И я улыбаюсь тебе в зеркало

Февраль, 2068 год, паб «Три метлы», Хогсмид, Шотландия В будни в Хогсмиде всегда было не многолюдно. Местного населения слишком мало, доступность этого места для магглов — весьма сомнительна. Да и приходили они сюда, скорее, как на экскурсию. Школьники в это время сидели в классных комнатах на уроках и грызли гранит науки, а не пили сливочное пиво. Каролина не любила Хогсмид. Он выглядел как старинный музей, а не место, где можно чувствовать себя комфортно. Комфортно ей там, где есть цивилизация. Шумные дороги, яркое освещение, множество спешащих по своим делам людей, большие магазины, пропускные системы. Хогсмид казался каким-то незащищенным, неправильным, неполноценным. Но именно здесь ей назначил встречу мистер Поттер после того, как она поделилась своими мыслями в письме. Она пришла на десять минут раньше, но он уже был тут. Каролина бы не узнала его, если бы он сам не помахал ей рукой в приглашающем жесте. Ведь там, в министерстве, его лицо было скрыто капюшоном. С возрастом она не ошиблась, он выглядел примерно на сорок лет, черные густые волосы уже имели пока еще едва заметную проседь у висков. Пожалуй, самым запоминающимся в его внешности были глаза. Зеленые и яркие. В ту короткую секунду, когда он смотрел на Каролину — ей показалось, что он заглядывает в душу и видит все ее мысли. Снисходительная улыбка, с которой отец может смотреть на шалости ребенка, словно подтверждала абсурдную мысль. — Добрый день, мистер Поттер. — Здравствуйте, мисс Уизли. — Честно, я не знаю почему написала вам это письмо, — быстро проговорила Каролина, садясь напротив. — Наверное, у меня из головы не выходят слова родственника, навещавшего нас несколько лет назад. Он тогда сказал, что Непобедимая армия сама позволила себя уничтожить. — Он был прав, — улыбаясь произнес мистер Поттер, и в глазах его появился какой-то озорной, детский огонек. — Поэтому я решила, что ее мог бы уничтожить тот, кому армия подчинялась. Не могу сказать, какие это были чары, но точно не Империо. Его можно сбросить, особенно в критических ситуациях. Тем более, уровень владения магией у солдат Непобедимой армии был таким, что они сбрасывали Империо, наложенное кем-либо из армии союзников, за секунду. — Это была совершенно иная магия, о которой не слышали раньше, мисс Уизли. Знаете, лет сто назад волшебники часто говорили, что раньше магия была мощнее. Основатели были более сильными, гениальными магами. На их фоне Альбус Дамблдор казался тенью. Всегда есть те, кто оглядывается в прошлое, не ценя настоящего. — Вы о том, что сейчас говорят, будто мы – поколение компьютерных людей? А совы, мантии, изучение магии – это дань традиции. — Именно! – мистер Поттер улыбнулся, такой понимающей и немного уставшей улыбкой. — А еще через сотню лет будут говорить каким прекрасным было ваше компьютерное поколение. В любом случае, Темному лорду была подвластна магия, о которой не слышали ни Основатели, ни сам Мерлин. Изменились не люди, они не стали глупее, они стали лишь... счастливее? Да, люди последнюю сотню-другую лет были гораздо более беззаботными, чем во времена Основателей. Им не приходилось бороться за жизнь, их не преследовала Инквизиция, неизлечимые маггловские болезни и голод. Люди вспоминают хорошее в том времени, забывая о причинах. Из хорошего была более сильная магия, из плохого – причины того, почему магия была такой. Все в этом мире всегда находится в удивительном, даже парадоксальном равновесии... Мистер Поттер замолчал резко, как будто что-то вспомнил или хотел сказать, но передумал. А Каролина странно смотрела на того, кто назвал Волдеморта Темным лордом. Она знала, что так говорили только те, кто служил ему. Почему-то ей казалось неправильным спрашивать. Нарушать ход мыслей человека, почему-то согласившегося с ней встретиться, хотя в этом не было никакого смысла. Поэтому она просто рассматривала паб. Старинный и как-будто пыльный и грязный, в таком только фильмы снимать. Она ощущала себя здесь ярким и неуместным пятном, портящим атмосферу своими светлыми джинсами и строгим пиджаком. — Это тема вашей диссертации, верно? – с каким-то странным снисхождением в голосе спросил мистер Поттер, глядя на салфетки, аккуратно свернутые трубочками. — Да. — Что-то подсказывает мне, знай вы правду, вряд ли захотели бы об этом писать. Иначе у вас возникли бы серьезные проблемы. Есть то, что проще усложнить для правильного понимания, а есть то, что легче упрощать. — Разве есть что-то, где для понимания необходимо все усложнять? – удивилась Каролина. — Несомненно. Люди любят искать смысл там, где его нет. Просто потому, что хотят его видеть. Если происходит что-то бессмысленное – оно способно выбить человека из привычной колеи. Это ли не усложнение? — Пожалуй. Но как это относится к Непобедимой армии? — Так же. Люди ищут причины, способы, пытаются понять, как же все-таки ее уничтожили. Или как ее воссоздать. Да, мисс Уизли, есть и те, кто хотел бы этого. Но с ее уничтожением все было элементарно. 