coffee

Я стоял около входной двери квартиры Аён. Сколько я уже стоял напротив этой двери и никак не мог позвонить в дверной звонок? До сих пор не могу понять, почему я так боюсь это сделать. Но черт с ним. Я взял всю свою волю в кулак и позвонил в дверной звонок. После того, как я нажал на кнопку, начал молиться о том, чтобы к двери подошла не сама Аён. И какое же облегчение наступило, когда к двери подошла её мать. Я поздоровался и зашел в квартиру. Её мать как обычно дружелюбно поприветствовала меня и попросила пройти в комнату Аён, ведь, как она сказала, та меня ждет. Из-за этого мне стало ещё страшнее… С одной стороны понятно, почему она меня ждет. Мы же договорились встретиться. Но с другой стороны, учитывая все, что когда-либо с нами происходило до этого времени и сам характер моей замечательной подруги… Это было действительно странно, что она могла меня ждать. Когда я снял с себя верхнюю одежду и переобулся, мать Аён гостеприимно предложила мне чай, спросила не голоден ли я. Конечно же я не мог отказаться от её предложения, поэтому попросил заварить себе черный крепкий чай с двумя ложками сахара и все, что она приготовит я бы съел с радостью. Мать Аён мастер на все руки в плане готовки. Затем я прошел вперед по коридору и остановился около двери в комнату Аён. Твою мать, чего мне так страшно?.. Взяв волю в кулак вот уже в какой раз за день, я открыл дверь и зашел в комнату. Аён как обычно сидела на кровати и пялилась в телефон. Она подумала, что к ней пришла мать, поэтому никакой реакции не последовало и единственное, что она сказала: «Спасибо, мам». Я сначала не понял, что за хрень только что произошла, а потом как понял… Не знаю, насколько можно было засмотреться в телефон, чтобы не заметить другого человека в своей комнате. Но у Аён это получилось. Чтобы привлечь её внимание, я прочистил горло. — Дико извиняюсь за вторжение… Аён сразу посмотрела на меня и чуть не упала с кровати от удивления. Её телефон буквально выпрыгнул из рук и чуть не долетел до потолка. Эта реакция меня насмешила, поэтому я заржал на всю комнату. — Ты придурок, Чанёль! Мог бы постучаться хотя бы! Я чуть не умерла! — Аён положила руку на грудь, чтобы выровнять дыхание. Кажется она сильно испугалась. Я вытер слезу и направился в сторону Аён, чтобы присесть рядом. Понятия не имею, зачем я это делаю, но я просто хочу это сделать. Сел рядом с Аён. Я сел рядом с Аён. Но она отодвинулась. Отодвинулась… Я хотел заплакать. Сдержав порыв негативных эмоций, я решил начать разговор. — Ну… И как… Дела твои? Я дал себе пощечину за такой тупой вопрос. Она приподняла левую бровь, посмотрев на меня каким-то неоднозначным взглядом. — Эм? Дела? Нормально? — ответ Аён больше звучал как вопрос нежели утверждение. Мы отвернулись друг о друга, а потом наступило неловкое начало. Раньше темы напрашивались сами, но сейчас… Так, Чанёль, не забывай зачем ты сюда пришел. Явно не для того, чтобы спрашивать тупые вопросы. Нужно спросить про её восприятие нашей ситуации. Главное все обдумать и… — Чанёль, — вдруг нарушив молчание, сказала Аён. Я повернул к ней голову, потому что она хотела что-то ещё сказать. — Это правда? Я не понял в чем суть вопроса. — Че? Аён вздохнула. — Все, что сейчас происходит — правда? — сказала Аён, посмотрев на меня с такими глазами, как будто сейчас она испытывает грусть. — О чем ты? Аён отвернулась от меня, грустно смотря в другую сторону. — Понимаешь… Когда началась вся эта неразбериха с нашей дружбой и ты пытался попасть в мой круг общения, я думала, что для тебя это всего лишь очередная игра. Как с Югён, например, — Аён снова посмотрела на меня. — Но я как-то забивала на все это, потому что единственное, что мне тогда хотелось это спокойная жизнь. Когда мы не знали о нашей связи, ты вел себя как скотина и постоянно пытался нам что-то сделать, поэтому то время было хуже чем время, когда ты пытался играть в друзей со мной. Кажется, теперь я понял, к чему она ведет. Неужели она считает, что я неискренен? — И