Градусы

      Если однажды вам придётся выбрать между всем миром и любовью, помните: если выберете мир, то останетесь без любви, а если выберете любовь, то сможете завоевать весь мир.

***

      Мы вернулись к самому началу нашего пути. Вот только если тогда нас волновало, что делать дальше, то сейчас… в принципе, волновало то же самое, но немного в другом ключе. Что нам чувствовать, как лучше поступить? Что я должен сказать? Поцеловать или…       Утро встретило чуть рычащим мотором и яркой полоской в небе. Солнце вытекало из-под земли очень нерасторопно, потому что спешить ему было некуда. Солнце не было ни беглецом, ни марафонцем. Солнце было самим собой. Таким ленивым и блистательным, словно звездой какого-то известного сериала. Впрочем, звездой оно и являлось. Вот только не сериала, а мира. Целого мира.       Целый мир был на моих ладонях, которые я повернул кверху, когда я распластался на капоте и смотрел в просыпающееся небо. Внизу шелестела мокрая трава, ещё не умерший туман блуждал по бесконечному полю, в редких ветках деревьев начинали просыпаться птицы. В салоне гремел бардачком Крейг, то ли выискивая что-то, то ли наводя в нём порядок. Его PSP села ещё вчера, а потому иного занятия наутро у него не оказалось. Я решил не мешать ему развлекаться, потому вылез наружу после того, как завёл машину и включил свой плейлист, и змейкой заструился на холодном капотом. Мороз кусался своими острыми зубами, но его попытки сломать меня были безуспешны. Меня грели мои мысли, громко бьющееся сердце и тихое дыхание, которое я слышал даже сквозь шум мотора и петляний музыки.       Одна песня сменяла другую, но среди них так вовремя затесалась та, которую я слушаю уже долгое время и нахожу в ней свой личный смысл, своё спокойствие и вдохновение.

A middle of adventure, Such a perfect place to start Середина приключения — прекрасное место, Чтобы начать с самого начала.

