Часть вторая. Ллойд и капитан-альбинос

      Словно гигантская колонна, столб водопада уходил высоко в небеса. В той части моря, куда выливалась вода, бушевали волны. Большие волны. Нельзя было отследить, где в небесах заканчивается этот водопадный столб, потому что всё небо в радиусе пяти-восьми километров было затянуто густыми и чёрными тучами.       Корабль капитана Пеларты вошёл в этот радиус. Борт «Клешни Рока» омывали сотни волн. Все пираты молчали, затаив дыхание. Штурман Камребер с такой силой вцепился в штурвал, что костяшки на его руках побелели.       Конечно, пираты уже были в Тихой Бухте. Половину из них вырезали русалки, но здесь они имеют все шансы погибнуть, просто подплыв к столбовому водопаду. Но корабль подплывал всё ближе, пока не остановился в одной миле от столба.       — Что будем делать, капитан Пеларта?! — боцман Клавтер подошёл к своему капитану, который удивился, что его позвали по имени (точнее — фамилии). — Как мы туда заберёмся?       — Не волнуйтесь, мистер Клавтер, — голос альбиноса был каким-то успокаивающим, — мы не будем туда забираться…       — Это как?       — Небесный остров сам спуститься к нам…       Капитан Пеларта, который стоял на носу «Клешни Рока» снял с пояса Медальон Четырёх Стихий и вытянул руку вместе с ним перед собой. Клавтер незамедлительно зашагал на палубу, оставив капитана одного на носу.       — Видишь, Лунна? Сейчас тебе кампанию составит твоя сестра.       В Медальоне Четырёх Стихий по-прежнему пустовали три отверстия для Камней Стихий, но уже два были заняты: в центральном отверстии красовался изумруд — магоцвет капитана Пеларты, — который управлял самим Медальоном. Ещё одно отверстие было занято Камнем Воды, который некогда являлся физически существовавшим существом — Лунной, Стихиалем Воды.       Спустя несколько секунд пристального глядения на Медальон, капитан Пеларта вспомнил его настоящее название: Аэле́м. Буквами вистола оно бы писалось так: «∆ėŀėт». (Точнее — такой клинописью Медальон Четырёх Стихий обозначен в Первой Библии).       «Пусть остров низвергнется с небесной колонны», — подумал капитан-пират.       Магоцвет-изумруд ослепительно засиял. Вслед за ним это сделал Камень Воды, и из-под борта «Клешни Рока» со скоростью звука начала появляться дорога из белого льда, которая была устремлена в гигантский водопад.       Прошло пару секунд, когда лёд преодолел милю. В следующий момент столб водопада превратился в циклопическую ледяную колонну.       Капитан Пеларта повесил Аэлем обратно на пояс и резко выбросил левую руку в сторону колонны. С кончиков длинных и белых пальцев сорвались извивающиеся зелёные молнии, устремившиеся в замерзший водопад.       Это продолжалось несколько минут. Пока алхимия в лице альбиноса действовала, в «Клешню Рока» дул не то, что морской бриз, а настоящий северный ветер.       Волосы капитана, стоящего в носовой части, мгновенно устремились назад. Сальные белые пряди трепались, не могли спокойно опуститься. То же действо постигло и всех пиратов «Клешни Рока» (некоторые даже сбились с ног).       По зелёным молниям начали проходить маленькие зелёные шарики, что означало резкое усиление со стороны капитана-альбиноса.       Внезапно столб треснул. Трещина была маленькая. Несмотря на это, капитан Пеларта опустил левую руку, прекратив магическое использование.       Над кораблём повисла тишина. Было слышно только шум морских волн, который прервался хрипловатым криком Пеларты:       — Открыть огонь из носовых орудий!       Через минуту, когда люки для орудий были открыты, в дула — опущены ядра и фитили — подожжены; начался грохот. Снаряды летели с небольшой периодичностью (перезарядкой), словно пули из револьвера.       Альбинос поднял вверх правую ладонь, как бы отдавая команду «СТОП!», и грохот носовых орудий умолк.       