но не успел, тот умер. Нил понял, что могут подумать, что он убийца — и решил сбежать. Я вызвался сходить «на разведку», и узнал, что его и правда ищут, так как подозревают в убийстве своего сожителя. Но мне кажется, что Теннант невиновен и я хочу помочь ему. А теперь, когда его арестовали и дело ведет несерьезный человек, особенно. Криша молча выслушала его речь, монотонно кивая головой. А потом, не глядя на него, сказала: — Нда. Скверная история. — Скажите, вы ожидали чего-то подобного? Девушка подняла на него глаза и задумчиво произнесла: — Вряд ли. То есть… Да нет. Нет. Не ожидала. Хотя… — Что? — Нил всегда был импульсивен. Очень. В гневе он мог бы… — Мог бы что? Мог бы убить? — О! Я никогда об этом не думала. Он вовсе не такой. Он добрый и очень ранимый. Знаете… Ведь он… Хотя, это не имеет значения, — оборвала себя Криша. — Вы не верите, что он мог убить? — Не верю, — щеки ее покраснели. — Не верю. Даже Доуэла. — А что Доуэл? — навострил уши Крис. — Знаете, ведь… Погодите, Шон, вы точно не передадите никому-то, что я вам скажу? — Нет. Мне нужно только составить мнение об этой ситуации. — Ладно. Я скажу. Знаете, Шон, Доуэл с детства дружил с Нилом. Он был его самым близким человеком. Если между ними и происходили конфликты, то, уж поверьте, не потому, что они не любили друг друга. Тут все было очень сложно. Нил хотел заниматься музыкой и стать певцом. Популярным певцом. Но вышло так, что он стал журналистом. Они ведь с Доуэлом подростками собирали рок-группу. Правда, потом бросили это дело. Но музыку сочиняли до сих пор. Крис вспомнил открытый рояль в квартире Доуэла. Криша, неотрывно глядя перед собой, продолжала: — Потом Крис получил наследство, и Нил переехал к нему. Чтобы сочинять музыку. Но работу не бросил. Ох. Это все так сложно, — Криша запустила тонкие пальцы в волосы. — Нил очень любил Криса, но не так, как вы подумали. Если они и были любовниками, то только потому, что Нил уступал Крису. А вот Доуэл был влюблен в Нила как… как сумасшедший. И Нила все это раздражало. Ему очень хотелось быть самостоятельным, но он никак не мог вырваться из всего этого, ведь Крис оплачивал его счета. Не поймите превратно, Нил не был содержантом в обычном смысле слова. — Вы сказали — не мог вырваться. А что если он «вырвался» таким образом. — Нет! Неет! Ну что вы! Это восклицание показалось Крису фальшивым, и он внимательно взглянул в лицо Криши. — Говорят, что он обещал убить Доуэла, ударил его. Криша покачала головой: — Глупости. Нил — милейший человек. Он мог вспылить, но чтобы серьезно! Не может такого быть. — Но Макс Лери сказал, что Нил ударил Криса и пообещал его убить. — Ах, Макс! Эта маленькая глупая шлюха! — зло сказала Криша. — Он и не такое придумает ради того, чтобы нагадить Нилу. — Чем же Нил мог ему так досадить? — Конечно, тем, что занимал место около Доуэла. Доуэл трахал Макса, но любил-то Крис Нила и больше никого. Обидно быть ковриком в прихожей, — ядовито ответила девушка. — Ах вот оно что! — воскликнул Крис. — Так он мог запросто быть в ту ночь с Доуэлом. — Мог. — А убить? Криша опять задумалась. — Вряд ли. Ему хотелось оказаться на месте Нила, и я не удивилась бы, если бы с Нилом что-то произошло, но Криса… Криса он убить не мог. А, в общем-то, если поразмыслить, то и никого вообще. Макс — мелкий пакостник, но не убийца. — Был мелкий пакостник, — тихо сказал Крис. — Что? — Был. Его ведь уже нет. Девушка схватилась за голову и охнула. — Вы уверены? — Увы. В Макса Лери стрелял неизвестный. — С ума сойти! — она побледнела как полотно. — Бедный гаденыш. Он не был приятным человеком, но убивать его — это уж слишком.       