      Дальше не слушаю, потому что этого и не нужно. Весь текст, каждая нота и звук… всё давно записано в моей памяти, сердце и на душе чьей-то дерзкой рукой. Наверное, эта рука моя собственная, а может, она принадлежит кому-то из далёкого прошлого. Я не помню и не уверен, но меня это ничуть не волнует.       Спустя тысячу лет ожиданий, молчаний, сожалений и терзаний я обрёл свой покой и зажил настоящим, сегодняшним днём. И не благодаря песне или дню, мечте или событию. Спасибо я могу сказать только человеку. Одному-единственному человеку на всей этой планете, которая так беспощадна ко всем, кого она носит. К художникам, поэтам, музыкантам, артистам, врачам, учителям, обычным прохожим. Она ненавидит всех и тысячи.       И среди этой тысячи я могу прошептать благодарность лишь одному имени, состоящему из пяти букв. — Спасибо, Такер, — произношу и смеюсь в плывущее по небу солнце.       Я наконец-то счастлив!       И это счастье реальное. Это не глупая мысль, не сказка, не наваждение, не фантазия.       Это мир.       Настоящий мир.       И этот мир на моих и только моих руках.       Мой собственный мир. — Куда мы теперь? — спрашивает Крейг, когда я сажусь за руль и выезжаю на пустырь. Машина рассекает остатки тумана и жухлое море травы. Прощайте, наши скромные попутчики! Больше мы с вами никогда не повстречаемся… — Не знаю, но единственное место, где нас ждут, это заправка, — невесело улыбаюсь и выезжаю на трассу. Сто десять и прямо ко всему, что успело позабыться, но оставаться воспоминанием в прошлом не должно.       Там нас действительно ждут. Если не копы, то Стив и Тик. Если не они, так Сэм. Хотя, какой Сэм, ещё две недели не прошли… Не Сэм, так сама заправка! Это маленькое, но уже такое родное здание. Наша каморка! Асфальт, кусты, сверчки… нас там точно ждут. Я уверен! — Кстати, тебе не кажется странным, что копы на лошадях пригнали на заправку? — я не вижу лица Такера, но прекрасно знаю, что одна из бровей изогнулась в вопросе. Честно? Вообще не волновало. Ни капли. — Ну… есть у меня одна догадка, кто мог на нас настучать, — усмехаюсь и расслабляюсь. Я и пикап — единое целое. — Сэм? — слишком резко спрашивает он, что меня даже передёргивает. — Он не такой, — криво улыбаюсь и немного снижаю скорость. — Он добрый. — Как скажешь, — фыркает Крейг, а до меня не сразу доходит простая истина. Меня что, ревнуют? — Только не говори, что ревнуешь к нему. Да я вообще не в его вкусе, — а вот здесь спорно, потому что, как оказалось, я во вкусе многих. И очень даже. Просто я упорно игнорирую. Я же одиночка.       Но не теперь. — Стэн, спустись с небес на землю, — режет Такер без ножа, и не успеваю взбунтовать, как он прерывает все мои дальнейшие слова. — Ты в его вкусе, и если ты этого не заметил, то спешу огорчить. То, как он смотрел на тебя, так на обычных знакомых не смотрят. — Тогда ты тоже в его вкусе? — задаю резонный вопрос, но, если по правде говоря, нихера он не резонный. — Во мне нет той жизнерадостности и привлекательности, что есть в тебе.       Ну вот кто так делает, блин.       Я смущённо улыбаюсь и чуть закидываю голову назад. — Я думаю, что это Шерман, — наконец говорю и плавно вхожу в поворот. — Это ещё кто? — а ты чё такой злой? Ах, да, меня же здесь активно ревнуют, простите, забылся. — Не волнуйся, уж ему я точно не понравился, — кривлюсь и выключаю поворотник. — Он купил мне пачку сигарет, которую я скурил в тот же день. — Хорошо, и почему он? — Крейг закинул руку на открытое окно и уставился в меня своими равнодушными глазёнками. — Ну… он больше всех похож на человека, который чтит закон. Да и до него на нас всем было насрать, — жму плечами и стучу пальцем по пачке. Крейг достаёт две сигареты, и мы оба закуриваем. — Хотя, сколько бы мы не гадали, разве это так важно?       Всего на миг пересекаемся взглядами, но в это мгновенье успеваем столько друг другу сказать.       Фитилёчки сигарет попеременно горят красным. — Твоя правда, — заключает мой собеседник и утыкается взглядом в пейзаж за окном. Бычок летит куда угодно, но только не в пепельницу.       До заправки доезжаем лишь спустя несколько часов, при этом перекидываясь редкими диалогами и короткими фразами. Впервые нам обоим было комфортно в тишине, которая разбилась между нами.       