Каждому по волку.

Глупец! Идиот! Придурок! Кретин! Каждую из этих моих мыслей сопровождает удар руки об стену. Крошево бетона и треск арматуры заполняют собой пространство вокруг. Для этого глубинного самобичевания мне пришлось уехать на наш полигон за пределами города и пригрозить Тао, что за слежку или видео надзор у него будут вырваны ноги. Думаю, ГМО это вряд ли остановит, но он хоть сделал вид что испугался, и правдоподобно меня заверил что ничего предпринимать не станет. Хотя, даже если и правда удержится от подобного, то счета за восстановление полигона, и ремонтные работы скажут ему достаточно, чтоб в общих чертах представить, что я тут творил. Разрешил связаться со мной только в случае боевой тревоги или если ОН вернётся… Но думаю боевая тревога, конец света, розовые пингвины и остановка планеты более вероятны чем ЕГО появление. Что собственно возвращает меня к причине крушения окружающего пространства. М21. Чёрт бы меня побрал… Ну как?? Как я мог?? В груди вскипает неконтролируемый приступ гнева и тёмное копьё ликуя накидывается на мою душу. «Умррррииии…Умрррииии…Умрриии…» шепчут тысячи голосов пытаясь пожрать меня изнутри. И я был бы не против уступить, ведь сейчас ненавижу себя почти так же сильно, как и мой внутренний демон, но увы, пока есть шанс, что смогу его вернуть, нужно продержаться. Выбрасываю руку вперёд, и тёмная энергия копья устремляется ломанными росчерками силы вперёд, сметая всё на своём пути. На миг меня отпускает жгучая боль и я, словно в заевшей видеозаписи, снова вижу тот злосчастный вечер. *** - Франкенштейн… Горячая, сильная ладонь ложится мне на плечо. Робко и как-то аккуратно её хозяин сжимает пальцы пытаясь проявить поддержку и участие, голос произнёсший моё имя слегка охрипший и ломкий, он сам не в лучшем состоянии, после случившегося, да и восстановиться до конца ещё не успел. - Уйди. Бросаю, не оборачиваясь и не двигаясь с места. Мне нереально больно, в душе бушует целый тайфун, сдерживать который нет ни сил, ни желания, но какая-то неведомая мощь, сковавшая всё тело ледяным ужасом и отчаяньем, сохраняет видимость апатии и безразличия. Говорят, это и есть стадии принятия потери, неверие, отторжение, злость…я видел это множество раз у других, и никогда не думал, что столкнусь с этим сам. Ведь близких у меня никого не осталось, а Мастер… он же вечный… Мне верилось в это, верилось глупо и антинаучно, вопреки всем моим знаниям о жизни и вселенной. Хотя, если не покривить душой, то я думал, что погибну раньше, чем он, и мне не доведётся пережить его кончину. Я был не готов к этому, я отказывался это принять как факт. Поэтому сейчас, когда Мастер отдал свою жизнь ради спасения людей, и я остался один, всё моё естество пронзил столбняк, сначала я не мог осознать это в полной мере, а когда осознал, едва сдержал тёмное копьё от того чтоб оно поглотило меня без остатка. Сейчас же, спустя неделю после гибели Мастера и остальных, я пришёл к стадии нестерпимой душевной боли. Она ест меня 24 часа в сутки и кажется, что внутренности перемалывают прямо у меня внутри тела. Никто из обитателей дома не тревожил меня в моём горе, никто кроме НЕГО. М21 сначала молчаливо находился рядом, потом приносил еду или чай, когда понял, что есть и пить я не собираюсь, стал просто сидеть со мной рядом. Сегодня он впервые решился прикоснуться и заговорить, но мне меньше всего нужна его жалость и участие, я не могу сейчас наскрести в своём сердце и унции расположения к нему, не то что любви. - Уйди говорю. Повторяю, я с угрозой в голосе, тихо, но вкрадчиво. Рука на плече вздрагивает, я чувствую, как мелко трясутся пальцы, а затем ощущение тепла исчезает. - Прошу, Франкенштейн, поговори