теперь ты… Неожиданно признался мне в любви. Неожиданно. Ха, действительно. Это действительно было неожиданно даже для меня. Понятия не имею, как так получилось. Но это происходит. Прямо сейчас. Прямо сейчас я сижу и понимаю, что у меня к ней есть чувства. И избежать их можно только одним способом. Получить отказ. Хотя сомневаюсь, что таким способом можно сказать своему сердцу «давай прекращай, ничего не вышло». — Это правда, Аён. Я сам не понял, как так вышло, но это все же вышло. И я ничего не смогу с этим поделать. И ты тоже ничего не сможешь с этим поделать. — Ты можешь хотя бы причину назвать? Я не могу поверить, что все так просто вы… — С чего ты вообще взяла что для влюбленности нужна причина? — я посмотрел на Аён с настойчивым, и, наверно, даже серьезным взглядом. Она удивилась. Ничего себе, я что, взял и заткнул её одной фразой? Да мне нужно срочно создавать свой паблик «Черный Юмор»… — Чанёль, ты просто взял и ворвался в мою спокойную жизнь, ты понимаешь или нет? — она развела руками, нахмурив брови. Ну и чего тебе, блин, не нравится в этом? — Ну ворвался и что? Уходить из неё в ближайшем будущем я точно не намерен. Аён снова выпучила глаза от удивления. Сегодня я ломаю все её стереотипы. — Ты… Я… Э… Боже, — Аён пыталась что-то сказать, но у неё не вышло. Настолько обескуражена моей романтичной фразой? Ну да, я знаю как соблазнять женщин. — Короче… Аён, — я взял её за плечи и посмотрел ей прямо в глаза. Ее выражение лица было настолько смешным, что я чуть не заржал в такой ответственный момент. — Давай встречаться. — Мы уже встречаемся. — Не понял. — Ну, ты же сейчас у меня дома. Вот тебе и встреча… — Дура, я про то, чтобы ты моей девушкой стала. Аён была в полнейшем смятении и это было написано у неё на лице. — Ты серьёзно? — еле двигая губами, спросила Аён. — Нет, бл*ть, пошутил… Я просто в шоке от её недальновидности в этой ситуации. А сначала вроде умной казалась… — Ты дебил, так не шутят! — Это не шутка. Я отпустил её плечи, а она не изменила своего положения, потому что была очень удивлена. И чего, она теперь так оставшийся день будет с одним выражением лица сидеть? Я решил, что буду настойчивее, потому что времени тратить уже нет сил. — Ну так да или нет? — Э-э-э… Да? Нет? — иногда моргая, ответила Аён. — Что?! Я взялся руками за голову, жалобно промычав. Меня просто достала эта её тупость. У неё что, мозг перестал работать? Если да, то сколько мне ждать, чтобы он вновь включился? — Ну… Блин. Да. Все, отстань, — Аён наконец ответила и когда я повернулся к ней с счастливым лицом, она отвернулась закрыв лицо руками. Да что за нахер?! — Эй, Аён? Ты чего? — Отстань говорю! — её голос был абсолютно ровным и спокойным, а значит, она не плакала. И как вообще понять этих женщин? И подвинулся к ней поближе, чтобы увидеть лицо. Но она отвернулась ещё сильнее. — Да серьёзно, что с тобой? — я пытался подвинуться ещё ближе, но она отодвигалась. Ну все. — Иди сюда! Моя фраза звучала так, как будто я хотел её убить. Возможно и хотел. Я подвинулся так близко, что место н кровати уже не осталось, взял Аён за руки, чтобы их отодвинуть и посмотрел ей в лицо, чтобы проверить не рыдает ли она. Вдруг, она мастер в скрывании своих эмоций и может тихо плакать пока я тут рядом сижу? Я же теперь её парень, как я могу вот так это оставить? Да не в жизнь, ребята. Но, видимо, я не рассчитал с приближением своего лица и получилось так, что мы сейчас смотрели друг на друга непозволительно близко. Лицо Аён было красным как помидор из-за смущения. И мое теперь, кажется, тоже. Мы поздновато поняли происходящее, поэтому посмотрев так друг на друга пару секунд, все же отодвинулись. Черт, мое сердце так ещё никогда не колотилось так быстро. Отвернувшись друг от друга, мы пытались выровнять дыхание и успокоиться, но это не очень получалось. — Ну… Чанёль… Как дела твои? — задала тот же глупый вопрос что и я пару минут назад, улыбаясь. — Уже лучше. А твои? — отвечаю ей с такой же улыбкой на лице. Мы сейчас