coffee

Ты его не любишь. Не любишь и точка. Не нравится он тебе. Да. Все. Никаких вопросов больше. Ой, мать… Я, Чо Аён, сижу у себя на кровати и уже битый час пытаюсь внушить себе, что мне не нравится Чанёль. Почему я себе вообще пытаюсь внушить такие вещи? Он же мне буквально пару часов назад не нравился, а сейчас я пытаюсь себя заставить в это поверить, хотя раньше это казалось безоговорочной правдой. И куда я качусь? Мне не хотелось продолжать думать об этом, но мысли сами возникали в голове, никак не пропадая. Эти чертовы подростковые гормоны скоро окончательно испортят мне жизнь? Как же приятно осознавать, что в тебя кто-то влюбился. И не просто кто-то, а Чанёль, являющийся божеством в нашей школе. Мне очень льстило такое внимание от звезды школы. Его любили почти все. Учителя его не очень жаловали, но деньги решают все, в этом можно убедиться на примере Чанёля. Учись как хочешь, главное светить своим прекрасным лицом хотя бы на первых трех уроках. Признаюсь честно, иногда я на него заглядываюсь. Приходится это скрывать и делать не при Югён, а то подумает еще чего. На него невозможно не заглядеться любой девчонке. Я серьезно. Какой бы вредной я не была, но я не могу отрицать его привлекательность. Чертов Чанёль! Откуда ты взялся такой красавчик? И еще это внимание, что он мне оказывал в последнее время. И то, что он является моим лучшим другом детства. Я просто не смогла закрыть на это все глаза и не заметила как… Блин, да не нравишься ты мне. Все. Я действительно не понимаю, что я чувствую. Уже говорила себе сто раз, что очень хорошо знаю чувство под названием «любовь», ведь уже много раз влюблялась в разных красавчиков. И все, опять же таки, подростковые гормоны. Не перестают шалить даже сейчас. Была бы я сейчас повзрослее, то может быть, спокойно бы отреагировала на признание какого-нибудь красавчика, да еще и альфа-самца как Чанёль, который не склеит разве что слепо-глухонемую девушку. И то, с этим можно было бы поспорить. Мои мысли прервала мама, которая принесла мне завтрак. Передвигаться по дому я могла сама, но почему-то сейчас она бы излишне заботливой, поэтому постоянно приносила мне поесть и спрашивала, как у меня дела. Это было невероятно приятно, ведь такого еще не было уже очень давно. Иногда я заходила просматривать те сообщения от Чанёля. Никогда бы не подумала, что он может написать такие вещи, будучи пьяным. Нужно было напиться настолько сильно, чтобы не соображать что ты пишешь и как ты пишешь. Пока я расшифровывала его сообщения, проходило не меньше минуты. Но было такое ощущение, как будто я переписывалась не с Чанёлем, а с кем-то очень знакомым. Такое отвратительно-слащавое поведение может быть только у одного человека и я не хочу себе признаваться в том, что он мог бы по случайности написать мне вместо Чанёля. Нет и еще раз нет. Потому что если это правда, то я просто выброшусь из окна. Хотя этот самый Бэкхён мне звонил и рассказывал о том, какой его друг замечательный и что мне стоит принять его чувства. Мне бы хотя бы свои принять, а тут речь о чувствах Чанёля… Ещё он сказал, чтобы мы сегодня вечером встретились. Понятия не имею во сколько конкретно, в каком месте. Замечательно ты придумал! Значит, мне или ему придется начать разговор. Придется спросить об этих деталях. Но кто первый? Сейчас мне впервые не хочется написать кому-то первой. После признания Чанёля я стала чувствовать себя как-то странно. Если бы мне кто-нибудь в начале учебного года сказал, что Пак Чанёль признается мне через пару месяцев, я бы уехала из города куда подальше. И когда мы успели все так измениться? После того, как я доела завтрак, решила отнести его на кухню. Сейчас передвигаться стало намного легче и, я думаю, можно было бы обойтись без костылей. Может, стоит тогда встретиться на улице с Чанёлем, раз я могу относительно свободно двигаться? Если что, поможет как настоящий джентльмен. После своих мыслей я усмехнулась, потому что назвать Чанёля джентльменом никак нельзя. Я вернулась в комнату и села на кровать. Взяла в руки телефон и начала думать о том, чтобы написать Чанёлю. Не