Она была явно напугана и удивлена. Крис даже немного растерялся и не знал, как вернуть разговор в нужное русло. Наконец, он, сделав сочувственную мину, проблеял: — Несомненно, это один и тот же человек, который убил Доуэла. — В таком случае, почему же полиция не отпустила Нила? — Ну, знаете, их убили из разного оружия. — Тогда почему вы думаете, что это был один и тот человек? — Интуиция, — ответил Крис и поднял палец. — Она может и обманывать. — Может, — неохотно подтвердил Крис. — В общем-то, это сейчас не самое главное. Скажите, Криша, а Нил знал про Лери и Криса? Девушка замялась. — Мне кажется, он, как минимум, догадывался. Однажды мы говорили на этот счет, и я намекнула Нилу, что у Криса с Максом какие-то шашни и могут выйти неприятности. А Нил мне ответил, что от Макса, мол, одни приятности и он рад, что Крис на него отвлекается. — То есть могло быть и так, что у самого Нила был кто-то кроме Доуэла? — Возможно. — И кто же это? — Не знаю, — развела руками Криша. — Но догадываетесь? — Нет. Я даже не думала про это, пока вы не сказали. — И все-таки, у Нила имелся повод ревновать Криса к Лери? — Имелся, — задумчиво кивнула девушка. — И Нил мог устраивать сцены ревности ему? — Возможно, но не прилюдно же. — Да-да, конечно. Криша, а вы ни разу не размышляли о том, кто бы мог быть убийцей? — Размышляла, — согласилась девушка. — Но без толку. Я никого не могу представить в роли убийцы. Да еще двух людей.       Крис внимательно следил за выражением ее лица, но ничего странного не заметил. Девушка была опечалена, серьезна, слегка нервна, но, в общем-то, не сверх положенного. Или она прекрасная актриса. Криша вынула сигарету из пачки и с наслаждением закурив встала с дивана. Внезапно в голову Криса пришла мысль, не тревожившая его до сих пор. — Скажите, Криша, а Нил курил? — Вы не знаете такой подробности? Ну, да, время от времени. — А какую марку? — Мальборо. — А Крис тоже курил Мальборо? — О… Нет. Бенсон. — А Лери? — Не помню. Я не обращала внимания. А впрочем, гаденыш курил все, что дадут. Обожал одалживать сигареты, — презрительно сказала она. Крис скосил глаза на сигареты Криши. Ротманс. А впрочем, это может ничего и не значит. — Скажите, Криша, а вы всегда оставляли Нилу ключи, когда куда-то уезжали? — Ключи? — удивленно перепросила Криша. — Но… — Что «но»? — Он сам попросил ключи у нас. Сказал, что возможно будет необходимость переночевать у нас и не ездить домой. Но это был первый раз. — Надо же! И вы дали ему ключи. — Не я, Эрик, но разговор был при мне. — Но вы тоже были не против? — Ну да, — Криша отвела глаза и нервно поправила волосы. — Когда вы приехали? — Ну, на следующий день. Девятнадцатого. С утра. — И Нил передал вам ключи? — Нет. Когда мы пришли, то его уже не было, — Криша снова говорила как-то уклончиво. — Так значит, получается, ключи у него? — Да, у него. — Может быть, вы назовете мне его близких друзей и хотя бы перечислите приятелей. А? — Ну, близких друзей у него не так-то много. Мы с Эриком, Джон Купер… — Это который священник? — Да, он, еще Билл Хьюз. Вот, в общем-то, и все. — Не густо, — сказал Крис и тут же подумал, что у него самого нет и столько близких друзей. — Но масса приятелей. Нил всегда был ужасно общительным и найдет общий язык с кем угодно. — Вы ведь можете сказать кто более или менее стабильно с ним общался.       Криша кивнула и принялась перечислять. Крис делал отметки в своем потрепанном блокноте. Он еще не знал, есть ли во всем этом толк, но Тим сказал, что не стоит упускать никакую информацию. Наконец Криша припомнила все что смогла и сказала Крису: — Вот, кажется, и все. А! Ну как я могла забыть. Есть еще Рэй Робертс. Они познакомились прошлым летом, и этот парень пускал их к себе в студию записываться. Но я не знаю где он обитает, и, вообще, видала его только один раз. — Мммм. Большое спасибо, вы мне очень помогли, — сказал Крис, поднимаясь. — Вы не будете против, если я приду к вам еще? Вдруг вы что-то интересное вспомните? — Хорошо, — улыбнулась девушка, — но не слишком-то надейтесь на меня. Крис улыбнулся в ответ.

