Волны наших голосов

      Юноша перевёл дыхание, прикрыл пышные сверкающие реснички и сделал шаг к языкам спокойных волн. Солёная пенящаяся вода коснулась нежных стоп, отнесла песок назад, а затем вернулась с новой силой. Демон вёл шатена за собой обратно к морю. Солнце поднималось всё выше и выше, путалось в светлых и темных волосах. Море уже было в районе колен, и Пайнс зажмурился в предвкушении. Он слышал песнь океана, внимал его зову. Билл увидел знакомое жёлтое свечение, исходящее от них обоих, рванул Мейсона на себя и затащил того в воду по грудь, чтобы превращение проходило безболезненно. Он положил ладони сирены на свою грудь, склонил голову набок и удержал юношу на месте, когда тот чуть с головой не ушел в море и не вдохнул обычными человеческими лёгкими воду. На рёбрах снова открывались жабры, меж пальцев вырастали перепонки, ноги срастались в длинный красивый хвост. Даже ушки у шатена стали длиннее. Он на несколько секунд потерял сознание, чтобы позднее открыть глаза и зажмуриться от бьющего в них солнечного света. Блондин перехватил Пайнса за руки и осторожно потянул за собой всё глубже и глубже… Наконец юноша смог придти в себя и осмотреться по сторонам. — Спасибо, — устало выдохнул Пайнс, переплетя пальцы с пальцами демона. — Я навещу тебя вечером, хорошо? — Вместо своих дел я теперь должен нянчиться с тобой? — спросил Билл, глянув в разноцветные глаза. — Дитя, ты ведешь себя отвратительно по отношению ко мне. — Но ты ведь забрал мою душу, — прищурился шатен. — Ты должен защищать меня. А если я выйду на берег и меня поймают люди? А если на меня нападет страшный зверь? А если… — Я понял, — перебил его блондин, закатив глаза. — Вот руки бы тебе оторвать за то, что сделки переиначиваешь. Маленький манипулятор. — Он отпустил предплечья Мейсона, остановился и глянул вниз, на русалочий город. — Хорошо. Как только последние лучи солнца коснутся моря, я буду ждать тебя.       Пайнс широко улыбнулся, кивнул, а после поплыл вглубь к себе домой. Демон фыркнул, собрал все свои щупальца и со всей силы оттолкнулся от воды, направляясь к своей пещере.

***

      Мейсон мечтательно собирал водоросли в огороде возле своего дома. В жилище, отделанном ракушками, горел магический свет. Пайнс отщипнул последнюю часть водоросли, положил её в небольшой мешочек и поплыл к задвижной двери из легкого камня. Дома у него было уютно, светло и красиво. Он сам старался отделать его морскими звёздами и перламутровыми створками. В качестве кровати у него был большой пласт удивительно мягкой губки — в принципе, именно она и делала воду вокруг чище. Шатен открыл окно наружу, пропуская солнечный свет, бьющий до самых глубин. От своей семьи Мейсон уже достаточно давно съехал на другой конец города — сестра-близняшка и родители не разделяли его стремления познавать мир вокруг себя, и каждый раз выкидывали памятные зарисовки цветными кораллами на камешках, которые Пайнс с таким старанием делал. Он сам построил себе какой-никакой домик, высадил маленький огородик и стал жить в спокойствии.       Он мечтательно смотрел на далёкую поверхность, пока жевал морскую капусту, и представлял, сколько же приключений его может ждать на суше. Он воображал себе больших клыкастых монстров, милых птичек и множество других существ. Он никого, кроме птиц, в принципе и не видел. Мейсон вспомнил, что у него для такого дела была припасена специальная шкатулочка — он хотел сложить туда все красивые камни, найденные на земле.