Низ колонны был сильно повреждён. Казалось, что ещё чут-чуть, и она обрушится. Так оно и случилось. Над морем раздался ужасный грохот, который заставил всех пиратов, включая капитана Пеларту, мгновенно закрыть уши. С небес начали сыпаться камни, булыжники. Колонна не упала куда-то в бок, или прямо — её низ раскрошился, превратившись в миллиарды мелких кусочков льда. Спустя мгновение, ту же участь постигла столб — он тоже раскрошился.       Разорвав облачные небеса, в море упали Небесные Рощи. На «Клешню Рока» помчались волны колоссальных размеров. По сравнению с этими волнами, девятый вал был ничем. Волны, образованные упадшим островом так гладко и ровно обошли (точнее — обтекли) двухдечный корабль капитана Пеларты, потому что пират владел самоцветом, управляющим абсолютно всей водой в Подлунном Мире, а может быть — во всей Вселенной...       Море возле острова утихло. Волны, скорее всего, прибьются к каким-нибудь берегам.       Пираты увидели место, к которому стремились после Тихой Бухты, о котором капитан Пеларта думал восемьсот лет — чуть ли не каждый день… Пираты увидели Небесные Рощи. Это был маленький, но крайне необычный остров: трава на нём была золотого цвета, почва хоть и была коричневой, но здесь она имела синий или бирюзовый оттенок. Листва на деревьях тоже была золотого цвета. (А может это и не листва вовсе, а реальное золото?..).       — Будем высаживаться! — крикнул капитан. — Готовьте шлюпки!       Деревья на острове все были одинаковыми по цвету, но разными по величине. Где-то вдали были золотые холмы, на которых что-то блестело. Может, это солнечные цветы?..       Капитан Пеларта заметил одну странность. Даже когда пираты высадились на берег, странность эта не исчезла. На острове не было не единой живой души.       «Сильфида где-то в центре, — подумал про себя альбинос. — А остальные твари затаились…»       Берег состоял из золотого песка. Где-то из него выглядывали камни странных, причудливых форм: молния, облако и так далее. Все пираты (кроме штурмана Камребера) ступили на песчаный брег. Метрах в тридцати от моря начинались деревья.       Спереди стоял капитан-альбинос. Он своим обычным хриплым голосом приказал:       — Идём.       Пираты двинулись через золотые заросли. Все члены «Клешни Рока» сразу поняли, что листья имеют всего лишь цвет золота, поэтому никто уже не думал их срывать и пихать себе в карманы.       Деревья обдувал лёгкий ветер, морской бриз, который возрастал и усиливался по мере того, насколько глубоко в джунгли проникли пираты.       Где-то в лесу, где не было видно ничего (даже неба) из-за густых зарослей, на пути начали попадаться руины каких-то строений. Это были белые куски статуй, колонн, барельефов и прочего. Среди пиратов начало гулять негодование, а капитан Пеларта решил заручиться поддержкой со стороны морских сил — при помощи Аэлема он вызвал морскую воду к своим ногам. Она в ту же секунду, преодолев песок и почву, появилась под ногами пиратов, сделав землю вязкой.       Вода была в почве.       Ещё сто метров зарослей, и перед капитаном Пелартой и его экипажем раскрылось ровное поле золотой травы. Местами также лежали руинные осколки, а в центре этого всего высилась пирамида без верхушки. Там стоял пьедестал с древними (хотя, нет — первыми!) петроглифами*.       — Рассредоточьтесь, разойдитесь, сделайте всё так же, как мы провернули это в Тихой Бухте, — произнёс Пеларта, повернувшись к своим немногочисленным пиратам.       После этого он спешно зашагал к пирамиде без вершины. А когда к ней подошёл, — начал подниматься по битым ступенькам.              «Теперь спи, Ллойд, — прозвучал у меня в голове голос Милдред, — у тебя ещё есть пару часов перед советом…»       После этих слов женщина-Адепт тихо вышла из комнаты. Гнердрид по-прежнему стоял возле Кодаря и, думаю, лечил его. Я перевернулся на правый бок и закрыл глаза. Ко мне явился кошмар, который не снился мне уже несколько дней. На этот раз крови было больше. И подробностей.              