со мной…. Голос падает до шёпота, от волнения и сдерживаемых эмоций. Но меня это только злит. - Я понимаю, как тебе сейчас плохо, но… Я резко оборачиваюсь и сделав молниеносный выпад припечатываю М21 к стенке. Грохот такой что мне кажется стена вывалиться в другую комнату, глаза оборотня болезненно распахиваются, он с шумом выталкивает воздух их горла и вместе с ним вырывается сиплый возглас удивления и боли. - Понимаешь? Понимаешь, как МНЕ??? Я рычу словно разучившись говорить, и сжимая чернеющие под властью копья пальцы на бледном горле полукровки. - Ты не понимаешь ровным счётом ничего! Ничего! Ты не был рядом столетиями с тем, кого боготворишь, ты не видел того что видел я, ты не был связан с кем-то такой тесной связью что ваши души казались одним целым, и не был удостоен чести понимать существо, стоящее на много ступенек выше нас по развитию!! Ты даже на сотую долю не способен понять мои чувства сейчас! Мою боль, мою тоску! Я потерял того, кто был моим миром, моим смыслом жизни, единственным для меня! Последние слова я выплёвываю с особой ненавистью и слишком поздно понимаю, что сделал что-то непоправимое. Серые радужки глаз оборотня внезапно затапливает расширившийся зрачок, он перестаёт вырываться и в застывшем выражении его лица я вижу совершённую ошибку. Резко шагаю назад и отнимаю от своей жертвы руки, тяжело дышу пытаясь собраться с мыслями. Надо что-то сказать… Но в воспалённом мозгу мысли гудят как пчёлы в растревоженном улье и вычленить что-то путное не представляется возможным. А М21 тем временем, отлипает от стены, и не поднимая глаз, молча, шатающейся походкой покидает комнату. Щелкает дверная ручка и я остаюсь один. В тот же момент в голове словно переключается выключатель, и она становиться пустой и тяжёлой. Тело наливается свинцом, и я понимаю, что должен лечь. Эти метания и эмоции иссушили меня до дна. Я истощён. Завтра я пойму, что только что произошло и поговорю со своим любовником. Всё завтра, а сегодня мне нужно выспаться. Тьма накрывает меня словно плотный полог, и я раскрываю глаза только когда солнце уже высоко. Этот новый день приносит мне не только своеобразное облегчение, и относительный порядок в голове, но и сообщение о том, что М21 покинул дом. В пустой комнате обнаруживается отключенный мобильный и кредитная карточка, в шкафу оставлен рабочий костюм и все оружие. Но нет его повседневной одежды, зубной щётки, и зарплата с карточки снята. Когда он покинул дом не может сказать даже Тао. Ушёл тихо и не оставляя никакой записки. Принял все меры чтоб его не могли отследить, и скрылся. В душе становиться как-то гадко, и гадливость эта направлена на самого себя. Чувство вины практически осязаемым камнем ложиться на грудь. И я уже хочу направиться на его поиски, как вдруг свершается чудо, и домой возвращается Мастер. Живой. Невредимый и полный сил. Переродившийся заново, благодаря какой-то неведомой силе, и счастье от этой встречи на какое-то время затмевает для меня всё. Ровно до той минуты, когда алые радужки моего божества не темнеют встревоженно и не обращаются на меня, с немым вопросом, который позже он озвучивает и вслух. - А где М 21? И Тао с Такео смущённо отводят глаза не желая влезать в это и говорить о том о чём они и так догадались, когда он исчез, а мне остаётся лишь судорожно сглотнуть, и спрятать нервно вздрагивающие руки за спину. Мастер сразу всё понимает. Наша с ним связь восстановленная заново, становиться ещё прочнее и чувствительнее, он печально качает головой, но не добавляет к этому никаких комментариев. В ту же секунду, я внезапно ощущаю его грусть, сожаление и… вину? За что он чувствует себя виноватым? Мысли мешаются у меня в голове, и шумный