Я балансирую на грани

Подозрительная веселость и сговорчивость Мэллори, с которой она пробегала по дому с самого утра, не ускользнули от внимательного взгляда миссис Уотсон. — Ешь помедленней, дорогая, — прохладно сказала она, глядя, как девушка молниеносно уплетала завтрак, — ведешь себя, как какая-то деревенщина… Мэллори на выпад бабушки лишь слабо улыбнулась и продолжила все так же увлеченно есть. — Еще чаю, — окликнула горничную бабушка, — и, Люси, с тобой все в порядке? Ходишь с таким лицом, будто привидение увидела. Юная горничная нервно сглотнула и мельком бросила взгляд на Мэллори. Люси здесь работала всего неделю, насколько было известно девушке, и еще не успела освоиться, как следует. — Все хорошо, миссис Уотсон, — пискнула она, подходя к хозяйке дома с заварным чайником. После трапезы, Мэллори выловила горничную в коридоре, предварительно убедившись, что их разговора никто не подслушает. — Люси, умоляю тебя, чтобы ни случилось, не рассказывай бабушке о том, что ты что-то слышала, — зашептала девушка, опустив ладони на плечи испуганной горничной. — Я ничего не скажу, госпожа, — так же тихо откликнулась Люси, — обещаю. Вздохнув, Мэллори стянула с руки браслет с изумрудом, и вложила его в ладошку девушки. — Это в благодарность за молчание, — тихо сказала она, — и не вздумай отказываться! Горничная ошалело смотрела на сверкающее украшение в своей руке. — И еще кое-что, — добавила Мэллори, подумав, — пока не знаю, пригодится ли… но я могу, в случае чего, попросить у тебя какую-нибудь одежду? Брови служанки удивленно поползли вверх. — Разумеется… — растерянно пробормотала она, — принести вам ее в комнату? — Да, спасибо, Люси, — улыбнулась Мэллори. … Майкл плохо помнил, что произошло накануне перед тем, как он вырубился. Кажется, он успел наорать на Корделию в ее кабинете, а после этого в памяти начинался провал. Более того, сейчас Майкл даже не мог понять, с чего вдруг вообще так вспылил. Причин скандала он никак не мог вспомнить, хоть парня и не покидало ощущение, что они у него явно были. На улицах зажглись вечерние фонари, и Майкл, шагая по тротуару, бесцельно разглядывал лица мимо проходящих людей. Было так странно не замечать во взглядах посторонних уже привычного пренебрежения и брезгливости в свой адрес. Стоило признать, что хоть парень всегда и отмахивался, что на чужое мнение ему плевать, факт, что на него уже не смотрят, как на мусор — был ему приятен. Сейчас Майкл снова направлялся к дому Мэллори, хоть был и не в восторге от того, что им теперь приходилось видеться прямо под носом у ее сварливой бабки. Однако, других вариантов пока все равно не находилось. Ему оставалось пройти еще пару кварталов, как вдруг сбоку раздался оглушительный звон разбитого стекла и Майкл резко остановился. Большое витринное окно, мимо которого он шел, разлетелось вдребезги, а прямо через него, с громкой отборной руганью выпал человек. Судя по скорости, с которой он вылетел, ему явно кто-то в этом помог. Из разбитого окна тут же послышались звуки музыки, и в следующее мгновение, резко открылась дверь. На пороге показался крепкий рыжеволосый мужчина с огромным шрамом на щеке. — Проваливай из моего бара, blaigeard! — рычащим голосом заорал он c сильным шотландским акцентом, глядя на мужчину, что все еще валялся в груде осколков, пытаясь подняться на ноги. Судя по всему, тот был уже пьян совсем в дрова. Майкл, не имея сегодня никакого желания влезать в чужие разборки, попытался пройти мимо, как тут вышвырнутый из окна, наконец, встал и хриплым голосом крикнул: — Да не пошел бы ты на хуй, Маркас! А это еще кто?!.. Судя по всему, последние слова прозвучали уже в адрес парня. Об этом можно было догадаться, с учетом того, что сразу после сказанного, по лицу Майкла прилетел тяжелый кулак. Парень отшатнулся, тут же ощутив неприятный хруст в области носа, из которого хлынула кровь. В глазах тут же потемнело от ярости. Майкл не любил влезать в чужие драки, но если уж его втягивали туда насильно, то дело было плохо… Неизвестному пьянчуге, что был выше ростом почти на пол головы, тут же прилетело в ответ, отчего на землю упала пара выбитых зубов. — Mo chreach! — усмехнулся рыжеволосый, что все еще стоял в проходе, скрестив руки на груди, — эй, гляньте, тут Смиту морду начищают! Из-за спины мужчины и разбитого окна высунулось еще несколько бородатых немного пропитых лиц. Когда спустя пару минут Майкл хоть немного опомнился, то увидел, что его соперник уже валялся на земле в бессознательном состоянии. Парень тяжело дышал, упираясь руками в колени, а со стороны бара послышались ликующие вопли и аплодисменты. — Ну ты даешь, парень! — с кривозубой улыбкой воскликнул мужчина в проходе, — впервые вижу, чтобы этот тупой кусок дерьма кто-то смог вырубить! Заходи, налью тебе чего-нибудь. Майкл сплюнул на землю, чувствуя металлический вкус крови во рту. — У меня денег нет, — сипло ответил он прикладывая руку к лицу, пытаясь понять степень