Имя на твоих губах

Что, черт возьми, только что произошло? «Лань Чжань влюблен в меня?» — недоуменно прошептал Вэй У Сянь. Внутри него бурлили смешанные чувства, но прежде всего — смятение. Как это случилось? Как он упустил это? «Ладно, давайте рассмотрим факты», — мысленно сказал Вэй Ин самому себе в перерыве между большими глотками из уже второго сосуда с Улыбкой Императора. «Лань Чжаню я не нравлюсь». «Лань Чжань четко показывал, что я ему не нравлюсь». «Любой заклинатель согласится, что Лань Чжаню я не нравлюсь». «Он всегда следит, чтобы ничего не сошло мне с рук». «Он всегда терпит меня, когда я кручусь вокруг. Он всегда выглядит раздраженным». Он думал обо мне, пока занимался самоудовлетворением. Вэй Ин не мог произнести это вслух. Это — само по себе достаточное доказательство одной простой истины, несмотря на то, что все остальные факты свидетельствуют об обратном. «Лань Чжань влюблен в меня», — на этот раз более убедительно прошептал Вэй У Сянь, прежде чем закрыть себе рот рукой. Он надеялся, что попросту потеряет сознание от вина, льющегося в горло сплошным потоком, и разберется со всем этим завтра. Но произошедшее оставило его лишь пьяным и чересчур взбудораженным. Он никогда не думал о Лань Чжане в романтическом ключе. Вэй Ин даже никогда бы не догадался, что Лань Чжань — обрезанный рукав! Какое невероятное открытие! Если бы он не был тем, на кого Лань Ван Цзи положил глаз, тогда, возможно, ему понравилась бы эта абсурдная, захватывающая новость. Но в нынешних обстоятельствах он не мог дразнить Лань Чжаня — это было бы слишком жестоко. Конечно, он заигрывал с Лань Чжанем раньше и часто выводил его из себя. Лань Ван Цзи был до смешного красив и очень легко поддавался на провокации. Вэй Ину нравилось это в нем — почти что источник бесконечных развлечений. Но он же просто дразнил его, верно? Вэй Ин никогда не подразумевал ничего под этим. Конечно, когда он называл Лань Чжаня красивым, то имел в виду, что это попросту нечестно — быть настолько идеальным. И в качестве приятного бонуса любил наблюдать, как уши Лань Ван Цзи становились ярко-красными от его бесстыжих комплиментов. И всякий раз, когда Вэй Ин приглашал его сделать что-либо вместе, он делал это без злого умысла. Он любил компанию Лань Чжаня больше всего. Лань Чжань никогда не был заинтересован в моих книжках… потому что там были только девушки. Вэй Ин — просто гений. Позже ему обязательно нужно будет подобрать для Лань Чжаня другие, более… подходящие. Вэй У Сянь растянул губы в злорадной усмешке. Если честно, он никогда не использовал эти книги для чего бы то ни было. Он просто хранил их, чтобы методично выводить Лань Чжаня из равновесия. А если быть уж совсем честным: не было никогда таких девушек, которые Вэй У Сяню понравились бы — кроме его шицзе, конечно, но это другое. Неужели ему самому… тоже не нравятся девушки? Вэй Ин должен был решить этот вопрос немедленно. Он пьяно оглядел комнату, держа уже третий сосуд Улыбки Императора, и схватил запрещенную книжку из своей коллекции, которую Лань Чжань еще не успел найти. Вэй У Сянь начал пролистывать страницы, картинку за картинкой. Вэй Ин расстегнул штаны и нежно обхватил свой член. Книги в его руках были очень высокого качества, несомненно, уже только это помогло бы воображению. Но он не использовал их по прямому назначению вплоть до сегодняшнего вечера, так что поначалу чувствовал себя неловко. Он медленно двигал рукой, поглаживая себя, и от этой ласки член быстро стал твердым. Проводя ловкими пальцами вверх и вниз по всей длине, Вэй У Сянь старался использовать картинку напротив для вдохновения, одновременно ускоряя темп. Однако спустя несколько минут он решил, что одновременно концентрироваться на движении рукой и книге было слишком сложно. Вэй У Сянь приподнял бедра и облизал пересохшие губы, сжав головку сильнее. Он никак не мог найти то, что искал. Его член был твердым, но разрядка от этого ближе не становилась. Вэй Ин не мог найти то чувство, ухватившись за которое, он достиг бы вершины наслаждения. Полностью раздосадованный, Вэй У Сянь пнул книгу от себя — все равно она не работала. Но член уже стоял, рука уже была в штанах, так что он мог бы кончить как обычно, а с книжкой попытаться еще раз позже, когда будет менее пьян. Вэй Ин закрыл глаза и приготовился позволить годам практики самоудовлетворения взять над собой верх. Однако его рука замедлилась. Может быть, потому что воспоминания все еще были обжигающе свежи в голове или потому что эти две сцены были слишком похожи, но каждый раз, как он закрывал глаза, он не мог перестать думать о случившемся чуть ранее. Он до сих пор слышал, как Лань Чжань прошептал его имя. Эта сцена снова и снова проносилась в мыслях Вэй У Сяня. Он думал о том, как сильно должен был возбудиться Лань Чжань, чтобы в его голосе звучало такое невыносимое желание. О чем он на самом деле думал, чтобы довести себя до такого возбуждения? Мысли Вэй Ина опасно перескакивали с одного на другое, пока он пытался представить себе то, что могло быть в голове Лань Чжаня. Они лежали в одной постели в цзинши, Лань Чжань прижал Вэй Ина к себе, скользя горячими поцелуями по его шее и груди. Одной рукой он обхватывал оба их члена, откровенно дразня и играясь, пока они не стали влажными от выделяющейся смазки и дыхание не перехватило чувством переполняющего восторга. Именно тогда Вэй Ин решил, что этого недостаточно. Вэй У Сянь представил, каково это — чувствовать Лань Чжаня внутри себя, представил, как растянутся мышцы и как будет гореть тело, сильнее и больше, чем когда-либо позволят его собственные пальцы, как божественно будет соприкасаться их кожа, представил жесткий темп, который Лань Чжань установит, и огромное, непрекращающееся удовольствие, которое заставит его изгибаться в полном экстазе. Он думал о том, как будет прикасаться к себе, получая двойное наслаждение, все время слыша бесстыдные стоны Лань Чжаня, шепотом повторяющего его имя на грани оргазма. В его мыслях они оба были все ближе и ближе к грани запретного удовольствия, пока не… Черт. Вэй Ин медленно открыл глаза. Он ощутил, как липкая горячая сперма забрызгала ладонь и пальцы. Вэй У Сянь даже не понял, что его руки творили все это время — настолько он увлекся своей фантазией. Что ж… Это только что произошло. Вэй Ин спокойно прибрался, очень стараясь ни о чем не думать. Но это не остановило мощный поток мыслей, пробирающийся сквозь все построенные им барьеры и назойливо звенящий на грани его сознания. Возможно, у него действительно были чувства к Лань Чжаню. И что теперь? Вэй Ин посмотрел на четвертый — и последний — сосуд с Улыбкой Императора. Теперь нужно выпить.