777 солдат построили в семь рядов. По 111 человек в каждом. С четырех сторон четверо магов начали монотонно и безэмоционально произносить: «Авада Кедавра». Потом над трупами один из магов применил Адское пламя, они сгорели. Все солдаты стояли не шевелясь, пока их убивали. И никакого секретного оружия. Никаких ритуалов, никаких рунических кругов-ловушек и месяцами планируемых операций. — Но... как? Почему таким способом? Не проще ли было убить их... я не знаю, сбросить бомбу с самолета... — Смертельное проклятие не оставляет следов, оно не делает лишнего шума и не привлекает много внимания. Эту операцию планировали тайно, втайне от армии союзников. И в планировании участвовало чуть больше десятка человек. Это был самый тихий, не привлекающий внимания способ. — Почему они позволили себя убить? — Очевидно, им приказали. Это было крайне гуманно, полагаю. Если бы им приказали убить самих себя, они бы это сделали, — мистер Поттер улыбнулся так, будто говорил о хорошей погоде. — Но один человек посчитал, что это будет неправильным. — Откуда вы знаете? — Я там был, — простой ответ. — Почему вы мне это говорите? – Каролина не могла этого понять. Множество людей посещали архивы, но допуск к подобным воспоминаниям еще никому не удавалось получить. — Ваш родственник был в числе тех, кто тайно планировал эту операцию. И ваша бабушка, Гермиона Грейнджер, а дед – Рональд Уизли, верно? — Да. Их убили, когда отцу было три года. — Знаете, почему их убили? — Они боролись против Волдеморта. — Они была школьными друзьями Гарри Джеймса Поттера, — мистер Поттер откинулся на спинку стула, и с ухмылкой наблюдал за растерянным выражением лица Каролины. — Это вы... – Каролина побледнела. Человек выглядел намного моложе, но почему ему не могло быть и больше? Магия могла позволить себе многое, любую внешность, в принципе. Ее бабушке и деду сейчас бы исполнилось восемьдесят девять. — Нет, — прервал он размышления Каролины. — Это неважно, тогда была популярна легенда о Мальчике-Который-Выжил, но сейчас уже доказано, что выжить после убивающего проклятия невозможно. Темный лорд просто применил иное проклятие, но его расчеты оказались неверными. Это не имеет никакого значения, а разговариваю я с вами по другой причине. Мне кажется неправильным, что о произошедшем знает единственный человек – я. Даже у вашего родственника нет точных воспоминаний. Человек смертен, а иногда – внезапно смертен. Мне не хотелось бы, чтобы память умерла вместе со мной. Наверное, это немного глупо, но я хочу поиграть. — Поиграть? — Да, — весело отозвался мистер Поттер, — Помните, я говорил, что вам интересно узнать правду. Вы гуманист, пожалуй. И исследователь. Но мог бы прийти под видом юного исследователя и тот, кому правда нужна была в корыстных целях. — Да, вы упоминали какого-то Тома Риддла... — Это имя, данное при рождении Темному лорду, — как что-то совсем очевидное сказал мистер Поттер, — Но, как есть те, кто ценит добрый мир, найдутся и недовольные этим добрым миром. Знаете, некоторые магглы считают, что есть ад и рай, но я вот думаю, что они невозможны. Создайте идеальный мир, где все люди равны, где у них есть все, что нужно – и они начнут убивать друг друга. Создайте мир, где люди убиваю друг друга – и они возведут там равенство и начнут стремиться к идеалу. — Это как-то неправильно... – осторожно заметила Каролина. — Это, скажем так, гармонично. И говорю я об этом потому, что, как я уже сказал, вы гуманист. Вам нравится этот мир без войн, вам нравится интеграция с магглами, — мистер Поттер, кивнув на телефон, который Каролина положила на стол, наклонился и проникновенным шепотом продолжил. — Конечно, есть и то, что вас раздражает, хоть оно и не связано с общей демократизацией. Но это все