Что это? Амфитеатр? Я в Подземной Деревне? Нет, это не так. Я (не могу сказать точно, летаю ли я, или стою на ногах, это ведь сон) на похожей круглой и потресканной арене из серо-коричневого камня. Мне приходит мысль в голову:       «Это базальт».       В центре арены стоит огромный, потресканный трон нечеловеческих размеров. Точнее — он, по-моему, предназначен для существа, которое раза в четыре выше обычного взрослого человека.       Не по моей воле картинка резко меняется, и я понимаю, что теперь вижу трон сзади. На него облокотился окровавленный Адепт Гнердрид. Он еле дышит. Его седая борода, седые волосы, — всё залито вполне реальной кровью (мне на миг показалось, что я чувствую её запах).       Человек двухметровой высоты с длинными сальными волосами в истлевшем и выгоревшем военном мундире подходит к Гнердриду.       Точно! Я ещё раз убеждаюсь в том, что это капитан Пеларта.       Сон подробный, так как я заметил одну очень значимую деталь: на поясе капитана-альбиноса висит Медальон Четырёх Стихий. Самое ужасное то, что в нём вставлены все камни: в центре магоцвет-изумруд, а в остальные углубления заняты Камнем Воды (синим камнем), Камнем Воздуха (белым камнем), Камнем Земли (чёрным камнем) и Камнем Огня (красно-оранжевым камнем).       Альбинос подошёл к Адепту. Пират достаёт саблю. Я слышу скрежет, который создаётся в результате трения лезвия о внутренние стенки ботта. Капитан замахивается саблей. И вновь я слышу до ужаса оглушительный звон лезвия в воздухе. Как только кончик лезвия проходится по шее Адепта, сон «обновляется».       Я всё на той же арене только под другим ракурсом. Приглядываюсь и вижу, что «амфитеатр» окружает кольцо бурлящей лавы. Она начинает бурлить ещё сильнее и подниматься в воздух! Через мгновение арена окружена огненным смерчем, который вращает огонь вокруг себя, наверное, со скоростью тысяча оборотов в секунду. Какая-то огненная мясорубка…       Я отвожу от этого всего глаза куда-то вверх и вижу наверху огромную и круглую дыру, которая смотрит в небо. Все остальные небеса закрывает каменный потолок из наростов, называющимися сталактитами…       Сон «обновляется».       Я не понимаю, в каком пространстве нахожусь. Всё размыто. Единственный, кого я вижу — капитан Пеларта. Его я вижу сбоку. Он просто стоит, слегка пошатываясь. Внезапно на него нападает кашель. Сильный кашель. Настолько сильный, что альбинос упал на колени, а рот закрыл белыми ладонями.       Кашель влажный…       Капитан убирает ото рта руки и видит на них кровь, а потом альбинос резко поворачивает голову в мою сторону и смотрит мне в глаза.       Неописуемый страх меня охватывает, и я просыпаюсь в холодном поту.              Последний шаг, и капитан Пеларта оказался на небольшой площадке, в центре которой стоял пьедестал.       «Не понял», — сказал про себя альбинос.       Он начал ходить по площадке, осматривая местность и иногда поглядывая на пьедестал.       На Пеларту напал влажный кашель. Капитан упал с ног. Кашель прекратился, результатом которого стала немаленькая кровавая лужа на каменном полу.       Впервые капитан Пеларта задумался о чрезмерном использовании алхимии. Альбинос медленно поднялся с ног, вытер рукавом оставшуюся на губах и подбородке кровь и харкнул кровавой слюной.       Внезапно послышался звук резкого приземления, словно кто-то прыгнул. Капитан обернулся к пьедесталу и увидел Сильфиду Стеллину.       Вообще, сильфиды — это ангелы, которых принято воспринимать за олицетворение воздуха.       Как и в случае с Лунной, капитан Пеларта изучал множество мифов о Сильфиде — Стихиале Воздуха, — но увидел он её, как неудивительно, — впервые. Это была девушка на вид лет двадцати (но внешность обманчива). Она была совершенно гола, однако её тело имело ангельское белое оперение. Только лицо было человеческим. Волосы были немного кудрявыми, русыми и длинными. За спиной раскинулись два больших белых крыла (размах которых составлял метров восемь в длину).       