coffee

Я сижу у себя дома на кровати и понимаю, что все пошло к чертям. Не знаю, на каком моменте все испортилось, но я точно знаю, что в женской дружбе парни — зло. И ладно бы, если я поссорилась с подругой потому, что мне самой нравится парень, которой нравится ей, но нет! Нет! Не нравится он мне! Ну и что, что он весь из себя заботливый красавчик? Это вообще ничего не значит... И ведь надо было этой Югён взять и убежать. Почему она никогда не хочет сначала послушать? Вот она не слушает, а потом придумывает себе черт знает что, страдая из-за этого после. И в конце-концов кто виноват за существование таких вот фантазий? Конечно же я и Чанёль, но только не она. Сейчас подругу в чем-то обвинять я не вижу смысла, потому что понимаю, что ей больно. Если бы парень, который мне нравился, признался бы моей подруге… Я бы конечно не закатывала таких истерик, но мне бы точно было очень обидно. Нужно попозже поговорить с Югён. Сейчас мне срочно нужно поговорить только с одним человеком. Человек, который смог испортить мне жизнь всего лишь за секунду, блин. Я взяла телефон в руки. Чанёль присылал ещё кучу сообщений, в основном с каким-то бредом, который теперь даже понять невозможно. И чего это он так решил нажраться? Но сейчас я точно не стану спрашивать его этот вопрос, потому что меня интересует совершенно другой. Что нам теперь делать, раз он влюбился? Что я сама теперь чувствую к нему? Я за свою жизнь влюблялась пару раз, поэтому знаю это чувство. Но я не чувствую к Чанёлю что-то такое. И я не хотела бы встречаться с ним, чтобы это чувство только появилось. Многие ведь так делают, думая, что раз человек хороший, то можно было бы завести с ним отношения, а чувства сами как-нибудь придут. Югён хороший пример тому, что я сказала. Не хочу поступать как Югён. Мне дороги чувства подруги и даже моего нового друга. Не знаю как, но я успела привязаться к Чанёлю за последний месяц. Я даже не заметила, как сижу уже черт знает сколько времени и смотрю в одну точку с телефоном в руках. Я же хотела позвонить Чанёлю и спросить, что за хрень он мне там написал. Но сейчас я сижу и думаю: стоит ли оно того? Он же пьяный и может наговорить столько всего, о чем потом пожалеет. Лучше будет поговорить с ним трезвым. End of POV Аён.

***

POV Югён. Сейчас я бежала, сама не знаю куда. Во мне смешалось столько эмоций, что я даже не знаю, как описать свое состояние. Но я точно знала одно — мне очень плохо. Не физически. Душевно. И как же можно хотя бы облегчить эту боль? Я не знаю почему я убежала от Аён. Честно, я вообще не понимаю почему я себя так веду. Это на меня совсем не похоже. Правильно говорят, что любовь морочит голову. Такое ощущение, как будто я просто отупела из-за Чанёля, а теперь страдает Аён. Я обязательно извинюсь перед ней, но… Только когда? Когда он уже будет встречаться с Аён? Когда они будут играть пышную свадьбу и заводить детей? Боже, да о чем ты вообще думаешь, Югён? Но мне так обидно за то, что предметом воздыхания Чанёля оказалась моя лучшая подруга, а не я. Ведь я любила его еще давно, даже была его девочкой на побегушках, так почему ничего не вышло? Я не знаю. Не знаю что мне делать. Сейчас я хожу по незнакомым улицам района Аён. Куда-то иду, даже не выбирая направление. Сил больше не осталось и я присела на лавочку. Мне не хотелось с кем-то разговаривать, не хотелось даже ноги передвигать. Я просто устала уже что-то делать. Но мне никогда не надоедало копаться в себе и искать причины тех или иных поступков. Иногда это даже хорошо, но прямо сейчас это просто утомляет. Потому что я начала думать о том, как и когда Чанёль умудрился вообще влюбиться в мою подругу, а также подумать о том, не врет ли она мне насчет своих чувств. И мои мысли никогда еще не доводили меня до чего-то хорошего. End of POV Югён.

