Дюдик

      Вот теперь Крис понял, что окончательно запутался. Абсолютно ничего не сходилось. Он пытался рассуждать, однако додумался до того, что его голова заболела. Крис повалился в кровать и тут же уснул. С самого детства сон был для него лучшим лекарством и спасением.       Утром Крис почувствовал себя гораздо лучше и увереннее. Значит, у Доуэла кто-то что-то украл и он, вероятно, хотел вернуть украденное. Но кто этот человек? И что украли. Медальон? Рассказ Нила про то, что когда Доуэл умирал, то на его груди не было медальона, который он так любил, беспокоил Криса. Он принялся размышлять на эту тему: «Будем рассуждать трезво. Нил упомянул медальон и сказал, что умирая, Крис вспоминал про безделушку. На груди у Криса медальона не было, только цепочка. Не порванная. Значит медальон сняли. Снял ли его сам Доуэл, или уже после выстрела снял убийца. Почему не снял вместе с цепочкой? Какой это имело смысл? Похоже, что сам Крис снял побрякушку. Но при каких обстоятельствах? И зачем упомянул это умирая? Ладно, оставим это.       Сьюзен Кирвотер видела человека, который выходил из квартиры Доуэла в то утро. И наверняка видела, что Нил зашел позже, уже после выстрела. Она рассказала об этом Андреасу. Но Андреас утверждает, что она не сказала ему, кто этот человек. Однако Крис сам слышал, как Андреас разговаривал с каким-то парнем, который пытался вызнать у Андреаса подробности рассказа Сью Кирвотер. До кучи, Андреас находился возле фотосалона, в котором работал Макс Лери во время убийства. И звонил туда перед этим. Андреас сказал, что визитку ему дал тот парень, разговор с которым подслушал Крис. Ну и какие делаем выводы? Медальон Доуэла украли, он знал вора и потребовал вернуть медальон, за это его убили. Но кто? Да и логика пропадает в тот момент, когда знаешь, что медальон стоил копейки. Каким же надо быть идиотом, чтобы убить за гроши. А впрочем… Вдруг эта побрякушка была не так дешева, как пытался всем показать Доуэл. Да еще этот странный Робертс, который с чего-то вдруг решил рассказать ему про скандалы Нила и Криса. Хотя, может он просто придурок.       Крис решил еще раз поговорить с Андреасом.       Однако вечером случилось событие, повернувшее его расследование совершенно в другую сторону. Когда Крис уже совсем собрался ехать к Андреасу, в дверь его постучали, и тут же, не дожидаясь ответа, к нему вошел мужчина лет около сорока, светловолосый и вялый. — Здесь живет Шон Флуд? Крис удивленно воззрился на него. Еще один посетитель. Их стало слишком много в последнее время. А тот продолжал: — Думаю, это вы и есть, мне вас очень хорошо описали: маленький, юркий черненький. Меня зовут Том Дудл. — У вас какое-то дело ко мне? — спросил Крис. — Нда. Не то, что дело. Меня просил найти вас патер Купер. То есть не прийти, а позвонить. Но вас положительно невозможно разыскать по телефону. Крис смущенно почесал лоб. — Есть такое, — пробормотал он и указал на табурет. — Да вы садитесь. Гость с сомнением посмотрел на сиденье, но все-таки сел. — Он сказал, что вы хотите вытащить Нила и что я могу помочь вам. — Рассказывайте, — Крис вытащил из-за пазухи блокнот. — Знаете, я начну издалека. Так вот. Я музыкант. Не самый хороший, и чаще всего играю для собственного удовольствия, знаете ли. Но мне от отца досталась небольшая студия звукозаписи. Я все ни как не могу найти выгодных покупателей, — Дудл говорил, медленно обдумывая каждое слово, — отец умел вышибить из нее прибыль. Мы неплохо жили. Я не такой оборотистый. Но на жизнь и мне хватает. Умудрился даже недавно сделать ремонт и поменять аппаратуру… — Ииии… — подбодрил его Крис. — Так