похожи на двух идиотов, которые улыбаются без причины. — Раз уж теперь мы встречаемся, буду называть тебя моим котеночком, — начинаю стебаться над Аён. Её реакция не заставила долго ждать. Сейчас она перестала улыбаться и на лице было видно отвращение. — Если ты меня так будешь называть, мы расстанемся, — скрестив руки на груди, ответила Аён. — Ну зайчонок… — Чанёль! — Пупсик. — Перестань! — Засмущалась? — Нет, просто хочу ударить тебя да посильнее, — все еще раздраженно отвечает Аён. — Как ты можешь так со своим парнем?... — Это как ты можешь так со своей девушкой? Затем мы снова замолчали, снова продолжая улыбаться. Нашу идиллию прервала мать Аён, которая спросила все ли у нас хорошо. Мы оба удивленно повернулись и сказали, что ничего не случилось. — Я приготовила поесть, поэтому идите за стол. Оба. И только сейчас я понял о неприятной ситуации, которая возникла еще тогда, когда я зашел в эту квартиру. Нам же придется рассказать матери, что мы встречаемся… И кто это сделает? Аён точно спихнет все на меня. Я не мастер в разговорах с родителями, особенно с чьими-нибудь матерями. Мы не долго копошились, поэтому прямо сейчас сидели за столом. Втроем. Я, Аён и её мать. Так страшно мне ещё не было. Мы спокойно сидели и ели. Перед этим я раз сто похвалил стряпню и поблагодарил за такую гостеприимность. Такие комплименты же являются плюсом? Иногда я и Аён переглядывались, делая испуганные выражения лиц, когда смотрели на рядом сидящую мать Аён. Я вообще чуть не подскочил, когда та задала вопрос. — Ну и что? Вы встречаетесь или как? — одновременно пережевывая и говоря, спросила мать Аён. Теперь мы снова переглянулись. Она шевельнула глазами в сторону матери, чтобы я что-то ответил, а я в ответ покачал головой. Хрен тебе, ничего я говорить не стану. Аён вздохнула. — Ну? Я жду. Теперь то же самое сделал я, чтобы Аён поняла, что сегодня ответ даст она, а не я. — Ну, короче… Это… — положив ложку на стол, промямлила Аён. — Я уже вижу, что да. Могли бы просто сказать, чего стесняться? Мать Аён всегда выглядела холодной и безэмоциональной женщиной, но сейчас на её лице появилась небольшая улыбка. Она была рада? Или смеялась над тем, как мы засмущались? — Да мы просто… реакции вашей боялись, — смущенно почесав затылок отвечаю ей. — Я же не цербер, кусаться не стану. После нашей трапезы мы поблагодарили мать, а затем снова направились в комнату Аён. Я не стал долго задерживаться в её доме, просто единственное, что я хотел обсудить — наше будущее. У Аён не было опыта в отношениях, поэтому все, конечно же, должен делать я. Мы обсудили много нюансов, которые нас беспокоили и одним из них стал, точнее, стала её подруга Югён. А я уже и забыл что они подруги, вот черт… На самом деле, мне до сих пор не стыдно за тот поступок, который я совершил. Югён была слишком наивна и это только её ошибка. Возможно, мы переборщили, но её глупость оспаривать почему-то никто до сих пор не стал. Аён попросила меня наладить отношения с Югён. Понятия не имею, почему она так сильно старается помирить нас, ведь у меня нет желания общаться с этим человеком. Она старалась меня использовать, в итоге использовал её я. Мы ненавидим друг друга. Что ещё тут можно пояснить? — Чанёль, понимаешь… Она тебя не ненавидит. Даже очень не ненавидит. Югён просто хочет общаться хорошо, ведь понимает, что мне будет больно, если вы будете ссориться. Я снова раздраженно вздохнул, потому что нотации по поводу поведения с её подругой меня уже достали. — Аён, насильно мил не будешь, верно? Может она и хочет общаться как друзья, но лично я с ней общаться не намерен. — Но это ты ей больно сделал, а не наоборот! — Считаешь, что она в этой ситуации вообще не виновата? — Я так не говорила. Но её вина слабее по сравнению с твоей! — Чего? Вина есть вина, дорогая моя. После моих слов у Аён покраснели щеки, потому что она засмущалась. Было очень занимательно её смущать. Я аж заулыбался. — Можешь хотя бы не открыто её ненавидеть? — Ничего не обещаю. — Чанёль!