***

POV Чанёль. Я проснулся на полу своей квартиры. Понятия не имею, как так вышло. Голова болела и кружилась, а еще хотелось пить. Я сел на полу, осмотрелся и понял, что дома не один. На диване в обнимку все еще валялись два олуха по имени Чонин и Дио. Где был Бэкхён только богу известно. Надо бы его найти. Вдруг, у меня в доме появился труп? Я попытался встать, но с первой попытки у меня не получилось. Не ожидал, что настолько переберу с алкоголем. Обычно я себе такого не позволяю, но меня точно что-то вынудило. Что-то вынудило… Бл*ть. Аён… Я взялся руками за голову и протяжно завыл от безысходности. Я немногое запомнил со вчерашнего дня, но я точно помню, что написал Аён. Такого стыда я еще не испытывал… Я вообще не понимаю, почему я его испытываю. Я сам себе признался, что я абсолютно бесстыдный человек, так почему же меня сейчас гложет это чувство? Никогда бы не подумал, что мне будет сложно заговорить о чем-либо с девчонкой. Раньше это не было сложно. Черт возьми, да даже сейчас если бы я захотел замутить с какой-нибудь девчонкой, то я бы это и сделал, ничего и никого не стесняясь. Но в этот раз… В этот раз все иначе. Бывало ли у вас такое, когда ты мог спокойно подшутить над своим другом, но при этом не мог сделать того же с незнакомым человеком? То же самое и здесь. Все девчонки для меня считай друзья, над которыми подшутить мне не сложно, но Аён… Да, она по факту мой друг, но сейчас все изменилось. Особенно после того, как я ей признался. Признался… Господи… Я снова завыл. Когда я возвращаюсь к этой мысли, мне становится еще хуже. Надо пойти попить хотя бы, а то эта мысль меня просто убьет. Тем более, я хотел найти Бэкхёна. Кое-как встаю и иду на кухню, чтобы сначала выпить воды. Налив воды, жадно пью её, как будто не пил два дня. Да, похмелье оно такое. Теперь мне нужно было найти моего любимого и дорогого друга, который хрен его знает куда подевался. Мне было очень интересно, что же могло такого случится, что он оказался не в комнате. Посмотрев на настенные часы кухни, я увидел, что сейчас восемь часов утра. Рановато я встал. Мог ли он свалить домой в такое время, когда передвигать ногами практически невозможно? Этим вопросом я задавался до того, как нашел его в ванной, в обнимку с толчком. Я не смог не засмеяться, увидев такую картину. Смешно было не только то, что он обнимал толчок, а то, что он на нем прямо и заснул. Но вопросов за сегодняшнее утро у меня было слишком. И одним из них стал телефон, который лежал на полу около ноги Бэкхёна. Что он здесь делает? Не помню такого, чтобы оставлял его на этом месте. Его Бэкхён взял что ли? И что он с ним делал? Я поднял телефон, чтобы проверить хотя бы его целостность. Он был цел и даже работал. Пока я проверял телефон, в голову неожиданно начали лезть куски разных воспоминаний о прошлом вечере. Или ночи. Не важно. Отрывками я вспомнил, что же такого мы делали с ребятами. Честное слово, лучше бы я этого не делал. Только забыть не получится, ведь результат этого бреда все еще имеется. Он у меня прямо перед глазами. Только что я решил проверить сообщения. Не написала ли мне там моя любимая подруга Аён? Конечно написала. Написала, что я конченный и мне пора завязывать с пьянками. Почему она это написала? Надо спросить Бэкхёна, который скорее всего и писал Аён. Просмотрев все сообщения от меня Бэкхёна, я чуть не ошалел. «Красотка, люблю тебя не могуууу» «Чанёль, я не буду отвечать на такие сообщения» «Детка ты такая холодная, ммм» «Иди спать, прошу» «Ты моя