вот. Нила и Криса я знаю давно. Они время от времени записывали кое-какие треки у меня. Иной раз давали прослушать. На мой взгляд, у них попадались неплохие вещи, им бы нанять хорошего профессионала, который приведет в приемлемый вид их наработки. Возможно, им не хватало дерзости, а может, мешало то, что в мире музыки у них не было «мохнатой лапы» и они чувствовали себя неуверенно. Крис нетерпеливо постучал карандашом по столешнице. — Нил даже как будто разочаровался в музыке из-за того, что успех все не приходил. Они написали одну песенку. Весьма и весьма интересную. Я бы сказал, что это могло бы стать хитом, при правильной раскрутке, разумеется. Я в этих вещах неплохо разбираюсь, уж поверьте мне. Ну, так вот, песенку эту я отличнейше запомнил. И знаете что? — Что же? — Прихожу я к приятелю на днях и слышу, играет себе эта песенка. Голос там не Теннантовский, но все остальное я сразу признал. Говорю как специалист. Спрашиваю, а мне приятель и говорит, это одного нового певца песенка. Я, конечно, не могу с полной уверенностью сказать, что Нил или Крис ее не продавали. Но я сомневаюсь в этом. — Почему же сомневаетесь? — Я бы сказал потому, что Крис большие надежды на эту песенку возлагал. Он сам так и говорил. — Но ведь он мог возлагать надежды в том смысле, что хотел продать ее и подзаработать. — Это, ясное дело, мои догадки, но поверьте, я знаю, о чем говорю. Крис ее не продавал. А уж Нил так тем более. — Я слыхал, что Крис и Нил записывались у Рея Робертса. — Записывались. Да. Начерно они писались у него, — кивнул Дудл. — Как он вам? — Кто? — доброжелательно спросил Дудл. — Робертс. — Ну… как вам сказать… — Как есть, так и скажите. — У него не самая лучшая аппаратура. Он берет недорого, это точно, но и качество записи получается посредственным. — А как человек? — Гмм. Я не знаю его близко. Вроде бы обычный парень, — Дудл поерзал на табуретке. — Про него ходят слухи, но ни один из них не подтвердился. Ни разу. А впрочем, и про меня, наверное, ходят слухи. Про всех нас. — И какие слухи. — Разная чепуха. — А поточнее. — Боже ты мой! — видно было, что Дудл не хочет говорить. — Я не могу пересказывать вам всякие бредни. — Интересно же. — Но к делу не относится, — уверенно сказал Дудл. — Потому что, этот новый певец у Робертса в студии не записывался. Это я знаю наверняка. — А кто же записан как автор песни? — Некий Суперино. Честное слово, я не знаю кто это. Впервые услышал этот псевдоним. — А как можно узнать кто этот человек? — Это могут знать, только если в обществе защиты прав исполнителей. Но вряд ли скажут. Они умеют хранить тайны. — А можно как-нибудь поговорить с этим певцом? — спросил Крис. — Я могу провести вас на вечеринку к Роди Паркеру. Там собираются все эти молодые и ранние. — Вы это серьезно? — Вполне. Договоримся завтра в семь вечера. Том Дудл назвал ему свой адрес. — Скажите Том, а почему вы решили, что это поможет Нилу. — Это Купер так решил. — Но почему же вы рассказали ему про то, что слышали песню Нила и Криса у другого певца. Признайтесь, есть у вас мыслишка! — Крис прищурился дружелюбно. Том отвел глаза. — Я просто ему об этом рассказал, а он попросил рассказать вам. Можете у него спросить сами. — Но почему именно ему? — Да кому же еще?! Ведь Крис убит, Нил в тюрьме, а Купер единственный, кому это может быть интересно, — развел руками Дудл. — А Ватсоны? — Какие Ватсоны? — Эрик и Криша? Они ведь тоже друзья Нила. — Я недостаточно хорошо их знаю, — насупился Дудл и встал, — Ну, что ж, мне пора. Я сказал абсолютно все, что мне известно. Завтра в семь я буду ждать вас. Не опаздывайте. Крис улыбнулся и кивнул.