вечер с гостями в честь возвращения Мастера проходит как в тумане. Когда горе и боль от потери Рейзела ушли, и я снова вернулся к своему нормальному состоянию, чувство тоски по М 21 возросло стократно. Я словно недосчитался руки или ноги, так существенно стало для меня его отсутствие. Ночью ко мне в лабораторию пришёл Мастер, его печальный взгляд был красноречивее всех слов. - Я не хотел, чтоб так вышло, поймите меня Мастер, я просто сказал, что думал. Рейзел качает головой и опускается на стул. Его ровная спина и бледная кожа почти светиться в полумраке. - Франкенштейн, проблема как раз в том, что ты сказал НЕ ПОДУМАВ. Тихий голос Ноблесс кажется без эмоциональным, но я различаю в нём и горечь, и печаль, и грусть. От пронизывающей убеждённости и простоты его слов меня просто пригвождает к месту. - Вы считаете я солгал? Считаете вы не дороже всех для меня? Он тяжело вздыхает, как будто ему приходиться говорить с маленьким ребёнком, в моей душе чётко ощущаются отголоски его чувства вины, но я всё так же не понимаю в чём он может себя винить. Ноблесс же, помолчав какое-то время и устроив тонкие кисти на столе рядом с собой говорит: - Это моя вина, что ты до сих пор не понял разницу между нашими с тобой отношениями и всеми остальными. Когда я думал, что Музака погиб, ты помнишь, что со мной было? Я не хотел жить, не мог себя заставить. Единственное что меня останавливало от немедленного погружения в вечный сон это мысль о том, что мой Лорд отдал свою жизнь для того чтоб я не умер. И я не мог так пренебречь его жертвой, но и заставить себя жить как раньше не мог. Я чувствую, как даже сейчас больно вспоминать Мастеру эти дни, и непроизвольно сжимаю пальцами одежду напротив сердца. - Музака моя любовь, мой единственный смысл жизни, хочу я этого или нет, это выше меня, выше моих желаний или доводов рассудка. Понимаешь? Ноблесс выразительно смотрит в мои глаза, и я вдруг понимаю к чему он клонит. - Вы хотите сказать… сказать, что…. - Да, я хочу сказать, что я для тебя НИКОГДА ТАКОВЫМ НЕ ЯВЛЯЛСЯ…. Ты горевал, ты был убит, но твоя жизнь продолжалась, и со временем ты бы прожил её как обычный человек разделяя все горести и радости этого мира. Я ни минуты не сомневаюсь в твоей преданности и уважении, в твоём восхищении и искренней любви, но это не та любовь что между вами с М 21. Я не могу вымолвить и слова, такого длинного и обстоятельного объяснения я не слышал от Мастера никогда. И видимо лишь моя неспособность понять очевидное вынудила его к столь не свойственной ему многословности. - Простите, но я не уверен, что мои чувства к М 21 это такая же любовь, как и у вас с Музакой-ним. Рейзел качает головой и прикрыв свои рубиновые глаза поясняет: - Конечно же она другая. Мы с Музакой из другого теста, для нас многое не так как для других, но поверь, то что между вами с полу оборотнем это настоящее чувство. Только его присутствие спасало тебя от поглощения тёмным копьём, хоть ты этого и не понял, только его чувства делали тебя таким счастливым каким я не видел тебя никогда, и только рядом с ним ты начинал любить других. Мне хочется поспорить, или обсудить всё это более подробно, но Мастер не даёт мне такой возможности, он поднимается и ни разу не обернувшись покидает помещение. Он сделал всё что мог чтоб донести до меня свои мысли, большего он не в силах изменить. Я рефлексирую по этому поводу несколько дней обсасываю все свои ощущения и выводы пытаясь понять и принять сказанное Ноблесс. А потом, случайно, становлюсь свидетелем сцены, которая в секунду ставит всё на свои места. В один из вечеров я натыкаюсь на приоткрытую дверь в комнату Мастера, и желая проверить всё ли у него в порядке заглядываю внутрь. Время