Два Дракона

Среди ночи я ощутила опаляющий жар мужа, Валтор вернулся. Какое облегчение принесла эта новость, но радость быстро сменилась беспокойством, ему было больно, дико больно. Я встала с постели и направилась к нему. Маг ушел в ванную. Стоило заварить чай и дождаться мужа в гостиной. Что-то пошло не так? Что случилось на Арго, от чего ему было так плохо? Когда Валтор вышел, я сразу бросилась к нему. Темный обнял меня, зарываясь лицом в волосы. Эта боль ощущалась едва ли не как физическое опаление кожи, словно по ней разливалась кислота, леденящая, разъедающая. Рядом со мной маг не боялся быть собой. Я ощутила, как мне на макушку упала пара слезинок. -Что там случилось? – Тихонько спросила я. Это мучило моего любимого, ему нужно было выговориться сейчас. -Их там нет. – Был короткий ответ. – Ведьм там нет, они возродились в Магиксе. – Я вздрогнула от этой новости. Голос затих, не поддавался, словно протестуя против уточнения этого. – Это ваши знакомые, называющие себя Трикс. – Валтор сильнее сжал меня в объятиях. Эта новость повергла меня в ужас. Я никогда не считала их чем-то уж очень опасным, тем более после того, как их выперли из Облачной Башни. Трикс были девчонками, амбициозными бунтарками. Они ничем не отличались от Митси, как мне казалось. Откровения Валтора сейчас разрушали всю эту картину. Древние Ведьмы использовали свои тела для создания этих трех девушек, потому юные ведьмочки считались их прямыми потомками, наследницами дара. В них могла проснуться память прошлого и это закончится новой катастрофой для Магикса. Я представляла себе, как тяжело темному от этого всего. Пережитое под их контролем было безумно тяжело для него. Мы сели в гостиной, за парой чашек чая. Маг положил голову мне на колени, ища своеобразной защиты и поддержки в этот момент. Довольно скоро он уснул, беспокойно и тяжело. Я осталась рядом, сначала просто поглаживая по голове и баюкая мужа, а потом легла рядом, позволяя сжать себя в объятиях. Было тяжело чувствовать всю эту боль, разделять ее, но именно этого я и хотела. Я сама выбрала Валтора, зная о его внутреннем изломе, зная, что легко не будет. Моя любовь – то немногое, ради чего этому мужчине действительно хочется жить. Утро началось довольно поздно после такой ночи. Маг все еще выглядел усталым, не смотря на продолжительный сон. Он попросил позвать Дафну, за завтраком нас ждал серьезный разговор. -Если смотреть в целом, наше положение не такое плачевное, как могло бы показаться. Если в гробницах прислужниц провести запечатывающие ритуалы, они точно не проснутся без участия хозяек. С самими ведьмами вопрос куда сложнее. – Мы обе чувствовали, что Валтору тяжело давался этот вопрос, и все же, темный продолжал. – Они воплотились в новых телах. Попытка убить или запечатать спровоцирует пробуждение и тогда все действительно пойдет коту под хвост. Нужно что бы в Светлом Камне за ними приглядывали мои люди, более пристально. Их нужно держать под контролем, но без вмешательства. Чем дольше эти три твари проведут там под полным контролем, тем лучше для нас. Это и есть выигранное для нас время. – Валтор говорил коротко, даже отрывисто, немного жестко и отстраненно, да и было понятно почему. – И у меня есть еще одна новость для вас. Темный взял свой плащ и достал из кармана мешочек и статуэтку, возвращая им реальный размер. Даф замерла, глядя на статую. -Только не говори, что в мешке…. – На глазах сестры появились слезы. -Да, там останки Орителя. – Я оцепенела услышав об этом, а Дафна разразилась рыданиями. Она до последнего верила, что им удалось спастись и скрыться. Маг обнял ее, стараясь поддержать, и я тоже. Так мы и стояли, обнявшись, пока не пришли к готовности говорить дальше. Мама была жива, но заключена в камень. Теперь перед нами встал вопрос с ее освобождением. Мы могли сделать это в любой момент, но проблема была совсем в другом. Дафна была коронована, проводила определенные реформы в сторону уравновешивания положения темных и светлых. Марион была ярой противницей темных и большая часть поправок в законах, закрепощавших положение граждан не той