***

      Целые сутки Крис находился в ажитации. Ведь воровство песни это вам не воровство медальона (ну, если только этот медальон не музейная редкость), это уже серьезно и дело пахнет кругленькой суммой. Это понимал и Том Дудл, и Купер, и сам Крис. Только кто этот человек? Кто слышал эту песню.       Крис едва дождался вечера, вызывая своей задумчивостью насмешки коллег. Но ничего не мог с собой поделать, он все думал и думал о том, как будет говорить с этим певцом. Надо прикинуться, что он вообще не в курсе кто написал песню, но просто она очень крута… И что? И что?             Секьюрити посмотрел на Криса как на пустое место. Он кивнул Тому и пропустил их в дверь. Крис конфузливо вошел вслед за Дудлом в большое складское помещение. Народу было уже порядочное количество. По стенам стояли столы и стулья, в середине была сделана сцена, на которой уже кривлялся какой-то парень. Вокруг танцевали парочки.       Музыка громыхала, а звуки голосов отдавались как в бассейне. Том уверенно шел сквозь толпу и посекундно здоровался. Крис, заложив руки в карманы, с интересом рассматривал его фигуру сзади. На представителя богемы он вовсе не был похож, скорее на клерка в небогатой фирме. Особенно тут на фоне разодетых людей.       Крис с удивлением узнавал лица, которые видал на обложках журналов и по телевизору. Он пожалел, что не припас никаких открыток, чтобы брать автографы. Однако тут же он подумал, что его сожаления напрасны, и его запросто могут выпроводить, если примут за фаната. Том сказал Крису: — Он еще видимо не пришел. Мне надо переговорить кое с кем. Вы походите пока тут, как только он придет, я вас познакомлю.       Крис кивнул. Том тут же повернулся к нему спиной и ввинтился в толпу. Проходя вдоль стен, Крис рассматривал публику. У барной стойки на высоких табуретах как воробьи на проводах сидели парни с фотоаппаратами на груди и оживленно переговаривались. Крис решил, что это журналисты. Он притиснулся к стойке и попросил бокал шампанского. Прихлебывая, он озирался по сторонам и тут же заметил Рея Робертса, который улыбаясь говорил с какой-то девушкой. Крис покачал головой. Тут определенно был весь лондонский музыкальный люд.       Шампанское было кислым и теплым. Крис отставил бокал в сторону, решив, что неплохо бы подойти к эстраде и поглядеть на выступающих. Теперь это были три красивых девушки, притопывавшие ногами и качавшие бедрами в такт своей незамысловатой песенке. Двигая плечами Крис пробрался поближе. На его плечо легла рука. Крис вздрогнул и обернулся. Это был Робертс. — Здравствуйте, Шон. — Здравствуйте, — ответил он отворачиваясь. — Какими судьбами? — С приятелем пришел. — Хороший у вас приятель. Кто же он? — Эээ. Том Дудл. Рэй сощурил глаза. — Вот как. Пойдемте, выпьем. — Пойдемте. Они вернулись к бару. — Здесь очень приличный коньяк. — Угу. А что вы здесь делаете? — Нууу, на таких вечеринках я просто обязан