Like Nobody Else

Зелёные листья медленно опускаются на асфальт в объятиях тёплого весеннего ветра. Раздается звонок, и Мэтт, как по расписанию, уже стоит у крыльца учебного заведения. Сотни старшеклассников выбегают из школы, и вот виднеется и Нил. Счастливый Мэттью машет рукой, чтобы тот заметил его. — Ты чего так рано? Занятия уже закончились? Младший кивает, хотя одновременно нагло врёт, потому что он каждый раз сбегает с последних уроков, чтобы успеть добраться до другого конца города и встретить Сандерсона. Слышится тихий смех со стороны приятелей Нила. — Слушай, — он хлопает Мэтта по плечу, — мне пора, увидимся завтра? И ему нечего больше ответить, кроме как согласиться, но Нил и не дожидается этого, снова скрываясь в толпе одноклассников.

***

Всё случилось год назад, когда Брэд познакомился со светловолосым семнадцатилетним парнем, неплохо играющем на ударной установке. Брэдли же, в свою очередь, посвящал свободное время своей бас-гитаре. У подростков появилась первая серьёзная, но в то же время такая банальная мечта — создать свою рок-группу, поэтому гараж Уолстов превратился в некую студию, где они оттачивали свои музыкальные навыки, а вскоре к ним присоединился и вокалист. Мэтту нравилось возвращаться после учёбы домой и бежать к ним, чтобы послушать начинающих музыкантов. Тогда он не понимал почему, но большее внимание уделял именно барабанам: то, как Нил вскидывал руки вверх, а потом снова резко ударял по тарелкам, как чётко были слышны звуки, и как ловко он подбрасывал свои палочки в воздухе, с точностью ловя их обратно. Он и сам не заметил, как со временем, стал наслаждаться не только звучанием ударных, но и присутствием самого Нила. Мэтт смотрел на ещё только появляющиеся бицепсы на его руках, став заметными только благодаря игре на музыкальном инструменте, начал чаще всматриваться в его взгляд, наполненный уверенностью и стремлением к большему. Мэтта пугал тот факт, что он вовсе и не устаёт любоваться такой ситуацией, ему, наоборот, мало даже того, что происходит. Уолсту-младшему хотелось бы проводить с Нилом всё больше времени и ни на секунду не отводить взгляда от барабанщика. Он пробуждал в Мэтте те самые чувства, заложенные в каждом из нас ещё с рождения, и только любимый человек способен высвободить их. Нил заставлял его ощущать ту эйфорию от своего присутствия, которую ещё никогда и никто не доставлял Мэтту. И он боялся, боялся признаться самому себе в происходящем. А Уолст-младший же мечтал подарить то же в ответ и стать замеченным. Наблюдая за ним, Мэттью захотел быть таким же, как и лучший друг его старшего брата. Нил стал для него кумиром и примером для подражания. Нил стал его первой любовью.