киска, не злись. Давай встретимся завтра, буду любить тебя аккуратно» «Ты конченный, Чанёль! Завязывай с пьянками уже!!!» Бэкхён был в стельку, это точно. Слова были написаны так, как будто он прыгал и печатал одновременно. Как она вообще поняла, что он писал? Я еле догадался, чуть глаза не сломались. Кажется, я говорил, что мне стыдно за мое признание? Так вот, мое признание по сравнению с этим безобразием еще читать можно… И как теперь мне сказать ей о том, что все это писал ей не я, а мой друг-дебил Бэкхён? Она точно скажет: «Хорошее оправдание, Чанёль, но я тебе не верю» или как-то так. Прямо сейчас мне захотелось дать такого сильного леща моему другу, но он спал и хрен с ним. Главное сейчас просто не смотреть на него, а то я точно не сдержусь и врежу ему. Я направился обратно в гостиную, где спали еще два придурка. Помню только то, что они вырубились довольно быстро. Значит, они столько спали? Жесть. Так еще и в обнимку. Они друзья, я клянусь. Ничего больше. — Чонин, Дио, вставайте, — я взял за плечо Чонина, который был ближе всего, но он не отвечал, — Алё, встаем! — я потряс еще сильнее. Разбудить Чонина после пьянки это то же самое, как пытаться решить задачу по тригонометрии будучи гуманитарием. Практически невозможно. Вспомнив об этой грустной истине, я скинул Чонина с дивана, чтобы не расслаблялся мне здесь. Чонин все-таки проснулся, не понимая что только что произошло. Увидев меня, стоявшего над ним сверху, он пробубнил: — Ну нахер… — а затем снова лег спать прямо на полу. В смысле ну нахер? Я ну нахер? Ну Чонин, сам нарвался. Я взял его за две ноги и стащил с ковра на холодный пол. Ну как? хорошо спится? Чонин недовольно промычал, а затем начал потихоньку вставать. Теперь остался только Дио. Дио не был настолько тяжелым на подъем, поэтому я потряс его, и он тут же открыл глаза. Взгляд у него был страшнее некуда. Зря я его разбудил. — Помереть захотел? — раздраженно спросил у меня Дио. Я положил его обратно, накрыл одеялом что было рядом и отошел на пару шагов. Неожиданно мы услышали какой-то шум из ванной. Я сразу понял, что это Бэкхён, но вот остальные не знали, что он сейчас там, валяется в обнимку с белым троном, лучшим его другом на данный момент. Дио недовольно разлепил глаза, а Чонин даже подскочил на месте. — У тебя полтергейст дома или как? А где Бён кстати? — оглядывая комнату, спросил Чонин. Я рассказал ему, что случилось с Бэкхёном. В ответ Чонин начал смеяться. Я решил проверить как там дела у придурка, который фактически испортил мне жизнь. Открываю дверь и вижу, что Бэкхён пытается доползти до двери. — Бра…тан… — Бэкхён тянул ко мне руку, как будто хотел, чтобы я спас его. И как тут бросить родного друга? Мой дружбан умирает от похмелья. Очень его понимаю, поэтому взял его за руку и помог ему встать. Он еле встал, иногда покачиваясь. Я отвел Бэкхёна в гостиную, чтобы он хотя бы присел, а то дела были плохи. Не знаю почему, но ему после пьянок было особенно плохо, в отличии от нас. Сейчас ему нужно было просто попить и проспаться. Чтобы ничего плохого с ним не случилось, я нашел ему таблетки от похмелья. Запив таблетку водой, при этом выпив сразу три стакана, Бэкхён довольно вздохнул. — Матерь божья, я чуть не помер, мужики… — Верю, — ответил Чонин, все еще пытаясь встать с пола. Мне было больно смотреть на его тщетные попытки, поэтому я помог ему сесть на диван. Дио в этом время уже спал. Пока Бэкхён пил очередной стакан с водой, я решил не медлить с вопросом про то, зачем и почему этот