Грязные подъезды, где я влюблялся.

   Грязные подъезды. Бычки на лестницах, пустые бутылки из-под пива на ступенях, чья-то харча на стенах. Чья-то колонка, играющая OBLADAET, Miagi и Эндшпиль, Santiz. Хохот на всю лестничную площадку, шприцы. Впрочем, обычная среда обитания всякого утиля общества. Ах, друг мой, что же ты забыл среди них? Пошлые причмокивая пухлых губок ветреных девиц. Какая она по счёту за этот месяц, Жень? Ты не считаешь. Никогда не считал. Тебе скучно, но ты улыбаешься этим отбросам и недвусмысленно сжимаешь в ладонях её задницу. Боже, как же мне не нравятся твои компании. Ты держишь в руках бутылку пива и эту барышню, пьяным голосом вещая ей о литературе, рассказывая ей стихи Есенина. Почему ты не читаешь их по памяти мне? Она смущённо улыбается и делает глоток вина прям из горла. Ненавижу всё это. Я делаю затяжку и выдыхаю. Ты пьяно усмехаешься. Ты слишком благородный для этих компаний и подъездов. Звук оповещения на твоём разбитом айфоне. Ты извиняешься и отходишь к окну, на ходу набирая сухие сообщения ещё одной девице, которая должна прийти с минуты на минуту. Ненавижу этих шлюх. Я знаю, что ты достоин лучшего. Знаю, какой ты настоящий. Я видел. Когда мы сидели у меня дома, разговаривали обо всём на свете, и ты жаловался мне на свою скуку, попивая красное полусладкое из красивого бокала, купленного моими родителями на новый год.     Ты отходишь от окна и снова начинаешь лапать эту сучку. Так хочется вырвать её волосы, набить её наштукатуренный ебальник и орать ей в лицо, чтобы она больше не смела даже смотреть в твою сторону. Но я не могу. Только тихо тушу окурок о запястье и сжимаю челюсть до хруста зубов. Ты не замечаешь. Ты слишком пьян. Как и все, кто здесь находится.       Она ставит тебе засос. Все её мысли сейчас заняты тобой. Кажется, она влюблена в тебя по уши. Но тебе плевать, настолько плевать, что ты готов прямо сейчас кинуть её и пойти к другой. Я же вижу, что она тебе не интересна. Ох, Женечка, зачем же ты наёбываешь бедную девочку?       Я скучающим взглядом окидываю людей и замечаю миловидного парнишку, который сидит чуть выше остальных на лестнице и бросает на тебя грустные взгляды. Я виском ощущаю, что ты переводишь взгляд от той девушки, прослеживаю твой взгляд. Ого, ты смотришь на него. Я смотрю на тебя, ты подмигиваешь тому мальчику. Ну конечно, ты же у нас непревередлив в выборе партнёров, а он ещё и симпатичненький. Я вздыхаю и смотрю в окно. Затрахало это всё...      Ты загораживаешь окно и улыбаешься мне. – Володя, - по слогам произносишь ты, и моё сердце падает куда-то в низ живота. - А пойдём поговорим, - договариваешь ты, дыша на меня своим перегаром. Чёртов алкоголик... – Жень, ты пьян, - я наигранно усмехаюсь и достаю сигареты из куртки. - Не горю желанием общаться с тобой, когда ты в стельку.     Ты дуешь губки и берёшь меня за руку. Знаешь же, сволочь, когда ты так делаешь, я не могу тебе отказать... – Ладно, ладно, пойду я с тобой, а то ещё расплачешься, - отшучиваюсь я и поднимаюсь со ступеней.      Ты заговорчески улыбаешься и тащишь меня вниз. Один этаж, два, четыре. Мы выходим из подъезда. – Куда мы, блять, прём, Жень, - бурчу я. Ты не отвечаешь, - Женя, мать твою, - громче говорю я. Ты останавливаешься, поворачиваешься ко мне и подходишь почти вплотную. Я чувствую запах спирта, твоё дыхание. У меня кружится голова и подкашиваются ноги. Ты улыбаешься так, будто я твоя очередная игрушка на ночь.   – Чего тебе? - наигранно спокойным голосом спрашиваю я. Ты молчишь, делаешь шаг назад. – Просто скучно с ними стало, - снова улыбаешься ты. Я вздыхаю и беру тебя под руку. Ты слишком пьян. Это дико бесит. – Пойдём, горе ты моё луковое, - бросаю я и веду тебя за собой. Ты и не возражаешь. Мы идём по дороге. Машины, горящие фонари, тысячи лиц. Ненавижу толпы. Боюсь, что ты потеряешься, и сильнее сжимаю руку на твоём предплечье. Одна улица, две, четыре. Мы прошли квартал. Твой дом. Я бываю здесь чаще, чем у себя. Подъезд, лифт. Один этаж, два, десять. Я выуживаю из кармана джинсов дубликат ключей и отпираю дверь. Молча заталкиваю тебя в темноту пустой квартиры. Щелчок замка. Мы стоим друг напротив друга. Ты высокий, красивый и невозможно пьяный. Близко. Слишком близко. Я бы даже сказал, интимно. Я смотрю в твои глаза, будто пытаясь найти там ответы на миллионы вопросов или оправдания на мои немые обвинения. К чёрту. Мои руки ложатся на твои плечи, и я целую тебя. Медленно. Осторожно. Тебе, кажется, нравится. Перехватываешь инициативу, ухмыляешься в поцелуй и проводишь языком по моим губам. Влажно. Пошло. Мы спешно стягиваем обувь, куртки летят на пол, и ты увлекаешь меня за собой в глубь квартиры. Твои руки шарят под моей футболкой, оглаживают бока, касаются груди. Жарко. Кажется, я растаю. Ты нежен, слишком ласков, будто не плевал на меня. Будто у меня есть шанс получить то, чего я так давно желаю. За что ты так со мной, Жень? Я кусаю губы, чтобы не сойти с ума, чтобы не начать признаваться тебе прямо здесь, прямо сейчас. Прекрати это, пожалуйста. Ты везде: в сердце, ушах, теле. Я всё же теряю контроль. – Люблю, - срывается с губ вместе со стоном. Звучит слишком жалобно, тоскливо, даже отчаянно. - Я люблю тебя... Мои глаза закрыты, но я чувствую твой хищный взгляд и улыбку. Конечно, ты слишком пьян. Тебе нет дела до моих чувств. Я придурок, если надеялся на что-то другое. Больно. Чертовски больно. Я полностью отпускаю себя. Несдержанно стону, преодически повторяя "люблю", будто мольбу, и, кажется, даже плачу. Ты либо не видишь, либо не замечаешь, не знаю. Но легче от этого не становится.

***

Утром я ухожу до твоего пробуждения, оставив после себя только следы на твоей спине.

***

Проходит неделя, две, месяц. Ты ничего не спрашивал о той ночи. Я тоже молчал. Но легче от этого не становилось. Всё тот же грязный подъезд, всё те же стихи Есенина, только вот девица в твоих руках новая. Впрочем, она не сильно отличается от предыдущей. Точно так же отвратительно улыбается, точно так же пьёт вино из горла, курит такие же сигареты. Даже хихикает на твои заигрывания так же. Знаешь, Жень, а я ведь именно в этом подъезде в тебя влюбился. Именно здесь хотел посвящать тебе свои стихи. Но ты снова читаешь по памяти всё те же ебучие строчки однотипным блядям. Повырывать бы им всем волосы. Я тушу окурок. Снова о ладонь. Снова закусываю губу, криво усмехаясь. Кидаю тихое "я домой" и ухожу. Ты даже не смотришь мне вслед.