Ты всегда в моем сердце

      Часа в два ночи меня разбудил домовик и сказал, что меня в общей гостиной ждёт профессор. Я посмеялась. Вот кошка любопытная!!! Не выдержала душа поэта.       Быстро одевшись, что не жалко испачкать, я вышла. Снейп кивнул на дверь.       — Сэр, вы знаете змеиный язык? Если нет, то нам понадобится Поттер. Ой, знаете? Отлично!       По пути я затянула декана на кухню за чем-нибудь мясным. На втором этаже возле туалета Миртл Северус заупрямился. Пришлось подпихивать в спину.       — Привет, Миртл. Лапушка, у меня к тебе сверхважное и сверхсекретное задание! Надо проследить за дверью, чтоб никто-никто не вошел не замеченным. Справишься? Умница!       Когда она исчезла, я с облегчением вздохнула и утёрла лоб. Снейп как-то странно на меня посмотрел.       — Что? Сэр, было бы лучше, если б она разоралась и привлекла внимание?       Я внимательно обсмотрела умывальники. Как назло нужный оказался самым последним.       — Сэр, можете приоткрыть для меня тот участок, где у вас хранится знание парселтанга? Спасибо. /Откройся/       Пока панель открывалась, я максимально затемнила свои очки. И достала ещё одни для зельевара из своей заплечной сумки. И кинув под попу тряпку, ухнула вниз. Следом вывалился декан. В комнате с ликом Слизерина чуть замешкались.       Вдох-выдох. Всё хорошо. Всё получится. /Говори со мной, Слизерин, величайший из хогвартской четвёрки/.       Нижняя челюсть стала опускаться. От греха подальше я еще прикрыла глаза, а то стёкла-стёклами, но лучше перестраховаться. Пол задрожал, я не удержалась, мельком взглянула и присвистнула. Красотка!       /Кто меня разбудил? /       /Я, о прекраснейшая и смертоноснейшая. Ты голодна? Вот, поешь./       /Спасибо. Я тебя выслушаю, двуногая/.       Мы неплохо поговорили с Василисой и пришли к компромиссу, она не трогает разумных существ, сцеживает по необходимости яд, позволяет забирать старые шкуры и выпавшие чешуйки. Взамен два раза в неделю приносим по окороку, новости из человеческого мира и раз в месяц приводим её шкуру и зубы в порядок. Но больше всего она будет ждать меня. И угораздило ж меня родиться эмпатом. Вот же ж любовь змеиная взаимная.       Но больше всех был доволен зельевар. Еле у него отвоевала мешочек чешуек и кусочек шкурки на поделки. Едва моя голова коснулась подушки, как я тут же вырубилась…       … и вот уже семь сорок пять, черти бы побрали эти будильники. Жуткое желание смалодушничать и послать всех Запретным Лесом. Но это желание для меня не позволительная роскошь: сама ж влезла в эту здрыбу тхая* имени подготовительных кружков. Я заварила, мне и расхлёбывать. А то поддамся слабости, посплю ещё, а потом окажется, что без меня меня женили — меня дома не было.       Да и любопытно, до чего ж они договорятся. Так что пришлось поднимать выргную нарииту* и смотреть результат своей провокации.       Большой зал. В такую рань. В ВЫХОДНОЙ ДЕНЬ. Вовсю обсуждают.       Я, видимо, впала в прострацию, потому что очнулась, когда в спину меня легонько подтолкнули и бархатисто-вкрадчивый голос нашего декана (и кто ещё змей-искуситель? Я ж от этого голоса сейчас растекусь счастливой розовой с серебристо-зелёными разводами лужицей) сказал:       — Мисс, пристало ли вам бояться?       — Сэр, если я перестану бояться, то сделаю сейчас непоправимую вещь.       — И какую же, мисс?       — Вы действительно хотите это знать, сэр?       Тот кивнул.       — Хорошо, я вам отвечу, но позже и без лишних ушей, профессор.       С этими словами я толкнула двери Большого Зала. И чуть не сдохла от смеха. Картинка получилась, как в гоголевском «Ревизоре». В сложившейся тишине, как королева, продефилировала к своему месту и, получив свой кофе с круассанами и кашей, уткнулась в свои записи. От попыток меня отвлечь от еды и тетради пришлось окружать себя щитами. Поев, я соизволила подняться. Скрестив руки на груди, палочку направила на горло:       — Сонорус. Доброе утро, уважаемые сокурсники и преподаватели. Я пригласила вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор, — налюбовавшись на их вытянувшиеся лица, продолжила: — Извините, это из русской классики. А повод для сбора у нас довольно-таки интересный. Можно даже сказать, что я предлагаю каждому ученику этакий эксперимент: побыть в шкуре преподавателя, пройти милю в его башмаках. Сейчас на этой таблице мы высветим, что предлагает каждый факультет и объединяемые предметы объединим. Потом вместе с деканами и директором подберем и оборудуем классы. Квиетус.       Часа два мы тасовали предметы, пока не выстроилась табличка, устраивающая всех. После обеда пошли оборудовать кабинеты.       — Мисс, вам не кажется, что вы заварили кашу?       — Нет, сэр. Наоборот, я заставила их думать: как подать предмет, что рассказать, чтобы заинтересовать. Ища информацию для своих занятий, они сами будут развиваться. За порядком пусть следят старосты и домовики потолковее.       — Откуда вы такая умная, мисс?       — Из России, сэр, из России. Жизнь там заставляет включать соображалку и воображалку на полную мощность.       После ужина, когда я шла на улицу, опять уткнувшись в тетрадь и грызя мятную конфету, с кем-то столкнулась.       — Мисс, вы мне утром обещали ответ.       — Хорошо, сэр, идемте, ведь обещания надо выполнять. К вам в лабораторию?       Навесив на комнату все что только знала, отложила сумку. Очистила сознание, настраиваясь на нужное настроение, и посмотрела ему в глаза, включая эмпатию на отдачу. Перед внутренним взором у меня пробежал наш утренний разговор перед Большим Залом, дополненный поцелуями. Профессор дёрнулся. А уж когда от меня волнами пошло крышесносное желание, Северус не выдержал и направился ко мне.       Тяжело дыша, я еле утихомирила своего внутреннего демона, остановившись на легком поцелуе в нос.       — Сэр, теперь понимаете, почему я показала вдали от любопытных глаз?       — Да, мисс. Вы страшный человек!       — Как и вы, сэр, как и вы! — возле двери, я спросила: — Вас добить, сэр? Возьмите меня в ученицы. Пожа-а-алуйста.       В меня полетело заклинание.       — Это значит — да?       Мне в спину полетело еще одно. Хихикнув, я исчезла. Напоследок я уловила, что он согласен меня взять в ученицы. Еще бы! Где он еще найдет такого менталиста. Который сам лезет ему в руки.