позднее и я, боясь, что он может отдыхать не стучусь, а лишь бросаю взгляд в образовавшуюся щель, чтоб убедиться, что всё хорошо. Оказывается, всё даже больше чем хорошо. Рейзел абсолютно обнажённый, с пьяным от счастья и обожания взглядом лежит в объятиях крепких исполосованных шрамами рук Музаки. Тонкие ладошки Ноблесс гладят широкую грудь оборотня прослеживая узоры старых боевых отметин, иногда он, не отдавая себе отчёта подаётся вперёд и покрывает влажными поцелуями шею и ключицы Лорда, при этом едва сдерживая себя от тихого и довольного урчания. Музака же, сплошное воплощение звериной удовлетворённости и сытости. Он вальяжно раскинулся на постели моего Мастера и окольцевав того своими медвежьими объятиями беззастенчиво лапал за задницу. Впрочем, судя по медлительности и удовлетворённости обоих, самое интересное я всё же пропустил. В сердце разливается сначала радостное чувство за Рейзела, за его светлое и такое порочное в одно и то же время счастье, а следом как послевкусие от крепкого напитка накатывает понимание собственного одиночества и глупости. Яркой искрой во тьме мелькает даже постыдная зависть к этим двоим, так бесстыдно отдающимся друг другу. Я с тоской смотрю на то, как Лорд оборотней, подавшись навстречу Рейзелу с жаром метит его шею яркими засосами, как он, заглядывая в глаза Ноблесс опускает руку вниз, между их переплетёнными телами и заставляет партнёра выгнуться дугой. По моему слуху режет полный похоти стон Кадиса, его тяжёлое дыхание и заполняющий всё сознание жар и страсть. Эти двое явно собираются пойти на второй, или бог их знает какой, по счёту раунд, и поэтому, я благоразумно отступаю, чтоб не быть пойманным тут в коридоре за постыдным подглядыванием за уединившейся парочкой. Я уже аккуратно прикрываю беспечно оставленную этими двумя дверь, как сквозь вздохи и стоны слышится голос Музаки. - Так ты хочешь, чтоб я нашёл этого полу оборотня? У меня внутри всё застывает. - Зачем он тебе? Мне надо начинать ревновать? Тупости шуток этого кобеля я поражаюсь даже сквозь застилающую всё тревогу и надежду. - Нет, ты же знаешь, для меня ты весь мир, вся моя жизнь, ты единственный для меня…. Внутренности обращаются в лёд. Мастер знает, что я за дверью. Он оставил её приоткрытой специально. Те же слова что я тогда выплюнул в лицо М21, но теперь я понимал разницу между ними и теми что обращены к Музаке, безумную и непреодолимую разницу. Я потерял тогда своего кумира, своего бога, своего друга и наставника. Того кем я восхищался, кого обожал и за кем шёл. Но мой единственный был тогда передо мной. Всё время что мне было плохо он был рядом. Отшатываюсь от двери и уперевшись в противоположную стену съезжаю по ней на пол. В мозгу наконец то складывается картинка, которую я упрямо игнорировал. Модифицированный полукровка без имени и прошлого, потерявший всех друзей и надежду, влюблённый отчаянно и до глубины души, он никогда не считал себя достойным меня. Он снедаемый комплексами и страхами всегда ждал что я прогоню его прочь, считал, что я лишь забавляюсь, временно использую его ради своей прихоти. Я никогда не говорил с ним о своих мыслях и чувствах, упивался своей властью над ним, а М 21 лишь покорялся, благодарный и за мнимое ощущение любви. И когда я бросил ему те слова в припадке гнева, он понял их как окончание игры. Решил, что с ним наигрались и выбросили, что даже как временная игрушка он мне стал не нужен. И ушёл. Хватаюсь за голову пытаясь совладать с накатившим отвращением к себе. Надо всё исправить, надо найти его, надо сказать ему… сказать, что я люблю его. Любил всегда. Что я влюбился в него с первого взгляда, и всегда хотел ему лишь добра. Что я высокомерный придурок, который