Имя на твоих губах

Вэй У Сянь в очередной раз пытался вернуться в Облачные глубины незамеченным после комендантского часа. Четыре сосуда с Улыбкой Императора болтались в его руках, пока он крался на цыпочках так спокойно и ровно, как только мог, чтобы они нечаянно не звякнули друг о друга. Как это было бы по-дилетански — попасться вот так, думалось ему. В тот момент Вэй У Сянь проклял свою жадность, ведь с двумя сосудами ему не пришлось бы быть настолько осторожным. Но, видимо, удача этой ночью была на его стороне, Лань Ван Цзи не поймал его — пока, во всяком случае — и он был уже близок к цзинши. Размеренным шагом он пересек внутренний двор и прижался к стене. Он стоял прямо под круглым окном тихой комнаты и заметил, что оно было слегка приоткрыто. Вэй Ин решил, что это прекрасная возможность заглянуть внутрь. Комендантский час давно прошел, а значит можно надеяться, что Лань Чжань будет там, за своим столом или в постели — если, конечно, он не занят ночным патрулированием территории. Если бы Вэй У Сянь увидел его в цзинши, он мог бы с облегчением выдохнуть, убедившись, что шестое чувство не подвело и можно спокойно уйти со своей добычей. Вэй Ин развернулся, приоткрыл одну створку и заглянул внутрь. Лань Ван Цзи сидел за своим столом. Вэй У Сянь медленно выдохнул, еще не успев понять, во что вляпался. Лань Ван Цзи держался стойко и безмолвно, как и всегда, лишь воздух неслышно срывался с губ, но на самом деле, легкие его горели. Тусклый огонек свечи отбрасывал жутковатое свечение на его рабочее место. Вэй У Сяню это показалось странным, поскольку было слишком темно, чтобы читать. Так чем же Лань Ван Цзи зан… Как только нужная мысль поразила его голову, Вэй У Сянь побелел, будто полотно. Кто бы мог подумать, что у Лань Чжаня тоже есть потребности. Вэй Ин хотел засмеяться, но вместе с тем он чувствовал себя неприятно и даже грязно из-за того, что фактически подглядывал за Лань Ван Цзи, пока тот мастурбировал. Несмотря на охватившее его смущение, Вэй Ину стало чуточку лучше, когда он осознал, что кроме бесчувственной машины, какой обычно казался Лань Ван Цзи, он также был — по крайней мере, частично — человеком. Вэй У Сянь быстро отвернулся, не желая больше быть свидетелем личной жизни Лань Чжаня, и начал медленно уползать. «Он явно должен быть немного занят», — думал Вэй Ин, стараясь найти в сложившейся ситуации светлую сторону. «Вэй Ин» Черт. Это был худший момент, чтобы попасться, и совсем не потому что Вэй У Сянь мог потерять так много сосудов с Улыбкой Императора. Он не был уверен, что сможет сохранить бесстрастное лицо и притвориться, будто бы ничего не видел. Он знал себя слишком хорошо. Его дерзкий характер и любовь к неприятностям, определенно, приведут к тому, что он попытается повернуть эту ситуацию против Лань Чжаня, используя увиденное, как рычаг для давления. Если Вэй Ин пойдет ко дну, то обязательно потянет Лань Чжаня за собой. Сердце Вэй У Сяня билось в ускоренном ритме, в ожидании, когда окно распахнется и сердитый, сексуально неудовлетворенный Лань Ван Цзи перечислит ему все нарушенные правила, хотя бы раз назовет бесстыдником, а затем сообщит о наказании, которое будет ждать его утром. Обычно если бы Вэй Ин попытался разозлить второго молодого господина клана Лань, все закончилось бы намного проще и однообразнее. Но сейчас, именно сейчас, все было иначе. Вэй У Сянь боялся. Его выходки в этот раз явно зашли слишком далеко. Но Лань Чжань так и не появился. Вэй Ин нерешительно расслабил напряженные руки и скользнул обратно к окну. Он был почти уверен, что Лань Чжань будет ждать его на другой стороне. Вэй У Сянь медленно заглянул в оконную щель. Лань Чжань не двигался и, казалось, почти не дышал. «Вэй Ин», — прошептал Лань Ван Цзи с некоторым напряжением в голосе. Ох… На секунду кровь в жилах Вэй Ина будто застыла, но уже в следующее мгновение стала подобна раскаленной лаве. Он не был к этому готов. Он совсем не был к этому готов. Так что он убежал так быстро и так тихо, как только мог, с дрожащими руками и трепещущим сердцем. Когда Вэй У Сянь вернулся в свою комнату, он немедленно сорвал крышку первого сосуда с Улыбкой Императора. Теперь он был рад, что решил взять с собой четыре. Они ему определенно понадобятся.