Нежной прозой...

      Теплые лучи полуденного солнца обогревают землю, лаская своим теплом мелодично заливающихся песнями птиц в окружении спокойной, умиротворенной природы дома в традиционном японском стиле. - Бьякуя...?-парень с рыжими волосами недоуменно хрипит, стараясь составить в единую картинку расплывающееся изображение темноволосого мужчины, который сидел рядом с его футоном.       Разумеется, никакого ответа так и не последовало, что безошибочно навело на мысль о том, что это определенно Кучики. Как всегда молча сидит с суровым величественным видом, не отрываясь смотря на лежащего. - Когда ты вернулся?-во всем теле Ичиго сейчас слышатся отголоски усталости и какой-то лени, из-за которой не очень хочется шевелиться, а голова становится тяжелой, не давая возможности обдумать происходящее и понять, где именно он находится, хотя обстановка кажется очень знакомой. - Сегодня. И первое о чем мне сообщили, что ты в лазарете. Я собирался отдохнуть,-обычный холодный голос с явными нотами упрека в ответ. Теперь смутно, где-то на задворках сознания, Ичиго начинает припоминать, что был на задании и потерял сознание почти сразу же после боя. - Прости. Тебе не нужно было приходить. Унахана-сан просто переборщила с бинтами. Как твоя миссия?-подросток действительно чувствует себя виноватым. Он прекрасно понимает, что Кучики и в правду устал, но все-равно пришел посидеть с ним, хотя это в действительности совсем не требовалось, ведь рана Ичиго неглубокая и несерьезная, тем более всего одна, но на всякий случай заботливые лекари ему перебинтовали почти всю грудь в несколько слоев. - Хорошо,-опять равнодушный краткий ответ, вполне в духе Кучики. Однако… - Спасибо, что посидел со мной, но больше не нужно, Бьякуя. Отдохни,- хоть голова у Ичиго постепенно перестает болеть и тело начинает потихоньку слушаться, он еще плохо соображает, но все же понимает, что что-то в поведении Бьякуи не так. И если что-то произошло во время миссии, то неужели это из-за нового члена шестого отряда Шихо? Больше всего Ичиго не хотел думать именно об этом, но едкие мысли напрашивались сами собой. - Хочешь, чтобы я ушел, Ичи-тян?-неожиданно холодный равнодушный голос Бьякуи наполнился какой-то приторной фальшивой сладостью и притворной усмешкой, он говорил это медленно, растягивая слова и особо подчеркивая последнее, будто намеренно делая так, что бы смысл фразы обязательно дошел до Ичиго. - Что? С чего вдруг ты меня так зовешь?-не понимая, Куросаки принял сидячее положение. Он и вправду искренне удивился. За то время, что они вместе Ичиго все же удалось приучить упрямого мужчину называть его по имени. Но подобное обращение, да еще и с такой интонацией он точно бы никогда не употребил просто так. - Не понимаешь…ясно,-пристально, выжидающе рассматривая подростка, привычно холодно для себя заключил Бьякуя. - Что ясно?-Ичиго раздраженно свел брови к переносице, чувствуя как начинает злиться на одну из любимых привычек Бьякуи – молча делать выводы неизвестно о чем, а ты потом ходи и догадывайся не напридумывал ли он себе там чего. Однако Бьякуя выглядел уже вполне спокойно, все напряжение в его действиях, интонации и фразах просто испарились, и, игнорируя вопрос подростка, Кучики медленно перемещается с пола на футон и притягивает к себе Ичиго, поглаживая его по щеке. - Стой! Не меняй тему!-Куросаки, стараясь снова не позволить мужчине себя провести, хватает последнего за руку. - Тебя так назвала капитан четвертого отряда Унохана Ретсу. Она сказала, что у Ичи-тяна прекрасное тело, так бы и съела,-зная, что подросток на этот раз точно не успокоиться, Кучики признается и, освободившись от руки Ичиго, проходится парой легких поцелуев вдоль щеки. - А? Ты из-за этого такой злой? Она же просто пошутила!-но дальнейшие реплики не слышно из-за Кучики, язык которого касается нёба, проходится по зубам и переплетается с языком Ичиго, а губы так приятно сминают другие, порой осторожно прикусывая. Не выдержав, Ичиго стонет прямо во время поцелуя в рот Бьякуи. - Твое тело все еще меня помнит,-отстранившись, довольно облизывает губы Кучики. - Стой, остальные…,-выдыхает в ответ Куросаки, переводя дыхание. - Здесь никого нет. У них собрание с Уноханой Ретсу,-руки Бьякуи проникают под черную форму, оголяя персиковую кожу, и настойчиво укладывают на футон, а губы покрывают плечи, ключицы и шею невесомыми поцелуями. - Что с тобой, Бьякуя? Ты же не любишь эксперименты, а мы сейчас в лазарете… Неужели ты приревновал меня к Унохане-сан? Аххх!-не слушая протестов, Кучики спускается ниже и, стараясь не задеть бинты, берет в рот твердую плоть Ичиго, который уже успел возбудиться.       