знаю, сколько я пялилась в экран телефона, но ни одной хорошей мысли по поводу сообщения у меня не возникло. А может вообще ему не писать? Пусть сам все решит, он же как-никак профессионал в деле любви? Вдруг на телефон пришло сообщение от Чанёля. Этот парень решил все-таки написать мне первым. Не знаю почему, но я сейчас так радовалась, как будто мне пять лет и мама купила мне шоколадку. Что за неожиданное изменение? Пару дней назад мне было бы все равно. Наверно. Я открыла сообщение и улыбнулась ещё шире чем раньше. Это то, о чем я подумала. Он действительно написал по поводу встречи. «Сегодня я зайду к тебе, жди» Это было все, что он написал, но я чувствовала себя так, как будто он сделал мне предложение. Очень счастливая. Только после белой полосы всегда идет черная и от этого никуда не спрятаться. Неожиданно в моей голове будто специально возник образ моей подруги Югён, которая сейчас, скорее всего, страдает. Было странно наблюдать за тем, как от одного и того же человека разным людям могло быть и радостно и грустно. Ещё более странным было осознавать то, что радостно было только мне. И снова я чувствую укор совести. И снова я стараюсь сказать себе, что не виновата. Югён ушла вчера днем и больше ничего не писала. Я тоже не хотела ей писать, зная, в каком она состоянии. Я думала, что своими сообщениями сделаю только хуже и этого мне уж точно не хотелось. Интересно, стоит ли написать ей сейчас? Конечно стоит, она же тебе не чужой человек. Даже не думая, что написать Югён, я просто спросила как у неё дела. Это выглядит так глупо, особенно после того, что случилось. Конечно же я знаю, как у неё дела и они отнюдь не хорошо идут. Но надо же было как-то начать разговор. Я думала, что Югён будет спать с утра, так как сегодня выходной день, но оказалось, что она не спала. Услышав звук входящего сообщения, я снова взяла телефон в руки и решила посмотреть, что же мне ответила Югён. «Дела у меня не очень. А ты как?» Я перечитала это сообщение наверно раз десять, если не больше. Это получается, что моя лучшая подруга, которая из-за любой мелочи будет рвать и метать, сейчас спокойно отвечает и спрашивает как у меня дела? Я что, сплю? «У меня все хорошо. Ты в порядке?» Блин, Аён, такую тупость можно было написать только тебе. Конечно она не в порядке. Я ударила себя пару раз по лбу из-за своего совсем не банального сообщения. «Честно, нет. Я не в порядке. Совсем не в порядке. Но за последнюю ночь я подумала о многом. И знаешь, я хочу с тобой поговорить. Сейчас» Мои глаза округлились от удивления. Я знала, что рано или поздно она захочет поговорить об этой ситуации, но чтобы так скоро… Сейчас я не очень была готова к этому. Но нужно поговорить. Это важно. «Звони» Пишу ей короткое сообщение и откладываю телефон, чтобы хотя бы чуть-чуть взять себя в руки. Казалось бы, тебе сейчас просто позвонит твоя лучшая подруга… Вы просто поговорите. Чего бояться-то? Не знаю. Ладони вспотели из-за неожиданного волнения. Сердце билось так, будто я пробежала километра два без остановки. И вот мой телефон завибрировал рядом с моим бедром. Посмотрев на экран, я увидела имя Югён. Черт, теперь я ещё больше волнуюсь. Перед тем как взять трубку, я прочистила горло. — Да? — отвечаю на звонок. — Привет, — слышится спокойный голос Югён по ту сторону телефона. Это её спокойствие на самом деле пугает. — Как ты? — опять спрашиваю этот вопрос, но почему-то сейчас он кажется правильным и уместным. — Аён… Прости меня, — когда я услышала эти слова от Югён, мне захотелось плакать. Не знаю почему. Казалось все, что накопилось за последнее время, готово было вырваться наружу. Но я беру себя в руки, нервно сглатываю и стараюсь не зарыдать как маленький ребенок. — За что ты извиняешься, Югён? Все хорошо, правда. Это мне нужно… — Стой. Нет. Не нужно. Послушай меня, — Югён настойчиво попросила меня не извиняться и я почувствовала некое облегчение из-за того, что она на меня не обижается, — Все, что я делала и не делала… Это все… Это все эмоции. Ты же ведь знаешь, какая я эмоциональная, да? Я кивнула и промычала одновременно, в