дебильный решил написать Аён. Бэкхён, услышав мой вопрос, знатно удивился, поэтому чуть не выплюнул воду. Он подавился, а я принялся бить его по спине. Кажется, из-за этого он чуть не помер. — Что я делал?! — с очень удивленным выражением лица спросил меня друг. — Ты что, забыл? — в ответ Бэкхён покачал головой в знак согласия. Я вздохнул. Совершенно не было настроения пересказывать ему события вчерашнего дня, потому что они были точно не веселыми. Но мне пришлось. Рассказав ему все, что касается этой темы, я достал из кармана домашних штанов телефон, чтобы показать ему все сообщения, что получила Аён вчера. Лицо Бэкхёна нужно было видеть… — Твою мать! Я вообще ничего не помню, клянусь, Чан! И нахрена я это сделал… — я продолжал смотреть на Бэкхёна грозным взглядом, из-за чего он чувствовал себя виноватым. И правильно делал. — Ты больше ничего не делал, я надеюсь? — спрашиваю у друга в надежде, что больше сюрпризов мне ждать не придется. Бэкхён задумался на пару секунд. — Ой-ей… Чан, дорогой мой… — он взял меня за руку, с щенячьими глазками смотря на меня. Я почувствовал какое-то отвращение и пытался убрать руку, но он не отпускал. — Я так тебя люблю! Только вот… Я ей вчера звонил. Мои глаза чуть не вывалились, когда я услышал об этом. Че за хрень?! — И что ты ей сказал?! — взяв его за руку в ответ, чуть ли не кричу я. — Ну… — Бэкхён снова задумался, подняв взгляд к потолку. — Я не помню что точно ей сказал, но в общем… Она хотела поговорить с тобой насчет твоего признания. Ты должен с ней встретиться и поговорить. Я отпустил Бэкхёна и облокотился на спинку кресла, тяжело выдыхая. — И когда вы… Точнее мы договорились встретиться? — Сегодня вечером. — Что ты сказал? Бэкхён сделал жалостливое лицо. — Только не бей… — Я повторяю. Что ты сказал? — сказал я еще грубее, чем прежде. Бэкхён замялся на пару секунд. — Ты и Аён. Сегодня. Вечером, — не желая говорить, Бэкхён произносил фразы как можно короче. Не знаю почему, но чувство паники меня настигло как будто цунами. Я не знаю, что говорить ей про все то, что случилось. Да я сам не знал, что вообще происходит. О чем именно она хотела поговорить? О том, что я ей признался или о том, что вместе со мной ей еще и мой друг признался спьяну? По факту это не было признанием, но то, что он писал… Вспоминать даже не хочется. Приколист чертов. — Я, конечно, не эксперт, но стоит с ней поговорить. Раньше же с ней говорил и все нормально было, а сейчас чего зассал? — вдруг в разговор влез Чонин, идущий из кухни со стаканом воды и таблеткой в руках. Видать ему тоже хреновато. — Я знаю, что раньше все было нормально. Но после того, как сам себе признался в том, что она мне нравится, я просто потерял мозг. Не знаю, чего ожидать от каждого моего и тем более её действия… Парни, так страшно мне еще не было. Бэкхён успокаивающе похлопал меня по плечу. — Да че ты как не Чанёль? Включи режим соблазнителя и тогда Аён в твоих руках, — сказал Бэкхён. — Если бы было все так просто. Понимаешь, я не хочу и не пытаюсь её соблазнить как остальных девушек. Мне даже от неё того не надо. — У-у-у, — прикрыв рот ладонью, игриво протянул Чонин, — неужели я слышу что-то такое от тебя, главный бабник нашего района? Что, любви захотелось? — Блин, друг, сам в шоке… И я действительно был в шоке. Уже не раз себе повторяю: а как же так получилось? Что бы я, да влюбиться? Еще и захотеть, чтобы все было взаимно? Вот придурок. Но теперь мне так не кажется. Теперь все точно по-другому. Аён, все же ведь по-другому, да?