30 дней

— Пап! Пап! — дверь в спальню резко открывается, почти ударяет по стене, но силы все же недостаточно. Слышатся громкие топанья, а после матрас неожиданно прогибается, заставляя Хосока проснуться от испуга. Он хочет сматериться в голос, но быстро понимает, что это Тэхен. — Просыпайтесь! — Что такое? — Чимин хрипло мычит, переворачиваясь и пытаясь раскрыть глаза достаточно широко, чтобы увидеть старшего сына. Тэхен стоит на коленях между ними, посреди кровати, опершись на руки, и начинает качать матрас. С Хосока медленно утягивается одеяло. Он пытается вернуть его обратно: голые ноги мерзнут. — Вы сказали, что мы пойдем сегодня на аттракционы! — Тэхен почти прыгает, и Чимин пытается приостановить его. Он тянет руку и треплет Тэхена по волосам, после гладя его по щеке. Тэхен ползет на подушки и валится между своими родителями, пинает по пути Чимина в бок, но не замечает этого, а Чимин терпит. — Да-да, обязательно пойдем, — говорит Хосок, улыбаясь. Он приобнимает Тэхена, щекочет его слегка, издает при этом странные звуки, вызывая сонную улыбку у Чимина. — Только сейчас семь утра, дорогой. Тэхен вопросительно смотрит на Хосока, не видя ничего подозрительного во времени. — Аттракционы еще долго будут закрыты, Тэхен-и, — заканчивает за мужа Чимин, еле пребывая в сознании. Он подкладывает детскую ладошку себе под щеку и закрывает глаза. — Мы поедем чуть позже…. Чимин засыпает снова. — Малыш, тебе стоило тихо войти и разбудить меня, папа Чимин очень устал вчера, — шепчет Хосок, и Тэхен резко поворачивает голову на него, пытаясь не двигать захваченной ладонью. На его лице читается сожаление и вина. — О нет, ничего страшного, все в порядке. Мы понимаем, что ты очень рад аттракционам. Давай пойдем завтракать и дадим папе поспать еще немного. Тэхен кивает, вытаскивает ладонь из-под щеки Чимина, позволяет взять себя на руки, схватившись за шею Хосока. Он болтает ногами в воздухе, пока Хосок несет его на кухню, напрягаясь, что сын стал слишком тяжелым. Чимин просыпается через полтора часа, натягивает домашнюю одежду и выходит в гостиную, где Хосок с Тэхеном дурачатся под музыку из телевизора. Они сразу замечают его и хотят утянуть к себе, но кто-то должен разбудить Чонгука. Это отправляется делать Тэхен, пока Хосок готовит кофе Чимину, а Чимин делает завтрак Чонгуку. Чонгук выглядит совсем заспанным, но просыпается, пока ест свою кашу. Чимин пьет кофе и обсуждает дела с Хосоком у плиты, когда Тэхен подбегает сзади и обнимает его за бедро, поднимая грустные глаза. — Папа, прости, что разбудил тебя! — он вжимается подбородком в мясистую ногу и пытается стиснуть ее как можно крепче, но его руки такие тонкие и слабые, что Чимин почти ничего не чувствует. — Все в порядке, Тэхен-и. Извинения принимаются, — Чимин гладит сына по голове, Хосок подмигивает Тэхену и поворачивается на Чонгука, почти покончившего с кашей. Чонгук сидит и гипнотизирует последнюю ложку, над чем-то задумавшийся. Если бы он не хотел есть, он просто отодвинул бы тарелку от себя и принялся бы за сок в своей любимой кружке с железным человеком. Чимин тоже переключается на младшего. — О чем думаешь, Чонгук-а? — Если потрогать рыбку в воде, она будет сухой или мокрой? — озвучивает Чонгук свою мысль, вводящую в ступор обоих родителей. Спор между взрослыми разгорается на добрые полчаса. Они приезжают на аттракционы ближе к полудню. Тэхен сразу тянет всех на яркую карусель, от которой ему же потом становится плохо, но он остается доволен. Хосок выигрывает Чонгуку в стрельбе по уточкам фигурку железного человека, а Чимин получает милого резинового утенка, ради которого Хосоку приходится постараться. Чимин в это же время выигрывает Тэхену плюшевое привидение в сбивании бутылок мячиком. — Нет, — абсолютно серьезно говорит Хосок, сложив руки на груди. Чимин подключается к детям и смотрит выразительным просящим взглядом. — Вы все уже съели по одной. — Ну пожалуйста, Хосок-а, всего вторую, — молит Чимин, дергая его за плечо. Хосок почти сдается. — Мы не так часто едим сахарную вату, дай детям повеселиться. — Это один сахар, — у Хосока есть еще силы сопротивляться. Тогда Чимин применяет грязную тактику. — Я не заставлю тебя идти с нами на горки за вату, — шепчет он мужу, и Хосок согласен на что угодно, лишь бы остаться ногами на земле. — Ладно, — давит он, вытаскивая кошелек и занимая очередь. Дети кричат от счастья и обнимают его за ноги, Чимин целует в щеку. В итоге Хосок ждет их у горок с тремя сахарными ватами в руках, неуклюже снимает на телефон, как они кричат, пролетая мимо. Чонгук засыпает уже в машине на подъезде к дому, Тэхен наоборот перевозбужден. Чимин смотрит сделанные фото и видео и болтает с Тэхеном, пока Хосок ведет. Они провели там время до самого вечера, успели посетить кучу разных аттракционов и выиграть много игрушек. Чонгука Хосок уносит прямо в кровать, с Тэхеном приходится потрудиться, но он мальчик умный и понимает, что пора спать. Хосок с Чимином наконец остаются одни. — День прошел прекрасно, — говорит Хосок, целуя Чимина в губы. Они тоже лежат в кровати, но никто пока не собирается спать. — Не хочешь продолжить его таким же прекрасным вечером? — Я не против, — ухмыляется Чимин, укладывая руку Хосоку на талию и прижимаясь к нему, потираясь пахом о бедро. Хосок целует его шею, спускается на ключицы, одновременно с этим скользит ладонью под резинку чиминовых трусов. Чимин тихо стонет и обхватывает Хосока за шею, подставляя грудь под поцелуи. — Пап, пап, я пить хочу, — Тэхен появляется неожиданно. В этот раз он, как ему и сказали, аккуратно входит в комнату, все равно пугая взрослых.