энергетической принадлежности, принадлежало ей. Домино было не в том положении, чтобы переживать еще и междоусобное противостояние, дележ власти в королевской семье. После смерти нашего отца, Марион только сильнее погрязла бы в этой ненависти. Это был тяжелый выбор, Домино или наша мать, будущее или дочерние чувства. Ими пришлось поступиться, пусть и на время. Валтор поддержал нас в этом. По его словам жизни мамы ничего не угрожало, но она была крайне слаба. Мы открыли Домино информацию о смерти короля. Валтор предпочел, чтобы все лавры в этом деле достались мне. По нашей легенде Алекс отправился с группой своих людей на Арго. Когда они попали в переплет, граф активировал маяк и позвал меня на помощь, и я перенесла их. Алекс признался, что нашел тело Орителя, но без меня не смог бы вернуться назад. Нам поверили. Отцу были организованы великолепные похороны, достойные легендарного правителя и благородного рыцаря. Несмотря на это, мы чувствовали боль, подавленность, скорбь. Домино, словно бы осиротело, как и его семья. Дафна держалась всю церемонию, пока мы не остались одни и она не расплакалась в моих объятиях, а я… это было сложно. Оритель был нашим отцом, но я его почти не знала, не успела узнать. Моя боль и скорбь была не так велика, как могла бы быть. Может это и неправильно, но для меня он так и остался чем-то далеким. Я любила их с Марион, переживала за них, но родителями мне стали Майк и Ванесса, о них я бы плакала так же, как Даф об Орителе сейчас. Пока мы занимались похоронами и делами Домино, Валтор оценил мою работу в его отсутствие. Маг был доволен, и тем, как я справилась с девочками, и тем как поддержала работу системы двойников и личин. Я не особо много знала о его делах сейчас. Мы обсуждали более общие заботы, связанные с нашим и королевствами-союзниками, но у самого темного были и другие планы, воплощение которых требовало сил и внимания. Даже не зная всего, я старалась быть рядом и поддерживать мужа. Наша жизнь была полной, не смотря на тень опасений за будущее. Большой неожиданностью для меня стала просьба Диаспоро о встрече, ее приглашение на аудиенцию. Отказ был бы воспринят почти оскорбительно, учитывая нынешнее положение девушки. Она принцесса Эраклиона, мать будущего наследника престола, единственного прямого потомка нынешней династии. Она хотела встретиться в доме своей матери, в столице. Интересный ход. Я слышала, что это место было важным для Диаспоро, герцогиня умерла очень рано, с рождением второго ребенка, который тоже не выжил. Когда я перенеслась к ее порогу, дворецкий препроводил меня в комнаты госпожи. Мы не виделись очень давно, я не присутствовала на похоронах Ская, несмотря на то, что мне из вежливости прислали приглашение. Я понимала, что буду там лишней, тем более после того, как послужила причиной стольких скандалов в молодой семье, дуэли между Скаем и Алексом. Все это сказалось на здоровье Диаспоро и она потеряла ребенка, их первого малыша. Ее вторая беременность окончательно подкосила принца и тот покончил с собой. Страшные события для Эраклиона и королевской семьи. Сейчас белокурая принцесса не выглядела подавленной, растерянной или озлобленной, да и со здоровьем, на вид, было все в порядке. Я позволила себе легкий скан, чтобы убедиться в этом. Предложив мне сесть и велев подать нам чай, Диаспоро начала разговор. -Нам нечего больше делить. – Сказала она. – Ты не думай, я не держу на тебя зла за прошлое. Ты не виновата, что Скай влюбился в тебя как дурак. В этом, может, где-то есть моя вина, все же, прежде я была слишком жестока к нему, а когда поняла, было уже поздно. В сложившейся ситуации виноваты только мы двое, на твоем месте могла быть любая другая девушка, и кто знает, что я могла бы сделать в этом случае. – Девушка смотрела мне в глаза говоря все это. Уверенность и сила, твердость и непоколебимость, в принцессах эта львица не задержится, такие женщины рождены править как настоящие королевы. -Согласна с тобой в этом, хотя степень моей вины ты преуменьшаешь, любая бы его не зацепила. – Да, это так, я была виновата в том, что увела чужого