***

      Билл уже чувствовал, что что-то не так. И он не прогадал: стоило ему только повернуться ко входу в своё жилище, как внутрь сразу же заплыл шатен со своей сверкающей улыбкой и принялся докучать магу. — И снова здравствуй! Ты готов? Ты обещал мне, что мы снова пойдём на берег! — Демон думал, что у юноши было шило в одном месте, но всё же решил не упоминать такое при наивном ребенке — и не важно, что Пайнсу до совершеннолетия оставалось два года. — Пойдём же! — Шатен схватил демона за руку, заставив того пролить в котёл чуть больше нужной дозы рыбьих слёз. Он метнул в сторону Мейсона грозный взгляд, но вовремя успокоился. — Дитя, не смей мешать мне, когда я чем-то занят. Ты испортил мне зелье, — холодно произнёс блондин. — Ну, сделаешь новое. Солнце уже зашло, Билл. Ты обеща-а-ал. — Шатен снова постарался дёрнуть демона за руку, но тот обвил всё его тело щупальцами и приблизился так, что они соприкоснулись носами. — Я сейчас из тебя новое зелье сделаю, — угрожающе прошипел Билл. — Если я обещал, то мы пойдём. Но не прямо сейчас, глупый. Дай мне закончить. Не размахивай тут своим хвостом — ты мне ингредиенты с полок сбиваешь. Сиди себе спокойно в углу и жди, пока руки до тебя дойдут. — Значит, ты обманщик, — обиженно пробормотала сирена. — Ты соврал мне.       Демон закатил глаза, сжал Пайнса покрепче в своих объятиях и скользнул щупальцами прямо до длинных плавников на хвосте. Мейсон тяжело сглотнул, отвёл взгляд в сторону. Мерцающие золотые глаза напротив не предвещали ничего хорошего. Блондин скользнул к острому ушку, прикрыл ресницы и коснулся губами частых хрящиков. — Я никогда не вру, малыш. Потерпи, пока я тебя и правда в котёл не закинул. И не раздражай меня. — С каждым словом он касался нежной кожи на ушке, а под конец и вовсе прищипнул аккуратную мочку острыми зубами.       Сирена только кивнула в ответ и зажмурилась. Только тогда хватка щупалец ослабла.

***

      Пока юноша обсыхал на горячем камне и выжимал собственные волосы, Билл колдовал в сторонке для них хлопковые плащи с капюшонами. Сквозь белую ткань не должен был пробиваться ветер, она должна была спасать от дождя и холода, а главное — от чужих непрошенных глаз. Шатен посмотрел на луну, широко улыбнулся и начал тихо-тихо петь. Звёзды вселяли в него уверенность, море подбадривало и будто просило тянуть песню громче: — Зови, зови декабрь, ищи себе зимы, Ищи себе пути, стирай с ладоней соль. Послушная ладья, да правим ей не мы, На первом корабле твоя алеет боль.       Билл застыл на месте, глянул в сторону сирены и опустил руки. Желтые узоры на теле юноши засветились, как и разноцветные глаза. Звёзды будто путались в его волосах. Луна обнимала его своими бледными лучиками, выделяя на фоне всего пляжа. Демон подошёл к нему ближе, опустился рядом на камень и прикрыл ресницы. — Я список кораблей не раз перечитал, По верфям и портам не раз меня влекло, Ведь вся моя любовь — расплавленный металл — Она в воде морской застыла, как стекло… *       Блондин сделал вдох полными лёгкими, а затем накрыл губы шатена своей ладонью. Свечение прекратилось, юноша с застывшим в глазах вопросом посмотрел на Билла. Тот вручил ему одну мантию, отвёл взгляд в сторону. — Зачаруешь меня. Больше не пой, если я тебя не буду просить, хорошо? — тихо спросил демон, всё же посмотрев в яркие глаза напротив. Он убрал ладонь с мягких губ. — Хорошо. Так мы пойдём гулять? — задал совершенно глупый вопрос шатен, но Билл был даже рад отвлечению от темы. — Надень это, — указал на одеяние блондин.       Шатен оглядел ткань со всех сторон, с недоумением вытянул её перед собой. Демон засмеялся, потянул юношу за руки с камня и забрал у него мантию. Он накинул её на бледные плечи, перехватил поудобнее за ворот и прижался к Мейсону грудью, чтобы медленно застегнуть на его теле редкие, но большие пуговицы. Пайнс прижался носом к капюшону мантии, прикрыл веки. Запах неизвестных ему цветов вскружил голову. Билл быстро накинул на себя такую же одежду, уже потянулся к пуговицам, как тонкие пальчики легли на них первыми. Демон выгнул бровь, заглянул в сосредоточенные разноцветные омуты. — Ты так удивился, будто такое ненормально, — засмеялся юноша. — Всё хорошо. Просто не привык к такому, — усмехнулся демон. Он сделал шаг назад, взял сирену за руку и пошёл вглубь леса.