всегда считает, что держит всё под контролем, и не снисходит до объяснений или разговоров даже с теми, кто дорог. Что я хочу, чтоб он всегда был рядом со мной… *** Вздрагиваю всем телом. Те воспоминания приносят слишком много боли. Я не могу успокоиться как ни стараюсь. Прошло уже полгода. Тао не смог выследить его как ни пытался. Сказал, что М21 вероятнее всего забился в какой-то дикий лес или отдалённую деревню, где нет ни уличных камер, ни интернета, что паспортом он не пользовался, но вполне возможно покинул страну в каком-то грузовом отсеке зайцем. Все нити были оборваны и надеяться на то что он объявиться не приходилось. С каждым днём я осознавал правдивость слов Мастера всё сильнее, ощущал, что без полу оборотня в груди разрастается дыра, что жизнь теряет свои краски и безразличие к тому, что раньше меня радовало, накатывает штормовой волной. После очередной атаки, наконец-то ощущаю физическую усталость и опустошённость, чувства притупляются, и я опускаюсь на ближайший камень без сил - Ну и погром ты тут устроил…. При звуках этого голоса издаю страдальческий стон, и закрываю глаза. Только этого мне сейчас не хватало. - Ты там живой. Алё? Сжимаю зубы, но всё же через минуту выдавливаю из себя ответ. - Со мной всё хорошо Музака – Ним, что вы тут делаете? Лорд оборотней, одетый в свой красный костюм с мехом а-ля дикий Санта Клаус, скалиться во все 32 или сколько их там у него, этих зубов, а затем радостно выдаёт: - Пришёл вот чтоб помочь тебе, а ты вроде как не рад меня видеть. Прям жалею, что уже израсходовал почти все силы сегодня, так хочется врезать по этой наглой харе. Почему-то после того как они с Мастером наконец-то сошлись я стал недолюбливать этого идиота ещё больше. - Вам это всего лишь кажется, Музака – ним, я вас благодарю, но какая бы ни была ваша помощь я вынужден отказаться. Прилагаю всю свою выдержку чтоб выродить эту фразу. - О, правда, здорово, а то иногда мне кажется, что я тебе не нравлюсь, представляешь? Ха-ха-ха… «Ага…ха-ха-ха… твою мать… именно так….» Пытаюсь справиться со своим лицом, но выходит не очень. Хотя кому это важно? Этот бронелобый вряд ли догадается. Поток моих циничных мыслей прерывает продолжение монолога этого Мистер Наблюдательность. - А, так я к чему это про помощь, меня просто Рейзел просил, сказал тебе это нужно, ты уверен, что нет? А то получается я, зря его сюда притащил… как-то неудобно вышло… Я внезапно выпадаю из всех окружающих раздражителей, зацепившись за одну единственную фразу. - Кого ты привёл? Музака хитро ухмыляется и указывает себе за спину, на уцелевшие несколько деревьев в глубокой тени которых я различаю знакомую до слёз мужскую фигуру. - Пацана вашего модифицированного…Опять блин забыл его номер… Дальнейший бред этого мужлана я не слушаю, и подорвавшись с места в пару рывков силы оказываюсь рядом с М 21. Бледное лицо, усталые и тусклые глаза, отросшие волосы, сухие искусанные губы. Такой измученный, болезненно истощённый словно от лихорадки, полу оборотень смотрел мимо меня, опустив руки в карманы. - М… Выдыхаю едва оказавшись рядом. За время его отсутствия мне начало казаться что он плод моего воображения, что его не существует, что я придумал этого невероятного мужчину. - Ты искал меня. Глухой и в то же время такой знакомый голос застаёт меня врасплох. Полукровка подымает на меня глаза, и я вижу в них спокойную и холодную обречённость. Смирение с тем что он не нужен. Глухая убеждённость в том, что я искал его потому что была крайняя потребность, и ничего более. У меня сжимается сердце, и ненависть к себе возрастает по экспоненте. Протягиваю к нему руку, но так и не посмев прикоснуться, говорю: - Прости меня, я солгал