находится, — он подмигнул Крису. — Понимаю. — Знаете, Крис, я был не прав, так эмоционально рассказав о Теннанте и Доуэле. Вероятно, я просто вырос среди других людей, поэтому мне трудно привыкнуть, что какие бы то ни было споры решаются оплеухами. Мне их отношения казались дикими, невозможными, а Крис и Нил похоже любили друг друга. — Нда, — выдавил Крис, — наверное. — Сам не знаю, почему я так экспрессивно вам о них рассказал. Может потому, что у меня сейчас есть некоторые личные неурядицы. То есть были. Сейчас уже все в порядке, — он говорил с Крисом как со старым другом. Казалось, что сейчас Рэй с ним довольно откровенен. — Но ведь Нил и вправду давал Крису подзатыльники. — Да. Я сам видел. — А еще что-то такое было? — Ну, ссорились. Но подумав, я считаю, что это была не более, чем игра. Допускаю, что они уже привыкли к такому. — Может быть. — Я иной раз бываю непоследовательным. Но Эрик попросил меня о них вам рассказать. — Эрик? — Да. Эрик Ватсон. — Он сам? Не Криша? — Крис пристально смотрел на Робертса. — Он. Да-да, просил Эрик.       Крис склонил голову на бок. Видимо, Эрик не так уж дурно относился к расследованию Криса. Или попросил рассказать о ссорах любовников, чтобы отвести подозрения от Криши. — Спасибо, что рассказали все это. — Но я ведь ни чем вам не помог. Даже сформировал у вас ложное представление. — Бывает. — Сказал Крис сдержанно и сделал вид, что отпил коньяк. — Как идет ваше расследование? Вы уже что-то нащупали? — Так, кое-что по мелочам.- Ответил Крис уклончиво. — А здесь вы просто отдыхаете или кто-то конкретный вас интересует? Я б со своей стороны мог бы помочь вам. — Ннет. Просто развеяться, — Крис поставил недопитый бокал на стойку и собрался уходить, — Посмотрю, что там поют. — Хорошенько отдохните, — улыбнулся Робертс. — Постараюсь. Крис уже готов был уйти, но обернулся и спросил Рэя: — Вы ничего не слышали о Суперино? Робертс закашлялся, а когда отнял руки от губ, то с усилием сказал: — Не слыхал. Кто это? — Автор одной песенки. — Ааа. Почему вы спросили? — Ну, вдруг вы знаете, — Крис улыбнулся. — Не знаю, — нервно отрезал Робертс. — А кто может знать? — Понятия не имею. — Что ж, извините. — Нет, погодите, вы разыскиваете Суперино? — Рей встал со стула и крепко взял Криса за руку, — А зачем он вам нужен? — Да уж нужен. А что? Вы все-таки знаете кто это такой? — Ннет. Не знаю, — Рэй возбужденно смотрел на Криса. — Это связано с убийством? Робертс так напирал на Криса, что тому сделалось некомфортно. Он обернулся беспомощно. Он уже даже пожалел, что спросил Робертса. — Нет, — соврал он, чтобы пресечь расспросы.       Крис высвободил руку из цепких пальцев Робертса. Он и сам не был уверен, имеет ли эта история хоть какое-то отношение к убийству.       Музыка нещадно громыхала. Крис увидал Дудла, который озираясь шел вдоль столиков. Он покачал головой. — Извините, мне нужно идти. Робертс кивнул. — Счастливо.