Бьякуя старательно проходится по стволу, огибает головку языком, ласкает бедра и пульсирующий орган руками. Порой он заглатывает не полностью, а порой до основания. Но этого все равно хватает, чтобы свести Ичиго с ума. И вот когда Куросаки уже готов вновь несдержанно кончить мужчине в рот, он тихо, задыхаясь, просит: «Бьякуя, может, ты займешься и другой моей частью? Используй пальцы. Или мне самому это сделать?».       Нет, Ичиго любит, когда Бьякуя делает ему минет, он всегда так нежен и в тоже время настойчив, одна мысль о том, что к тебе так прикасается любимый заставляет рассудок мутнеть, но сейчас Ичиго хочет кончить вместе с Бьякуей, почувствовать его в себе и доставить удовольствие любимому, уж очень долго они не виделись. - Нет, сегодня мы остановимся на этом,-отстранившись, облизывает губы мужчина, убирая пальцами растрепавшиеся волосы за ухо, в которые Ичиго так любит вцепляться во время ласк. - Что?!-не веря в услышанное, Куросаки быстро вскидывает голову на брюнета. - Ты ранен,-в знак подтверждения Кучики осторожно касается бинтов на груди подростка. - Перестань. Все не так уж и серьезно. Ты же знаешь, бывало гораздо хуже,-упрашивая, Куросаки притягивает к себе Бьякую, мягко гладя по щеке. - Ты потерял сознание от переутомления,-отстранив руку, Кучики целует ее в ладонь. - Со мной все нормально,-снова упрямо хмурит брови подросток. - Нет,-окончательно ставит точку в споре Бьякуя. - Но тебя ведь не было две недели… Ты ведь хочешь…,-расстроенно бурчит Куросаки. - Все хорошо. Я удовлетворюсь и этим,-убрав рыжую челку, мужчина заботливо целует в лоб упрямца. - Хаааа, знаю же, что врешь…,-громко выдыхает Ичиго, бессильно опрокидывая голову на подушку. - Не беспокойся, Ичиго. Я обязательно верну то, что ты мне задолжал,-рука мужчины снова спускается к бедру мальчика. - Вот как. А может ты на миссии этим занимался?-сухо говорит Куросаки, рассматривая потолок. Замерев от неожиданности такого вопроса, мужчина спустя пару минут вскидывает серо-голубые глаза на Ичиго. - У тебя настроение пропало от мысли, что я был с другим?-отвечает вопросом на вопрос Кучики, акцентируя внимание на том, что Ичиго уже не такой твердый. - Нет,-так же равнодушно отзывается подросток, не желая смотреть на мужчину. Прищурив глаза, Кучики берет руки Ичиго и подносит одну к левой половине своей груди, а другую в область паха. - Что ты делаешь?-удивленно смотрит на мужчину Ичиго и вдруг замирает, чувствуя как сильно бьется сердце Бьякуи под его рукой, а собственное начинает ему вторить, и насколько он тверд внизу живота.       Пока подросток в замешательстве, Бьякуя спускается к уху мальчика и хрипловатым голосом шепчет: «Я люблю тебя, Ичиго… люблю», захватывая губы в поцелуй. И Ичиго тянется к нему, верит, отвечает, обвив шею руками и запутываясь пальцами в черных шелковых волосах любимого. Правая рука Кучики тем временем вновь ласкает твердую плоть подростка, а левая прижимает ближе к себе за гибкую спину. Руки Ичиго тоже тянуться вниз к паху мужчины и, высвободив возбужденный орган из одежды, ласкают его вместе со своим. Их пальцы и руки сплетаются вместе, накрывая друг друга. Их стоны, дыхание, мутные взгляды тоже сливаются воедино, не давая сдерживаться. Целуя, поддаваясь вперед бедрами, содрогаясь от каждого движения, впиваясь пальцами ног в футон, они с протяжными криками, которые тонут в глубоком поцелуе, кончают одновременно, пачкая черную форму и белоснежные бинты. - Я люблю тебя, Бьякуя...,- задыхаясь, как может, выговаривает в губы любимому Ичиго. - С первой годовщиной,-в ответ мужчина дарит нежный поцелуй. И нехотя оставляет любимого, чтобы поискать новые бинты. - Годовщиной? Она же 25, это завтра… А сколько я здесь нахожусь?-задумчиво разглядывает брюнета, оттирающего свою форму и одновременно роющегося в шкафчиках, Куросаки. - День,-целуя в висок, Бьякуя начинает снимать испачкавшиеся бинты, чтобы сменить их на новые. - Ясно. Тогда с годовщиной. Подожди… наша годовщина 25, но ты должен был вернуться только 28,-за рассуждениями Ичиго и не заметил, как Бьякуя уже перевязал его, предварительно придирчиво осмотрев рану. - Я раньше закончил,-сейчас Кучики сидел рядом с подростком и увлеченно со всей своей серьезностью сматывал оставшийся материал. - Спасибо,-мягко улыбаясь от мысли, что Бьякуя сделал это только ради него, Ичиго нежно провел кончиком носа по изгибу шелковой шеи мужчины, бережно убрав с нее черные волосы,-Но чтобы этого Шихо, который всюду за тобой хвостом ходит, перевели в другой отряд! - Похоже, мне придется рассмотреть такой вариант,-смотря сейчас в счастливые и полные любви глаза своего персонального рыжего чуда, Бьякуя был несказанно счастлив, что его и теперь только его, навсегда его мальчик ревнует. С этой мыслью Бьякуя обнял Ичиго, крепче прижав к себе и припав к его полуприкрытым губам, чтобы уже никогда точно не отпустить.