неполноценно, понимаете. Поэтому воспоминаниями я делюсь не только с вами, мисс Уизли. Вам я дам одни воспоминания, не все. Остальные – кому-то другому. — Кому? — Тому, кто на мой взгляд, прикрывается научным интересом, а ищет совсем для других целей. — Зачем вам это? – прошептала Каролина, снова прямо посмотрев в глаза мистеру Поттеру, будто пытаясь найти в них ответы. Его взгляд был цепким, но каким-то пустым. Ярким и пустым одновременно. И таким понимающим. — Мне нравится, когда все гармонично. Я вышлю вам несколько воспоминаний почтой. Они будут приходить ежедневно. В 8.17 утра, пожалуй. Вам нравится символизм? * * * Октябрь, 2027 год, Азкабан. Каролина боится задеть людей, проходящих мимо нее, хоть она и знает, что это воспоминание. Ее здесь нет. Понять кому принадлежит воспоминание – невозможно. Пока она не может понять даже то, что происходит. Ей все, что она видит, кажется каким-то сюрреалистическим бредом. По очереди, ровно по семь человек, в комнату, очевидно, душевую, входят совершенно одинаковые люди. Как только они вошли – к двери, с полотенцами в руках, подходят другие. На вид им всем – лет по четырнадцать-пятнадцать. Коротко стриженные, с большими зелеными глазами, все одеты в черные футболки и черные брюки без каких-либо опознавательных знаков. Их действия слаженные и привычные, а лица — спокойные. Никто не разговаривает... "Как в тюрьме", — почему-то приходит в голову Каролине, но даже для тюрьмы происходящее — необычно. Потому что даже в тюрьме за соблюдением порядка следят, а здесь он — самопроизвольный. Механический. Она просматривает это воспоминание ровно двадцать две минуты. Потому что те, кто заходят в душевую комнату, проводят там семь минут. Висящие цифровые часы на стене это подтверждают. И сейчас там те, кто только что вошли четвертыми. Она не может различить мальчишек, да и никто бы не смог. Каролина видит, что это целый душевой этаж. Он весь в одинаковых комнатах напротив которых висят цифровые часы. И по всему этажу проходят эти одинаковые люди. Наверное, их не меньше нескольких сотен. У нее создается впечатление, что она попала под чары размножения, которые ставят в Гринготтсе. Если всмотреться в коридор, каждая дверь повторяет предыдущую, мальчишки, с одинаково заброшенным на плечи полотенцем синхронно выстраиваются в ряд по семь человек, ряды синхронно сдвигаются. От этого у нее начинает кружиться голова. Но вот ее начинает выносить из этого помещения, ей кажется, что она должна идти вперед, значит человек, которому принадлежат эти воспоминания – из тех семи, что сейчас направились к лестницам. Она следует за ними и вздрагивает, когда слышит голос. — Надеюсь, сегодня на завтрак будет не овсяная каша, — говорит один из семерки. — Чем она тебе не нравится? Каша, как каша. — Лучше что-нибудь более существенное. Я бы съел омлет с беконом. — Вот что странно, Командир говорит, что у нас абсолютно идентичная генетика, а вкусы разные. — Что здесь странного? Вкусы у всех людей меняются со временем и это может происходить по разным причинам. После встречи с дементорами, мне всегда хочется мяса. Каролине становится интересно, узнают ли они сами себя, способны ли отличать. Понимают ли, с кем именно разговаривают? Или для них это не имеет никакого значения? Спустившись на три лестничных пролета, они подходят к массивным железным дверям, которые со скрипом открываются перед ними. Перед входом стоит какая-то корзина, и они, прежде чем пройти дальше, вытаскивают из нее что-то, напоминающее теннисный мяч. — О, мне сегодня достался интересный номер, — тот, кто доставал шар вторым, показывает своим... товарищам, или кем они друг другу являются, номер на шаре – 666. — У меня 68, — произносит другой, и они расходятся к разным столам. Каролина замечает, что на каждом месте за каждым из семи столов, обозначен свой номер. Видимо, таким жребием распределяется место, но какой в этом смысл? Столовая, Каролине кажется, что это именно она, ничем не примечательная. Хотя чем-то напоминает больницу из старых фильмов. Скорее всего стенами с белым кафелем. К тому моменту, когда собираются все, Каролина успевает посчитать общее количество мест – за столом их 111. Значит всего их – 777. Наверное, только тогда она окончательно понимает, где оказалась и чьи это воспоминания. По ее телу пробегает дрожь. Никто и никогда не видел лиц солдат Непобедимой армии, на них обычно