знак согласия. — Я всегда считала что моя эмоциональность это мой большой плюс… Но этот чертов большой плюс заставил нервничать тебя и меня, поэтому… Поэтому прости. Я действительно не понимаю, что со мной случилось. Я бы не сказала, что мои чувства вмиг испарились всего лишь за один день… Точнее, мне кажется, что я буду страдать от них ещё очень долго. Но я не одна, Аён. У меня есть ты, Чондэ, Сюмин, семья. Вы все меня любите и поддерживаете и единственное, что я хочу для вас… Пока Югён говорила свою замечательную и трогательную речь, прям как она умеет, я сидела и прикрыла рот рукой, потому что уже больше не могла. Во всем теле чувствовалось напряжение, лицо покраснело, а глаза предательски щипали. Я чувствовала, как из глаз уже текут слезы, поэтому все, что я сейчас видела — мою размытую из-за слез комнату. — Это счастье. И после этого слова я больше не могла сдерживаться. — Югён, — сказав имя своей подруги, я зарыдала. Не знаю, насколько громко это было, но я точно знаю, что сейчас я выплакиваю все, что только можно было выплакать. Так я ещё никогда не рыдала. Не знаю, было ли мне больно сейчас или было мне радостно. — Аён, ты чего? — послышался звук шмыгания носом. Югён, кажется, тоже плакала. — Если ты не остановишься, то я тоже зарыдаю! А я не могу остановиться. Сейчас я сама на себя не похожа. На самом деле, мне давно не хватало этих слов. Всю жизнь я держала все в себе, пытаясь сказать самой себе что ничего плохого в жизни нет. Но оно есть. И этого плохого так много. Буквально пару месяцев назад у меня появилась хорошая подруга, которой я могла бы рассказать все. Но те мои барьеры, которые я сама построила вокруг себя — они не давали мне спокойно жить. Они не давали мне открытости, которую я хотела наблюдать при общении с близкими людьми. Я всегда чувствовала угрызения совести за то, что не договаривала казалось бы даже самые простые вещи, которые я считала мелочью. Но никакие плохие вещи, которые делают тебя подавленным, нельзя считать мелочью. Такие вещи могут переродиться во что-то более глобальное, а потом ты от этого просто не убежишь. Жаль, что я поняла это так поздно. Вдоволь нарыдавшись, я вытерла глаза и посмотрела на себя в зеркало. Боже, лучше бы я этого не делала. Я снова беру телефон в руки и прикладываю к уху. — Ну что, нарыдалась? — посмеиваясь, спрашивает Югён. — Так я ещё давно не рыдала, блин… — тоже посмеявшись над этой ситуацией, отвечаю подруге. — Аён, если мы ещё раз когда-нибудь поссоримся из-за парня, то я просто прибегу к тебе, дам в лицо тебе, себе и тем парням. Чтобы больше такой херни у нас не было, слышишь? Я от души посмеялась из-за слов Югён. Как обычно, волнуется больше всех. — Да, мам. — Как там твоя нога, кстати? Я снова хочу встретиться как можно скорее. Может, к тебе сегодня зайти? Встретиться? Оу… Сегодня? Оу… Когда она спросила этот вопрос, я занервничала. Твою мать, Чанёль и я договорились сегодня встретиться… Если я придумаю отмазку, не обидится ли она? Черт, после нашего трогательного воссоединения мне очень сильно не хочется врать подруге. Она заслуживает любую правду, но я не могу просто взять и сказать ей о том, что её возлюбленный прямо сегодня придет ко мне, чтобы выяснить отношения. И не просто выяснить, а ещё и построить новые. Построить новые… Матерь божья, кто бы мог подумать, что такое вообще могло случиться. До сих пор не могу поверить. — Югён, сегодня не получится, потому что… — Ну ладно, ничего страшного, ты главное если что пиши или звони, я всегда на связи, — Югён не дала мне договорить. Я на секунду замялась, но поняла, что причин придумывать точно не стоит. — Спасибо, Югён. — Всегда пожалуйста. Потом мы сбросили трубки. Она это специально сделала или как? Если да, то я ничего не понимаю. Если нет, то я снова ничего не понимаю. Это она вот так изменилась что ли? Я все это время знала другую Югён? Кто из них настоящий вообще? Ладно, черт с ним. Сейчас главное — навести отменный марафет, потому что, кажется, сегодня вечером будет что-то интересное. Я улыбнулась своим мыслям и направилась в душ. Это все так ново для меня.