тебе… и себе… тогда. Модифицированный смотрит на меня с подозрением, его серые брови сходятся на переносице, но он не произносит ни звука, предоставляя мне возможность сказать то что я хочу. - Я искал тебя потому что хочу, чтоб ты вернулся домой, вернулся ко мне… Наконец-то нахожу в себе силы коснуться его скулы, но М21 легко уходит от касания отступив на шаг назад. Его глаза вдруг разгораются изнутри каким-то невиданным чувством, и он гулко шепчет, преодолевая свою гордость: - Зачем тебе я? Тот, кто для тебя важен уже вернулся, твой единственный. Твоя жизнь, твой мир… всё теперь в порядке, поэтому мои услуги тебе больше не понадобиться. Если ты не осмеливаешься осквернить своё божество низменной страстью, то всегда можешь найти себе кого-то на ночь, твоя внешность позволяет это сделать без проблем. А я не могу больше быть тебе в этом полезен. Прости, но по своей глупости я слишком много значения придал твоему вниманию ко мне, теперь не смогу удовлетворить тебя как раньше, слишком тяжело. Злая насмешка над своими чувствами и над собой кривит его губы, а в глазах плещется море боли и отчаянья. И всё это моя вина. - Я не играл с тобой, никогда. Я очень виноват перед тобой, М. – делаю шаг к нему и ловлю его лицо в свои руки, заставляю смотреть мне в глаза, чувствовать моё дыхание – Я люблю тебя. Люблю по-настоящему, и я прошу прощения за то, что не говорил тебе об этом, за то, что был таким самоуверенным и жестоким. Но я люблю тебя. В глазах напротив моих со скоростью света сменяется миллион эмоций. Недоверие, страх, обида, надежда, радость и любовь. - А как же Рейзел? Шепчет мой единственный в самые губы. И я, улыбаясь легко вкладываю ответ в свой поцелуй. - Он мой Мастер, мой наставник, мой друг и моё божество. Но моя любовь это ты, и я сожалею что тогда сказал о Мастере то, что на самом деле чувствовал к тебе. Полукровка облегчённо выдыхает, и я чувствую, как он расслабляется в моих руках, а затем подаётся вперёд и отвечает на поцелуй так страстно как раньше. И у меня голова идёт кругом от того что я снова рядом с ним, от того что он меня обнимает, от того что он теперь знает, что я чувствую, от того… - Воууу… ребята... я всё ещё тут… Меня словно по голове ударили. Оборачиваюсь на звук и точно… ОНО ещё тут… М 21 смущённо краснеет и отводит взгляд, а я прямо-таки чувствую, как во мне просыпается жажда убийства. - Может мы это… вернёмся… и вы там … ну…. Того…. Музака подмигивает как портовая шлюха, у которой нервный тик, и многозначительно улыбается. Нет. Мне никогда не понять, как Мастер может ЭТО любить, как он вообще может с ним рядом находиться. - Эммм… Франкенштейн… у тебя чего-то руки почернели и искры по ним бегают… Выдаёт горе-Лорд и указывает пальцем на поглощённые копьём конечности. Я даже и не понял, когда начал аккумулировать энергию чтоб его убить. Хотя конечно хрен бы у меня это вышло. - Вали в особняк, мы придём позже. Рявкаю я, и глядя как ошарашенный таким ответом оборотень исчезает вдалеке, оборачиваюсь к М 21. - Так на чём нас там прервали? *** - Рейзел… - томное и мягкое. - Мммм? – со звуком поцелуя и тяжёлым дыханием. - Мне кажется я не нравлюсь Франкенштейну… - в перерывах между глубокими вздохами и короткими стонами. - А ты хочешь ему понравиться? – подозрительно ревнивое, с нотками капризности и юмора. - Да не особо… просто спрашиваю…ооо…аааххх… а ещё мне кажется, что у него очень близкие отношения с этим...вашим. Мммм…. - прерывистое, страстное, с наслаждением. - Ага, что-то в этом роде, но не забивай себе голову этим…и не отвлекай меня от процесса…- игриво и с предвкушением, перемежая слова влажными хлюпающими звуками. - Да ты прав…. Охх.. не стоит говорить когда рот занят…