***

      После разговора с Кришей, Крис находился в смятенных чувствах. Он прямо нутром ощущал, что она что-то недоговаривает, но понять, что это, был не в состоянии. В детективных романах, которые он так любил, все было просто, и следователь всегда оказывался умным парнем с неординарной способностью сложить все маленькие штрихи и факты воедино. В жизни все оказалось гораздо сложнее.       Крис решил, что ему требуется поговорить с Нилом. Во-первых, требовалось узнать, знал ли Нил о том, что Доуэл ему изменяет. Во-вторых, узнать — изменял ли сам Нил. В-третьих, пусть прояснит насчет медальона. Имел ли он какую-либо ценность, и какой мог быть в нем смысл?       Крис пришел к брату в участок, чтобы узнать, как можно устроить встречу с Теннантом. Тим встретил его нелюбезно и тут же увел в близлежащий сквер, чтобы поговорить. — Думаешь, к подозреваемым в убийстве так вот запросто пропускают всех, кто хочет с ними пообщаться? — Мне очень надо. — Что так? — Да вот, назрели кое-какие вопросы. — Ты уверен, что он тебе на них ответит честно? — Не знаю, — растерянно сказал Крис. — Что хоть за вопросы-то? Крис рассказал брату о своих предположениях. Тим сердито поинтересовался: — Ты думаешь дело в медальоне? Кстати, я тут узнал, какое завещание было у Доуэла. — И какое же? — вскинулся Крис. — С тебя причтется. — Порядки знаю, — ответил Крис брату. — Ну, говори же! — Неутешительное было у него завещание. В пользу твоего Теннанта. Крис обессиленно сел на скамейку. А Тим продолжал: — Все как по заказу. Пистолет он залапал, был рядом с Доуэлом еще с тепленьким, скандал накануне учинил и пообещал того убить, и тут еще завещание в его пользу. — А по завещанию что ему досталось? — Да, в общем-то, немного. Доуэл успел дядюшкино состояние изрядно промотать. Но, поверь, убивают и за меньшие деньги. — Так полковник Доуэл умер! Но ведь не такой же Нил идиот, чтобы убить его вот так просто. Ведь, если его признают убийцей, он не получит ни копейки! Да и они жили вместе, неужели Нил не знал как там у них с финансами? — А может — именно такой? Может, на это и расчет. Думал, что поругается, свалит, потом придет и грохнет, прикинется убитым горем, а когда стал приводить в исполнение свой план, то что-то пошло не так. Да и про финансы он мог не знать, может, Доуэл с ним не делился своими проблемами. — Не похоже. Я ведь видел его сразу после того, как он обнаружил Доуэла. Он реально был напуган, он трясся как осиновый лист. — Так ведь убивать не слишком-то легко. Крис замолчал, и они некоторое время сидели и смотрели на другую сторону улицы, в которой находился участок. — Так ты не устроишь мне разговор с Теннантом? — наконец, спросил Крис брата. — Нет. Не могу, — твердо ответил Тим. Крис встал и, засунув руки в карманы, пробурчал: — Жаль. Ладно, пока. — Ты поговорил со священником? — Нет еще. — Его зовут Джон Купер. Вот его адрес, — смущенно сказал Тим и вынул из кармана смятый клочок бумаги. — Спасибо.       Вот так Крис, вместо того, чтобы говорить с Нилом, отправился к Куперу. Священник понравился Крису. Крупный, высокий, ну просто «кровь с молоком», с зычным голосом, серыми глазами навыкате, сочными красными губами. Он поздоровался с Крисом за руку, спросил как его зовут и сказал: — Зови меня Джон. Ты ведь не католик и друг Нила. — Я бы хотел поговорить о нем. — Понимаю. Я бы тоже взялся его вытаскивать, да, понимаешь, сан не позволяет, — он расправил рясу и повалился в широкое кресло. — Понимаю, — довольно ехидно отозвался Крис. — Вот и хорошо. Что же ты хочешь узнать? — священник сделал вид, что не заметил ехидства. — Пока и сам не знаю, что именно. Наверное, все, что вы можете сказать. Например, был ли у Нила кто-то, кроме Криса? Джон развел руками: — Мог быть, но я его ни разу не видел. Нил такой, заводной. — Заводной? А Криша сказала… — Ну, мало ли что Криша сказала. Она все-таки к нему до сих пор неровно дышит. Крис поднял брови. — А что, ты не понял? — Нет. — Признался Крис. — Хотя, вообще-то, в сущности, это неудивительно. Она умеет навести тень на плетень. Думаю, ты все