***

Крис подошел к Дудлу. — Ну что? — Я вас искал. Он пришел. — Том подмигнул Крису. — А вы времени не теряете. Он подхватил Криса под локоть и провел сквозь толпу, стекшуюся к сцене. — Глядите, — указал Том рукой.       В этот момент свет в зале погас, и осталось только светлое пятно, в которое вошел худой носатый юноша с гитарой. Он обвел публику взглядом и взял аккорд. Взглянув на прожитую жизнь, Готов сгореть я от стыда. Во всём был виноват лишь я. Чего желать бы ни посмел, Неважно где, когда и с кем, Лишь одно владеет всем — Это, это, это, это грех, Это грех. Том толкнул Криса в бок. — Ну? — крикнул он ему в самое ухо, — Как вам нравится? — Неплохо, — ответил Крис. — Это та самая песня и тот самый парень. Его зовут Макс Беда. — Беда? — Беда. Во всех смыслах. Пойдемте, — Том опять взял Криса под руку, и, обойдя сцену по касательной, подвел к высокому мужчине. — Это Шон, я тебе о нем говорил. Мужчина кивнул. Как раз в этот момент песня закончилась, и раздались аплодисменты. Лицо Криса озарилось самой искренней улыбкой обожания, глаза его стали наивными и, как будто, даже подернулись слезами. Том метнул на него удивленный взгляд. Носатый юноша с немного растерянным, но довольным видом спустился по боковой лесенке и, не обращая внимания на Криса, подошел к высокому мужчине. — Как я выглядел? — Вы были великолепны. Удивительная песня! — Крис проговорил все это ему в спину. Тот обернулся и поглядел на Криса исподлобья. — Правда? — он спросил это снова у высокого мужчины. — Шон говорит дело, — подтвердил высокий мужчина. Парень заулыбался и протянул руку Крису. — Макс. — Вы не представляете, как приятно с вами познакомиться. Меня заинтересовало ваше творчество. Я сам немного разбираюсь в музыке. — Крис хихикнул — Но вы неподражаемы. «Это грех»! Надо же такое выдумать! Пойдемте, выпьем? По лицу парня пробежала тень. — Только не здесь. Я сейчас должен уезжать. — Он обернулся к высокому мужчине. — Ты вызвал машину, Боб? — Бад довезет. Он все еще ждет. — Мужчина сделал знак Крису. Тот подошел ближе. — Через пятнадцать минут у выхода. Крис кивнул.       Они ушли, расталкивая локтями толпу. Крис вернулся к бару, потому что оттуда было видно все пространство от входа до сцены. Он снова снял с подноса бокал с шампанским и, отпив, тут же поставил обратно. Дрянное питье. Когда по мнению Криса прошло десять минут, он двинулся в сторону выхода.       Боб стоял, опираясь на раскрытую дверь новенького ситроена. Крис внимательно оглядел машину. — Мне нужно знать кто такой Суперино, — без околичностей сказал Крис. — Мало ли что вам нужно, — хладнокровно ответил мужчина. — А что это секрет? — Наподобие того. Вы поймите, Шон, если человек взял псевдоним, то он наверняка не намерен раскрывать свое имя. — Это я как раз таки понимаю. — Вот и отлично. Я только скажу вам, что тут потопталась Дворняжка, — он сел в машину. — Дворняжка? — Дворняжка, — подтвердил Боб закрывая дверь. — Такая с четырьмя лапками, хвостиком и чуткими ушками. Он тут же повернул ключ зажигания, и мотор загудел ровно и сыто. — Гав-гав-гав! — весьма натурально пролаял Боб отъезжая. Крис растерянно стоял, глядя на курильщиков, собравшихся у входа. Черт бы побрал Дудла. Все только сильнее запутал. Как, мать его, узнать кто такой Суперино и как он умудрился своровать песню Нила. Да еще Робертс со своим раскаянием! Что это все значит? Крис был уверен, что разобравшись во всем этом, он узнает, кто убил Криса Доуэла.

***

      Утром, спускаясь по леснице Крис вздрогнул от испуга. Перед ним стоял Нил. Он хотел уже бросится к нему навстречу, когда понял, что это Филип Теннант. Крис разочарованно вздохнул и поздоровался. — Какими судьбами? — Мне надо кое-что сказать тебе. Ты спрашивал меня, не писал ли Нил хороших песен. Я тебе еще ответил, что он писал только фигню всякую. — Да. Помню. — Так вот, я ошибался. — Я знаю. Я слышал эту песню. — А если слышал, то тебе будет интересно поболтать с одной девушкой. — Девушкой? — Девушкой. Полин Хэдуэй. Крис был уверен, что слышал это имя. — Кто она такая? — Подруга Нила и Криса. Писательница, — Филип улыбнулся. — А что она может знать? — Очень даже многое. Относительно Нила и Криса так уж точно. — Ты знаешь что-то конкретное, Филип? Скажи. — Неа. Ничего. Только про песню. Я вспомнил, что Нил как-то показывал Сью, это наша старшая сестра, одну запись. Ну, мне такое слезливое говно не нравится, но ей понравилось очень. Она припрятала кассету. После нашего разговора мне пришло в голову, что ты мог интересоваться этой песней. Ну, и тут я вспомнил про Полин. Уж она-то всяко больше меня знает про Ниловы дела. И про песню, само-собой, тоже. Так что, я решил приехать сюда и сказать тебе об этом, потому что у тебя квартирная хозяйка бешеная. Крис усмехнулся.