жениха, не зная о том, что он уже в отношениях. – Если бы я знала, что Скай уже занят, даже не посмотрела бы в его сторону. – Честно призналась я. -И в этом его вина, а не твоя, равно как и моя. – Покачала головой Диаспоро. – Когда мы были детьми, он поддержал меня, после смерти мамы и брата, сыграл для меня роль прекрасного принца. Я видела, что Скай был очень мягким, выбрав в пример для подражания героев и рыцарей из сказок, непоколебимо честных, добрых, отзывчивых и светлых. – Голос девушки слегка дрогнул. – И искал он такую же девушку, идеальную принцессу или даму в беде. Я была его парой, пока соответствовала этому амплуа, прекрасной леди, нуждавшейся в личном рыцаре. Но так бывает не все время, ситуации меняются, личности взрослеют, по крайней мере большая часть. Я перестала нуждаться в утешителе и защитнике, но не перестала любить его. – Это и стало ее проклятием, сделало заложницей собственных чувств. -Он не вырос и так и остался тем мальчиком, который тогда пришел тебе на помощь. – Заключила я, что подтвердила моя собеседница. -Потому я и считаю, что нам нечего делить. Я никогда не ненавидела тебя лично, всем средоточием моих чувств был Скай. Я любила его, ревновала, потому и испытывала злость и ненависть в твою сторону. Сейчас всего этого нет и мне бы хотелось стать союзниками, если не подругами. – Это было странное предложение, но полностью искреннее. В ответ я взяла девушку за руку и согласилась. Мы разговорились в этот вечер, и я осторожно сообщила Диаспоро о возможном возвращении Ведьм и о том, что к этому следует подготовиться. О Домино я не сказала ни слова, все же, мое доверие к ней было далеко даже от дружеского, все это еще предстояло доказать на практике. Принцесса Эраклиона сама подняла один из интересовавших меня вопросов, а именно Солярию. -Я слышала о проблемах Стеллы с Химерой. – Начала она. – Думаю, я могу помочь с этим. – Диаспоро улыбнулась, воистину зловещей улыбкой. – Ты помнишь при каких условиях королевских особ лишают титула? Я помнила эти условия, самым распространенным из них был брак с особой не знатного рода, титулованным аристократам от графа и выше не разрешалось законом вступать в браки с простолюдинами. Принцессу могут лишить титула за связь со сквайром, к примеру. Просто дружба или романтические походы в кафе, поцелуи украдкой это ерунда, а вот наличие внебрачного ребенка – уже серьезная причина для осуждения. Если бы Брендон и Стелла переспали до брака, ее вполне могли бы осудить за это и лишить как титула, так и прав на престол. -Ты предлагаешь приворожить Химеру к какому-нибудь мальчику-судомойке? – Улыбнулась я не менее хищно и даже более зловеще. -А ты, оказывается, не такая уж и добрая фея, как выясняется. – Ответила Диаспоро. – Это самый безопасный для вас способ убрать ее из игры, а вот с ее мамашей сложнее. Король сам может быть приворожен, это стоит прояснить прежде, чем убирать графиню из игры. Если его величество, досточтимый король Солнца Радиус действительно приворожен, то после снятия чар сам избавится от такой пиявки, как ее величество досточтимая королева Солнца Кассандра. – Из ее уст эти официальные обращения звучали почти как издевательство, и мне это нравилось. Позже, озвучив эти догадки Стелле, я предложила ей план действий. Часть с содействием Диаспоро я утаила, фея света была слишком правильной для такого грязного трюка, как приворот. Мы собирались собрать доказательство воздействия Кассандры на ее отца и, пользуясь этим лишить бывшую графиню прав на корону, и потребовать смещения короля, так в результате всего, Стелла должна была стать королевой, а Брендон должен был исполнить свою часть спектакля. через пару дней, я выбрала на Солярию под магическим прикрытием и прояснила ситуацию с королевской четой. Как мило, кто-то заключил сделку на повышение магической силы. А сами Кассандра и Химера в курсе, что за эти мимолетные победы они платят душами? Скорее всего нет, Валтор не раскрывал таких деталей, будучи кредитором микро займов, для таких вот несчастных, как эти двое. Я скрыла следы мужа в воздействии на них, а вот сами