Если Лунна, как помнил альбинос, говорила нежным до раздражения голосом, то Стеллина заговорила каким-то грубоватым:       — Что ты здесь забыл, смертный?!       Стеллина стояла немного сгорбившись.       — Я пришёл за одной вещью… — медленно произнёс капитан.       — Как смел ты свергнуть нас с небес?!       После этих слов в небе прогремел гром. Дыра, которая образовалась после падения острова, — мгновенно заросла тучами. Начался проливной дождь, что было на руку капитану Пеларте…       На поле вокруг пирамиды, что не имела вершины, начали появляться другие сильфиды, которые не были так шикарны, как их королева.       Капитан-альбинос немного задрал голову, поднял её, чтобы посмотреть в небеса. Через мгновение его белые волосы промокли, как и мундир. Пеларта отвернулся от Сильфиды Стеллине, не опуская голову. Поднялся ветер, засверкали молнии.       — Знаешь, Стеллина?.. — начал капитан Пеларта.       Богиня крайне была удивлена, когда к ней обычный человек обратился на столь низком слоге.       — Твоя сестра-нимфоманка, — продолжал пират, — любительница вкусить человеческой плоти… — капитан резко обернулся к Сильфиде, — пала от моей руки!       Стеллина не ответила, она резко взмахнула крыльями, создав при этом мощный порыв ветра, который должен был столкнуть капитан Пеларту с пирамиды. Но этого не случилось…       Альбинос по-прежнему стоял на ногах, а богиня одним резким прыжком прыгнула на него. Внезапно мощный энергетический удар выбросил её с пирамиды куда-то в конец руинного поля, куда-то в деревья.       Все Сильфиды резко взлетели. Пираты повыскакивали из-за золотых деревьев, кустов, разрушенных барельефов и начали палить по летающим существам, но на этот раз члены «Клешни Рока» стали быстро проигрывать: сильфиды метали перья из своих крыльев в пиратов, убивая их одного за другим, словно это были не перья вовсе, а кинжалы. Видя это, капитан Пеларта задействовал силу Аэлема, и капли дождя вмиг превратились в триллионы микроскопических… колючек. Дождь закружился в танце, который можно назвать словом «смерч». Не повезло тем сильфидам, которые были в воздухе (а в воздухе были абсолютно все сильфиды, кроме Стеллины) — их разорвало в кровь на мелкие кусочки ангельского мяса и перьев.       Одним лёгким прыжком капитан Пеларта переместился к краю руинного поля — туда, где до Сильфиды Стеллины было примерно метров десять.       Стихиаль медленно поднялась, а потом с её уст сорвались слова:       — Ты ответишь за это!!!       Богиня резко вытянула руки, и с ладоней сорвались порывы шквалистого ветра вперемешку с ослепительно-белыми молниями (самого ветра, конечно, видно не было). Всё это устремилось в альбиноса, который оказал сопротивление в лице наэлектризованной алхимическими молниями морской и дождевой водой. Капитан Пеларта чуть не проиграл в тот раз Русалке Лунне, в этот раз — она, можно сказать, на его стороне (невольно, разумеется — лице Камня Воды).       Сила Сильфиды Стеллины меркла в считанные секунды. Через мгновение её же порывы шквалистого ветра перекинулись на богиню, окутав её, и превратились в такой же «бритвенный» смерч, убивший всех сильфид.       Теперь Стеллина ничего не смогла сделать, её силы иссякли, а мини-смерч обточил в кровь кисти её рук и полностью измельчил в кости и перья крылья.       Крови небесных существ на острове было очень много.       Капитан-альбинос подошёл к побеждённой богине. Мини-смерч исчез, а Стеллина лежала на каменной земле и судорожно дышала, иногда кашляя кровью. Пеларта левой ногой наступил богине на горло и надавил, а потом сказал:       — Вы, Стихиали, не спускались к людям слишком много лет, думая, что они… никогда не эволюционируют… — здесь альбинос хотел добавить что-то ещё, но воздержался. Вместо этого он вынул саблю из ботта и перед убийством произнёс: — Передай привет сестре.       