Выгодный фон

Лестеры теперь смотрели на Уолтера косо, однако не выгнали. Китти подозревала, что Эдриан возразил, и его немудрено понять – доктор Фэйн оказался единственным, кто продемонстрировал нормальное человеческое отношение. Китти хотелось бы, чтоб и о ней можно было сказать то же, ну, в смысле, она хотела б оказаться одной из двоих, кто проявил нормальное человеческое отношение. Хотя она ничем не навредила первенцу Лестеров, совесть неуютно ворочалась в области сердца. Сначала Китти собиралась придумать подходящий предлог, потом поняла, что это лишнее. Ей достаточно прийти и извиниться за свой предыдущий визит, а там уж будет ясно – хочет Эдриан продолжить знакомство и, например, поболтать, или предпочтёт обойтись без её компании. При любом раскладе совесть успокоится. Вдобавок, нелишним будет спрятаться от Генри. Он стал перебарщивать с намёками на запретный плод. Даже не потому, что ему было невтерпёж, а скорее из спортивного интереса. Китти это дразнило, раздражало и в конечном счёте утомляло. В ту часть дома, где обитал Эдриан, никто из гостей – за исключением доктора Фэйна и Китти – не совался, так что там она отдохнёт от Генри. Дело было днём. Китти решила не строить из себя шпионку и не красться вороватой поступью. Правда, она не знала, что отвечать, если её спросят, куда и зачем она направляется. Ей повезло – по пути не попалось ни единой живой души, и не пришлось ни перед кем оправдываться. За несколько метров до нужного порога Китти увидела, что дверь приоткрыта, и услышала приглушённые голоса. Она узнала не столько само звучание, сколько интонацию, особенно у Фэйна. Судя по живости, с которой переговаривались двое, они вряд ли обсуждали шахматы. Хотя, кто их знает. Без зазрения совести Китти подкралась на носочках, остановилась так, чтоб её не было видно, и начала слушать. Поначалу она разочаровалась, поняв, что Фэйн рассказывает о Китае. Но уже через минуту стало интересно. Особенно занятно он расписывал тамошние свадебные традиции. - Не знаю, практикуется ли такое сейчас, но раньше можно было жениться на табличке. - На табличке? - На празднике вместо невесты была табличка с её именем. Если невеста умерла до свадьбы, а брак всё-таки требовался, например, чтоб восстановить доброе имя девушки. Некоторые женихи делали это сугубо добровольно, в знак любви и уважения. Даже если человек потом женился повторно, первой женой официально оставалась та, чьё имя было на табличке. И этот человек мямлил ей про микробов на «романтической» прогулке до цветочного магазина! Может, она восприняла бы его совсем иначе, расскажи он тогда что-то действительно интересное, как сейчас! - Ты сам ведь не женат? - Пока нет. - И не влюблялся? По мнению Китти, вопрос был до неприличия личный, учитывая, что его задавал человек, знакомый с Уолтером пару дней. Но самого Фэйна это почему-то лишь позабавило. - Бывало, пару раз. «В смысле «пару раз»?!» - чуть не подпрыгнула Китти, а в следующую секунду удивилась: и чего она возмутилась? Уолтер тем временем договорил: - Один раз даже делал предложение. Спасибо, хоть тут раз всего один. - И что? Китти затаила дыхание, жадно вслушиваясь. Кажется, с чего бы? Ответ она знала. - Ничего. Она отказалась. - Сочувствую. - Не стоит. Так лучше, для нас обоих. Хоть бы вздохнул, негодяй! - Давно это было? - Где-то полгода назад. - А что с ней сейчас, ты знаешь? Эдриан спрашивал с таким жадным, однако невинным любопытством, что Китти поняла, почему Фэйн не возражает против подобного вмешательства в свою частную жизнь и даже не слишком смущается. Эдриан всего этого лишён, и ему интересно хотя бы послушать чужие истории. Сомнительно, что он кому-нибудь проболтается, а если и проболтается, невелика беда – Уолтер, вероятно, больше не увидится ни с ним, ни с его роднёй. - У неё всё хорошо, она счастлива. Скоро выйдет замуж за человека, который подходит ей гораздо больше, чем я. Золотые слова. Будто опомнившись, Китти вскинула подбородок и тихонько отошла от двери.