сломанности своего носа. — За счет заведения, — хмыкнул рыжеволосый, — я угощаю! Когда парень присел за барную стойку, то с любопытством оглянулся по сторонам. Похоже, это был один из маленьких шотландских баров для местных мигрантов. Повсюду слышалась гаэльская ругань, изредка прерываемая на английскую. — Зовут-то тебя как? — спросил мужчина со шрамом, ставя перед парнем пивную кружку, с которой текла пена. — Майкл, — откашлявшись ответил он, тут же прикладываясь к кружке. Горьковатый вкус пива тут же смешался с кровью и обжог легкой болью разбитую губу. — Маркас Маклауд, — представился мужчина с ухмылкой, — знал бы ты, как этот tolla-thon, что сейчас под порогом валяется, меня уже заебал! — А за что вы его из окна-то вышвырнули? — спросил Майкл. На самом деле, сейчас парень лишь частично понимал, о чем говорил Маркас, уж очень сильный был акцент, да и в речи он то и дело срывался на гаэльский. — Нечего было у меня воровать! — с оскалом ответил мужчина, глядя в сторону разбитого окна, — пусть только еще раз сюда сунется, живым уже не выйдет! Майкл продолжал пить, все еще чувствуя сильное жжение на лице и костяшках пальцев. — А по тебе так с виду и не скажешь, что такого кабана смог уложить, — добавил Маркас, протирая пустую кружку, — я уж думал, Смит тебе сейчас хребет через колено переломит, когда ты на него полез. Парень пожал плечами. На самом деле, он и сам удивился, откуда в нем вдруг взялось столько сил. — Не ищешь себе подработку случайно? — добавил Маркас, — давно уже хотел кого-то нанять, кто сможет вышибать зубы особо обнаглевшим ублюдкам. Таких тут всегда хватает. — А что по условиям? — не без любопытства спросил Майкл, прищурившись. — Как договоримся, — пожал плечами Маркас, — какой-то баснословной оплаты не предложу, но из привилегий, считай, бесплатное пиво и ночлежка над баром, если вдруг пригодится. Хотя, ты уж явно не бездомный, как я погляжу… Взгляд бармена пробежался по одежде Майкла. Пусть сейчас она и была разорвана в нескольких местах и заляпана кровью — по ней все еще можно было распознать не дешевую цену. — По вечерам через день — пойдет? — вскинул бровь парень. — Пойдет, — хмыкнул Маркас с довольной усмешкой. … Забравшись в кресло с ногами, Мэллори в напряженном ожидании смотрела в сторону окна. Наступил поздний вечер, и девушка уже на протяжении пары часов надеялась, что скоро увидит Майкла. Они не договаривались, когда именно он придет снова, но Мэллори неустанно ждала его каждую минуту. Прошел еще час. Весь дом погрузился в темноту, мистер и миссис Уотсон уже отправились спать, и за дверью слышался только тихий шорох шагов прислуги, что все еще наводила порядок. Постепенно девушка начала проваливаться в дрему, пока ее плеча вдруг не коснулась чья-то рука. Мэллори испуганно подскочила и чуть не закричала, однако, Майкл успел зажать ей рот ладонью. — Майкл… — нервно пробормотала она, пытаясь отдышаться, — зачем же так пугать?.. Подняв взгляд, девушка тут же побледнела. — Чего? — удивленно спросил парень, заметив, как она резко изменилась в лице. — Что с тобой случилось? — изумленно спросила она, разглядывая многочисленные синяки и засохшую кровь на лице. — А, это… — протянул Майкл, — да так, по дороге расскажу. — По дороге куда? — с недоумением спросила Мэллори, поднимаясь из кресла. — Ну, я ж говорил, что найду другое место, — хмыкнул парень, — там, по крайней мере, от каждого шороха вздрагивать не придется. Девушка все еще с испугом разглядывала разукрашенное кровоподтеками лицо Майкла. — Подожди здесь, и присядь, — тихо сказала она, кивнув в сторону кресла. Парень растерянно посмотрел на Мэллори, но просьбу выполнил. Когда девушка подошла к нему, в ее руке уже виднелся влажный платок, от которого исходил резкий лекарственный запах. — Можно было и без этого… — недовольно пробормотал Майкл, болезненно морщась, когда она осторожно приложила платок к свежим ссадинам. Мэллори устало вздохнула, продолжая вытирать кровь. И где только парня так угораздило?.. Пока девушка проходилась платком по скуле, Майкл, что в это время блуждал взглядом по комнате, зацепился за что-то странное. Рядом с креслом на небольшом столе стояла старая фотография в серебристой рамке. На ней виднелась молодая женщина с тонкими чертами лица, и отчего-то Майклу она показалась смутно знакомой. — Кто это? — тихо спросил он, глядя на фотографию. Мэллори проследила за его взглядом и коротко ответила: — Моя мать. Она умерла, когда мне было два года. — А что произошло? — Воспаление легких, — грустно вздохнула девушка, — по крайней мере, мне так сказали. Я ее совсем не помню, если честно. В голове Майкла продолжали крутиться странные образы, словно вышедшие откуда-то из чужой памяти. — А ее случайно звали не Оливия? — едва слышно спросил парень, продолжая вглядываться в лицо на фото. Мэллори удивленно взглянула на Майкла. — Откуда ты знаешь? — Не знаю, — растерянно ответил он, — но кажется, я когда-то ее уже видел…