Замах, визг острия в воздухе (сцена, похожая на сон Ллойда…), скольжение по шее. Стеллина обезглавлена.       Крови стало ещё больше.       Голова и изувеченное тело превратились в облако пыли, которое сразу рассеялось. На месте этого всего теперь лежал маленький белый самоцвет, который был соразмерен Камню Воды, добытому в Тихой Бухте.       Это — Камень Воздуха.       Капитан Пеларта аккуратно обхватил его своими длинными, белыми и тонкими пальцами. Левой рукой он из-за пояса достал Аэлем — Медальон Четырёх Стихий, — в котором уже был Камень Воды. В углубление, которое находилось возле синего стихийного самоцвета, капитан Пеларта вставил Камень Воздуха. И в этот самый момент абсолютно весь Подлунный Мир охватила непогода. А в голове капитана Пеларты прозвучала лишь одна мысль:       «Два есть! Ещё столько же осталось!»       После этого немногочисленные пираты вернулись на «Клешню Рока». Капитану Пеларте захотелось проверить работу Камня Воздуха и Камня Воды вместе. Результатом этого стало потопление в море Небесных Рощ.              Я отдышался после кошмарного сна. Пот стекал с моего лба крупными каплями. Ноги и подмышки тоже вспотели.       Сейчас я понял, что всё снившееся мне до этого — цветочки. Также в этом я убедился, когда посмотрел на свои ладони: в тусклом свете люстры на них отчётливо можно было разглядеть капли крови.       «Так, ну это реально страшно», — подумал я.       Говорить я не могу — капитан Пеларта будучи в теле Кодаря временно лишил меня речи, поэтому я решил подойти к кровати, где лежал мой друг. В этой комнате никого не было кроме нас.       Сделав пару шагов, я оказался возле кровати Кодаря.       — Ллойд? Это ты?       Я кивнул. Кодарь это, по-моему, увидел.       Внезапно до наших ушей донёсся грохот. Я понял сразу — это гром. Что странно — дальше мы услышали завывание ветра. Очень сильное завывание очень сильного ветра. Думаю, что в помещении, которое находится в глубине замка (я помню, как эту комнату мне в прошлом году показывал Арлин), даже самого сильного ветра не должно быть слышно. Что-то не так, и я, похоже знаю что…       — Пойдём, посмотрим, — резко сказал Кодарь, а затем он вскочил с кровати. На нём уже была типичная броня, только новая (о! и на мне тоже!), ведь, предыдущую я… испортил.       Дверь открылась легко, и мы быстро побежали по пустым и тёмным коридорам, которые освещались вечными свечами. Дальше были ступеньки, лестницы, и в конце мы вышли на огромный балкон, который выходил на восток — туда, где всходило Солнце.       На балконе были немногочисленные поборники-стражи. Но мой взгляд сразу привлекли море и небо — первое бушевало: гигантские волны пенились, поднимались до небес и резко опускались. Через секунду на балкон хлынул ливень. Ещё через минуту — воды было по колено.       Вновь ветер. Шквалистый ветер.       Я схватился за перила, чтобы не упасть (посмотрев влево, я увидел упавших стражников).       Я не мог определить, какое сейчас время. Думаю, что день клонится к закату.       «Какой ужас! — пронеслась у меня мысль. — Неужели, капитан Пеларта завладел Камнем Воздуха?!»       Всё прекратилось резко: море стало спокойным, тучи испарились, исчезли в никуда, ветер прекратился.       — Ллойд! Идём! — до меня донёсся голос Кодаря.       Я обернулся и увидел, что он уже стоит у выхода с балкона и махает мне рукой.       Сделав пару шагов, я услышал громкий треск. Оглядевшись, мне попались появляющиеся в полу трещины. Сердце бешено заколотилось, и я понял, что пол подо мной проваливается.       Ещё и предательски не было Мирдолиса. Я со всех ног рванул к Кодарю.       Балкон стремительно разрушался.