Небольшое и светлое здание навевает некую беззаботность и лёгкость, и только парочка машин заставляет эту наивную атмосферу развалиться. Мы останавливаемся около одной из них, которая блестела своими американскими номерами, и, переглянувшись, выходим. Воздух обдаёт по щекам, шее и рукам, но он не обнимает, не целует, не кусается. Он словно быстрым касанием передаёт мне мифическую эстафету и исчезает в пустоте. Я улыбаюсь краешками губ и со спокойной душой поднимаю по ступенькам, как вдруг…       Дверь резко отворяется, прилетает мне по лбу своим толстым стеклом и заставляет полететь назад. Я бы так и упал, если бы не Крейг, который успел меня подхватить в этот момент. Он бурчит под нос что-то нечленораздельное и помогает мне встать на обе ноги. Несколько секунд перевожу дыхание, подавляю в себе гнев и ярость, и лишь когда кровь перестаёт пульсировать в висках барабанами, слышу тихое, но до боли знакомое: — Стэн?       Я открываю глаза, которые тут же закрываю, и мотаю головой. Делаю хуже, потому что в висках снова начинает тянуть. Ещё несколько секунд жмурюсь и лишь затем вновь поднимаю веки. Смотрю на рыжую фигуру, в зелёные глаза и ходящую взад и вперёд дверь.       Да быть того не может.       Это мне привиделось из-за неравнодушия двери к моей персоне.       Ущипните меня, я схожу с ума. — Кайл?       Кайл подскочил ко мне и обнял так, что чуть не придушил. Я же, в отместку, долбанул ему под рёбра. Кайл, к слову, никак не отреагировал и лишь спустя несколько секунд оттянул меня от себя и посмотрел, как на самого Иисуса. Хотя, в моём случае, скорее на приспешника Сатаны. — Кайл, это вправду ты? — сиплю снова, когда мой друг обнимает меня сильнее прежнего. — Ага, я тоже не могу поверить. Вроде, ещё несколько недель назад потерял тебя, а сейчас вижу живым и невредимым, — он говорил слишком быстро, что я едва поспевал за его словами. Чувак, у меня башка болит, давай медленнее. Кстати, спасибо за услугу, то-то я думал, что сегодня всё слишком хорошо. — Стэн, ты не представляешь, как я волновался. — Представляю, — усмехаюсь и наконец-то вздыхаю полной грудью, когда меня отпускают. — Как ты меня на… КАК ТЫ ПОПАЛ В КАНАДУ?! — Благодаря Айку, — Брофловски-младший неожиданно посигналил, и я тут же выцепил его взглядом в машине, что соседствовала с моим пикапом. Так вот почему номера американские… — Это с его помощью мы с Кенни пересекли границу и нашли вас по JPS. Вот только, когда вас здесь не оказалось, я не знал, что делать… я подумал, что уже никогда не увижу тебя. И где вы вообще были? — Не важно. Теперь это совсем не важно. Главное, что ты ме… нас нашёл.       Такер, что всё это время стоял за моей спиной развернул меня к себе за нижнюю челюсть и поднял мою чёлку. Он цыкнул и расчесал волосы на две стороны. Ранка неприятно защипала. — Придётся обрабатывать, — выпускает он и убирает руки от моего лица. — Всё настолько плохо? — устало выдыхаю и морщусь от лёгкой боли. — Не совсем, но заживать будет долго, — произносит он и складывает руки на груди. — Мы вам не мешаем? — спрашивает Кайл, и я дёргаюсь в его сторону. Теперь рядом с ним стоял Кенни в своей неизменной рыжей парке и с каким-то пакетом в руке. Он широко улыбался и демонстрировал нам всем дырку между передними верхними. И когда он только… — А? А-ха-х, точно. Думаю, ребята, вам стоит познакомиться с моим парнем, — ухмыляюсь я и обеими руками указываю на Крейга. Он морщится, но я его недовольство нагло игнорирую. Сам знал, на что подписываешься. — Вообще-то, вы и так знакомы, но теперь вы посмотрите друг на друга в другом контексте. — Стэн, ты серьёзно? — в зелёных глазах заплескалось сомнение. Ох, Кайл, серьёзнее некуда! — СТЭН, ЭТО ОХУЕННО! — налетел на меня Кен, перед этим впихнув свой пакет Кайлу. Он активно хлопал меня по спине, а потом закинул одну руку на плечи мне и на плечи Крейга. Из-за разницы в росте его слегка скосило в мою сторону, но его это ничуть не заботило. И не удивительно. Это же Кенни! — Эй, Факер, когда свадьба?       Крейг фыркнул и отвёл взгляд в сторону. Мы с МакКормиком только заржали. Громко, заливисто, как кони. — Стэн, ты сдурел?! Ты и Такер?! Да ты же всю жизнь был по девчонкам! И не ты ли мне до этого говорил, что…       Но я уже не слушал Кайла, потому что снова смотрел в пьянящие серые глаза напротив и смеялся. Смеялся Крейгу в лицо, Кенни, всему своему миру, который вырос на моих ладонях!       Вот оно! Моё Чудесное спасение!

Конец 8 августа, 2021 год.