***

      Трава расступалась перед ними. Лунный свет рассеивался по зачарованной ткани. Мейсон опустился на колени перед большим цветком, вокруг которого летали блестящие ночные мотыльки. Он завороженно обнял ладонями раскидистые лепестки, склонился ниже и вдохнул волшебный аромат. Демон возвышался над ним, высматривал опасных тварей в округе. Меньше всего он хотел видеть людей. — Что это такое? — прошептал Пайнс, глянув через плечо на блондина. — Луноцвет. Распускается только в полнолуние, — мягко ответил Билл, опустив ресницы. — А это? — Сирена поймала одного мотылька и усадила его на тонкий палец. — Лунопряд. Он собирает лепестки луноцвета и делает из них нити, — продолжал отвечать на задаваемые вопросы демон.       Пайнс поднялся на ноги, привычным движением перехватил блондина за руку и пошёл с ним дальше, куда глаза глядели. Они сошли с небольшого холмика, чтобы снова скрыться в лесочке и идти по каменной тропинке вдоль высоких стволов. Билл не боялся показывать улыбку, замечая интерес сирены. Он лишь изредка менял направление, уводя юношу подальше от поселений представителей человеческого рода. Мейсон чуть ли не купался в бледных лучах луны и звёзд. Он вытянул демона на цветочную полянку и без задней мысли упал в траву меж россыпи белых сияющих бутонов. Блондин опустился рядом с ним, осторожно поджав к себе ноги. Сирена раскинула руки в стороны, закинула ногу на ногу и зажмурилась. Мантия съехала вниз оголив бледную кожу. — Как же хорошо на суше… — мурлыкнул Пайнс, вытянув руки над своей головой. Мантия задралась ещё выше. — Да, хорошо… — улыбнулся Билл. — Будешь тут валяться до самого рассвета? — Может быть, — расслабленно ответил Мейсон. — А ты? Не хочешь полежать со мной? — Чуть позже. — Блондин скользнул пальцами по гладкому колену, от него по бедру, а затем по впалому животу, чтобы подцепить мантию и хоть немного запахнуть её ниже линии пуговиц. — Но ты тратишь наше время впустую. — Я знаю. И мне это нравится, — беззаботно засмеялся шатен. Демон склонился над ним, заслоняя собой лунный свет. Юноша неохотно открыл глаза, закусил нижнюю губу. Билл отзеркалил его действие, прищурился. — Чего это ты на меня так смотришь? — Думаю, какой же ты наивный. Самый настоящий ребенок-несмышлёныш. В мире людей тебе бы пришлось туго. — Но ты ведь меня защитишь от людей? — улыбнулся Пайнс. — Защищу. Я же должен тебя защищать от всего на свете. — Билл склонился ещё ниже, оголил клыки в усмешке. — От всего, кроме меня. — Ты не причинишь мне вред, — уверенно шепнул юноша.       Демон коснулся губами одной голени, прикусил коленную чашечку, вынудив Мейсона звонко засмеяться, а затем ущипнул устами кожу на бедре. Сирена ткнула блондина в щёку, зажмурилась. Ветер склонил цветы к земле; зашипело море…