***

      Она была похожа на взъерошенную курицу. На темно-русых растрепанных волосах криво сидел синий беретик с глупой петелькой. Вязаная кофта криво застегнута, прямая юбка до колен помята, а чулки перекручены. Ярко-зеленые туфли в пыли, а странная сумка, сшитая из разноцветных клочков, выглядела как бесформенный мешок. Голубые на выкате глаза через бифокальные очки казались сумасшедшими. Крис набычившись посмотрел на девушку и спросил: — Вы Полин Хэдуэй? — Да.       Она и говорила задыхаясь, будто только что пробежала стометровку. А может и правда пробежала, судя по испарине на лбу. — Меня зовут Шон Флуд. Я бы хотел поговорить насчет Криса Доуэла. — А что вы хотели спросить? Только у меня мало времени. — Мне необходимо составить мнение о Крисе и о Ниле. Слишком много разного про них говорят. — Надо думать, — она потеребила кудри задумчиво. — Скажите Полин, а вы давно их знали? Как долго вы дружили? — Да с детства, собственно, — пожала плечами девушка. — Я была влюблена в Нила. Ну, как влюбляешься в гея, и думаешь, что сможешь его изменить.       Она засмеялась весело. Крис подозрительно посмотрел на нее, по опыту он знал, что за таким смехом обыкновенно следуют слезы. Однако Полин ограничилась смехом. — Но ведь была Криша. — Была. Это верно. Мне вечно не везло, — она пристально посмотрела на Криса. — Может быть как раз наоборот, — осторожно заметил Крис. Она махнула рукой. — Какое там. — Ладно. А с Крисом какие у вас были отношения? — Да вобщем-то неплохие. Мы ведь были в одной лодке. Нас утешало, что Нил не любил никого. Он, конечно, жил с Крисом, но толку чуть. По правде сказать, я давно сдалась, а вот Крис… — Вы встречались с Нилом? — удивленно спросил Крис. — Ну да, именно так, — Полин даже слегка приосанилась. — Так вы говорите, что Нил не любил Криса? — Ой. Я такого не говорила. Крис удивленно воззрился на нее. Дурачит что ли она его?! — Погодите… — Да нет, может и сказала, но не так как следовало, — Полин замахала перед своим лицом руками с обгрызенными ногтями. — Я имела в виду, что Нил не любил нас физически. Ну, физически. Она посмотрела на Криса многозначительно. — Погодите, Полин, — повторил он, — вы хотите сказать, что вы все прекрасно дружили, но Нил не испытывал физического влечения ни к вам, ни к Крису. — Да! — она вздохнула облегченно. — Значит, Нил и Крис не были любовниками? — Ничего не значит, — надулась Полин. — Ну как же! Ведь вы только что сама… — Вы очень непонятливый. И как только вы ведете расследование?! Крис разозлился и рявкнул: — Может я и не самый остроумный человек, но вы все, утверждая, что любите Нила и пальцем не пошевелили, ради того, чтобы его вытащить! — Крис хотел сказать, что он, посторонний человек, не жалеет сил, чтобы помочь Нилу, но сочтя, что высказался достаточно, попросил уже гораздо спокойнее, — Объясните мне еще раз, что вы имеете в виду, мисс Хэдуэй. Девушка уж совершенно по куриному завозилась на лавке. — Это необходимо? — Да. — Хорошо. Я расскажу. Ладно.       