доказательства использования подчиняющей магии на короле достала. Достаточно было составить магический слепок, этого хватит что бы обратиться в суд и начать расследование. Не прошло и двух недель, как Химера, сойдя с ума от любви к юному пажу, не имевшему за душой ни гроша, сбежала из дворца, стащив все свои драгоценности и часть королевских. Это и стало сигналом для нас, Слелла явилась домой. Перед цветом Солярии во всем блеске и великолепии предстала новая наследная принцесса. В отличии от нас с Лейлой, девушка не была воинственной в своей трансформации. Белоснежные крылья, сиявшие нежным, белым перламутром солнца, звезд и луны, она напоминала мне ангела, в том первозданно чистом виде в каком они задумывались Творцом. Платье на греческий манер укрывало девушку, предавая еще больше эфемерности образу. Золотые волосы, приобретшие несколько белых прядок, ровным водопадом падали на спину. Идеальная, гармоничная красота в простоте – то чему учил этот облик. Свет, исходивший от Стеллы, словно бы проникал в самые глубины души, исцеляя своим прикосновением, неся благодать, ирреальную, почти сакральную для этой планеты. Этот ангел ступил босыми ногами на мраморный пол королевского тронного зала, направляя свое сияние на снятие чар с отца и придворных, побуждая их проснуться и узреть королеву без страшных чар. -Солярия плачет, отец. – Начала Стелла. – Она плачет моими слезами, видя, как ты позволяешь обманывать себя, видя, как ты позволяешь собой манипулировать и ведешь наше королевство к краху, словно слепой капитан, не видящий рифов. Я твой маяк в этой ночи. Леди Кассандра обманывает тебя. Она сирена, чья магическая песня топит твой корабль. Я, наследная принцесса солнца, луны и звезд, Стелла Солярия, выдвигаю обвинение королеве и второй принцессе Химере во лжи и предательстве короны. Эта проникновенная речь стала началом процесса над ними, приведшим к лишению всех титулов и изгнанию из королевства, воровке драгоценностей вынесли два приговора, пятнадцатилетние заключение, а после изгнание без права возвращения в страну. Весь двор требовал от короля отречения от трона в пользу дочери, но Радиус продолжал отказываться, желая скрыть свои собственные грязные дела. Тут в игру и вступил Брендон, уже долгое время бывший скрытым кредитором королевской семьи. Правитель Солярии и слышать ничего не хотел о парне своей дочери, не видя в нем достойного жениха, но первым своим появлением при дворе, Брендон поставил точку в обращении к себе. Перед всеми предстал внушительный парень в кипельно белом костюме и начищенных до блеска белых туфлях. Трость черного дерева с золотым набалдашником, золотые запонки с бриллиантами, словно завершение картины. Такой идеально дорогой и аккуратный вид мог позволить себе не каждый аристократ в нынешнее время. Он пришел чтобы при всем дворе потребовать отдать ему руку принцессы, на что король солнца был готов рассмеяться. Что может требовать у него какой-то мальчишка, только вчера закончивший Красный Фонтан и получивший баронский титул? Так думали все, пока молодой человек не достал бумаги о купле продаже векселя на крупную сумму. -Чтобы погасить ваш долг, дорогой тесть, я продал баронство и все, что имела моя семья, но приобрел несравнимо много. Последние несколько месяцев отчисления по процентам вы платили мне. И сейчас я, как ваш кредитор, требую вернуть мне всю сумму. Или вы хотите договориться? Я лично согласен простить долг досточтимому родственнику, но только родственнику. – Вот тут весь высший свет содрогнулся от услышанного. У короля не осталось выбора кроме как согласиться на этот брак и сложить корону. Вся Солярия оказалась у ног прекрасного ангела, взошедшего на престол под руку с человеком из народа. Мне бы хотелось увидеть в какого дракона обратилась бы Стелла, но она никогда не примет бессмертия из-за любви к Брендону, но даже это ее воплощение было несравнимо прекрасно. Их восхождение отдавало горечью поражения родного отца, было омрачено сложным положением страны и угрозой в будущем, но я не сомневалась в новой солнечной чете. Их свет способен разогнать любой мрак.