Цветы в волосах

Слезы текут по лицу, затуманивают её зрение, и она падает, падая на пол. Теперь она больше никогда не увидит Тоби, ее перенесут в изолированную комнату, и они оставят ее там сгнить. Она не лучше Мии. Даже при всей её вине, небольшая часть чувствовала, что давление было снято с груди. Она чувствовала себя удовлетворенной. *** Она привязана к своей кровати коричневыми поясами, в то время как тело Мии извлечено, и кровь зачищена. Она не могла этого вынести, вид мертвой женщины. Это она только что убила. Она виновата и нет, в то же время, и невидимые слезы запятнали её кожу. Она не заплачет, не из-за такого жестокого и бессердечного человека. Джоанна здесь, и она выглядит с отвращением, ее глаза — черные дыры, которые высосали из неё все эмоции. — Вы останетесь здесь, пока мы не выясним, что с вами будет. — Она не встречает взгляд Холли. — Это не должно быть долгим ожиданием, может быть, меньше часа. Полиция придет сюда, чтобы задержать вас и отвезти на станцию… Надеюсь, вы сожалеете о том, что сделали. — Она выходит из комнаты. Выражение её лица заставляет ее дрожать в собственной коже, это выражение, полное отвращения и отвращения, было прямым на неё. Она никогда не думала, что кто-то будет смотреть на неё так, как она думала, что она будет смотреть на убийцу своей семьи. Она начинает плакать, уходит, уставившись в окно, ожидая того, что ждет впереди. *** У окна Тоби смотрит на неё, привязанную к кровати. Её глаза далеки от окружающего мира, когда она смотрит вверх на потолок. Каждая оставшаяся надежда, которую она когда-либо избежит, была разбита на части, оставив ее пустым телом без эмоций. Она не может сказать, что чувствовал Тоби, ей было стыдно за себя. Почему он все еще здесь? Он видел, как она убила человека. Когда она, наконец, смотрит на него, он улыбается с мучительной улыбкой, прежде чем что-то сказать. Ей хотелось бы услышать его голос, услышать, что он скажет ей один раз. Окно — нерушимый барьер, защищающий ее от всего, что она когда-либо знала или хотела. И так будет до тех пор, пока она не выйдет из этой комнаты и не будет брошена в неизвестность. Она не хочет уходить. Она не хочет покидать Тоби. Она пытается признать, что больше никогда не увидит Тоби, но это только приводит к тому, что в ее глазах снова появляются слезы. Она ненавидит это, она ненавидит всё и просто желает… По крайней мере, на мгновение она могла чувствовать какую-то уверенность, чувствовать освобождение от этого захвата жизни, в которой она находится. Но она навлекла это на себя. Там некого винить, кроме себя. Тоби все еще смотрит на неё, его рука прижимается к стеклу почти в последней попытке попрощаться. Ей нравится думать, что он прощается, а не ненавистные слова о том, что она только что сделала. Тоби отрывает руку от окна, надевает на себя защитную маску и очки, а затем исчезает из виду, оставляя девушку наедине со своими мыслями. *** Сигнал тревоги пробивает стены. Комната издает звуковой сигнал и ревёт, оживляясь, и она хочет сесть, но останавливается ремнями, снимающими её кожу на запястьях и лодыжках. Она пытается вылезти из них, но они были слишком плотными, вместо этого она останавливается и ложится обратно. Тревоги гаснут в течение долгого времени, пока она не услышит это. Крики, громкие крики ужаса и выстрелы, отражающиеся от стен. Она чувствует, как ее сердце падает на живот, нервничает. Это продолжается минуты, медленно, звук тихий и далекий. Тогда это совершенно тихо. Она подпрыгивает, когда слышит звук двери за дверью, которую открывают, а затем шум встревоженных пациентов. Она тяжело дышит, когда дверь распахивается. Ее глаза широко раскрыты и испуганы, пока она не видит, кто это. Её глаза наполняются эмоциями, и она хочет снова начать плакать. Тоби здесь. Он здесь, он пришел за ней. Его грудь вздымалась вверх и вниз, с двумя топориками в руке, и она забыла, как правильно дышать, и она не знает, что чувствовать. Он вешает оружие на коричневый пояс вокруг своей талии и встречает её, не переставая смотреть. Он не теряет ни секунды, спешит и наклоняется, он начинает расстегивать ремни, удерживая её на месте, начиная с её запястий. — Т… Тоби. — Она забыла, как говорить, ее глаза открыты от шока. Она садится на кровать, поскольку она свободна от ограничений. Он опускает капу, и его лицо расплывается в широкой улыбке. Он сияет на нее с улыбкой, которую она никогда не видела прежде. Его рука протягивается, чтобы она взяла, его пальцы дергаются. — Давайте выберемся из этой дыры. — Его голос — небеса, он глубокий и грубый, и его голос — её новый, любимый тип музыки, и она никогда не захочет отпускать эту незабываемую мелодию. Холли расплывается в возбужденной улыбке, её глаза блестят от слез, когда она говорит. — Давай.