И она, отступая и запинаясь, поведала Крису следующее: С Нилом они дружили давным-давно. Крис появился гораааздо позже. Нил и Полин вместе учились в начальной школе. Они вместе с другими детьми ставили простенькие пьески в домашнем театре. И они даже попытались написать забавный мюзикл про непослушную девчонку, которая обижала животных и поплатилась за это. Это было прекрасное время! Просто чудесное. Даже когда Нил перешел учиться в школу для мальчиков, то Полин после уроков ждала его у ворот школы, и они вместе шли гулять. У них было море проектов. Но тут появился Доуэл. Наглый старшеклассник. Нил познакомился с ним в драмкружке при Народном Театре в Ньюкасле. Крис и Нил учились в одной школе и тут же крепко сдружились. Полин училась в женской школе… и не имела возможности так часто видеть Нила как Крис. Это была настоящая драма. С Нилом они теперь виделись редко, Доуэл занял все его свободное время. О Полин Теннант вспомнил лишь тогда, когда в их свежеучрежденную группу потребовалась солистка. Но, как оказалось, пригласили не одну Полин, а еще и Морин. К счастью, Полин скоро поняла, что Морин не опасна. Но вот Крис вызывал у Полин постоянную ничем не утоляемую ревность. Теперь, если Нил и провожал ее, то вместе с ними обязательно плелся Крис. Он был абсолютно везде.       И ведь придраться было не к чему. Крис обращался с ней самым дружеским образом. Он смешил Полин, всегда интересовался ее самочувствием и настроением, угощал леденцами и сигаретами, всегда-всегда открывал перед ней дверь и делал еще кучу мелких одолжений. Можно было подумать, что Крис за нею ухаживает. Но Полин не обольщалась, она видела, что у Нила и Криса роман. Самый настоящий. А все остальное просто прикрытие. Это было больно, очень больно. Ведь она любила Нила.       Впрочем, роман с Крисом продлился не слишком долго. Появилась Криша. Никогда бы Полин не подумала, что роман Нила с девушкой будет таким тяжким испытанием для нее. Сколько ночей она проплакала. И не могла поверить, когда все кончилось. Криша забеременела, сделала аборт и заодно выкинула Нила из своей жизни.       Вот тут-то Полин триумфально стала официальной девушкой Нила. Она оказалась в нужное время в нужном месте и умело воспользовалась одиночеством Теннанта. Доуэл даже очухаться не успел, как Нил и Полин начали встречаться. Она не такая идиотка, как Криша, предохраняется регулярно. А впрочем, теперь Кришу она простила и не сердится на нее больше. Они вместе уехали в Лондон. Полин не отказалась бы жить вместе с Нилом, но родители принудили ее поселиться у тетушки. Хорошо еще у нее была возможность время от времени проводить с Нилом ночи: тетка была простовата и верила, что Полин ночует у подруг.       Можно было заставить Нила жениться на себе, он был весьма близок к этому, но Полин слишком его любила и ценила его свободолюбивую натуру. Он ей нравился именно таким — творческим, сатиричным, легким. Да и вести совместный быт Полин не спешила. У тетки было уютно и безопасно, а Нил порхал как мотылек, собирая нектар удовольствия. Доуэл ушел с головой в учебу, а после в преподавание, и не отягощал Нила своим бесконечным присутствием. Полин видела, что Нил все еще надеется стать музыкантом, но помочь могла разве что добрым словом. Она окончила колледж и вернулась в Ньюкасл, где ее ожидало теплое местечко. Перед отъездом Нил поцеловал ее и сладко поинтересовался, почему они до сих пор не живут вместе. Полин обещала подумать. Ей и правда надоели спорадические встречи и торопливый жадный секс. Однако, она в тот момент писала свою первую книгу и решила, что как только разделается с этим занятием, то они поженятся. Полин прекрасно понимала, что Нил не испытывает к ней страсти, но это казалось только благом.       