***

POV Чанёль. Я сидел на диване в своей квартире и просто пялился в потолок. А чем ещё заниматься, когда ты хочешь, чтобы время прошло как можно быстрее? Вот и я не знаю. Чонин и Дио ушли совсем недавно, и единственный, кто сейчас со мной в одной комнате это Бэкхён. Я специально попросил его остаться, потому что мне срочно нужна была помощь моего коллеги по делам романтики. Кто бы знал, что я когда-нибудь вообще попрошу этого человека о помощи. Сам в шоке. — Чан, я понимаю, что влюбленность это так здорово, но может хотя бы поговорим о чем-нибудь? Я типа сижу здесь с тобой уже час, а ты взгляда с потолка не убираешь, — начал жаловаться Бэкхён. Я отвел взгляд от потолка и посмотрел на друга. Бэкхён сидел на кресле рядом со мной и с потерянным взглядом пялился на меня. А ведь он прав. Я зачем его оставил, раз мы сидим и не общаемся? — Бэк, ты же знаешь о чем я сейчас намерен говорить больше всего, — Бэкхён вздохнул, — Готов слушать? — Ради тебя хоть голым по улицам бегать готов, дружище. Я усмехнулся из-за слов моего друга. Да, Бэкхён точно умеет подбадривать. — Я вот все хотел спросить… Ты чего так волнуешься, а? — Хотел бы я знать, Бэк. Такое впервые, — снова начинаю смотреть на потолок. На самом деле это занятие очень расслабляет. — Надеюсь мне не придется свечку держать, когда вы будете… — Бэкхён, бл*ть! — снова смотрю на друга, на этот раз с грозным взглядом. Тот лишь поржал в ответ. — Да ладно-ладно, я же шучу, — посмеявшись, ответил Бэкхён. Затем нависло коротко молчание, а потом друг снова заговорил. — Кстати, а когда вы собрались встретиться? Невольно в моей голове возник образ тех сообщений, что отправил Бэкхён для Аён. Из-за этого мне стало смешно, поэтому я улыбнулся. — Что, сам наотправлял всякой хрени и теперь не помнишь, когда вы договорились встретиться? Я тебе это всю жизнь припоминать буду, Бэкхён. — Ну не-е-е-ет, — жалобно протянул Бэкхён. — Только не всю жизнь, прошу. Я сам этого не выдержу. Мне же стыдно, Чан! — То-то же. Затем я вспомнил мою недавнюю переписку с Аён. Ха, да я же с ней сегодня встречусь и даже поговорю на серьезных щах, вот это да… — Как вы и договаривались, я приду к ней вечером. Часов в шесть, наверно, — снова намекаю Бэкхёну, какой он придурок и невольно начинаю лыбиться, наблюдая его реакцию. А он снова тяжело вздохнул. Страдай также, как и я! — Когда-нибудь ты меня точно доведешь, Чан, — Бэкхён грустно констатирует факт. — Потом расскажешь, как все прошло. Надеюсь не налажаешь. Я кивнул головой, не переставая улыбаться. Хорошо, что я оставил Бэкхёна дома. Этот чел действительно поднимает настроение как никто другой. Я встал с дивана и направился убираться в квартире, попросив Бэка помочь. Сейчас единственное, что я хотел — поскорее отправиться к Аён. Я задницей чувствовал, что сегодня точно что-то произойдет. Такое, что сердце может екнуть. Наконец-то хоть кто-то заставил меня это почувствовать. Как же я тебя ждал, черт возьми.