были маски. Никто и никогда не представлял, что они когда-то могли быть детьми или подростками. Подают овсянку с тостами и джемом, тыквенный сок и миндальное печенье. Обычный завтрак, какой можно встретить в Хогвартсе. Но едят они молча, только иногда кто-то просит передать джем или сок. У одного из мальчишек падает ложка и он коротко, но емко ругается. Именно это становится тем, отчего у Каролины начинают стучать зубы, хотя в воспоминании не может быть холодно. Такое обычное утро в необычном месте. Встают все одновременно, несмотря на то, что кто-то поел раньше, а кто-то уплетал уже третий бутерброд, и все никак не мог наесться. Перед выходом, каждый смотрит на какой-то список на двери. Каролина приглядывается – это расписание. 7.30 — 8.30 — обновления защиты Азкабана (командование) 7.30 — 8.00 — душ 8.00 — 8.30 — завтрак 8.30 — 13.00 1 — 111 – охрана Азкабана 112 — 222 – тренировка в зале В 223 — 333 – тренировка в зале G 334 — 444 – занятия в зале E 445 — 555 – занятия в зале N 556 — 666 – свободное время 667 — 777 – свободное время 13.00 – 13.30 1 — 111 – свободное время 112 — 222 – свободное время ... Каролина пробегает глазами все расписание — оно составлено так, что каждая группа в этот день имеет по одной тренировке, занятию и один раз охраняет Азкабан. Причем, четыре из них делают это ночью и в удвоенном составе, то есть по 222 человека. У остальных групп в это время значится отбой. И, видимо, только один час в сутки — утром, когда Азкабан обновляет свою защиту — все собираются вместе в одно время, чтобы принять душ и позавтракать. Воспоминания принадлежат тому, кто вытянул шар с номером 68, поэтому она старается не упустить его из виду и сразу направляется за ним. Он поднимается по лестнице на восемь этажей, где последний пролет выходит на крышу. В отличие от Каролины, он дышит ровно, а она едва передвигает ноги после такой пробежки по лестницам. Пусть и мысленной. В воспоминаниях ощущения своего тела — настоящие. За ним следом идут и другие, как и впереди можно заметить нескольких человек. Перед выходом на крышу, каждый из них надевает черную куртку и набрасывает капюшон, берет метлу. Оказавшись на крыше здания, Каролина оглядывается. Вокруг – только море, ни с одной из сторон не видно горизонта. Когда все разлетаются в разные стороны и становятся лишь черными точками над морем, Каролину выбрасывает из воспоминаний. * * * Февраль, 2068 год, университет Самред'ди, Лондон Каролина аккуратно отставляет в сторону флакончик с просмотренным воспоминанием. На прозрачной колбочке выведено: «Одно утро из детства». Она долго сидит за столом у окна и вглядывается в пасмурное небо. И лишь спустя минут пятнадцать приходит в себя, когда в окно стучится сова, принесшая утреннюю почту. Такой способ распространения «Ежедневного пророка» сохранился до сих пор. Дань традиции. А совиную почту часто используют, когда хотят сохранить переписку в тайне. Чтобы не было необходимости создавать новую электронную почту, где нет особой гарантии, что письмо не будет прочитано, кем не следует. Правда, сов иногда тоже перехватывают, но такого уже давно не было. А птицы они осторожные. На первой полосе – фотография мистера Поттера, и от неожиданности газета выпадает из рук Каролины и летит на пол. Трясущимися руками она подбирает ее и читает. «Сегодня в 8.17 утра глава Отдела тайн Генри Джордж Поттер погиб. Расследование его гибели поручено Аврорату. Он был найден домовым эльфом, почуявшим запах гари, в своей комнате, сидящим на полу и охваченным пламенем. Подобное не могло не навести воспоминаний. Будет проведено тщательное расследование, не было ли это убийством, совершенным оставшимися в живых участниками Третьей мировой войны, сражавшимися на стороне Волдеморта. Напоминаем, что имя главы Отдела тайн может быть разглашено только после его смерти. Поэтому, если целью было убийство его именно как главы Отдела тайн, возможно, имела место утечка информации из министерства. Так же рабочей версией остается самоубийство, но весьма странные обстоятельства требуют расследования, даже если это был суицид. Пока же просим всех магов сохранять спокойствие, но постараться обезопасить свои дома». Каролина глубоко вздыхает и бездумно смотрит в стену с портретами, которые не обращают на нее никакого внимания. Сегодня в 8.17 сова постучала в окно ее комнаты. В это же время мистер Поттер умер.