И тут ее настиг новый удар. Криса Доуэла умер дядюшка позавещав ему порядочную сумму денег и славную квартирку в Челси. Полин не придала этому никакого значения, тем более Крис продвигал ее книгу и продвигал небезуспешно. Какова же была ее ярость, когда она получила от Нила письмо с просьбой простить его за то, что он уходит к Доуэлу. Нил писал, что не любит ее достаточно сильно, чтобы жениться и завести детей, а Крис пообещал продвинуть его песни и вложить в это деньги. Он не мог отказаться от своей мечты.       Это было крушением всех надежд. Но Полин выстояла. Все-таки она не какая-нибудь бездельная личность, которая зависит только от эмоций. Позже они помирились. Полин была слишком привязана к Нилу и Крису. Тем более Крис сдержал обещание и прекраснейшим образом раскрутил ее роман. Больше того, он помог Полин заключить контракт с издательством, на серию книг. Эта была недешевая услуга, но Доуэл не взял с Полин ни копейки. Постепенно Полин и Крис сблизились и очень подружились.       Крис часто жаловался на Нила. Любовь постепенно испарялась, совместное проживание оказалось не самой большой радостью. Сначала любовники все свободное время проводили в студии, а звукозаписывающие компании презрительно отвергали результаты их труда. Потом Нил опустил руки, с головой ушел в журналистскую деятельность. Крис почти обросил его.       И вот тут, когда надежда покинула их, Нил написал прекраснейшую песню. Замечательнейшую в своем роде. И более того, эта песня понравилась человеку из звукозаписывающей компании. Они были готовы ее купить и продвинуть Нила. Крис заказал эскиз обложки для сингла (он уже считал все делом решенным) на которой должен был красоваться медальон Доуэла.       Так как дело делалось в тайне от Нила, чтобы сделать ему сюрприз, Крису было не с кем поделиться своими планами, кроме как с Полин. Крис звонил ей, по крайней мере, четыре раза в неделю, и они долго разговаривали.       Все шло просто прекрасно, но незадолго до убийства Крис позвонил Полин и пожаловался, что все летит в тартарары. У них украли песню. Мало того, тот релиз уже вышел. Мало того, сделал это человек, подвоха от которого он не ожидал. Крис был в бешенстве и намеревался судиться. На этих словах Крис прервал Полин и спросил жадно: — Кто же этот человек? — Ой. Ну, Крис сказал, что это какой-то Дворняжка. Он так назвал его несколько раз. Сначала-то я подумала, что он это так его обзывает, а сейчас вот сообразила что это прозвище. — Дворняжка?! Вы с ним знакомы? — Кажется нет, — она стянула берет. — Я не знаю.       В неярком блеске осеннего солнца ее волосы блеснули красноватым золотом. Крис удивленно рассматривал Полин, словно до сих пор разговаривал с другой девушкой. Он тряхнул головой, отгоняя видение: — И все-таки постарайтесь вспомнить, не слыхали ли вы этого прозвища раньше и в связи с чем.       Полин сняла очки и задумчиво стала крутить их в руках. Крис еще сильнее поразился: да ведь Полин настоящая красотка. Не хуже Криши. Особенно когда не носит свои идиотские бифокальные очки. Ей бы одеться стильно и… — Нет, не помню. Я б запомнила, если б слышала раньше, — Полин вздохнула. — Миссис Теннант сказал мне, что первое слушание в суде будет послезавтра. Вот так-то. А вы что-то смогли разыскать? — Кажется да, — ответил Крис. Он встал и торопливо сказал девушке: — Вы мне очень помогли. Скажите, Полин, вы б смогли рассказать следователю вот это все. — Все? — Ну, хорошо, расскажите про то, как Крис жаловался на воровство сингла. И про Дворняжку. — А полиция не знает? — Пока нет. — Я это сделаю только ради Нила! — патетически воскликнула Полин, снова надевая очки.