равно узнаешь, так что я не сделаю нечего плохого, если скажу, что они с Нилом встречались. — Интересно, — протянул Крис. — Ну, так вот, встречались они встречались, даже жили вместе, но все-таки не поженились, так как Доуэл получил наследство и Нил ушел к нему. Крис кивнул. — Тут, понимаешь ли, Шон, тот еще ужовник. Все боролись за внимание Нила. Есть в нем что-то такое, что заставляет людей глядеть ему в рот. Зря он, все-таки, отказался от мысли стать священником. Паства шла бы за ним, как крысы за флейтистом, — Джон расхохотался. — Но теперь он сидит в каталажке, и ему никто даже не верит! — сказал Крис запальчиво. — Ну, вот ты же веришь, Криша, да много кто! Я вот тоже верю. Хотя… Да нет, нет! Если бы только Нил захотел, то он ушел бы от Доуэла, и тот все равно снабжал бы его деньгами. — Вы так говорите, будто Нил брачный аферист. — Да нет! Ни боже мой, я этого не имел в виду. Я хотел сказать, что Нил харизматичен, как рок-звезда. А кстати, он и хотел быть чем-то вроде того. — Я наслышан. Они с Доуэлом писали музыку. — Занятно, что они с Крисом совсем недавно написали весьма неплохую песенку. Такую, очень заводную. Это мне Крис рассказывал и даже дал послушать. Нил сделал наброски, потом оставил эту песню и забыл про нее. Но Крис взял эти куски и доработал в студии. Хотел Нилу на какую-то там дату преподнести. Вот, мол, смотри какой ты крутой композитор. — И преподнес? — Вот уж не знаю, но… А, в общем, ничего. — Ладно. Вот ты говоришь, что Нила все любили, но ведь Лери его недолюбливал. Криса к нему ревновал. — Глупости. Он их вообще друг к другу ревновал, не мог выбрать, на кого повеситься. Упокой, господи, его душу. — Он дал показания против Нила. Сказал, что Крис назвал Нила нердом, а тот его ударил. Это как-то не вяжется с его харизматичностью, — развел руками Крис. Купер расхохотался опять. — А Крис вообще любил поддразнить Нила. А Нил мог ему вдарить. Убить не мог, а вдарить запросто. У Нила в семье это принято: и друг другу, и друг за друга. — В полиции это приняли к сведению и считают это косвенным доказательством вины Нила. — Они могут. — То есть и вы тоже считаете, что Нил способен убить? — Эх, Шон, любой, поверь мне, как представителю бога на земле, любой человек способен убить. И ты тоже, — он ткнул массивный палец в грудь Криса. — Но Нил не убивал, я уверен. Потому что он убил бы сразу, не стал бы выжидать. Не такой он человек. И если он утром пошел к Крису мириться, то уж точно обо всем подумал и успокоился. Он отходчивый. — Но кто-то же убил Доуэла? — Возможно, этот кто-то получит деньги Криса. — Это Нил, — грустно сказал Крис. — Деньги получит Нил. Джон всплеснул руками. — Ничего себе поворот. — Вот так. Я бы хотел узнать еще кое-что. Что за медальон был у Криса? — Медальон? Какой медальон? А? Ах медальон! Да, точно, был медальон. Вроде бы какой-то индийский. Он его носил на груди, на цепочке, и всем болтал, что безделушка из какого-то клада. — Купер махнул рукой. — Он любил этот медальон, говорил, что какую-то там энергию в нем накапливает. Ерундой, короче, занимался, прости его господь. — И что, медальон был ценный? — Да какой там ценный! На любителя фунтов десять. Ну, золотой был, но не шибко большой. С десятипенсовик размером. — И давно он у него был? — Ну, как. От дядюшки достался, того самого, который ему денежки отказал. — Гм… — А знаешь, Крис однажды говорил, что обязательно поместит фото этого медальона на обложку их первого сингла. — А что, у Нила с Доуэлом был сингл? — Куда там. Это Крис так мечтал. А, впрочем, эту вот песенку, про которую я говорил и можно считать синглом. — Но ведь они ее не издали? — Они ее не издали, — как эхо повторил священник. — Может быть, ты вспомнишь еще что-нибудь, относящееся к убийству? Может, кто-то что-то говорил? — умоляюще попросил Крис. — Да я ведь не был там, и могу только догадываться. Темна вода в облацех, — ответил он, возведя глаза к потолку. — Обещаю, что, если что-то узнаю, то тебе расскажу. Крис нацарапал несколько цифр на бумажке и сказал: — Позвони вот сюда и попроси Шона из пятого номера.